Глава 13

Дайте человеку всё, чего он желает, и в ту же минуту он почувствует, что это всё не есть всё.

И. Кант

Ирма:

- Ирма! Здравствуй, милая моя подружка! Как ты изменилась! Похорошела! Прямо светишься вся! Вот что замужняя жизнь с женщиной делает!

Я росла одинокой замкнутой девочкой. У меня никогда не было желания сближаться с другими детьми, да и отец всегда полагал, что у его дочери должно быть достойное окружение, равное ее социальному положению, поэтому друзей у меня не было, о чем я не жалела, так как просто не видела смысла с кем-то делиться своими мыслями и чувствами. И если бы не внезапное появление в моей жизни Иры, то я до сих пор продолжала бы считать, что друзья - не нужная мне роскошь. Единственными девочками моего возраста, изредка допускавшимися ко мне в детскую, были дочери первого заместителя отца, Орнала и Тенала ранос донт Орнекариус.

Веселые, чересчур активные, блондинка и брюнетка, полненькая и худенькая, они были для меня всегда излишне громкими, я сторонилась их, закрывалась в себе при каждой встрече и не очень-то хотела нашего общения. Но, конечно, меня никто не спрашивал. И обе они, иногда бывая у нас дома, почему-то вообразили себя моими близкими подругами. Личная жизнь у обеих сложилась не очень счастливо: Тенала, тщетно пытаясь сбросить лишний вес, в юности во время одной из конных прогулок неудачно упала с лошади, навсегда стала калекой и замкнулась в себе; родители, прекрасно понимая, что теперь никогда не смогут выдать ее замуж, отправили дочь в свое родовое поместье в тридцати километрах от столицы и благополучно о ней забыли, сосредоточившись на Орнале. Но та была из приверед, по молодости последовательно отвергала всех мужчин, что сватались к ней, и в конечном счете осталась старой девой. И вот сейчас она появилась здесь, в гостиной моего мужа.

Когда после обеда горничные объявились у меня в комнате с известием, что меня хочет увидеть какая-то дама, я меньше всего думала о своей 'подруге детства'. Одевшись в одно из последних платьев, темно-синее, цвета бурного зимнего моря, я позволила служанке накрасить себя, повесила на себя серьги и кольца в цвет одежды и величаво спустилась вниз, в гостиную, где и обнаружила сидевшую на софе Орналу. Она, надо сказать, довольно сильно изменилась: худоба стала практически болезненной, под глазами появились глубокие темные круги, у губ - мимические морщины, одета в довольно простенькое ситцевое платье, рядом с ней на софе небрежно брошено дешевое пальто. И во всей фигуре какая-то усталость и обреченность. Похоже, пришла она сюда, внезапно вспомнив о детских годах и полезных связях, явно не от хорошей жизни.

От общения с Ирой я переняла многое, в том числе и умение играть роль по уже данному шаблону. Гостья, несомненно, помнила меня простоватой тихой девочкой, по общему мнению - не особо умной и хитрой, такой, которую легко одурачить, на которую можно без проблем надавить, чтобы заставить делать то, что нужно другому человеку, так что я решила играть ту же роль, не показывая изменений, произошедших во мне за те годы, что мы с ней не общались, и мило улыбнулась, садясь в кресло напротив софы:

- Здравствуй, Орнала. Не ожидала увидеть тебя здесь сегодня. Как поживаешь?

На лицо женщины легла тень.

- Не очень хорошо. Ты же помнишь мою сестру Теналу?

Странный вопрос.

- Да, конечно.

- Она больше не принадлежит моему роду.

Это что же значит?

- Она вышла замуж? Поздравляю!

Гостья скривилась:

- Не с чем поздравлять. Она вышла за бастарда графа ранос донт Лоренис.

Ох... Тогда сочувствую и ей, и всем ее родным. Причем совершенно искренне. Граф Армир ранос донт Лоренис даже в кругу не особо отягощавших себя моралью мужчин-аристократов слыл человеком подлым, злым, жестоким. Имея пятерых законных сыновей и более десятка - незаконнорожденных, он вот уже десять лет безуспешно пытался породниться с не только с высшими, но даже с самыми 'завалящими' аристократическими родами, так как даже простые бароны, едва услышав фамилию женихов, наотрез отказывались отдавать своих дочерей в этот страшный род, справедливо опасаясь, что сладкой жизнь их девочек там никогда не будет. Что же должно было произойти у Теналы, что она решилась войти туда, да еще и в качестве жены бастарда, то есть - практически рабыни?

- Мне очень жаль... - произнесла я вслух и, поддавшись импульсу, добавила. - Надеюсь, у тебя все хорошо.

Орнала вздрогнула, побледнела и выдавила:

- Граф хочет, чтобы я вышла за его старшего сына.

И уже с мольбой глядя мне в глаза:

- Помоги, Ирма!

Я? Помочь? Но как?

- Я бы рада, но что я могу?

Женщина глубоко вдохнула и зачастила:

- Мой отец... Ему срочно нужны деньги... Много денег... Граф обещал ему всю сумму за Теналу, но обманул и дал только половину. Твой муж богат. Пожалуйста, дай нам денег!

Вот тут я, как любит говорить Ира, 'зависла'. И что ей на это ответить? Что у меня нет денег вообще? Что всем распоряжается муж? Хотя это идея.

- Я не могу ничего решать сама, но обещаю тебе, что поговорю с супругом.

Проводив обнадеженную моим обещанием гостью и отдав четкий приказ слугам сообщить Его Сиятельству о моей просьбе увидеться с ним, едва он вернется домой, я поднялась к себе. Муж появился через пару часов, зашел в мои покои, когда я заканчивала вышивать, и озабоченно посмотрел на меня:

- Что случилось, Ирма? Алекс доложил, что у тебя была гостья, и сразу после ее ухода ты попросила о встрече со мной.

Я отложила работу, взглянула на мужа и подробно рассказала ему обо всем. Супруг внимательно слушал, а когда я закончила, нахмурился и покачал головой:

- Это не просто гадкий поступок со стороны графа. Это подсудное дело, как минимум мошенничество, и разбираться в этом должен не я. Но я поговорю с Аароном, пусть начнет рассмотрение этого случая и возьмет дело под свой контроль. Думаю, мы сможем помочь твоей знакомой.

Ирина:

День свадьбы приближался со всей своей неумолимостью, и я, как осужденный на смертную казнь, испуганно поглядывала каждый день на календарь, в душе надеясь, что что-то еще может измениться за оставшиеся несколько дней.

Проигнорировав достаточно прозрачные намеки Мишки о необходимости приодеть его перед таким важным событием, я в очередной раз попыталась убедить саму себя, что поступаю правильно, что замужество в моем случае - единственный возможный выход, если я не хочу и дальше терпеть вконец обнаглевшего призрака. Получилось не очень. Внутренний голос все громче шептал мне, а порой и вопил, не боясь оглушить, что я делаю глупость, а возможно и совершаю самую серьезную ошибку в своей жизни. И каждый раз, глядя в глаза цвета застоявшегося болота, я понимала, что мой выбор не просто ужасен, он отвратителен.

Да, можно было еще все переиначить, спровадить назойливого жениха, найти себе кого-нибудь более нормального, и прочее-прочее, но мне мешала собственная гордость, твердившая, что раз уж я решилась, то назад дороги нет, что надо пройти этот путь до конца, что, возможно, мой кавалер не так уж и плох, как всем вокруг кажется, и я себя просто накручиваю. Постоянно разрываясь между интуицией и гордостью, я начала срываться, и мои подчиненные предпочитали обходить меня самой дальней дорогой, за глаза называя 'мымрой'. Да, наверное, так и казалось со стороны: я все больше начинала походить на героиню небезызвестного фильма. Но мне было банально страшно. Организм не справлялся со стрессом, и с каждой минутой во мне крепло желание сделать какую-нибудь глупость, например, напиться в зюзю, намеренно проехать под знак, а потом разрыдаться на плече и остановившего меня гайца.

Зато мой будущий супруг ходил, как разжиревший наглый индюк, уже начиная с превосходством поглядывать на простых смертных вокруг и, видно, считая себя в душе чуть ли не королем. При взгляде на него у меня чесались руки: хотелось как минимум проредить его и без того редкую шевелюру, чтобы сбить с него эту ничем не обоснованную спесь. По кафе мы с ним больше не ходили, и он, похоже, был только рад этому, так как не нужно было позориться, в очередной раз выставляя себя перед будущей женой малоимущим неудачником.

После происшествия с моей машиной Рита на глаза мне больше не показывалась. Я не стала доводить дело до суда и требовать возмещения ущерба от матери-одиночки и забрала свое заявление из полиции, очень надеясь, что бывшая одноклассница все же одумается и прекратит маяться дурью, посвятив время и силы воспитанию собственных детей, а не 'наказанию' соперницы.

- Да, Ирма, можешь передать своей знакомой, что все в порядке: вина графа магически доказана, его обязали выплатить оставшуюся сумму, после этого он предстанет перед судом и, возможно, лишится своего звания. Вторую девушку от клятвы уже не освободить, но с той, что приходила к тебе, ничего подобного не случится.

- Благодарю, Ваше Сиятельство.

'И что я опять пропустила?'

'Добрый вечер. Супруг помог мне и моей давней знакомой, которую могли отдать замуж за жестокого человека'.

'А-а-а... То есть, Варт сегодня выступает в роли душки? Или все же няшки?'

'Ира...'

'Ну что опять? Я уже больше тридцати лет Ира'.

- Ира?

О, еще один проснулся.

- Ага. Мое Величество прибыли. Чего изволите?

Долгий внимательный взгляд темно-вишневых глаз, и затем проницательное:

- Тебе страшно, Ира. Очень страшно. Именно поэтому ты сейчас и паясничаешь.

И в кого он такой умный, а? Вот просто дюже интересно, кому медальку дать и голову открутить за этого отпрыска?

- Это почему мне должно быть страшно? С какого перепуга?

Понимающе улыбается:

- Ты боишься. Боишься ошибиться, но все-таки выходишь замуж за того, кого презираешь.

Ш-ш-ш... Где там моя змеиная кровь?

- Ты так спокойно об этом говоришь. Неужели наконец-то смирился?

Равнодушно пожимает плечами:

- Я уже сказал тебе: ты не выйдешь за него, сколько бы ты ни уверяла себя в обратном. Я тебя не отдам. Только я могу быть твоим мужем. Прими это и не артачься.

И конечно же, от запущенной в него подушки этот заразный чернокнижник легко увернулся, после чего открыл портал, и мы очутились на полигоне.

Да, в домашней пижаме Ирмы особо не побегаешь, тем более что и вес у нее все еще не девичий, но я все-таки хорошенько потренировалась, выпустила пар и проснулась в своем мире умиротворенная и почти что счастливая.

Ирма:

Мой супруг, несомненно, был прав: Ира действительно дрожала от страха при одной мысли о приближавшейся свадьбе, но была слишком упряма, чтобы признать это. Чтобы хоть как-то помочь ей расслабиться, муж несколько часов гонял ее по полигону, и после ее исчезновения я готова была выть от боли в мышцах. Перенеся меня назад в спальню, муж исцелил мое больное тело и ушел к себе.

По квартире носились и периодически бились о стены и пол стеклянная и фарфоровая посуда, вазы, флаконы с разнообразной жидкостью... Подруга внешне равнодушно наблюдала за всем этим рукотворным торнадо из-за балконной двери и, похоже, не собиралась в ближайшее время возвращаться внутрь. Опять призрак. Что теперь его не устроило?

'Ира, что случилось?'

Недовольно:

'Матушка в очередной раз резвится. Мишка мне полчаса назад позвонил, сказал, что завтра-послезавтра будет чем-то своим занят, договориться о встрече у ЗАГСа не сможет, а свадьба уже через два дня, ну если этот не считать, так что мы с ним все детали обговорили прямо сегодня, а мать, как ты понимаешь, все слышала. Ну и вот так вот бурно теперь реагирует'.

'И что ты будешь делать?'

'Да ничего. Успокоится - вернусь. Насколько я успела понять из ее действий, после того как она напала тогда на меня, Варт запретил ей меня трогать, так что убить меня она не убьет, и даже не покалечит. А остальное... Пусть веселится, если ей так хочется. Это все дело наживное'.

'Ты так спокойно об этом говоришь...'

Хмыкает:

'Ну не плакать же мне, в самом деле, из-за разбитого вазона или десятка тарелок. А то что ей не нравится мой выбор... Это только ее проблема. Придется смириться и развеяться в положенный срок. Вот тогда я смогу подать на развод и спокойно вернусь к своему обычному образу жизни'.

Мне бы ее уверенность...

'Ира... А ты не боишься моего мужа?'

Удивленно:

'Варта? С чего? Что он мне может сделать? Прийти на эту свадьбу и прирезать Мишку? Брось, Ирма. Это мы с тобой можем душами меняться, а чернокнижник что, разве на это способен?'

Я неуверенно вздыхаю:

'Я порой сама не знаю, на что способен мой супруг. Он очень силен, Ира... И всегда добивается своего'.

Ухмыляется:

'Ну я как бы тоже не слабенькая нежная фиалка. И тоже человек довольно-таки упертый. Так что в этом случае уж точно нашла коса на камень. О, мать, вроде бы, уже все перебила и успокоилась. Можно возвращаться'.

Ирина:

Мать действительно избегала любого физического контакта со мной и ограничивалась только порчей имущества, но меня эти ее выходки трогали мало. Не желая оставаться в разгромленной квартире, я переоделась и уехала ужинать в ближайший ресторан. Именно там меня и поймала Ники. Бывшая фотомодель решительно подошла к столу, уселась на стул напротив и обвиняюще покачала головой:

- Ирка, ты совсем из-за своей неразделенной любви сбрендила? - поинтересовалась она вместо приветствия.

- И тебе добрый вечер. - Я отставила в стону чашку с кофе и выжидательно посмотрела на приятельницу. Та мой взгляд поняла правильно.

- Вики видела тебя в один день с двумя мужиками, причем с обоими - в довольно однозначной ситуации: с одним ты кольца выбирала, а с другим всего через пару часов миловалась в ресторане.

Внутри тихо ахнула Ирма. А я уже и забыла о ней, так незаметно подруга себя вела.

- Так а в чем проблема? Один - жених, другой - любовник. Что не так-то?

На меня осуждающе посмотрели:

- А что бы на это сказал твой отец?

Р-р-р... И ведь по больному бьет, зараза. Нашлась мамочка номер два, мало мне той, что бушует дома. И что теперь отвечать? Да, знаю, она целиком и полностью права. Папа и сам жил по такому принципу, и меня учил: никогда больше одной сердечной привязанности за раз не заводить. Но тут же не тот случай!

'Ирма, миловалась ты, а выкручиваться сейчас мне!'

Виноватое:

'Прости'.

'Да я-то прощу. Что мне Ники говорить?'

- Ира?

- Тебе соврать или лучше сказать?

Внимательно смотрит в глаза:

- Давай оба варианта, посмотрим, как ты умеешь врать.

Да как скажете.

- Вариант первый: у меня их, ухажеров этих, на самом деле семь, по одному на каждый день недели, просто в тот день случилась накладка, и они чуть не встретились.

Шутка не нашла понимания. Ники сидела все такая же серьезная и слушала. Ладно, попробуем выдать полуправду.

- Вариант номер два: гуляю я, пока время есть. А вот на днях выйду замуж и сразу дам любовнику от ворот поворот.

Собеседница покачала головой:

- Очень хочется верить. Мне кажется, тебе ни один из них не нужен. Может, все же с третьим попробуешь? Вдруг там не все так запущено, как ты рассказывала?

И сразу недоуменное:

'Третий?'

Вот только ее заинтересованности мне тут и не хватало. Обязательно ведь все муженьку доложит.

'Ирма, любопытной Варваре на базаре кое-что оторвали'.

- Да если бы. Ники, поверь, он жуткий сноб. И такой же невероятный эгоист.

- И поэтому ты выходишь за того отвратительно одетого толстяка? Ира, не сходи с ума.

- Клин клином выбивают.

Ники посмотрела на меня, как на умалишенную:

- Это явно не тот случай, девочка. Он тебе не пара. Вообще. Славик, и тот тебе больше подходит, чем это нечто в нафталиновом костюме. Не порть себе жизнь.

Да что ж они, сговорились все, что ли? А то я без них всего этого не знаю. Талдычат одно и тоже.

- Вот поживу с ним, удостоверюсь в твоей правоте и со спокойной душой пойду разводиться.

Приятельница хмыкнула:

- Смотрю на тебя и понять не могу: у тебя все еще детство играет, или ты просто дурью маешься от скуки?

Ирма:

Муж последнее время был занят. Нет, он и раньше, работая на Императора, не бывал дома сутками, но когда появлялся, то старался забыть о делах и занимался домом, решал накопившиеся хозяйственные проблемы, пытался разнообразить свой досуг и не думал (или не просто не показывал этого) о работе, всецело отдаваясь отдыху. Теперь же, даже находясь за обеденным столом, он о чем-то сосредоточенно размышлял и что-то обдумывал. Причем у меня почему-то сложилось такое впечатление, что все его мысли были направлены отнюдь не на работу. Чем меньше оставалось дней до бракосочетания Иры, тем нервознее и беспокойней был мой супруг. Непоколебимая уверенность подруги, что муж физически не способен разрушить ее планы, почему-то не передалась мне. Напротив, наблюдая последнее время за своей второй половинкой, я все больше уверялась, что мой благоверный пойдет на все, чтобы не позволить Ире выйти за Мишку. А это означало, что скучать в заветный день и час моему альтер-эго точно не придется.

- Ирма, сколько еще у меня времени?

Мы сидели с ним поздним утром за обеденным столом, уже заканчивая такую привычную совместную трапезу. Супруг почему-то был одет в свой рабочий темно-зеленый балахон, в котором проводил все магические опыты у себя в кабинете. Сейчас муж выжидающе смотрел на меня, и мне пришла в голову странная мысль, что он боится моего ответа, слишком напряжен он был. Притвориться, что не поняла вопроса, я не смогла.

- Два дня, Ваше Сиятельство.

В вишневых глазах появилось облегчение. Супруг расслабленно откинулся на спинку кресла и удовлетворенно улыбнулся:

- Отлично, этого больше чем достаточно.

Вечером у нас неожиданно появились довольно странные гости: четверо высоких солидных мужчин, черных магов, вышедших, по словам моей горничной, прямиком из портала, раскрывшегося в холле, о чем-то долго беседовали с супругом в его кабинете, а потом остались на ужин. Мне, как хозяйке дома, пришлось присутствовать за столом и развлекать гостей обычной светской болтовней. Выслушивая их нескончаемые комплименты в свой адрес, я вдруг поймала себя на мысли, что воспринимаю сказанное, как должное, не краснея и не обвиняя мысленно мужчин во лжи. А это значило, что, под влиянием постоянного общения с подругой, я стала более уверенной в себе. Ира за весь день так и не появилась, видимо, по каким-то причинам снова не спала эту ночь.

Уснув, я думала, что, как обычно, попаду в другой мир, но... Мне что-то мешало, будто неприступная стена выросла, да, прозрачная, но стена. Я прекрасно видела издалека замученную и издерганную подругу, наблюдала за ее обычной дневной жизнью, переживала за нее, замечая ее многочисленные проблемы, но снова оказаться в ее теле и подбодрить Иру, пусть и словами, почему-то больше не смогла. И это удивило и довольно сильно напрягло. Что такого непонятного могло произойти? Я, признаться, уже привыкла к постоянным ночным путешествиям в такой шумный мир Иры, тем более что каждый раз у меня был пусть призрачный, но все-таки шанс увидеть там Тошу и хоть недолго, но побыть с ним рядом. Теперь, получается, я была лишена и этого небольшого удовольствия. Проснулась я невероятно расстроенная и все утро не находила себе места от волнений и переживаний.

Ирина:

'Согласных жизнь ведет, а несогласных тащит' - хорошая какая пословица, вот это точно целиком и полностью обо мне в данной ситуации. Жизнь моя, чертовка этакая, похоже, решила, что иду я последнее время совсем не в ту сторону, какая ей была нужна, и теперь многочисленные неприятности так и сыпались на меня, словно вонючие помои из грязного ведра: надолго заболевшая домработница; постоянные дотошные проверки на работе, а потом - очередная попытка получить большую денежку на длинную волосатую лапу; разбушевавшийся сумасшедший призрак, с удовольствием громивший уже все подряд в моей квартире и явно желавший выйти за пределы помещения, чтобы 'давать сольные концерты' уже при благодарных, хоть и напуганных до икоты зрителях; серьезная поломка моего авто... Не спала я уже сутки и, похоже, до самой свадьбы уснуть если и получится, то ненадолго.

Чтобы не проводить еще одну долгую бессонную ночь дома и не наблюдать полный разгром квартиры, я заранее сняла номер в гостинице, намереваясь, как последний трус, отсидеться там, пока наконец не выйду за Мишку. А потом уж - хоть трава не расти. Мылась я под холодной, практически ледяной водой, так как горячую выключили сразу же, как я зашла в ванную комнату. Ну так когда меня пугали трудности? Продрогнув до костей и рискуя подхватить воспаление легких, я кое-ка добралась до спальни, завернулась в желанный теплый плед и, плюнув на все согревающие средства, завалилась в постель. Может, хоть ночь пройдет поспокойней?

Какая знакомая обстановка. Вот ничего здесь не менятся...

'Подруга, ты с этого своего лежбища хоть иногда встаешь? Пусть и ради разнообразия? Или уже корни здесь пустила?'

Радостно:

'Ты все-таки появилась'.

Меня ждали? Приятно слышать.

'Да куда я денусь. Разгребла немного все скопом навалившиеся проблемы и пришла. Что тут было нового-то, пока я гуляла?'

Мнется. И мне это не нравится... Совсем не нравится...

'Ирма?'

Неуверенно:

'Не думаю, что тебе это придется по душе...'

Варт, вот готова об заклад побиться, что Варт. Что ещё эта чернокнижная гадина удумала?

'Давай колись. Предупрежден - значит, вооружен. Это ж твой благоневерный опять что-то отчебучил, да?'

Тихо вздыхая:

'Он спрашивал, сколько дней осталось до твоей свадьбы, а потом к нему приходили порталом четверо черных магов, я думаю, очень сильных, и они о чем-то долго беседовали все вместе в его кабинете. А ночью я почем-то не смогла к тебе пробиться, как будто прозрачная стена выросла. Я видела тебя со стороны, но очутиться в твоем теле у меня не получалось...'

Что? Это как это - 'как будто прозрачная стена выросла'? Это что же получается - этот умник способен на нечто большее, чем непослушных рабынь сжигать? Нет, мы так не договаривались!

- Ирма... - На ловца и зверь бежит. Что ж ты такой довольный-то, а, колдун заразный?

'Пусти!'

- Судя по мгновенно расфокусированному взгляду моей драгоценной жены, здороваться мне надо не с ней, а с Ирой. - С ехидцей так. Точно издевается!

- И тебе не хворать, друг мой ситный. Варт, ты в курсе вообще, что твой так тщательно оберегаемый призрак мне за последние два дня всю квартиру чуть ли не на щепки разнес?

- Мой? - искреннее изумление в голосе. - Он твой, Ира. Вернее, твоей покойной матери. Тебе с ним и договариваться полюбовно. Поверь, это довольно спокойная сущность, если не идти поперек ее желаний.

Видела я, какая она спокойная...

- Кстати, раз уж мы заговорили о 'моем' призраке. Скажи мне, о великий черный маг, когда эта сущность наконец развеется? Через какое время после свадьбы?

Наклонил голову набок и смотрит внимательно. Ну прям ученый дрозд на жердочке. Нет, лучше филин. Такой же лупоглазый.

- Это зависит от силы самого призрака. Твой, как я смог увидеть, довольно силен. Так что, думаю, пару месяцев ты точно сможешь наслаждаться замужней жизнью где-нибудь в другом месте. В доме твоего любимого мужа, например.

А глаза... Эти ехидные, нахальные глаза цвета пьяной вишни... Такие довольные-довольные, просто счастливые... Действительно, 'сделал ближнему ты гадость, на душе покой и радость'. И ведь прекрасно знает, обормот, чем меня можно задеть. Ирма, небось, уже давно разболтала всё о финансовом положении моего ненаглядного женишка. Я? У Мишки в квартире? В этом клоповнике? Да проще в гостинице пожить. Два месяца. А то и больше. Прибить гада мало.

- Я одно понять не могу: когда вы с моей матушкой так хорошо спеться успели?

Снисходительно улыбается, и я из-за этой улыбки чувствую себя глупенькой маленькой девочкой:

- Ответ, что мы оба хотим тебе добра, тебя не устроит?

Это он сейчас издевается, да?

- Ты? Мне? Добра? Смешно, угу. Ты, эгоистичный черный маг, потакающий малейшей своей прихоти и постоянно ищущий развлечений, вдруг с чего-то решил подумать о ближнем своем и непонятно почему выбрал для этой цели меня? Да, считай, что я поверила в эту глупую сказочку.

Спокойно пожимает плечами:

- Мы созданы друг для друга, Ира. И мы наконец-то нашли друг друга, а значит, должны быть вместе, как бы ты этому ни противилась. И я уж точно не позволю тебе сделать глупость и выйти не за меня. Так что лучше просто смирись.

Какая длинная торжественная тирада. Прямо-таки не похоже на чернокнижника. Что это он вдруг поумничать решил? Явно что-то затеял и прекрасно знает, что я не смогу ничем ему помешать. Вот бы за горло его подержать. Так нет же. Стоит, зараза, далеко, ухмыляется, ближе не подходит. Где ж ты прячешься, смерть Кощеева? Хотя этот, похоже, из разряда бессмертных...

Ирма:

Муж чуть ли не потирал руки от удовлетворения и весь лучился радостью. Ира это видела и все больше раздражалась. Я чувствовала, как сильно она истощена, не столько физически, сколько эмоционально, наверное, только поэтому подруга всё еще не начала активно закидывать супруга всем, что было под рукой, и не попыталась добраться до него. У нее банально не было на это сил.

Исчезла Ира довольно быстро. Муж почувствовал это и сразу же подошел к постели. Сев рядом, он посмотрел на меня:

- В ближайшие сутки - двое ты не сможешь видеться с ней в ее мире, ее же это из-за драконьей крови не коснется, так что общаться будете только здесь, когда она будет ложиться спать. Потом ваша духовная связь обязательно восстановится полностью. А пока же тебе придется вспомнить, что существуют и обычные сновидения.

- Это из-за подготовки к ее свадьбе, Ваше Сиятельство? - уточнила я.

- Да, - кивнул супруг. - К сожалению, уговоры с Ирой не помогли. Значит, придется действовать более радикально. Надеюсь, в конце концов она все же осознает, что все это делается для ее же блага. Да, Ирма. Скажи, ты смогла бы жить в ее мире?

Я? В мире Иры?

- Не знаю, Ваше Сиятельство. Я никогда не думала об этом...

- Подумай. Пока у тебя еще есть время. Обдумай все и реши, хотела бы ты быть на месте подруги, жить вместе со своим возлюбленным в том диком мире.

После этих слов муж встал и вышел из комнаты, а я... Я сидела, смотрела перед собой и не могла понять, неужели же он говорил серьезно? Неужели мое счастье с Тошей все-таки возможно? Но как? И что тогда будет с самой Ирой?