Глава 29

Когда рассвело, они выехали на костяную пустошь. Вороны, напуганные их появлением, вспорхнули черной тучей, но потом снова опустились на грязно-рыжую спину волколака. Серебристая полая трава тихо плакала, пригибаясь под слабым ветром.

— Дерек, — обратился к лорду Нэш. — Я хочу поговорить.

— Валяй, — равнодушно согласился тот, не глядя на котолака и правя вперед. Седой конь фыркал и высоко поднимал копыта, под которыми хрустели то ли полые стебли травы, то ли кости умерших в великой битве.

— Прошу, отпусти ее, — горячо попросил Нэш.

Дерек покосился на него и устало усмехнулся.

— Я отдам тебе все, — пообещал Нэш. — Все, что у меня есть. И свою жизнь.

— Нэш, — вздохнул Дерек. — Все, что у тебя есть, дал я. Что до твоей жизни, то и она была выкуплена моим отцом. Ты и так принадлежишь мне от рваного уха до кончика хвоста, и я все чаще думаю, что ты был самым неудачным приобретением лорда. Прихоть моей матери. Она была красивой женщиной и, наверное, жалостливой. Но и своенравной…

— Никогда так не считал, — пожал плечами Нэш.

— Я не отпущу Иргу, — отрезал Дерек. — А ты, если хочешь доказать свою преданность, скажи, зачем мы делаем круг по дикому лесу. Куда ты нас ведешь?

Нэш замялся, но через мгновение все же ответил:

— В храм. Туда, где все закончилось и, как выяснилось, началось. Я хочу пробудить силы, дремлющие в Ирге. Если верить кузнецу, она должна стать сильнее своей матери.

Дерек задумался, выпутывая из гривы коня репей.

— Что ж, в этом есть смысл… Хорошо, мы идем туда. Знаешь, я тоже должен тебе кое-что сказать.

— Слушаю тебя.

— Я больше не считаю тебя другом.

— Ты гонишь меня прочь? — лицо Нэша окаменело.

— Нет, ты по-прежнему полезный слуга с уникальными способностями и нужен мне. Но я больше не верю тебе, Нэш. Я не могу на тебя полагаться.

— Я пойду к дракону…

— Или все же попытаешься сбежать с Иргой, — перебил его Дерек. — Я не виню тебя. В конце концов, ты даже не человек. По-видимому, животные инстинкты в тебе слишком сильны, и ты не можешь их сдерживать.

— Я люблю ее! — вспылил Нэш. — Инстинкты тут ни при чем! Ты ведь тоже любил однажды! Уже забыл, каково это?

Дерек повернулся к Нэшу, и тот вдруг заметил, как постарел за этот поход серебряный лорд. Теперь ни у кого не повернулся бы язык назвать его смазливым. Черты Дерека заострились, глубокая морщина прорезала переносицу, а густая жесткая щетина скрыла мягкий изгиб губ.

— Нет, не забыл, — ответил он наконец. — Поэтому и не приказал отрубить тебе голову или еще что-нибудь важное. Но лучше не попадайся мне на глаза какое-то время.

Лорд подогнал коня и уехал вперед, сопровождаемый хрустом и плачем травы, который стал громче под порывами ветра, а Нэша нагнал Сэм.

— Что, лорд сегодня не в духе?

— Не твое дело, — огрызнулся Нэш, повернувшись к нему. — Я должен был раньше догадаться, что ты извращенец. Твои усы — явное тому доказательство. Но в этой сфере я тебя новым приемам учить не собираюсь.

— Не рычи, — сказал Сэм. — Я не хотел подглядывать. Я думал, вы собираетесь удрать, а когда понял, что планы другие, то хотел вернуться в лагерь. Но тут появился кузнец… Ты, между прочим, должен меня поблагодарить! Если бы не я, он бы тебе кой-чего на месте оторвал!

— Спасибо, — ехидно ответил Нэш. — Но я в толк не возьму, откуда такая преданность принцессе? Ты ведь из-за нее пытаешься не допустить побега Ирги. Чтобы дракону досталась не Лилейна.

Он внимательно посмотрел на капитана, а тот ответил ему не менее пристальным взглядом. У Нэша свежий фингал под глазом переливался багрянцем, а у Сэма глаз, подбитый в рыбацкой деревушке, уже зеленел.

— Сдается мне, у нас есть еще кое-что общее, кроме синяков, — протянул Нэш.

— Когда ты котик, у тебя шикарные усы, — хмыкнув, подтвердил Сэм. — Даже длиннее, чем у меня.

Капитан развернул коня к принцессе, загородив тушу волколака, которую клевало воронье. Лилейна сегодня распустила косы и надела черную шубку. Золото волос на смоляном меху сверкало еще ярче, синие глаза вспыхнули радостью, когда принцесса встретилась взглядом с капитаном.

— Нет… — недоверчиво произнес Нэш. — Не может быть.

Мотнув головой, он подождал, пока рыжий мул с Иргой на спине поравняется с ним, и взял девушку за руку.

— Ирга, ты все равно должна убежать, — сказал он. — Дерек не станет…

— Нэш, — перебила она его, убрав ладонь, и мул, будто подгоняемый ее приказом, пошел быстрее, — я не хочу об этом говорить.

Нэш раздраженно шикнул, посмотрел на Генри, но та тоже ехала хмурая, явно погруженная в свои мысли. Расстегнув куртку, Нэш снял ее и сунул в мешок, притороченный к седлу, потянул завязки рубахи. Когда вороной конь добрел до края пустоши, Нэш спрыгнул с него, стащил остальную одежду и, опустившись на четвереньки, выгнулся дугой, а потом вытянулся снова, быстро обрастая густой шерстью. Большой черный кот с яркими желтыми глазами и оборванным ухом длинными прыжками обогнал короткую вереницу всадников и побежал вперед, показывая дорогу к храму.

Они добрались туда к вечеру, когда солнце уже почти скрылось за горами, и в воздухе, напоенном зрелым золотом сумерек, появилась ночная прохлада. От былого величия остались лишь несколько колонн, да ворота, густо оплетенные вьюнком. Лес тут будто забыл о приходе осени и зеленел точно в начале лета. Густая сочная трава доходила до колен, и лошади замедляли шаг, тянулись мордами вниз, норовя ее ущипнуть. Дерек поднял руку, приказывая остановиться. Черный кот выпрямился, поднимаясь на задние лапы и превращаясь в человека, и Генри бросила ему плед. Нэш поймал его на лету, накинул на плечи. Он прошел босыми ногами вперед — туда, где из каменных плит был выложен круг, так плотно, что в стыках даже не пробивалась трава. Спиральные узоры закручивались, перетекая друг в друга, собираясь к центру.

— Значит, здесь был храм? — прошептала Ирга, догнав его.

— Да, — подтвердил Нэш. Он обнял Иргу, притягивая к себе, поцеловал в висок, не таясь от лорда.

Ирга прошла по рисунку камней, который обрывался в центральном круге.

— А здесь что было? — спросила она, занося ногу, не решаясь сделать следующий шаг.

— Ничего, — ответил Нэш. — Насколько я могу судить по рисункам и записям, оставшимся после гибели лесного народа, в центре, во время молитв и ритуалов, стояла жрица, лесная королева.

Помешкав, Ирга разулась, шагнула босой ногой в центр, не заложенный камнями. Густая щетка травы пощекотала ей пятку.

— Ну, что? — спросил ее Нэш. — Что-нибудь чувствуешь?

Ирга долго молчала, она закрыла глаза и стояла неподвижно, будто прислушивалась к ощущениям.

— Да, — прошептала Ирга, наконец повернувшись к нему. — Это мое место.

Она распахнула руки, точно птица — крылья. Короткие рыжие волосы зашевелились, будто от ветра, светлые зеленые глаза потемнели, загорелись ярко, как два изумруда в глазницах древней богини.

Ирга тихо рассмеялась, запрокинув голову, кружась на месте.

— Теперь я знаю, кто на меня смотрел все это время! — воскликнула она, и голос ее подхватило эхо.

— Кто же? — спросил Дерек, спешиваясь и подходя ближе, наблюдая за Иргой с болезненным любопытством.

— Лес, — ответила она. — Он живой! И он ждал меня!

Деревья вдруг покачнулись, протягивая толстые ветви, сплетая их над каменным кругом в зеленую крышу. Земля еле ощутимо завибрировала, поднимаясь под ногами людей, а потом плавно опустилась, точно вздохнула с облегчением.

Ирга улыбнулась Нэшу, сияя глазами, тряхнула волосами, которые заструились ярким огнем ниже лопаток. Она погладила его щеку, и багровый синяк исчез, как и не было. Протянула руку в сторону капитана — и его фингал тоже растаял, повернулась к Дереку…

— Нет, — резко сказал он. — Я хочу, чтобы мои шрамы остались со мной. — Чуть ссутулившись, Дерек повернулся к воинам. — Чего ждем? — спросил он. — Разбиваем лагерь.

***

Ирга пришла к Нэшу, спящему у затухающего костра, среди ночи, забралась к нему под одеяло, прижалась к горячей груди.

— Теперь я понимаю, о чем ты говорил, — прошептала она ему на ухо, покусывая мочку. — Я тоже была в клетке. Все словно изменилось.

— Мы все равно в клетке, Ирга, — ответил Нэш, пропуская длинные шелковистые пряди ее волос через пальцы. — Пусть прутья и не видны.

Он поцеловал ее, медленно дразня языком, проникая все глубже, повернувшись, прижал телом к земле, заведя руки Ирги за голову, сплел свои пальцы с ее. Он сминал ее губы, вбирая вкус, тихие стоны и ответные ласки, пока Сэм, спящий по другую сторону костра, не кашлянул.

— На всякий случай обозначаю, что я здесь, чтобы потом не было претензий, — буркнул он, отвернувшись на другой бок.

— Он не смотрит… — прошептал Нэш.

Но Ирга, отчаянно покраснев, помотала головой. Вздохнув, Нэш скатился с нее, повернувшись на бок, прижал к себе спиной, и Ирга невольно отпрянула, ощутив его готовность.

— Я могу сдерживать свои животные инстинкты, — сказал Нэш. Его рука поднялась с ее талии и легла на грудь. Затвердевший сосок уперся через ткань платья в центр его ладони. — Наверное, — добавил он не очень уверенно.

Неясный звук, напоминающий хлопанье простыней на ветру, донесся издалека, Нэш приподнялся на локте, прислушиваясь, Сэм, повернувшись, потянулся за мечом… Над ними пролетел дракон: черный силуэт, пронизанный огненными нитями, крылья темнее ночи. Нэш обнял Иргу так сильно, словно пытаясь вобрать себе под кожу.

— Вон та лысая макушка над деревьями — это ведь и есть драконья гора? — уточнил Сэм. — Похоже, завтра дойдем.

Красная звезда сияла над горой, как путеводный огонь, и когда Ирга закрыла глаза, то видела ее даже через веки.

***

Нэш проснулся от холода, пробравшегося под одеяло, резко сел, осматриваясь. Он принюхался и, повернув голову, безошибочно нашел взглядом Иргу. Поднявшись, крадучись подошел к ней со спины. Она, присев на корточки, сдирала слой мха и травы, укрывавший небольшой вытянутый холмик.

— Помоги мне, — попросила она, не оборачиваясь.

— Как ты поняла, что я здесь? — улыбнулся он, присев рядом с ней.

— Там прячется выводок лисят, — ткнула она пальцев влево, — там — недавно проходил олень, а здесь, — она потянулась и поцеловала его в губы, — котолак.

— А тут что? — Нэш выпростал загнутые когти и, проведя ими по холмику, откинул в сторону целый пласт дерна.

— Что-то важное, — ответила Ирга, орудуя ложкой и аккуратно снимая мох, — старайся не поцарапать.

— Да, моя королева, — усмехнулся Нэш.

Вскоре из-под зеленого пушистого одеяла показались каменные черты. Статуя матери лежала на боку, укрытая мхом и сплетением трав, глаза ее были пусты, и в руках, сложенных вместе, не хватало чаши. Стиснув зубы от напряжения, Нэш поднял статую, придержав за талию, когда она покачнулась, и тут же убрал руки, словно боясь, что совершил святотатство.

— А она не такая уж великая, в прямом смысле, — заметил Нэш, — едва мне до плеча.

Ирга стряхнула грязь с лица статуи, протерла его тряпицей, закрыла ладонями пустые глазницы, и когда она убрала руки, на месте глаз распустились крупные анемоны. Нэш сходил к настилу, под которым Генри устроила скудные припасы, принес оттуда миску. Он попробовал установить ее в руках статуи, но миска оказалась велика. Зато кубок Дерека вошел в ее ладони как влитой.

— Интересно, — произнес лорд, подходя к статуе. Он провел пальцем по орнаменту на рукавах матери. — Такое чувство, что я уже видел этот рисунок… Полагаю, что пол храма такой плотный неспроста, — сказал он, ступив на камни. — Линии закручиваются к центру, где камней нет. Похоже, туда направляются некие энергии земли, собираются в пучок. Думаю, так твоя мать и выжила. Оказалась в месте, где сосредоточены силы.

— Я взял твой кубок, — сказал Нэш. — Прости.

— Серьезно? — хмыкнул Дерек. — Значит, за кубок ты просишь прощения?

Он покачал головой и, прищурившись, посмотрел на гору, вокруг которой клубился то ли туман, то ли дым.

— Поднимай людей, — сказал лорд. — Наконец-то мы дошли. Не думал, что когда-нибудь скажу это, но мне не терпится увидеть дракона.

***

Поселение огнепоклонников раскинулось у подножия горы, издали напоминая сваленные в острые пирамиды камни. Но когда путники подошли ближе, то в хаотичных постройках проступила система. Дома поменьше выстраивались в лучи, которые стремились к центру — высокому каменному зданию с покатой крышей — уменьшенной копии горы. Жрец огнепоклонников вышел им навстречу — худой жилистый дядька с татуировкой на лице, которая продолжала линию рта до самых ушей. Череп его был выбрит до блеска, и лишь по центру головы осталась узкая черная полоска волос, напоминающая гребень дракона.

— Мы ждали вас, — кивнул он, рассматривая скудный обоз. — Располагайтесь, отдыхайте. А я доложу дракону, что вы прибыли.

Два молодых парня с такими же гребнями, как у жреца, провели путников в большой дом. Молчаливые женщины быстро накрыли на стол, показали комнаты.

— В монастыре и то веселее, — буркнул Нэш, глянув на кельи с узкими кроватями.

— Тебе виднее, — согласился Дерек, садясь за стол и выбирая хорошо прожаренный кусок мяса.

В открытые двери заглянули две чумазые детские мордашки и тут же исчезли. За окном, которое было просто зияющим отверстием в стене из черного камня, послышался шепот и смех. Лорд обвел взглядом комнату — никаких украшений, вышивок или икон. Зато прямо в центре в открытом очаге плясал огонь, а дым устремлялся в круглое отверстие в потолке.

— И что теперь? — спросила Лилейна, садясь напротив. Она подвинула к себе кубок, понюхала и, скривившись, отставила в сторону. Взяв красное яблоко, откусила, глядя на Дерека.

— А теперь я должен решить, кто из невест пойдет к дракону, — ответил он, глядя на нее.

— Вот как? — удивилась Лилейна. — А я уж подумала, что вы, милорд, приведете нас обеих под его очи.

— Вас обеих? — повторил Дерек. — Соблазн велик. Но, боюсь, в таком случае я могу остаться без невесты и короны. Вдруг и дракон не захочет выбирать. Может, вы обе придетесь ему по вкусу, кто знает, что у него на уме. Нет, пойдет только одна.

Ирга, слегка побледнев, села рядом с принцессой.

Дерек перевел на нее взгляд, потом посмотрел на Нэша.

— Но перед тем, как я приму решение, я хочу задать вопрос тебе, — сказал он, обращаясь к котолаку.

— Слушаю, — кивнул тот, становясь за Иргой и кладя руки ей на плечи.

Серебряные глаза уставились на Нэша, холодные, как мечи.

— Если я оставлю себе Иргу, а нам с тобой удастся выжить, то клянешься ли ты исчезнуть и никогда больше не тревожить ни ее, ни меня? Отвечай!

— Да, — выпалил Нэш, не раздумывая. — Если ты оставишь ей жизнь, я клянусь памятью твоей матери, своей жизнью, ее жизнью и всеми богами, что исчезну. Вы никогда не услышите обо мне!

— Нэш! Нет! — воскликнула Ирга, повернувшись к нему.

— Хорошо, — кивнул Дерек. — В таком случае, к дракону пойдет Лилейна.

Все заговорили одновременно: Генри требовала, чтобы Дерек отвел к дракону ее, Сэм грязно ругался, и усы его топорщились похлеще, чем у кота. Ирга плакала, цепляясь за Нэша, а тот отталкивал ее и тут же прижимал к себе. Лишь Лилейна сидела в этом хаосе молча, бледная, как лилия, а синие глаза сверкали влажными сапфирами.

— Тихо! — гаркнул Дерек и стукнул по столу так, что нехитрое угощение подпрыгнуло в тарелках. — Пусть каждый выскажется по очереди. Генри!

— Дерек, — всхлипнула она, утирая глаза концом платка, — отдай дракону меня. Обойдется этот ящер и без принцессы. Дашь мне с собой яд, пусть сдохнет, скотина эта.

— Генри, — произнес лорд ласково, — тебя я потерять никак не могу. К тому же наверняка дракон умнее, чем ты надеешься. Прости, но спутать тебя с принцессой невозможно. Дальше, — он перевел взгляд на принцессу и слегка поморщился, ожидая гневной тирады, но она молчала, словно оглушенная приговором. — Простите, Лилейна, — произнес лорд. — ничего личного.

— Охотно верю, — кивнула Лилейна. — Похоже, в том пожаре сгорел не только ваш замок, но и вы сами, милорд. Внутри у вас прах и пепел, и ничего живого. Но я понимаю ваше решение. Ирга слишком необычна, чтобы приносить ее в жертву, и вы готовы рискнуть — хорошее качество для будущего короля.

— И это все? — удивился Дерек, когда она замолчала.

— А чего вы ждали? — ответила она. — Что я упаду к вам в ноги? Стану молить о пощаде и клясться в вечной любви?

— Вообще-то да, — усмехнулся он.

— Да пошел ты, серебряный бастард, в бездну, — руки ее задрожали, надкушенное яблоко выпало и подкатилось по столу к Дереку. Он откусил его и, с усилием оторвав взгляд от Лилейны, повернулся ко второй невесте.

— К дракону пойду я, — сказала Ирга твердо.

— Ирга, не дури, — одернул ее Нэш. Кошачья морда проступила в чертах его лица, желтые глаза сверкнули. — Ты останешься здесь. Будешь королевой и проживешь долгую счастливую жизнь.

— Без тебя? — пылко спросила она, повернувшись к нему. — Зачем мне такая жизнь? Я люблю тебя, Нэш! Я хочу жить с тобой, засыпать и просыпаться вместе, и растить наших детей…

— Ирга, — перебил ее Дерек. — Ты королевская дочь и не принадлежишь себе. Попытайся смириться с этим. Я постараюсь быть тебе хорошим мужем и не стану тебя обижать. Со временем ты полюбишь меня.

Нэш зашипел, но тут же взял себя в руки.

— Я никогда не полюблю вас так, как Нэша, — отрезала Ирга, повернувшись к лорду. — И… я спала с ним! — выпалила она. — Много раз!

— Три! Всего три! — воскликнул Нэш. — И за одну ночь. Так что считается за один!

— Я всегда буду сравнивать вас с Нэшем, — продолжила Ирга. — И всегда не в вашу пользу.

— Ничего, я переживу, — процедил Дерек, гневно глянув на Нэша.

— А что, если я беременна? — выдвинула последний аргумент Ирга. — Что, если я рожу котолака?

Дерек смахнул тарелку с яблоками со стола, и та разбилась на осколки, ударившись о каменную стену, вскочил, опершись руками на стол.

— Ты станешь моей женой, нравится тебе это или нет!

— Вы уверены, что можете приказывать мне? — спросила Ирга, сузив глаза, которые засверкали зелеными щелочками. — Я могу убить вас прямо сейчас. Вырастить яблоню из семечка, что движется в ваш желудок. — Она щелкнула пальцами. — Это будет очень просто.

Дерек слегка побледнел и ответил спокойнее:

— Я не могу отдать тебя дракону. Ты — последняя лесная, дочь королевы, и кто знает, может, наш мир до сих пор жив только потому, что ты существуешь. Когда я стану королем, то открою тебе доступ ко всем библиотекам. Мы найдем какое-нибудь заклинание, и лето снова станет длиннее, и люди перестанут умирать от голода зимой…

— Милорд, позвольте и мне сказать, — встрял Сэм.

— Что? — рявкнул Дерек. — И ты хочешь стать невестой дракона?

— Когда мы были в замке лорда Гровера, я получил королевский приказ, — Сэм сделал паузу. — Убить Иргу.

— Что? — повторил Дерек тихо. — Это не может быть ошибкой?

— Королевский ястреб, королевская печать, почерк, которым было написано множество приказов, что я получал, — невозмутимо ответил Сэм, ущипнув себя за отросший ус.

— Почему же ты не выполнил приказ? — спросил Дерек.

— Сроки не были указаны, — пожал плечами Сэм.

— Я смотрю, ты любишь точные формулировки, — прищурился лорд.

— Если король приказал убить ее, то, как вы думаете, признает ли он ее наследницей?

Дерек снова сел, перевел взгляд на Лилейну, а та посмотрела на него.

— Если вы будете относиться ко мне с уважением и прислушиваться к моему мнению, — сказала она, — я обещаю, что постараюсь стать вам хорошей женой.

— Вы еще и выдвигаете мне условия? — удивился Дерек.

— Почему бы нет, — холодно улыбнулась Лилейна, спрятав подрагивающие руки под стол.

— Ирга, зачем? — простонал Нэш. — Зачем ты это сделала?

— Потому что ты туда идешь, — ответила она, обвивая руками его шею, — а я хочу быть с тобой. Я — лесная, я могу быть полезна. Нэш, не отказывайся от меня, от нас, пожалуйста!

Он обхватил ее запястья, посмотрел в глаза. Попытался убрать ее руки, но в итоге сам запустил пальцы в ее отросшие волосы, притянул к себе, отчаянно поцеловал.

— Милорд, — в дом вошел жрец в сопровождении двух прислужников. — Дракон ждет невесту.

— Вон она, — устало кивнул Дерек на Иргу, которая пылко целовалась с Нэшем.

— Допускаются один сопровождающий и служанка, — ответил жрец.

Генри с готовностью встала с лавки, поправила платок.

— Я буду служанкой, — ответил Нэш, отрываясь от Ирги и поворачиваясь к жрецу.

Тот посмотрел на его заросшую физиономию, с сомнением покосился на рваное ухо.

— Ладно. Дракон разберется. Отправляемся немедленно.

— Погодите, — спохватилась Ирга. — Я хочу попрощаться с принцессой. Вы можете оставить нас наедине?

Когда все вышли, Лилейна поднялась и подошла к Ирге.

— Говори, что ты хочешь, — сказала она. — Я все для тебя сделаю. Дать золота кузнецу? Наградить Нэша?

— Не думаю, что папа согласится взять королевскую награду, — ответила Ирга. — Да и Нэш… Мне ничего не надо, Лилейна.

— Ты спасаешь мне жизнь, опять. Пусть и из-за котика, — произнесла она, взяв Иргу за руку.

— Ты тоже спасла меня, когда убила волколака. Как вспомню — мурашки по коже, — поежилась Ирга.

— А ты и вправду беременна? — поколебавшись, спросила Лилейна.

— Нет, — ответила Ирга. Она чуть смутилась, взгляд ее скользнул ниже. — А вот ты — да.

— Что? — ахнув, Лилейна непроизвольно положила руку на живот, понизила голос. — Ты уверена?

Ирга кивнула, и Лилейна прижала ладони к щекам, вспыхнувшим румянцем.

— Великая матерь, — прошептала принцесса. — Я спала на сырой земле, ела белок и тряслась на лошади с утра и до ночи, и что за дитя родится после всего этого?

— Красивый здоровый мальчик, — ответила Ирга и, усмехнувшись, добавила. — Скорее всего, без усов поначалу.

— Не говори никому, — попросила Лилейна.

— Не скажу, — пообещала Ирга.

Принцесса шагнула к ней и, крепко обняв, прошептала.

— Удачи тебе, сестра. Если кто и может победить дракона, то только ты.

— Нам пора, — Дерек заглянул в дом, окинул их хмурым взором. — Ирга, пойдем.