Глава 14

Ирга открыла глаза, уставилась на рыхлое, затянутое тучами небо, которое медленно покачивалось над ее головой.

— Какое чудесное летнее утро, не правда ли? — Нэш, едущий на вороном коне рядом с повозкой, склонился над Иргой. — Тебе не жарко?

Воспоминания о прошлой ночи нахлынули все разом — точно плотину прорвало, и Ирга, потянув на себя одеяло, накрылась с головой. Видеть сейчас ухмылку котолака не было никаких сил. Расслышав укоризненный бубнеж, Ирга осторожно выглянула одним глазом.

— Ей и без тебя сейчас плохо. Все, иди давай, — Генри шлепнула по крупу вороного жеребца, и тот потрусил быстрее, унося Нэша, который, тем не менее, успел подмигнуть Ирге.

Она села в повозке, поморщившись, вцепилась в бортик. Прижав руку к голове, обнаружила на ней шапку.

— Генри, — она прокашлялась.

— Молчи-молчи, — сказала женщина. — Вон там фляжка рядом с тобой, глотни.

Ирга открутила пробку, недоверчиво понюхала.

— Не бойся, это чай. Специальные травки, снимают похмелье на раз.

Смутившись, Ирга отпила несколько глотков.

— Какое счастье, что папа меня не видит, — пробормотала она.

— Король?

— Нет, настоящий. То есть наоборот…

— И что, он у тебя непьющий? — Генри подобралась, как охотничья собака, взявшая след.

— Ага, — Ирга отпила еще несколько глотков, с облегчением чувствуя, как сухость в горле пропадает, а в голове проясняется.

— Ну-ка, расскажи о нем подробнее. Он ведь не женат?

— С ним все было таким простым и понятным, — вздохнула Ирга. — Тогда мне казалось — скучным, но сейчас я бы все отдала за то, чтобы вернуться домой.

— Значит, еще и спокойный, не дебошир, — кивнула Генри. — Золото, а не мужик!

— Нэш сказал, — щеки Ирги порозовели, — что, может, у него нет жены, потому что он не умеет обращаться с женщинами.

— Научим, — отмахнулась Генри. — Вот вернемся в замок, ты ему сразу письмо отправь — приезжай, мол, к дочери на свадьбу. А там уж я его возьму в оборот.

Ирга вздохнула, повернув голову, посмотрела на серую дорогу, спускающуюся в туман.

— Боюсь, для меня эта дорога в один конец, — прошептала она.

С повозкой поравнялась Лилейна, верхом на белой лошади. Под синими глазами пролегли тени, а золотистые локоны спутались, но принцесса сидела прямо и правила уверенной рукой.

— Генриетта, — сказала она. — Ты ведь экономка Дерека?

— Верно, — ответила женщина. — И старшая кухарка.

— На привале я хочу, чтобы ты рассказала мне все, что следует знать будущей хозяйке замка.

— Разве вас не учили этому, миледи?

— Разумеется, учили. Но в каждом замке есть свои секреты, не так ли? Я надеюсь, мы с тобой поладим, — Лилейна улыбнулась и поехала вперед, не удостоив Иргу и взгляда.

— Зачем вам это? — тихо спросил Сэм, следующий за принцессой на крупном сером жеребце.

— Рыжая собрала целую команду. Она хитрее, чем я думала, — Лилейна задумчиво покусала нижнюю губу. — Обзавелась поддержкой экономки и лучшего друга.

— С Нэшем вы тоже собираетесь… подружиться? — Сэм потянул руку, чтобы по привычке дернуть себя за ус, но, наткнувшись на короткую щетину, досадливо нахмурился.

— Не думаю, что это будет сложно, — лукаво улыбнулась Лилейна.

***

Сначала из тумана выросли уродливые горгульи башен, потом обрисовались черные ворота. Натянув поводья, Дерек остановился у края рва. Седой переступил копытами, посмотрев вниз, где клубился густой желтоватый туман. Мост заскрипел и начал медленно опускаться.

— Ты был здесь когда-нибудь? — спросил Нэш, подъехав к лорду.

— Однажды. Когда Гровер женился в третий раз. Мне было лет десять или девять. После этого мы встречались лишь на королевских приемах. Жена у него тогда уже поменялась.

Мост с грохотом опустился, и Седой осторожно ступил на потемневшие доски. Дернув ноздрями, Нэш принюхался, пригладил волосы на затылке.

— Мне здесь не нравится, — сказал он. — Плохо пахнет.

— Мы не задержимся, — ответил Дерек, цепляя на лицо вежливую улыбку, чтобы поприветствовать тучного лорда, который медленно шел им навстречу от ступеней замка.

***

— Значит, ты, серебряный бастард, вознамерился стать королем? — Лорд Гровер хлопнул себя по жирной ляжке и рассмеялся так, что золотые зубы заблестели в пламени свечей, а подбородки затряслись. — Серьезно? Почему ты? Почему, хотя бы, не Джона? Он старше, к тому же законнорожденный сын от благородной матери.

— Вы не одобряете выбор короля? — спросил Дерек.

— Выбор… — повторил Гровер, жуя куриную ножку. Капля жира сползла по подбородку. — Сначала, очевидно, выбор должен сделать ты, между принцессой и той рыжей. Хотя, как по мне, решение очевидно.

Лорд сально осмотрел Лилейну, которая аккуратно промокнула губы салфеткой, опустив ресницы.

— Не ясно, чего хочет дракон. Может, ему нужна именно принцесса, — неохотно ответил Дерек. В зале нещадно чадили свечи, запахи еды перемешались, и больше всего ему хотелось распахнуть окна, покрытые копотью, а лучше — отправиться к Нэшу и Ирге, которых лорд не пустил за свой стол и оставил трапезничать в общем зале. Между ними явно что-то происходит, и лучше пресечь это в зародыше…

— Жаль, если так, — ответил лорд и посоветовал: — Подсунь ему бастарда, вряд ли он заметит разницу на вкус. Я видел дракона пару раз. Лучше бы мы еще раз уничтожили всех диких, чем его одного.

— Вы воевали? — спросила Лилейна.

— Разумеется, — Гровер повернулся к ней. — Я пошел на войну под знаменами Брандона, друга короля. Ты знала, что твоя мать сначала была его невестой?

— Да, — коротко ответила принцесса.

— Вот как бывает. Сначала невеста одного, потом другого, — лорд облизал жирные губы. — Твоему отцу повезло. Она родила, хоть и не мальчика. Благородные дамы часто бесплодны. У меня было пять жен. Лишь одна затяжелела, и та скинула. А бастардов — полный двор. Придется, похоже, и мне делать наследником одного из них, — он недовольно закряхтел, отпил вина. — Или попробовать в шестой раз…

— Милорд, я очень устала, — призналась Лилейна. — Пришлось ехать верхом почти всю ночь. Могу я оставить вас?

— Конечно, — милостиво разрешил Гровер и с трудом поднялся. — Я проведу вас лично.

Выкрашенные в бордовый цвет стены комнаты казались изгвазданными спекшейся кровью. Поежившись, Лилейна обхватила себя за плечи, незаметно кивнула Сэму, чтобы он вошел.

Недовольно покосившись на капитана, который встал у двери, как постовой, лорд уселся в кресло, сдавившее его бока подлокотниками. Лилейна устроилась на соседнем, жалея, что оно стоит слишком близко.

— Здесь есть все необходимое, — поблагодарила она. — Спасибо за ваше гостеприимство.

— Я все думаю заказать такие же широкие кресла, как трон в королевском дворце, — признался Гровер, поерзав. — Лилейна… Я могу вас так звать?

Она кивнула.

— Зачем вам эта авантюра? — спросил он, поглаживая круглый золотой медальон размером с тарелку, лежащий плашмя на его животе.

— Боюсь, у меня нет выбора, — ответила она.

— Снова выбор… Женщинам он и не нужен. Когда есть хороший муж, все решается само собой. Вы ведь понимаете, к чему я веду, не так ли? — лорд попытался склониться к Лилейне, но лишь покраснел от натуги. — С Дереком всего-то человек двадцать. Одно ваше слово — и вы останетесь в моем замке на правах законной супруги.

Принцесса невольно положила руку на грудь, чтобы унять заколотившееся сердце.

— Милорд… — пробормотала она.

— Да, я не молод и не красив, как Дерек, — чопорно признал лорд. — Но я богат и благороден. У меня больше жизненного опыта, чтобы достойно взойти на трон.

— Вы ведь старше моего отца, — не сдержалась Лилейна. — Почему вы думаете, что переживете его?

— Я младше! — возмутился лорд. — На семь лет!

— Вот как, — пробормотала она.

Лорд сдвинул кресло, так что ножки страдальчески затрещали, положил руку ей на колено.

— К тому же, опыт пригодится и в другом.

Лилейна смотрела на руку, елозящую по ее колену, чувствуя, как к горлу поднимается тошнота.

— Благодарю вас, — она вскочила с кресла, отошла за спинку. — Но отец вырастил меня послушной дочерью. Я выполню его приказ.

— Послушание — хорошая черта. Я не терплю непокорства. С третьей женой пришлось повозиться, пока она стала понятливей… Хотя, сдается мне, вы лукавите, — он погрозил ей указательным пальцем, толстым, как сарделька.

— А вы не боитесь гнева короля?

— Мой замок практически неприступен: глубокий ров, вокруг скалы. Осада, если вдруг она случится, будет долгой. К тому времени, я надеюсь, вы уже родите мне наследника.

Лилейна промолчала.

— У вас есть время подумать. До утра. Выбирать вам, Лилейна. Я, по крайней мере, вас не съем, — он улыбнулся, и его золотые зубы сверкнули.

Когда Сэм закрыл дверь за толстым лордом — излишне резко, на взгляд Лилейны — она устало легла на кровать, слишком мягкую и душную, подтянула колени к груди.

— И что теперь? — спросил Сэм.

— Я лучше сдохну в пасти дракона, — пробормотала Лилейна, закрыв глаза. — Великая матерь, да все пятеро бедняжек просто задохнулись или от его веса, или вони.

— Вы могли бы потянуть время…

— Знаешь, чего я боюсь больше всего, Сэмми? — спросила она, не открывая глаз.

— Что дракон вас сожрет?

— Нет. Я боюсь, что проживу такую же жизнь, как моя мать — покорная, бессловесная овца, всецело зависящая от настроения супруга. Прячущая свои мысли и желания, умолкающая, стоит лишь мужу открыть рот.

— Это удел женщин, — неуверенно сказал капитан, разглядывая тонкий профиль принцессы.

— Но не мой.

Склонившись, он накрыл ее одеялом, аккуратно отвел золотую прядку от лица.

— Спасибо, — пробормотала Лилейна. — Разбуди меня через пару часов, Сэм. Хочу сделать кое-что до отъезда.

***

Ирга наскоро поела в общем столовом зале, больше похожем на хлев, и ускользнула во двор. Она спряталась за выступом стены, усевшись на сломанный ящик, погладила облезлого кота, который тут же появился у ее ног.

— Какой ребристый, — пожалела она его. — Плохо кормят?

Кот потерся башкой о ее ладонь, замурчал. Мимо прошла такая же тощая, как и кот, тетка, бросила на Иргу быстрый взгляд, в котором ей почудился испуг. Женщины во дворе не собирались группами, как в замке Дерека, не болтали и не поддевали мужчин. Все молча выполняли свою работу, лишний раз не поднимая глаз. Ирга нахмурилась, чувствуя неясную тревогу.

— Знаешь, как я тебя нашел? — спросил Нэш, загородив ей обзор.

— По запаху? — буркнула Ирга.

— Шел за этим вот котом. Тут плохо пахнет, не пойму — чем. Даже твой аромат потерялся.

Ирга, опустив голову, почесала кота за ухом, оборванным, точно как у Нэша.

— Что случилось? — спросил он, присаживаясь на корточки.

Ирга вздохнула.

— Ты избегаешь меня? — не отставал он. — Ты молчала весь обед и даже не смотрела в мою сторону. Что произошло, Ирга?

— Ты знаешь, что произошло, — ответила она. — Ты был там.

Он взял ее за подбородок, повернул лицо так, чтобы поймать ее взгляд.

— Я тебя обидел? Ирга, прости, пожалуйста. Меня слегка занесло…

— Да ты не виноват, — отвернулась она. — Это все я. Нэш, мне так стыдно! — она закрыла лицо руками. — Как вспомню… Ты, наверное, теперь считаешь меня дурой и гулящей женщиной.

Нэш не сдержал улыбку.

— И что, по-твоему, делает тебя такой?

— Да все! Начиная от дурацких танцев у костра…

— Хочешь, я тебе станцую, — предложил Нэш, поднимаясь. — Если это заставит тебя почувствовать себя лучше.

Он вдруг повернулся, притопнув ногой, хлопнул в ладоши.

— Прекрати, — прошептала Ирга, распахнув глаза. — На тебя все смотрят.

— Да и пусть. Сложно найти более унылое место, — сказал Нэш, щелкая пальцами и плавно переступая с ноги на ногу. — Давай внесем хоть какое-то оживление в их однообразную жизнь.

Наклонившись, он помог ей встать. Горячая ладонь легла ей на талию. Нэш слегка оттолкнул Иргу и крутанул под рукой.

— Ты такая гибкая, Ирга. Знаешь, что говорят о тех, кто хорошо танцует?

— Что? — спросила она.

— Не скажу, — наклонившись, прошептал он ей на ухо.

— Это что-то неприличное, — догадалась она.

— Возможно, — улыбнулся Нэш. — Как ты поняла?

— Когда ты говоришь что-то двусмысленное, у тебя лицо становится таким хитрым… Вон как у той горгульи! — ткнула она в черную морду, скалящуюся с башни.

— Фу! — возмутился Нэш. — Не могла выбрать статую посимпатичнее?

— Да они там все страшные, — запрокинув голову, сказала Ирга. — Вон та, с пятачком — вылитый лорд Гровер.

— Я бы даже сказал — улучшенная его копия, — улыбнулся Нэш, глядя на нее. — Давай рассмотрим их вблизи.

— Хочешь забраться на башню?

— Забыл, что тебе это может повредить, — спохватился он.

— Если быстро, то ничего не случится, — уверила она, направляясь к узкой лестнице с выщербленными ступенями.

— Нет, постой, — он удержал ее за руку. — Зачем рисковать?

— Сколько еще дней займет дорога? — спросила она.

Нэш, помрачнев, промолчал.

— Мне не так долго осталось, — продолжила Ирга. — Я жила как улитка, не высовывая носа дальше своей раковины. Глупо, но иногда я ловлю себя на мысли, что радуюсь путешествию. Я никогда не уезжала так далеко, и за эти несколько дней увидела больше, чем за всю жизнь… С башни наверняка открывается чудесный вид. А если у меня закружится голова, ты не дашь мне упасть. Ведь иначе дракону достанется принцесса, а этого никто не хочет.

— Ой, все, — не выдержал Нэш, потащив ее за собой на лестницу. — Хочешь на башню — будет тебе башня. — Повернувшись, он заметил ее хитрую улыбку. — Постой, ты все это разыграла?

— Давила на жалость, — кивнула Ирга, поднимаясь по ступенькам. — У меня был хороший учитель.

На квадратной крыше кружились два кленовых листка, словно не находя себе места ни в одном из четырех углов. Ирга подошла к зубчатому краю, и Нэш положил руку поверх ее ладони.

Ров перед замком по-прежнему клубился туманом, дорога, по которой они приехали, пряталась в лес, раскрашенный желто-оранжевыми мазками. В обе стороны от замка уходили зубчатые гряды гор, вырастая до самых туч.

— Куда мы пойдем дальше? — спросила Ирга. Она повернула руку ладонью вверх, и их пальцы сразу сплелись тесным замком.

— Замок выстроен между гор, — ответил Нэш. — Вон та безголовая горгулья на дальней башне, будь у нее голова, могла бы смотреть на драконью гору. Мы выйдем по другому мосту. Отвяжемся от разбойников и оторвемся от горцев. Гровер дерет за проход втридорога.

Прищурив глаза, Ирга посмотрела вдаль. Дорога вилась тонкой лентой, обрываясь в утесах. Над горизонтом повисла черная туча, которую вдруг пронизала молния.

Ирга вздрогнула, и Нэш притянул ее к себе, провел рукой по спине.

— Нэш, — прошептала Ирга, запрокинув голову.

— Что? — так же тихо спросил он, заправив короткую прядь ей за ухо и погладив щеку. Желтые глаза светились теплом.

— А правда, что у Гровера в тюрьме сидит страшный убийца?

Нэш отстранился, удивленно посмотрел на Иргу.

— Знаешь, кто убийца? Ты, Ирга. Убийца романтики и подходящих моментов.

— Подходящих для чего?

Нэш подошел к горгулье и оперся на загнутый хвост.

— Если вы с Дереком окажетесь наедине, и он будет обнимать тебя и смотреть в глаза, я прошу тебя, очень-очень, лучше уж вообще молчи.

— Я слышала про этого убийцу с детства. Говорят, его не казнили, потому что не смогли придумать ему достаточно ужасную смерть, — не сдавалась Ирга. — Пошли на него посмотрим.

— Так нас и пустят, — ответил Нэш. — Это ведь тюрьма, а не выставка. Да и помер он уже давно, наверное. В тюрьмах долго не живут, особенно у Гровера. У него и домашние слуги не выглядят обласканными господской рукой, а уж с заключенными и вовсе не цацкаются. Давай лучше вернемся к Дереку.

Ирга тяжело вздохнула.

— Надо разогреть его сильнее, — продолжил свою мысль Нэш.

— Я будто снова в кузне, — усмехнулась Ирга. — Раскали металл, а потом уж гни куда хочешь.

— Именно! — подтвердил Нэш. — С мужчинами это тоже работает. Так вот, если вы окажетесь с Дереком в такой ситуации, чем вспоминать о тюрьмах и убийцах, скажи ему что-нибудь приятное.

— Это что же?

— Какой-нибудь комплимент.

— Комплименты только женщинам делают.

— Вот и нет, — возразил Нэш. — Мужчинам их, конечно, говорят реже, но тем сильнее они действуют. И нам тоже приятно, когда нас хвалят, поверь. Мы от этого таем, как снег под солнцем. Но комплимент должен быть искренним. Давай, скажи мне что-нибудь приятное.

Ирга внимательно посмотрела на Нэша, который подошел к ней ближе и стал напротив.

— У тебя необычные глаза.

— Плохо, — покачал он головой. — Ты говоришь очевидное. А надо, чтобы ты заметила что-то особенное. Чтобы стало понятно, что человек тебе действительно интересен.

Ирга задумалась.

— У тебя нежные губы, — сказала она. — Сам ты весь такой жесткий, твердый, а губы мягкие. Их приятно целовать, — румянец залил ее щеки.

— Лучше, — одобрил Нэш. — И вот, знаешь, если скажешь Дереку что-то подобное, то тоже смутись — вроде как случайно вырвалось. К тому же ты очень милая, когда смущаешься.

Ирга кивнула, собралась с мыслями.

— А еще твои плечи, — продолжила она. — И руки. Такие сильные! Когда ты обнимаешь меня, мне ничего не страшно. Мне нравится наблюдать за тобой — как ты ходишь, двигаешься. Когда вы с Сэмом дрались на деревянных мечах, я глаз от тебя оторвать не могла. Ты гибкий и ловкий, как кот. А когда улыбаешься, на одной щеке появляется ямочка.

— Ирга…

— А волоски на твоей груди — когда ты переодевал рубашку после сражения, я едва удержалась, чтобы не запустить в них пальцы — хотелось узнать, какие они наощупь…

— Все, хватит, — сказал он, отходя назад к хвостатой горгулье. — Если ты скажешь Дереку что-нибудь хотя бы вполовину горячее, то сможешь веревки из него вить.

— Но я ведь не подойду и не ляпну комплимент просто так, — задумалась Ирга.

— Комплименты — это только часть игры. Есть еще намеки, — слегка улыбнулся он, многозначительно изогнув бровь, — полутона, двусмысленности, не переходящие грань…

— Нэш! — Генри тяжело поднялась на последнюю ступеньку. — Я вся горю… — она выдохнула, опершись о стену, — от желания надрать тебе зад. Ты какого вувра приволок девочку на крышу? Хорошо, что я заметила ее рыжие волосы со двора. А ну пошли вниз, оба!

Она подтолкнула Иргу к лестнице, потянулась, чтобы дать подзатыльник Нэшу, но тот легко увернулся.

— Руки так и чешутся приласкать тебя посильнее!

— Ты такая пылкая, Генри, — промурлыкал Нэш. — Не растрачивай жар понапрасну. Прибереги его для ужина. А то кормят тут отвратительно. Щи были едва теплые.

— А ты, котик мой, прибереги язычок, — ответила Генри. — Тебя желает видеть Лилейна. Давай, покажи класс, раз возомнил себя великим соблазнителем.