Глава 14

Всё, что я обещаю, я делаю - когда-нибудь. Всё, что хочу, сбывается - рано или поздно.

Сальвадор Дали

Ирина:

Последний день перед бракосочетанием прошел на удивление спокойно: на работе все как-то само собой наладилось, из автосервиса позвонили еще утром и сообщили, что уже на днях я снова сяду за руль, домработница клятвенно заверила, что практически пришла в себя после своего тяжелого приступа, в общем, тишь да гладь, божья благодать. Помня о своей судьбе-злодейке, я, насторожившись, заранее ждала подвоха, но до вечера никаких новых проблем не появилось. А вот вечером... Вечером меня внезапно накрыл жуткий приступ паники: в голову одна за другой полезли дурные и жуткие мысли о тщете бытия и всех совершаемых мной поступков, о ранней смерти и возможности загробной жизни, появилось непонятное, совершенно не свойственное мне трусливое желание взять первое попавшееся такси и махнуть на другой край света, куда угодно, только подальше от этого города, людей, его населявший, ну и, конечно же, от своего ненаглядного женишка.

Так как домой я все еще ехать не рисковала, то решила, чтобы не натворить глупостей, не сидеть в одиночку в номере, а для собственного же успокоения переместиться в бар на первом этаже, надеясь, что среди людей все мои тревожные мысли и беспочвенные желания сами собой постепенно сойдут на нет. Постоянно костеря про себя на чем свет стоит и упрямого наглого Варта, и свою ненаглядную призрачную маменьку, я, переодевшись в джинсы и топик, спустилась вниз, села за столик в самой глубине зала, заказала себе несколько разных коктейлей и надолго выпала из этой реальности.

- Девушка, извините, но мы закрываемся.

Я, вырванная из собственных мыслей, вздрогнула и изумленно посмотрела на высокого парня, видимо, бармена, стоявшего возле моего столика с приклеенной вежливой улыбкой робота-автомата.

- В каком смысле закрываетесь? Так детское же время ещё.

На меня взглянули с непонятным сочувствием:

- Уже четыре часа утра.

Да ладно? Что, правда, да? Тогда ой. Это что получается, я всю ночь в этакой прострации просидела? Хоть коктейли-то выпила? Да, вон стоят пустые бокалы. Ну и то хлеб.

Расплатившись, я, пошатываясь и спотыкаясь чуть ли не на каждом шагу, свежеподнятым зомбиком потащилась в свой номер. Роспись должна была состояться ровно в восемь, так что ложиться на пару часов смысла не было никакого.

Постоянно отчаянно зевая и рискуя при этом вывернуть-таки себе челюсть, я полезла под душ, включила на полную мощность холодную воду и через пару минут уже напоминала самой себе вполне живого человека, пусть и синекожего. Где мой кофе? Что, кофемашина внизу? У, заразы. Нет, спускаться в холл ради пары чашек горячего капучино я не готова.

Оставшееся время я убила на боевую раскраску. Вопроса, в чем ехать, не стояло: конечно же, в рабочем брючном костюме. Вот еще, буду я ради пары часов мучений заказывать свадебное платье. Обойдется. А вот накраситься не мешало бы, иначе от меня будут шугаться все прохожие. И поярче, Ирочка, поярче. Твоя бледность слишком уж похожа на смертельную и бросается в глаза. Да, так намного лучше. Ну вот теперь можно и такси вызвать.

К ЗАГСу я подъехала без десяти восемь. Белое одноэтажное здание с фронтальными колоннами к этому времени было полностью заставлено многочисленными машинами. Сколько желающих на окольцовывание собралось, вы ж только посмотрите. Мишка уже неловко топтался возле запертых дверей. Еще один любитель брачных отношений. Всё в том же нафталиновом костюме. Хорошо хоть догадался побриться.

- Ирочка! - О! У вас, мужчина, проснулись хорошие манеры? Долго же они храпели. Ну ладно, раз подал руку, можно и воспользоваться этой ненужной помощью.

- Спасибо, Миша, - через силу улыбнулась, заставив себя не морщиться от его прикосновений.

Двери раскрылись, впуская взволнованные пары и их друзей и родственников. Мы зашли без сопровождения. Какие по счету? Пятые? Ладно, есть еще время унять мандраж.

Понимаю, это звучит странно, но я до последнего момента была почему-то уверена, что еще вот-вот - и появится Варт. Глупо, я в курсе, но его самоуверенность и постоянные заявления, что он меня никому не отдаст, заставляли меня сегодня все утро нервно оглядываться по сторонам в попытках заметить знакомый портал. Но вот уже и наша очередь, а мага нет. Боясь самой себе признаться в разочаровании, непонятно по какой причине поселившемся в моей душе, я зашла вслед за Мишкой, покорно уселась на предложенный стул, поставила необходимую роспись в книге записей, получила на руки паспорт со штампом и как сквозь вату услышала чуть раздраженный голос работника ЗАГСа:

- А теперь обменяйтесь кольцами.

Еще секунда, и на моем пальце оказалось кольцо с печаткой: широкое, красивое, массивное, явно очень дорогое и старинное, с выгравированным непонятным гербом посередине. Стоп! Что за чушь! Мы с Мишкой покупали дешевые золотые ободки! А это...

Резко вскинулась и пораженно, еще сама себе не веря, уставилась в лицо уже состоявшемуся супругу. На меня насмешливо посмотрели хорошо знакомые глаза цвета пьяной вишни.

Убью гада!!!

Ирма:

Вот уже сутки я не могла никак связаться с Ирой: помня предупреждение супруга, я не удивилась, когда во сне не смогла пробиться через установленную стену, ставшую непонятно почему мутной и грязной, а вот то, что подруга так и не появилась в моем мире... Этот факт заставил меня насторожиться. Что у нее могло в очередной раз произойти? Почему она так и не легла спать? Настолько сильно переживает из-за будущей свадьбы? Или есть какая-то другая, более веская причина? От волнения я не находила себе места.

Муж тоже вел себя странно: в холле то и дело открывались и закрывались порталы, через них постоянно сновали незнакомые мне люди, сам супруг почти не выходил из своего кабинета, к нему частенько забегали за распоряжениями слуги и те самые незнакомцы из порталов. В общем, подготовка шла полным ходом, и я всем сердцем желала мужу успеха, а им с Ирой - гармонии в отношениях. Нет, это не вовсе не означало, что я предала подругу. Я видела и чувствовала, как хорошо ей рядом с моим супругом, и не могла понять ее по истине бараньего упрямства. Зачем эта свадьба? К чему упорные попытки соблазнить человека, который тебе противен? Почему так упираться и идти против воли судьбы?

В день, когда должна была состояться свадьба, супруг к завтраку не вышел, но не успела я закончить трапезу и подняться к себе, как в холле в очередной раз раскрылся портал, и оттуда буквально выпал белый как мел, сильно изможденный, но очень довольный мой муж.

- Займи ее хоть на пару часов, - попросил он, увидев меня, а затем с помощью слуг отправился к себе в комнату.

Её - это кого? Иру? Он настолько уверен, что подруга вот-вот здесь появится? Что же там такое было, если она, вопреки своим привычкам, утром ляжет спать, чтобы поскорей очутиться здесь? Судя по внешнему виду мужа, его план по срыву свадьбы удался. А значит, Ира будет в ярости, когда очутится во мне.

Я оказалась права: не успела я подняться к себе и лечь в постель с очередным слезливым романом о любви современного автора-эльфа, как почувствовала появление подруги.

'Где он, Ирма???'

Ирина:

Могу только представить себе, что подумала растерянная работник ЗАГСа, когда новобрачная вдруг с яростью отскочила от своего только что 'ценой невероятных усилий приобретенного' супруга и, оставив на столе паспорт и кольцо, фурией вылетела вон из комнаты.

Бедолага таксист, единственный дежуривший в то время на стоянке у дворца бракосочетаний, вероятно, сто раз пожалел, что взял такую бешеную клиентку: всю дорогу до гостиницы я чуть ли слюной не брызгала, вполголоса понося этого нахального упертого чернокнижника. В дамской сумочке тщетно разрывался от постоянных звонков телефон. Водитель, попытавшийся обратить мое внимание на сей факт, тут же раскаялся в этом своем необдуманном поступке, услышав из уст невменяемой клиентки прямо-таки змеиное шипение, и оставшуюся дорогу молчал, изредка с опаской поглядывая на меня в зеркало заднего вида.

Лифт, номер, кровать. Раздевшись, легла, предварительно выключив надоевший мобильник. Заснула практически мгновенно.

Подруга, казалось, ждала моего появления, потому что, ничуть не удивившись вопросу, поинтересовалась:

'Что там у вас случилось? Сначала он появляется, еле живой, но довольный, потом раздраженно шипишь ты'.

Прибью. Обоих.

'Что случилось??? Он мне свадьбу сорвал!'

'Это как?'

Просто.

'А вот так! Надел на палец непонятное кольцо и стоял скалил зубы!'

'Кольцо? - Изумление в голосе. - Но, Ира, у нас на свадьбах не бывает колец...'

В каком смысле - не бывает? А на пальце у меня что тогда красовалось?

'Ирма, я не дура! И не слепая! Мы с Мишкой покупали два простеньких золотых ободочка, а у меня сразу после росписи на безымянном пальце почему-то оказалось большое кольцо с печаткой, старое и дорогое. Что? Что ты сейчас ойкаешь? Опять какая-то гадость от твоего ненаглядного муженька? Да не молчи уже!'

Испуганно:

'Ира... Ты только не нервничай...'

Она издевается, да? Я уже на взводе. Куда уж больше?

'Что это, Ирма? Что он сделал?'

Тихо вздыхает:

'Провел обряд соединения душ... Ваших с ним душ, Ира...'

Если бы я была в своем теле, я бы начала изумленно моргать, просто стояла бы и, как сова, вытащенная из полной темноты на свет, часто моргала бы. Но тут, в теле подруги... Я могла только молча переваривать информацию.

Осторожное:

'Ира?'

Здесь я. Пока еще здесь.

'Что это за гадость, Ирма? Что конкретно он сделал и как это отменить?'

Обреченно:

'Отменить - никак. А что это... Мне сложно объяснить... У нас подобный обряд уже несколько веков не проводили, желающих не было. Я и забыла о нем. Это... Ну как если бы ваши души слились в одну, стали двумя половинками одного целого...'

Потрясающе. Великолепно. Шикарно. Всегда мечтала слиться в душевном экстазе с чернокнижником. Ладно, попытаемся понять, что в этом страшного.

'Чем мне это грозит?'

Молчит. Она молчит. Что там может быть такого ужасного, чтобы Ирма не захотела отвечать на обычный вопрос?

'Я сейчас себя накручу, будет только хуже. Что такого страшного в этом дурацком обряде? Ирма?'

Аккуратно подбирая слова:

'Вы с ним физически можете быть только вместе друг с другом. Никаких измен на стороне, никаких других жен-мужей. Он даже со мной в этом теле не сможет свой супружеский долг исполнять, так как у меня другая душа, а он обручился именно с твоей'.

Слов не осталось. Вообще. Никаких. Даже мата. Меня взяли и насильно привязали к чужому миру, чужой культуре, чужим обычаям. Меня фактически выдернули из моей привычной жизни, не спрашивая моего на то пожелания. Так, стоп.

'Ирма, я обязана жить в твоем теле?'

Неуверенно:

'Нет, в принципе, ты можешь вернуться к себе, жить, как привыкла, там, но никогда не сможешь быть рядом ни с одним другим мужчиной. Только...'

И? Какую еще гадость он мне на этот раз подготовил?

'Что - только?'

'Он не отпустит тебя, я имею в виду, навсегда в твой мир'.

Еще пару дней назад я посмеялась бы над такой категоричностью, сказала бы, что меня никто и никогда не заставит делать что-то без моей на то воли, но теперь...

'Ты хочешь сказать, он и на это способен?'

'Не знаю. Но он всегда получает то, что ему хочется'.

Глупость. Вопиющая глупость. Воспаленный бред сумасшедшего. Зачем ему, даже если он так хочет заполучить меня, проводить этот жуткий обряд и лишать себя постоянных развлечений на стороне? Так, Ира, давай рассуждать логически. Если бы ты была на его месте, в каком конкретно случае ты связала бы себя на всю оставшуюся жизнь с чужим человеком? Отличный вопрос. Жаль только, ответ мне не понравится: он боялся лишиться меня. Навсегда. Что-то серьезное могло произойти, что помешало бы ему получить новую желанную игрушку. И он это знал... Вот же сволочной чернокнижник! Как мало информации! У меня очень мало информации!!!

'Ирма, где он сейчас?'

Неуверенно:

'Думаю, у себя в комнате'.

Ну так здорово. Прогуляемся.

'Передай мне управление'.

Мажордом, преданно карауливший дверь, попытался было заступить мне дорогу, но я просто решительно обошла его по дуге и дернула за ручку. Да уж. Что за неизменная любовь к темным цветам? Широкая кровать у стены, пара кресел, крепкий деревянный стол и такой же стул у небольшого окошка - вся мебель оббита черным бархатом. И ни следа мага. Ладно, мы не гордые. Подождем. Зашла, проигнорировав робкие попытки этого Алекса остановить меня, встала посередине комнаты, желая получше осмотреться. Надо будет высказать этому колдуну. Что-то его слуга зарывается. Нет, я тоже способна пообщаться со слугами, только, боюсь, тогда придется их лечить от заикания.

- Ира? - мягкий довольный голос за спиной. А я и не слышала, как он вошел.

'Портал'.

А, ну да. Конечно. Как я могла забыть.

Повернуться мне не позволили: сильные мужские руки властно обняли за плечи и прижали к себе. Небо, с каких пор мне стали нравиться его объятия? Ира, не сходи с ума. Ты пришла сюда разговаривать, а не в интимные игры играть.

- Варт. Отпусти.

Довольное хмыканье:

- Зачем?

Умный, да?

- Нам нужно поговорить. Нормально поговорить. Пусти. Или я сейчас Ирму верну.

Чуть лениво:

- Ну попробуй.

Это что еще за новости?

'Ирма?'

Растерянное:

'Я... Я не могу... Не получается пробиться. Опять та же стена выросла...'

Зараза. Ладно, в такие игры можно играть и вдвоем. Я тебе не скромница жена, терпеть не буду.

Я обмякла в мужских объятиях и нежным ангельским голоском уточнила:

- Любишь секс втроем, да? Месье знает толк в извращениях.

Надо же, сработало. Меня тут же посадили в одно из кресел, сам Варт сел напротив и сморщил недовольно нос:

- Пошлячка. И о чем же ты хотела поговорить?

Сидит в расслабленной позе хозяина жизни, откинувшись на спинку сиденья, закинув ногу на ногу. Кот. Натуральный сытый кот со смеющимися глазами.

- Зачем? Зачем ты провел этот жуткий обряд? Ты же знаешь, что я не останусь.

Пожимает плечами:

- Кто сказал? Я не собираюсь тебя отпускать.

Как же мне хочется его придушить.

- Ты? То есть, мое мнение для тебя роли не играет?

Спокойно:

- Не в этом случае. Тебя тянет ко мне, нам хорошо вместе, мы почти идеально подходим друг другу, но твое непонятное упрямство не позволяет тебе это признать. Так что я не вижу смысла выслушивать мнение твоей раненой гордости.

Наглец.

- Кроме чувств, которые тебя так интересуют в данный момент, есть еще много других вещей, если ты забыл.

Приподнимает в наигранном удивлении брови:

- Например? Работа на чужого человека? Вечера, проводимые в полном одиночестве? Неудовлетворенность собственной жизнью? Отсутствие рядом близких и родных людей, способных тебя поддержать в трудный момент? Что именно держит там тебя, Ира?

Жаль, у Ирмы нет острых длинных ногтей. Хотя он все равно увернется.

- А как же тот мужчина, за кого я официально вышла в моем мире? Что будет с ним?

Снисходительно улыбается. А глаза продолжают смеяться.

- Ничего. Он в течение суток полностью забудет о случившемся, а твой паспорт снова станет чистым. Поверь, такое сделать легче, чем провести обряд.

Вы ж на него посмотрите: великий и ужасный черный маг во плоти.

- Память почистишь? Молодец, правильно. Меньше помнит - проще живёт. А Ирма? С ней что будет?

Равнодушно:

- Если она пожелает, то сможет жить в твоем мире вместе с тем обожаемым ею мужчиной, которого она выбрала.

Вот так вот просто, да?

- То есть, ты возьмешь и поменяешь наши души местами? Я правильно поняла?

Хмыкает:

- Это будет не так легко и просто, как ты думаешь, но да, я сделаю именно это. У тебя есть два-три дня, чтобы привести в порядок свои дела. Потом произойдет обмен.

Ирма:

Подруга была в шоке. Только этим я могла объяснить ее чересчур спокойный разговор с моим мужем. Она не кричала, не требовала, не пыталась давить на своего собеседника, скорее, она все еще не могла прийти в себя после произошедшего и говорила и двигалась, как живая кукла, все ее чувства и эмоции были скрыты глубоко внутри и наружу упорно не показывались. Я боялась даже предположить, что случится потом, когда шок уйдет и подруга наконец все осознает и примет, как должное.

Ира ушла во время разговора с моим мужем. Тот почувствовал это и сразу же потерял интерес ко мне. Весь день я, как и раньше, была предоставлена самой себе, занимаясь шитьем, вышивкой и физическими упражнениями, а ночью наконец смогла появиться в мире подруге. Та сидела в своем гостевом номере у окна и смотрела на ночной город. Выглядела она мягко говоря не очень: измученная и уставшая, синяки под глазами, какая-то обреченность во всей позе.

'Стена исчезла?'

'Да. Как ты?'

'Отвратительно. Вроде и напиться надо, может, полегчает, да вот как-то совсем не хочется, даже виски не привлекает. Скотина он, твой муж. Большая наглая скотина. Так ему можешь и передать. Хотя я и сама передам. Когда в следующий раз мы с ним увидимся. Но знаешь, что во всем этом самое гадкое? Он прав. Прав целиком и полностью. Я действительно уже никому не нужна в этом психованном мире. И единственное живое существо, которое действительно будет по мне скучать, - это конь Ричард. Риччи. Хотя нет, вру: еще пару раз меня могут вспомнить байкеры, с которыми я иногда катаюсь. Всё. Ни родных, ни друзей, даже приятелей, и тех нет. Так что меня и правда ничего здесь не держит. И от понимания этого хочется выть на луну и бить стекла...'

'Ира...'

Фыркает, как недовольная кошка:

'Что? Думаешь, я раньше этого не понимала? Да все я прекрасно понимала. Просто старалась закрывать глаза на людей, вернее их отсутствие возле меня, и изображала храброго страуса, вечно стоящего пятой точкой наружу. Так проще: уверять себя, что ты кому-то нужна, когда вокруг пустота'.

'И что теперь?'

'Да ничего. Пойду в твой мир, буду строить твоего чернокнижника и учить жизни свекровь. Заодно пообщаюсь с драконами, может, что-то новое о себе узнаю. Все равно уж жить там. А ты будешь развлекаться здесь с Антоном. Вот уж кто будет счастлив до потери сознания. Он и не надеялся на подобный исход'.

'Как-то это невесело звучит в твоих устах'.

'А правда и не должна быть веселой. И вообще, забей. У меня сейчас хандра. Имею право, пусть и раз в несколько лет'.

'Кольцо еще не проявляло себя?'

'Нет. А что, оно еще что-то может, кроме как цацкой висеть на пальце?'

'Да. Это родовое кольцо мужа, а значит, оно обязано постоянно охранять тебя от любых посягательств других мужчин. Так что, если кто-то будет жаловаться, что ты бьешься током, значит, это ответ на его мысли и желания в отношении тебя. И чем более сальные эти желания, тем сильней отдача'.

Невесело хмыкает:

'Хороший детектор лжи придумали. Молодцы'.

Ирина:

Проснувшись, я долго лежала в постели и тупо смотрела в потолок. Настроение было где-то на дне самого глубокого котлована. И очень хотелось из этого котлована не вылезать. Варт, зараза ты чернокнижная, вот зачем ты встретился мне в моей спокойной размеренной жизни? Ты же эгоист и бабник, циник и равнодушный козел. Вот зачем, а? Зачем я все больше понимаю, что это твое вмешательство действительно спасло меня? Спасло от себя самой, от желания прибить этого тюфяка, своего женишка, от необходимости объяснять в тысячный раз самой себе, что другого выхода у меня никогда не было. Был. Только у этого 'выхода' глаза цвета пьяной вишни и отвратительный характер.

Да уж, Ирочка, мои самые искренние поздравления. Ты все-таки влипла. Умудрилась, так сказать. Жаловалась на скуку? Получите и распишитесь, девушка. На этот раз вам гарантированы развлечения. Причем по полной программе. Теперь тебя, моя родная, будут окружать не менеджеры и бизнесмены, а рабы и аристократы. С другой стороны, вряд ли что-то действительно изменится, кроме декораций. Люди, как я уже успела убедиться, везде одинаковы, как и их пороки... Так что поменяю я всего лишь шило на мыло...

Надо будет завтра с утра пораньше непременно связаться с Антоном и обрисовать ему всю сложившуюся ситуацию. Да, и еще съездить попрощаться с Риччи. Вот, в принципе, и все. Остальное сделает верный Венечка. Что ж у меня настроение такое похоронное-то?

Заставив себя встать, с трудом добрела до ванной комнаты и долго стояла под душем, поливая себя поочередно то горячей, то холодной водой. Не помогло. Настроение упорно не желало вылезать из вырытой для него ямы.

Обед мне принесли в номер. Я что-то ела, механически двигая челюстями, и даже не чувствовала вкуса. С таким же успехом мне могли подсунуть сухую прошлогоднюю траву, птичий помет или крысиный яд, все равно рецепторы отказывались что-то воспринимать. А может, это мозг самовольно отключился, боясь сильной перегрузки.

Вечером в кои-то веки в моем мире появилась Ирма, довольная происходящим. В реальности, наверное, улыбка до ушей. Действительно, ей-то что? У нее здесь любовь, большая и чистая, как она и мечтала. Антон ее на руках носить будет и не то что пылинки, молекулы 'вредные' сдувать. От подруги я и узнала о еще одной функции украшавшей мой палец печатки. Отлично. Если завтра не будет настроения, буду весь день ходить между столами сотрудников и проверять их кольцом. Угу, не смешно, знаю.