Глава 16

Глава 16

Месяц пролетел фактически незаметно, я все время старалась не сталкиваться с Никой, уезжала специально пораньше на работу и, когда могла, возвращалась позже.

По сути, я была готова почти ко всему с ее стороны, но ничего глобального не происходило, вообще. Мне было больно и обидно поначалу, очень жаждала рассказать Игнату про ее разговор с приемной матерью, но решила повременить. Думала, вот-вот в комнату войдет Игнат и огорошит новостью о том, что к нам едет его мама. Прошел день, второй, третий — ничего. Удивительно. Да и не хотелось мне еще больше расстраивать Игната, поэтому промолчала, оставила все глубоко внутри себя.

— Ну что, готова? — Литвинов вырвал меня из задумчивости.

Понимая, что зависла с расческой в руке перед зеркалом, отложила ее и поднялась. Сегодня настал тот самый день «икс» — развод. Я специально отказалась от всего имущества, чтобы избежать суда, просто прийти в ЗАГС и подписать нужные бумажки спустя месяц размышления.

— Думаешь, он не придет?

Игнат предупредил меня, чтобы не питала иллюзий и не ждала развода так скоро. Миша как в воду канул после того самого дня, когда подкараулил в подъезде.

— Хотелось бы мне, но… — мужчина развел руками и посмотрел на наручные часы. — Идем, по крайней мере, хоть мы явимся, дальше дело будет решаться через суд.

Наши отношения потихоньку налаживались. Я стала лучше узнавать его, выяснила, что любит, а что ненавидит всеми фибрами души. Какую еду предпочитает, что слушает и так далее. Короче, прикипела к Игнату всей душой, возможно даже, влюбилась, но все-таки еще не любила. Может, мало времени прошло, кто знает. Мужчина не торопил, даже однажды сказал: «Я ждал почти пятнадцать лет, думаю, годик-другой особой роли не сыграет».

Порой думала, может, Ника была права, и мне не следовало снова влезать в жизнь Литвинова? Но потом, как только осознавала, что придется с ним расстаться, а видеться только по факту, сердце сразу кровью обливалось.

Мы спустились вниз, Лёха нас уже ждал в гостиной, даже Николетта была здесь, лениво листала журнал. Одарила меня, как обычно, язвительным взглядом и мило улыбнулась. Димка околачивался рядом, как незаменимая тень девушки, хотя оба были не в восторге друг от друга. Иногда, замечая уж слишком странные взгляды Ники в сторону Синицына, меня посещали глупые мысли, которые я сталась не озвучивать вслух. Вдруг ошибаюсь, и Нику на самом деле не интересует Дима как мужчина. С другой стороны, хорошо бы так, тогда она, наконец, перестала бы грезить Литвиновым и переключилась на другого мужчину!

— Мы часа на два уезжаем, а ты смотри в оба, — приказал Игнат Синицыну.

— Что-то не вижу радости на твоем лице, Вика, — вставила Ника свои пять копеек, отложив журнал в сторону. — Или так не хочется разводиться с Димочкой, а?

— Ника, — прорычал Литвинов и провел большим пальцем по горлу.

Меня не трогало ее злорадство. Как говорится: собака лает, но не кусает! Неделю назад она с таким же поникшим лицом ездила подавать заявление на развод с Игнатом, я ни слова не сказала, хотя могла и даже хотела. Просто решила быть выше этого, мне же уже не пятнадцать лет, чтобы показывать характер.

— Я обязательно порадуюсь, когда на руках будут документы о разводе, а пока, не вижу повода для веселья. Как ты помнишь, Миша пропал и не факт, что явится сегодня.

Девушка кисло улыбнулась, хотя я прекрасно знала, что ей каждый месяц промедления, как бальзам на душу. Ведь не могло же все быть настолько просто, точно готовилось для меня нечто грандиозное, знать бы, что!

— Угу. А там, глядишь, и развода никакого не будет, — тихо проговорила она, но я услышала, как и Игнат.

Он вздохнул и вывел меня быстро на улицу, пока не назрел скандал. Димка однажды признался мне, что был свидетелем того, как Ника подло врала Литвинову в глаза, говоря, будто видела меня в торговом центе с каким-то мужиком, отдаленно похожим на Мишу. Якобы далеко стояла, плохо видно было, но вроде точно Токарев. Что удивительно, Игнат ни разу не спросил меня об этом, даже не заикнулся. Вероятно, верил мне, а не ей! Но, в конечном итоге, так ведь можно однажды и засомневаться…

— Ей нужно время, — сказал, когда мы уселись в машину.

Лёха завел двигатель и поехал, сам при этом молчал, будто воды в рот набрал. Он сегодня был на удивление молчалив и постоянно смотрел по сторонам, будто ждал от Токарева любой подставы.

— Мы слишком заигрались в семью, и теперь нужно много времени, чтобы Ника, наконец, осознала происходящее. Раньше я как-то не парился, любовниц от нее не прятал, не скрывал, с кем и когда провел ночь, мне было глубоко плевать. Наверное, потому что я знал: ни одна из них все равно не станет мне женой. А сейчас как-то неловко даже.

— Вот именно потому, что ни одну девицу ты не скрывал от нее, Ника и была уверена в вашей так называемой семье, — все-таки высказался Лёха. — А я говорил, что рано или поздно тебя этот брак укусит за задницу.

— Да ты, как я погляжу, Нострадамус, да?

Я рассмеялась от шутки Игната и не смогла сдержаться:

— Так, может, и мне предскажешь, получу развод или нет?

Глупый был вопрос, поздно поняла, как облажалась. Ну, я спросила, слова назад не вернешь, а Лёха замолчал, не желая меня опять травмировать.

Я таки добилась от него правды про моего бедного Принца. Неохотно, но Алексей признался, что пса усыпили, якобы кидался на людей и даже укусил мою бывшую свекровь. Даже если и правда про укус — так ей и надо. Я проревела почти сутки, едва не доведя себя до выкидыша, никак не могла поверить до конца в происходящее. Хоть и подозревала до того, но одно дело думать, а другое — знать наверняка.

— Забей, сама все прекрасно понимаю, — вдохнула.

Игнат тут же притянул меня к себе и крепко обнял. Его поддержка и забота трогали до глубины души. Я нуждалась в нем сейчас и тогда, по сути, Литвинов почти всегда был рядом, когда мне было плохо и хотелось выть, словно волку на луну. Даже если звонила ему посреди совещания — срывался и приезжал, будь то банальная просьба об ананасе!

Мы как раз подъехали к ЗАГСу, Миши поблизости не было, но, может, он уже внутри или подойдет позже?

— Оставайся тут, если что, звони, — попросил Игнат друга.

— Удачи, — Лёха подмигнул нам.

Едва почувствовала твердую почву под ногами, как колени сразу ослабли, а желудок скрутило спазмом. Почему же я так волнуюсь? Совершенно не хотелось идти в здание, хотя нужно было. Игнат заметил мое волнение и нахмурился.

— Ты точно этого хочешь? — уточнил он, а я вздохнула.

— Да дело не в том. Хоть и понимаю, что его там, скорее всего, нет, но все равно не хочу с ним сталкиваться лицом к лицу.

Литвинов заметно расслабился и выдохнул, словно боялся моего ответа, как огня. Вот дурень, нашел из-за кого переживать!

— Я же рядом, тебе не о чем волноваться.

Твердое заявление придало уверенности, я кивнула и пошла за Игнатом, действительно понимая, что, пока он со мной, бояться нечего. Он — мой надежный тыл, который никогда не подведет. Что лишний раз говорило мне, насколько раньше я была слепа.

Около кабинета, конечно же, Миши не оказалось. Мы прождали его ровно до того момента, пока нас ни позвали внутрь. Женщина развела руками и дальше предложила решать вопрос о разводе уже в судебном порядке. В итоге из ЗАГСа мы вышли ни с чем.

— Ну, я, по крайней мере, попыталась.

Не знаю, зачем старалась оправдаться. Будто это от меня завесило или что-то в подобном роде. Осадок все равно остался, Миша точно знал и дату, и время, но решил мне попить крови напоследок.

— Ничего, у меня есть грамотные юристы, они составят документы должным образом, и вас разведут при первом же заседании в суде, даже если Токарев снова не явится, уж будь уверена.

Я прижалась к Игнату и сама обняла его прежде, чем сесть в машину, он обнял в ответ, да так крепко, что едва могла дышать. Вот сейчас его поддержка была бальзамом на душу, хотелось так простоять целый день, ощущая тепло и приятный морской аромат туалетной воды мужчины.

— Закажем пиццу и заляжем за просмотром слезливых фильмов? — предложил он, намекая на предыдущие разы.

О…Как-то раз я грустила, заказала себе пиццу, включила фильм и вскоре рыдала над трогательным моментом в кино. Такой Игнат и застал меня — с куском во рту и ревущей, словно белуга. После того часто оставался со мной, смотрел мелодрамы и ел гавайскую пиццу, хотя терпеть не может ананас!

— Давай потом, я хочу съездить к Ирке, сто лет ее не видела, — отстранилась и посмотрела на мужчину умоляющим взглядом.

— Ладно, потом так потом. Все равно у меня еще куча дел.

— А у меня, стало быть, день пропал, — проворчал Лёха, прыгая за руль.

Мы уселись следом. Хотелось бы мне отпустить его, но понимала — нельзя. Как бы ему ни было дурно с нами, придется терпеть!

***

Лёха не выдержал наши, как он выразился, бабские разговоры и ушел в другую комнату, даже включил музыку, чтобы не слышать нас. А мы как раз этого и добивались, я хотела рассказать про Нику, ее козни, про отношения с Игнатом, а при Алексее рассказывать совсем глупо.

— Я уже думала, он не уйдет, — Ирка закрыла дверь на кухне для полной уверенности.

— Знаешь, после твоих обсуждений про месячные даже мне стало дико, — я хохотнула, припомнив ошарашенное лицо бедного мужчины, когда разговор стал ну слишком пикантным. — Бедный Лёша едва от стыда не сгорел.

— Короче, — подруга негромко стукнула ладонью по столу, — мы о нем будем трепаться или как? Рассказывай, какие новости, я же сгораю от любопытства!

Мой рассказ больше походил на монолог — говорила только я, Ира слушала и кивала, не перебивая меня. В конечном итоге закончила сегодняшним днем и неудавшимся разводом. Ирке понадобилось несколько минут, чтобы переварить все услышанное, только потом она заговорила:

— С Токаревым все было понятно еще в прошлый раз, когда он пытался тебя якобы вернуть, — подруга скривилась, а затем продолжила: — Чего он пытается добиться сейчас? Банально тянет время или всерьез считает, что ты можешь передумать?

— Я не знаю, но каждый божий день жду от него подставы. Игнат тоже на иголках весь месяц, плохо спит, а когда засыпает, в итоге просыпается в холодном поту, — нехотя призналась.

Я чувствовала себя виноватой, ведь это из-за меня у Литвинова начались такие проблемы. Надеялась, что развод поставит жирную точку в этом деле, а потом надежды разбились вдребезги после слов Игната. И как я могла всерьез думать, будто Миша будет настолько великодушным, чтобы прийти вовремя и поставить свою роспись на бумажках?

— Нет, ну… — Ира отвлекла меня от воспоминаний, — так-то я его понимаю. Сложно бороться с призраком, когда не видишь его и не знаешь, какой его следующий шаг. А рядом беременная женщина, сестра, немного двинутая на голову. Да тут любой с ума сойдет.

Я сощурилась, а потом уточнила, не веря своим ушам:

— Ты заняла его сторону, серьезно? Ты, которая ко всем мужикам относится с подозрением и холодностью?

Ира отмахнулась, отпила свой уже наверняка холодный кофе и только потом как бы невзначай ответила:

— Извини, конечно, но конкретно этот мужик реально доказал, что любовь существует. Блин, ждать пятнадцать лет, не каждый на такой подвиг способен.

— А как же его месть? Ее уже списываем со счетов?

— Ты бы лучше не ерничала, а разобралась в себе и своих чувствах. Иначе, какой смысл во всем этом.

Ира обвела в воздухе круг указательным пальцем, наверняка намекая на то, что я живу с Игнатом как его будущая жена и жалуюсь на происки Ники.

Да уж, разобраться в себе… Звучит проще, чем оно есть на самом деле. Как только речь заходила о Николетте, во мне, словно из ниоткуда, просыпалась дикая ревность и мгновенно растекалась по венам, как раскаленная лава!

— Наверное, мне до сих пор мешает мысль, что и я, и Игнат все еще не свободны от брачных оков, — предположила я.

— Кстати, я бы на твоем месте все же рассказала Игнату про интриги его сестренки, — настаивала подруга.

— К чему это ябедничество? Чего добьюсь, если настучу на нее? Так одна Ника наговаривает, а тут еще и я.

— Вот именно, — злилась Ирка, — она врет, а ты говоришь по существу. Смотри, потом не жалуйся, что в конечном итоге ее ябеды встанут тебе боком.

Может, она и права, если вспомнить про ложь с тем, что я якобы виделась с Мишей! Это уже совсем ни в какие ворота не лезет!

— Так не хочется напрягать Игната нашими с Никой склоками, ему и без того не сладко.

А все Миша, чтоб ему провалиться сквозь землю! Что же ты задумал, Токарев? Я уже себе всю голову сломала, но не видела ни одной разумной причины, чтобы он прятался. Единственное логическое объяснение — не хочет отдавать долг коллекторам. Литвинов говорил, что перепродал долг Миши за полцены, а остальную половину хочет выбить конкретно от Токарева, отобрав дом, машину и все имеющиеся деньги. Я не знала, в этом все дело или нет, но сердце все равно было не на месте. Вот чувствовала, что скоро всем нам будет ой как несладко.

Подруга заметила мою нарастающую нервозность и, чтобы хоть как-то отвлечься от грузной темы, Ира стала спрашивать про малыша, о работе. Я расслабилась в итоге, полностью переключившись на позитивные мысли так, что даже не заметила, как стремительно пролетело время. Опомнилась лишь, когда услышала звонок в дверь.

— Я открою, — крикнул Лёша.

Мы с Иркой напряглись, но, зря. Приехал Игнат и, ничего не говоря, показал на свои наручные часы. Я все поняла без слов — пора закругляться. Попрощалась с подругой и пообещала, что заеду к ней еще на этой неделе.

— Да, кстати, завтра прилетает моя мама. Поживет с нами недельку-другую.

Я снимала штаны и вмиг застыла, как каменное изваяние. Литвинов, похоже, решил огорошить меня уже дома, в спокойной обстановке. Только ни фига она не спокойная!

— Что ты так на меня смотришь, как на врага народа? — удивился Литвинов.

Он-то не знает, почему его мама решила погостить здесь именно сейчас. Вот Ника… все-таки дожала родственницу. Зараза!

— Может, я на время ее приезда поживу с Иркой, а?

— Не неси ерунду, рано или поздно вы должны были познакомиться. Не волнуйся, она не кусается, — хохотнул Игнат, но я не разделила его веселье.

Переоделась, а уже потом, усевшись на кровать, решила признаться:

— Не хотела тебе раньше говорить, но я слышала, как Ника…

— Вик! — он резко перебил меня.

В голосе присутствовали стальные нотки, я сразу заткнулась и поняла, что не следовало строить предложение подобным образом.

— Хватит, серьезно. Мне вранья Николетты с головой хватает, если еще и ты начнешь вести себя подобным образом, у меня попросту лопнет терпение, и я вынужден буду перейти на крайние меры. Но мне, поверь, этого не хочется.

Уж не знаю, что он имел в виду под крайними мерами, но желание говорить о чем-либо пропало напрочь. Время еще было, считай, детское, но я улеглась в постель и решила притвориться, что дико хочу спать.

Обидно. Нику он, значит, выслушал, а меня просто заткнул, как какую-то постороннюю личность! Даже не дал возможности объясниться…

Игнат улегся рядом, притянул меня к себе и поцеловал в щечку, но я оставалась непоколебимой. Он вздохнул, а затем решил заговорить со мной еще раз:

— Извини, нервы ни к черту. Поставь себя на мое место, если бы у тебя был сводный брат, который бы приходил и вечно рассказывал про меня всякие гадости, а потом вдруг и я решил бы поступить точно так же с ним. Как бы ты себя повела?

— А ты поставь себя на мое место! — я развернулась и ткнула пальцем в грудь Игната. — Какого мне сталкиваться с происками Ники каждый день? А потом еще случайно узнавать, что, помимо всего прочего, она и тебе всякие гадости говорит. Не виделась я с Мишей, а если бы и виделась, то обязательно тебе сказала бы.

— Да я верю! — не выдержав эмоционального накала, воскликнул Игнат. — На меня взвалилось слишком много проблем и последнее, чего мне хочется по возвращению домой — слушать вранье или сплетни.

— Я не вру, Игнат. Я могла тебе рассказать еще месяц назад, но промолчала, считая, что проблема исчерпана, а теперь приезжает твоя мама и… — он снова меня остановил, но в этот раз сам догадался:

— Я понял, инициатором приезда мамы стала Ника.

— В точку.

— Ты можешь не волноваться в любом случае. Возможно, поначалу мама и будет немного настороженной, но потом она поймет, что ты нормальная девушка, и примет тебя, вот увидишь.

— Да, но если Ника будет намеренно вставлять палки в колеса, мы с твоей мамой никогда не найдем общий язык. Мне хватило сполна одной глубоко ненавидящей меня свекрови.

— Все будет хорошо, мать слишком хорошо знает меня и Нику, она не станет судить о человеке только по одним словам, — попытался заверить Игнат.

Я все равно осталась настороженной. Пускай и спустя месяц, но чем-то же Ника выманила маму, значит, дело слишком серьезное…

***

Игнат дождался, пока Вика уснет, и только потом тихо вышел из комнаты. Нервы клокотали внутри, как неспокойный рой пчел, раздражая мужчину все сильнее с каждой пройденной секундой. Он закипал от ярости и боялся, что снова сорвется на любимой женщине.

Литвинов спустился на кухню и достал виски, плеснул немного в стакан. Казалось, что бы он ни делал, ситуация становилась только хуже. Пошел на поводу у Ники, позволил ей жить с ними в одном доме и что в итоге? Мужчина всячески пытался сдерживать дурной характер сестры и реально считал, будто ему это удается.

Игнат с силой сжал в руке стакан, вымещая на нем всю свою злость, а затем выпил содержимое одним глотком. Литвинов понимал, что пора действовать жестко и кардинально, но никак не мог решиться. Вот только, если вновь даст слабину и понадеется, что проблема как-то сама по себе рассосется, то в следующий раз он может еще сильнее сорваться на бедной Вике. А этого он совершенно не хотел.

В конечном итоге мужчина принял единственное правильное решение и завтра собирался озвучить его при всех домочадцах. Утро вечера мудренее!

Когда эмоции немного поутихли, Игнат поставил бутылку обратно в шкаф, а сам собрался возвращаться к Вике, но не успел.

— Вот ты где. Я тебя искала, нам надо срочно поговорить.

Ника словно кожей чувствовала будущие перемены, поэтому явилась так не вовремя. Игнат только-только потушил пожар ярости внутри, а Николетта могла без проблем раздуть его снова с удвоенной силой.

— О чем же? — он пытался держать себя в руках, но уже ощущал, как по венам потекла раскаленная лава.

Литвинов слишком хорошо знал Николетту, все ее взгляды, мимику, мог без проблем предугадать, о чем пойдет речь, и сейчас приложил максимум усилий, чтобы оставаться хладнокровным. Уж слишком много уверенности отразилось в ее глазах, казалось, девушка решила пойти в ва-банк.

— Да про твою так называемую любимую Вику! — воскликнула и сразу продолжила: — Зря ты тогда проигнорировал мои предупреждения, что она виделась с Токаревым. Понимаю, тогда я не была полностью уверена, но теперь…

Это оказалось последней каплей, терпение Игната лопнуло, как надувной шарик. Сорвался с места и, больно схватив за горло, припечатал девушку к стене. Он не контролировал себя, им двигала чистейшая ярость, что текла по венам вместо крови. В глазах Ники отразился страх и собрались слезы, но даже это уже не могло остановить то разъяренное животное, которое пробудила сама Николетта. Мужчина ведь предупреждал ее, чтобы перестала клеветать на Вику, иначе рано или поздно он сорвется…

— Хотел сообщить утром, но, видимо, придется прямо сейчас, — мужчина прогремел ей в лицо, из-за чего Ника остолбенела и тихонько заплакала.

Где-то глубоко внутри у Игната больно кольнуло на душе, но… Если по-другому она не понимает, придется учить грубой силой.

— Или ты собираешь все свои вещи и уезжаешь, или это делаем мы с Викой, выбирай.

Николетта широко распахнула глаза, в которых все еще плескался страх и стояли слезы.

— За-заз-зачем ты так со мной, — рыдая, еле произнесла она. — Игнат, мне больно.

Он немного ослабил хватку на шее, но все еще не спешил отпускать сводную сестру. Разговор не окончен, Литвинов хотел теперь услышать ответы на все интересующие его вопросы, пока в нем проснулся запал.

— Зачем ты врешь про Вику, хочешь посеять во мне зерно неуверенности? Надеешься, что я ее выгоню, а сам упаду в твои объятия?

— Я не вру, у меня есть доказательства, — сипло ответила Ника и потянулась к сумочке.

Игнат сам раскрыл ее свободной рукой и вывалил все содержимое на пол. Несколько фото так удачно упали, что по ним стало понятно, какие доказательства у сестры.

Мужчина взбесился, он снова усилил хватку на горле, будто хотел задушить девушку собственными руками.

— Ты что думаешь, я поведусь на этот фотошоп? — проорал ей в лицо, не щадя ни капли.

Ника зажмурилась и затаила дыхание, вероятно, думая, что сейчас ее начнут бить.

— Хватит, остынь!

Димка появился так чертовски вовремя и грубой силой вынудил Игната отступить от Николетты. Она сразу захотела выбежать из кухни, но путь ей преградил Лёха.

— Подожди, давай выясним все до конца, Игнат больше не тронет тебя, так ведь? — последние слова друг особо выделил, глядя на Литвинова.

Димка все еще удерживал его подальше от Ники, хотя у него уже спала пелена красной ярости с глаз.

— Да. Прости, но я тебе предупреждал, — он не оправдывался, скорее, констатировал факт.

— Да ты больной на всю голову, — заорала Ника. — Совсем крыша поехала из-за Вики. Это, — она указала на фото, — прямое доказательство ее измены или предательства. Считай, как хочешь. Я все сказала.

— Откуда у тебя снимки? — Лёха опередил Игната вопросом.

Вообще ему следовало полностью успокоиться, но это оказалось совсем нереальной задачей.

— Какая разница, откуда, — психанула Ника и топнула ногой. — Важно то, что на них изображено. Алё-ё, вы тут что, все под ее чарами и не замечаете очевидного?

Лёха оттеснил девушку немного вперед, а сам нагнулся, чтобы взять фотки, внимательно изучил их. У Литвинова перед глазами тоже стояла картинка как Токарев обнимает в кафе Вику, а она с широкой улыбкой смотрит в объектив камеры.

— На фотошоп вроде не похоже.

— А я о чем! — победно воскликнула Ника, однако у друга для нее были плохие новости, которые сразу и озвучил:

— Я же постоянно рядом с ней.

— Ну, ты мог отлучиться, а она воспользовалась моментом! — не унималась Ника.

— Ерунда какая, — Дима решил так же высказаться. — Увидеться чисто на пять минут, чтобы сделать фотку, серьезно?

— За ней, кроме меня, следят круглые сутки и, уж поверь, вот этого не было на самом деле, — Лёха был уверен, да собственно, как и Игнат, что фотки эти — «липа».

— А что тут происходит?

Литвинов дернулся, услышав сонный голос Вики, и выругался под нос. Она вошла и сразу вырвала из рук Лёхи ту самую злосчастную фотку, нахмурилась, а затем испуганно посмотрела в глаза Игнату. В них сразу отразилась боль и обида, будто любимая уже все для себя решила.

— Ты… — она прочистила горло и договорила равнодушным голосом: — Поверил в это? Что я на самом деле виделась с Мишей?

— Нет, конечно! — заверил он, но Вика уже горько улыбнулась, словно не верила ни единому слову.

— Мы знаем, что ты не могла… — начал Лёха, но Вика не дала ему закончить, перебила:

— А никого не смутило, что я тут в летней одежде и сижу в кафе на терассе, нет? Конечно, куда логичнее решить, что я подлая дрянь, да, Ника? У Миши был пунктик на такие вот фотки. Не знаю, может, таким образом, он создавал вокруг себя фальшивую семейную жизнь и хвастался всем подряд, как счастлив в браке.

— Ника, откуда фото? — Игнат не выдержал и снова прикрикнул на нее.

— Я не знаю, откуда. Их кто-то прислал мне на «мыло», а я распечатала и решила показать тебе.

— Кроме Миши, больше никто не мог прислать, — заключила Вика, а затем порвала фотку и бросила на пол.

Аналогично поступила с тремя оставшимися, а затем просто развернулась и, ничего не говоря, ушла. Игнат собрался успокоить любимую, но Лёха остановил мужчину и прошептал губами: «Я все решу».

Да, здесь еще остались незавершенные вопросы, Литвинову необходимо было, наконец, поставить жирную точку и решить проблему раз и навсегда. И успокоиться…

— Маму ты тоже настроила против Вики? Именно поэтому она завтра прилетает? — Игнат говорил равнодушно, он устал идти на поводу у капризов Николетты.

— Да, я просила ее приехать, — сорвалась она на крик, а затем заговорила уже тише и спокойнее: — Но это было почти месяц назад, мама отказалась, почему сейчас решила, не знаю. Может, хочет лично познакомиться с Викой и убедится, что ты выбрал себе правильную девушку. Не спорю, для меня ее приезд только на руку, может, хоть мама тебе сумеет донести…

— Даже не вздумай продолжить! — перебил Игнат, а Ника злобно улыбнулась.

— Может, фотки — и «липа», но это еще ничего не доказывает.

— Я тебя услышал, — Литвинов уже принял решение, и ничто не могло его изменить: — Утром дашь мне знать: ты съезжаешь или мы с Викой. Вместе я вас больше не оставлю, в ее положении сейчас негативные эмоции ни к чему и, опережая твой будущий вопрос: между тобой и ней я все равно выберу ее.

Нике нечего было добавить, она поджала губы и вылетела пулей из кухни, забыв забрать свои вещи. Игнат собрал все обратно в сумочку и передал Синицыну.

— Отдашь ей, а я ушел к Вике.