Глава 15

В часовне было темно и неуютно. Великая матерь сурово смотрела на Дерека с дальней стены, замахиваясь мечом, и он опустился на колени, склонил голову, подставляя шею.

— Я еще не подметала, — прозвучал голос из угла. — Встань.

Дерек медленно поднялся, всматриваясь в фигуру, чьи смутные очертания вырисовывались из мрака.

— Ты хочешь получить благословение? — женщина шагнула вперед, неясный свет из узких, точно лезвия клинков, окон коснулся ее лица, изборожденного морщинами. Серебряный знак с перекрещенными мечами сверкнул на груди.

— Всем нужна материнская любовь, — ответил он.

— И ее хватит на всех, — сказала служительница. — Что гнетет тебя, сынок?

Дерек невольно вздрогнул от такого обращения.

— Вчера погибли мои люди, — вырвалось у него. — Из-за меня. Я везу невест дракону. Вы, верно, знаете… Одна из них станет моей.

— Если дракон не получит то, что хочет, месть его будет страшной, — женщина взяла Дерека за руку и, усадив на лавку, села рядом. — Если ты не выполнишь приказ короля, могут погибнуть целые города. Не бери на себя вину. Я вижу, тебя и так что-то гложет.

Дерек перевел взгляд на статую. Отшлифованная временем улыбка богини превратилась в злобный оскал.

— Ее сняли с одного из семи кораблей, — сказала женщина. — Она старше замка. Облегчи ношу, сынок. Скажи матери…

— Вокруг меня слишком много смертей, — устало вздохнул Дерек. — Думаю, я проклят.

Женщина похлопала его по руке.

— Главное — не проклинай себя сам, — прошептала она, склонившись к нему. — Да, люди умирают, но ты-то пока живой. Так живи, а не терзайся виной за то, чего не исправить.

Она поднялась с лавки и взялась за древко потрепанной метлы, прислоненной к стене.

— Мне страшно, — признался он так тихо, что равномерный скрежет прутьев по каменному полу заглушил его слова. — Мать, дай мне сил и отваги…

Левое плечо, опаленное огнем, заныло, и Дерек, поморщившись, потер его правой рукой.

— Милорд!

Дерек, вздрогнув от неожиданности, повернулся к выходу. Капитан королевской стражи выглядел непривычно молодо без усов.

— Там котолак и Лилейна… Наедине в ее комнате. И я подумал…

— Вот кто точно живет в полную силу, — пробормотал Дерек. — Иду.

***

Лилейна жестом предложила Нэшу сесть в кресло, взяла заварочный чайник.

— Может, вы предпочитаете с молоком? — спросила она.

— Да, — кивнул он, садясь в кресло. — И можно без чая.

Улыбнувшись, принцесса налила молока из сливочника, поставила чашку перед Нэшем.

— Мы толком не познакомились, — сказала она. — А ведь вы — близкий друг Дерека. Я бы тоже хотела с вами подружиться.

— Вот как? — Нэш отхлебнул полчашки молока, исподволь рассматривая принцессу. Простое белое платье подчеркивало женственные формы и в то же время делало ее очень молодой и чистой. Золотые локоны, будто случайно выбившиеся из прически, вились у лица. Воплощение соблазна и невинности.

— Мне очень одиноко… — голос принцессы сорвался, она отвела взгляд, щеки ее вполне натурально порозовели. — Дерек держится отстраненно и холодно, а мне сейчас так нужна поддержка.

Нэш положил руку поверх ладони Лилейны, погладил пальцем запястье.

— Я могу дать вам ее, — бархатно произнес он.

Цепкий взгляд синих глаз Лилейны резанул бритвой, но она тут же опустила ресницы, аккуратно отодвинула ладонь.

— Расскажите о себе, — попросила она. — Вы весьма необычный… человек.

— Котолак, — исправил ее Нэш. — Помню, когда мать Дерека спасла меня, я месяц жил в страхе смерти — пока лорд отправился с прошением к королю, чтобы тот позволил сохранить мне жизнь. Я понимаю, что вы чувствуете сейчас, принцесса.

— Похоже, что так, — кивнула она. — Как же вы справлялись?

— Я нашел утешение у матери Дерека. Она полюбила меня. Не могу сказать, что как родного — Дерека она боготворила, но и на мою долю хватало тепла. Вам тоже нужен близкий человек, — он плавно поднялся с кресла, обойдя Лилейну, положил руки ей на плечи, — дружеские объятия… Вы так напряжены.

Он мягко помассировал плечи, легонько погладил пальцами длинную шею.

— Нэш… Я могу звать вас по имени?

— Да, Лилейна, — пальцы плавно скользили по плечам.

— Похоже, вы знаете женщин.

— Вы уникальны.

— Отчего же? Потому что я — принцесса?

— В вас столько граней, Лилейна. Вы как сверкающий бриллиант. Но я теряюсь — какой стороной вы повернулись ко мне? Только лишь дружба? Смогу ли я дружить с такой восхитительной женщиной? — его руки опустились ниже, огладив край декольте.

— Не кажется ли вам, что вы уже переходите дружеские границы?

Склонившись, Нэш прошептал ей на ухо:

— Вам ведь нравится?

Отстранившись, принцесса встала с кресла и подошла к окну. Тонкая ткань на свету очертила ее фигуру.

— Если я поверю в вашу искренность, — сказала Лилейна, — в то, что вы — на моей стороне, то, возможно, мы станем близкими друзьями.

Нэш присел на спинку кресла, усмехнулся краешком губ.

— Насколько близкими?

Лилейна посмотрела ему прямо в глаза.

— Очень, — выдохнула она.

Нэш медленно подошел к ней, оперся рукой о стену возле ее головы.

— Докажите, что вы — друг мне, — прошептала Лилейна, глядя на него синими океанами глаз. — Оставьте Иргу.

— Я слежу за ней по приказу Дерека, — Нэш завел золотой локон за ухо, погладил шею кончиками пальцев.

— Вы ведь видите, что она не может быть королевой, — рука Лилейны легла ему на грудь. — Откройте и Дереку глаза.

— И тогда?..

Рука Лилейны опустилась ниже, острые ноготки царапнули низ живота через ткань рубашки.

— Я умею быть благодарной, — прошептала она.

Рваное ухо Нэша дернулось, и принцесса, прислушавшись, быстро отошла к столу. Через мгновение дверь распахнулась.

— Милорд, — приветливо улыбнулась Лилейна. — А мы как раз говорили о вас. Хотите чаю?

***

— Знаешь, Генри, это было самое странное чаепитие в моей жизни, — признался Нэш, развалившись на кровати Ирги.

Комнату ей выделили маленькую и серую, окно выходило вровень с землей, и сейчас через мутное стекло заглядывали сразу три кота, одинаково полосатых и облезлых.

— Лилейна играла на два фронта: пока она одаривала нежными улыбками Дерека, ее ножка под столом пару раз невзначай погладила мою.

— Так кто кого соблазнял? — уточнила женщина, перебирая вещи в сундуке. Вытащив теплые носки, она положила их на край кровати. — Пусть Ирга наденет на ночь, тут зябко, как в склепе.

— Лилейна скорее обещает, дразнит надеждами. Она хороша! — усмехнулся он.

— А от тебя, значит, требует очернить Иргу… Ты ведь не станешь этого делать?

— Нет. Но, знаешь, принцессу тоже можно понять, — вздохнул он, положив руку под голову.

— И что дальше?

— Посмотрим. Если честно, я ее не хочу. Так странно себя чувствовал, когда пытался к ней приставать.

— Да ладно! — крышка сундука с треском захлопнулась, и Генриетта недоверчиво уставилась на Нэша.

— Сам не понимаю, что со мной, — пробормотал он. — А где Ирга?

— Я ее попросила принести одеял из повозки… Может, она заодно решила отточить уникальные навыки соблазнения, которым ты ее обучил.

— Вот ты смеешься, а зря. Дерек уже повелся.

— По-твоему, любая девка, которая будет смотреть на него влюбленным взглядом и сыпать похвалами и двусмысленностями, сможет заполучить его сердце?

— Ирга — не любая! — вспыхнул Нэш. — А вот и она!

Ирга, румяная с улицы, внесла охапку одеял, кинула на кровать, стащила с головы меховую шапку, и короткие рыжие волосы поднялись торчком.

— Нэш, а ну, слазь! — возмущенно воскликнула она.

— Нет бы поблагодарить, — с улыбкой пробурчал он, поднимаясь. — Я как верный котик нагрел тебе место, а ты…

Генри внимательно на него посмотрела и покачала головой.

***

— Зачем вы звали котолака? — спросил Сэм, дернув короткую щетину, пробившуюся над губой.

— Хотела обзавестись его поддержкой, — ответила Лилейна, расчесывая волосы перед трюмо. Бордовые стены комнаты в сумерках казались коричневыми, как осенняя грязь. Весь замок производил гнетущее впечатление, и принцесса невольно подумала, что с радостью его покинет, пусть даже дорога ведет к драконьей горе.

— И как? Он вас поддержал? — едкая злость прорезалась в голосе капитана.

Лилейна посмотрела на его отражение в зеркале.

— Боюсь, котик не так-то прост: на мои полшага он делал три, но куда в итоге хотел привести?

— Ясно куда! — Сэм ткнул пальцем в высокую постель, смятую после дневного сна. — Вы ведь принцесса! А ведете себя, как… уличная кошка!

— С ума сошел? — спокойно спросила Лилейна. — Я не собираюсь с ним спать. Хотя он точно знает, что делать с женщиной… Но, боюсь, он может использовать это против меня. Еще расскажет Дереку в порыве дружеского откровения… Он слышал его шаги. Наверняка! Но не отошел, когда мы стояли, почти обнявшись. Как будто хотел, чтобы Дерек застал нас.

— Так зачем приближать кота к себе, если вы не доверяете ему?

— Лучше держать врагов ближе, — ответила Лилейна. — Я смогу узнать больше об Ирге, о ее слабых местах.

— Вы слишком стараетесь, — сказал Сэм, — но в этом нет нужды. Оставайтесь собой — королевой, которая выше соперничества.

Лилейна мягко улыбнулась, положила расческу на трюмо.

— Странно, что Дерек решил заявиться ко мне именно тогда, когда я пригласила Нэша, — заметила она, внимательно глядя в глаза Сэма в отражении.

Капитан отвел взгляд, но стук в дверь прервал их беседу.

— Прошу прощения, миледи, — в комнату вошел слуга в поношенной синей ливрее. — Ястреб принес письмо. Оно для капитана королевской стражи.

Сэм взял скрученный в тонкую трубочку лист, развернул.

— Печать вскрыта, — сердито заметил он.

— Лорд Гровер всегда первым проверяет почту, — пояснил слуга. — Но, похоже, это какая-то шутка. Он не смог ничего разобрать.

Сэм пробежал глазами по строкам, и Лилейна выхватила у него листок.

— Что это? Какой-то шифр? — спросила она, хмурясь и вглядываясь в странные символы. — Что там написано?

Сэм забрал у нее письмо, смял его и сунул в карман.

— Это приказ лично для меня, — ответил он и вышел из комнаты.

***

Стук прозвучал тихо, но настойчиво, дверь скрипнула, отворясь. Проснувшись, Дерек тут же выхватил кинжал из-под подушки и сел в кровати, направив лезвие на незваного гостя.

— Лилейна? — пробормотал он, рассмотрев распущенные золотые волосы и стройный силуэт. — Что случилось?

Она подошла ближе, села на край кровати. Опомнившись, Дерек отвел кинжал, уронил его на пол.

— Милорд, мне страшно в этом замке, — прошептала она. Сладковатый аромат духов окутал Дерека облаком дурмана. Синие глаза казались черными, пеньюар распахнулся, обнажая белую кожу.

— Вам нечего бояться, Лилейна, — неуверенно возразил Дерек. — Лорд Гровер не допустит, чтобы с его благородной гостьей что-то случилось.

Лилейна прижала пальчик к его губам, погладила небритую щеку. Рука скользнула ему на грудь.

— Лилейна, — Дерек перехватил ее руку, помедлив, поднес к губам и поцеловал.

— Сегодня лорд Гровер предложил мне выйти за него.

— Что? — Дерек откинул одеяло, встал и зажег лампу, быстро отшатнувшись от вспыхнувшего огня. Глаза Лилейны расширились, когда она увидела уродливый ожог, бугрящийся по левому боку от плеча до поясницы и прячущийся под каемкой белья.

— Он обещает мне законный брак и безопасность, — сказала Лилейна, справившись с эмоциями. Она слегка откинулась на кровати, полы пеньюара расползлись еще дальше, открывая тонкую кружевную сорочку.

— И что вы ответили ему? — Дерек повернулся к принцессе, взгляд его невольно опустился к высокой груди, подчеркнутой тонкой тканью, прошелся по изгибу бедра и стройным ногам, обрисованным шелком.

— Он ждет моего ответа утром, — сказала Лилейна, медленно убрав прядь волос за спину и невзначай огладив пальцами шею и полукружие груди. — Что мне ему ответить, милорд? Выбрать синицу в руке? Журавля в небе? Вы можете обещать, что я не ошибусь, если откажу Гроверу?

Она подалась вперед, губы ее заблестели в свете лампы.

— Боюсь, такая жирная синица в руку не влезет, — раздался голос из угла. Нэш сел на топчане, потянулся. — Прекрасно выглядите, Лилейна.

Ахнув, она запахнула полы пеньюара.

— Дерек, если Гровер хочет заполучить принцессу, то ее ответ ему может и не понадобиться, — заметил Нэш, поднимаясь. Лилейна невольно прикусила губу и отвела взгляд от крепкого тела.

— Он может перебить нас всех за завтраком, — задумался Дерек. — Происходит то, чего я и боялся. Мы везем трон, на который многие желают сесть.

— Или лечь, — усмехнувшись, добавил Нэш, глянув на Лилейну. Желтые глаза его сверкнули, как огоньки. — Гроверу даже не обязательно обнажать мечи. Он может отравить нас. Хотя тут такая отвратительная еда, что и яд не нужен. Ты пробовал вчерашние щи? — он скривился.

— Сейчас не время для твоих гастрономических страданий. Надо убираться отсюда. Почему вы не рассказали раньше? — Дерек посмотрел на Лилейну с укором.

Та, вспыхнув, поднялась и покачнулась на высоких каблуках. Нэш подхватил ее под локоть.

— Лучше позже, чем никогда. Я проведу принцессу, ей надо переодеться, разбужу наших. Попробуем ускользнуть, пока все еще спят.

Дерек кивнул, взял со стула штаны, а Нэш вывел принцессу из комнаты.

— Какого вувра ты спишь в одной комнате с лордом? — возмущенным шепотом спросила она.

— Я его слуга, мне не выделили отдельные покои, — ответил Нэш, ведя Лилейну коридорами. — К тому же кто-то должен хранить его покой. Мало ли, кто явится ночью… — Он приобнял ее за талию. — Осторожно, тут ступенька.

Лилейна досадливо отстранилась, запахнула пеньюар плотнее.

— Его шрам… Это сделал дракон? — спросила она.

— Да. Дерек получил ожог в пожаре, когда его замок сгорел, а мать погибла.

— Это ужасно, — покачала она головой. — И теперь он едет к тому самому чудовищу.

— А всё, чтобы получить вас.

— Не меня, — горько усмехнулась Лилейна. — Корону.

Они собрались во дворе через полчаса. Лилейна заняла карету, наотрез отказавшись ехать с кем-то еще. Растрепанная и заспанная Ирга уселась в повозку, и Генри погрузилась с ней рядом, сняв сперва оттуда нескольких котов. Стражники на воротах отказывались открывать без приказа лорда, но капитан ткнул им под нос королевский перстень, и вскоре ржавый ворот заскрипел, опуская мост через ров по другую сторону перешейка.

Выбравшись из замка под покровом ночи, как воры, они решили ехать как можно дальше без остановок.

— Что пьешь? — спросил Нэш, подъезжая к повозке на вороном коне. — Чай?

— Ага, — кивнула Генри, протягивая Нэшу флягу, на которой проступила испарина. — Хочешь? Горячий, как мои поцелуи.

— А молока, холодного, как твое сердце, нет?

Порывшись в одеялах, Генри вытащила кувшин.

— Свежее. Специально для тебя вчера выклянчила у молочника.

— Ты знаешь, что я люблю тебя? — сказал Нэш, забирая у нее кувшин и снимая с него крышку.

— В курсе, — кивнула Генри, подтягивая одеяло на Иргу, которая спала, свернувшись на дне повозки калачиком, как котенок. — Хорошо, что принцесса проявила сознательность и предупредила о замыслах Гровера.

— Угу, — промычал Нэш, облизывая молочные усы.

— Надеюсь, он не прикажет снарядить за нами погоню.

— Одно дело скрытно все провернуть в стенах собственного замка, и совсем другое — решиться на открытый вооруженный конфликт. Не бойся, Генри. Если что — я тебя защищу.

Она усмехнулась и посмотрела вдаль — в туманную дымку, за которой укрылись черные горгульи замка.

***

— Свинство, — выпалил лорд Гровер, спускаясь по лестнице. Покрытые слизкой черной плесенью ступени норовили выскользнуть из-под ног, и он вымерял каждый шаг. Слуга нес впереди факел, отблески пламени дрожали на стенах, чудовищные тени вытягивались и исчезали после каждого поворота. — Непростительная наглость! Она дура! Все бабы дуры, ведь так?

— Да, милорд, — подтвердил слуга. Капли пота медленно ползли по его лбу, обгоняя друг друга.

— Уехала к дракону! К огнедышащему чудовищу, которое даже не человек!

Гровер забрал у слуги факел и мешок, сочащийся чем-то темным.

— Дальше я сам, — буркнул он, и слуга поспешно отправился назад, во тьму, облегченно вытирая лоб.

Лорд прошел по каменному рукаву, на полу которого влажно блестели лужи, повернул еще раз и остановился перед толстыми прутьями, покрытыми ржавчиной. Швырнув через них мешок, он устало опустился на каменную скамью.

— Я был бы хорошим королем, — сказал он, прислоняясь к стене. — Уж точно не хуже Альфина, который только и умеет, что поднимать налоги. По ночам зима дышит стужей, прошлая растянулась на девять месяцев, и кто знает, хватит ли у нас запасов, чтобы пережить холода.

Из-за решетки донеслось жадное чавканье, и Гровер, вздрогнув, повернулся.

— А если я отправлю в гавань все то, что требует король, наши надежды встретить весну станут еще скромнее. Понимаешь?

Хруст переламываемых костей был ему ответом.

— Нельзя оставлять это безнаказанным, — лорд облизал толстые губы и растянул их в хищной улыбке, золотые зубы сверкнули, — ни хамство принцессы, ни жадность короля. Альфин не хочет делиться престолом. Знаешь, что было в том письме, что он прислал своему капитану? Приказ убить собственного бастарда. Но это означает, что принцесса достанется дракону. А Дерек останется ни с чем. Это хорошо. Почему я должен кланяться какому-то бастарду? Я, лорд из рода семи, прибывших из-за Бушующего моря!

Он прислушался к чавканью, ставшему тише.

— Не надо было давать принцессе время на раздумья. Я мог бы взять ее силой. Но с возрастом это становится все сложнее. Теперь женщинам самим приходится немало потрудиться… — он нашарил на поясе связку ключей, побренчав, нашел нужный. — Тебе пора размяться, — сказал он, вставляя ключ в узкую скважину. — У меня есть для тебя поручение.

Длинные пальцы с клочками рыжеватых волос на фалангах обхватили прутья. Желтые загнутые когти оцарапали ржавчину.

— Ты отправишься за ними, — сказал Гровер, когда дверь клетки со скрипом открылась. — И убьешь принцессу. Можешь сделать это, как тебе больше нравится, насладиться каждым ее криком — только унеси сперва подальше, чтобы тебя не схватили.

Из клетки вышел голый человек. Очень высокий, жилистый, покрытый рыжими волосами, как шерстью. Челюсти его выступали вперед, желтые загнутые клыки виднелись из-под губы. Расправив ссутуленные плечи, он едва не задел головой потолок. Гровер вынул из кармана обрывок ткани и протянул ему. Тот осторожно взял лоскут когтистой рукой, прижал к носу и, прикрыв глаза, втянул запах.

— Кусок наволочки, на которой она спала. Ты убьешь принцессу, а капитан выполнит королевский приказ и прикончит рыжую, если он уже это не сделал. И тогда дракон полетит в гавань и сожжет ее дотла.

Человек перевел взгляд на лорда. Глаза полыхнули оранжевым.

— Возможно, когда людям понадобится новый король, они вспомнят о лорде из древнего рода, — мечтательно улыбнулся Гровер. — А если и нет — не надо будет платить налоги.

Он зашагал по коридору, неся перед собой факел.

— Единственное, о чем я жалею — так это что Лилейна не родит мне наследника. Она тебе понравится: золотые волосы, фигура. Чем-то похожа на мою третью жену. Помнишь, я отдал ее тебе, когда стало понятно, что и она бесплодна?

Человек рыкнул, облизнулся. Он шел за Гровером, так сильно сутулясь, что костяшки его пальцев иногда чиркали по полу.

— А потом возвращайся. Становится холодно. Здесь у тебя всегда будет мясо.

Тот зарычал, черты лица его исказились, нос сморщился.

— Но-но, не рычи. Я знаю, что тебе здесь не нравится. Но я не хочу, чтобы ты прикончил всех моих подданных за раз, — обернувшись, Гровер криво улыбнулся. — Знаешь, во всем этом мне видится какая-то нелепая насмешка богини. Пять благородных жен не родили мне детей. Шестая и вовсе сбежала. Зато дикая, которую я трахал ради забавы, разродилась здоровым пацаном.

Он снова повернулся к рыжему.

— И ведь в тебе, если приглядеться, видна древняя кровь посильнее, чем в Лилейне.

Остановившись у двери, лорд потянул засов, но лишь покраснел от натуги, отошел в сторону. Рыжий легко сдвинул тяжелую полосу металла, приржавевшую к скобам, толкнул дверь. Стылый воздух ворвался в подвал, развеивая густой смрад. Пламя факела затрепетало.

— Иди, сынок, — сказал лорд. — Выполни мой приказ. Убей принцессу. А когда вернешься, сможешь выбрать любую девку, что тебе понравится.

Рыжий ступил на сухую траву, коснулся ее кончиками пальцев. Туманный рассвет стелился под холмом, из леса, тянущегося в долине, донеслись птичьи крики. Через спутанные лохмы волос пробились острые кончики ушей, повернулись к лесу. Лорд прикрыл дверь, оставив засов открытым, и пошел прочь.

У стен замка остался белеть одинокий лоскуток ткани, а стражник на башне, заметив лохматую спину, несущуюся в лес, поспешно отвернулся.