Глава 21

– Медузка, я невероятно рад тебя видеть! – загорелый и усохший Марсель сгрëб Лотту в объятия в тот же миг, как она покинула отцовский кабинет. Грег остался внутри, чтобы обсудить какие-то важные вещи с бароном, а мисс Рочестер было предложено насладиться вечером. – Как и я тебя, – юная леди сжала брата изо всех сил, наслаждаясь странной смесью запахов и непривычной текстурой ткани. В этом был весь Марсель, и только сейчас Лотта поняла, как сильно скучала. Всë-таки привыкнуть к долгим разлукам невозможно. – Ты надолго?, – они прошлись в сторону бального зала, и Шарлотт отчëтливо слышала первые ноты вальса. Жаль, что Грег остался с отцом. На пару танцев еë бы точно хватило. – До твоей свадьбы, – Марсель многозначительно усмехнулся, и Лотта почувствовала, как к щекам подступает румянец, – а я ведь даже сначала не понял, чего это родители так торопятся… – Я тебя сейчас поколочу, – Шарлотт замахнулась и изо всех сил ударила брата кулаком в плечо. Марсель довольно расхохотался, даже не поморщившись. – Между прочим, я от чистого сердца. Рад, что нашëлся тот несчастный, с которым вы готовы терпеть друг друга, – второй сын барона Рочестера попытался ущипнуть сестру за щëку, полностью игнорируя еë сопротивление и недовольное рычание, – сосредоточимся на по-настоящему важных вещах. Медузка, что ты хочешь в подарок на свою свадьбу? – Соглашение о внешней торговле, – Лотта ответила до того, как брат договорил. Разумеется, она обожала Марселя, но забывать о том, какое преимущество его путешествия дают Рочестерам, попросту глупо. Не воспользоваться ситуацией будет ещë глупее, – можно на твоих условиях. – Тонна рассчëтливости, ни грамма сентиментальности, – Рочестер снова расхохотался, но в этот раз в его голосе было только чистое восхищение, – Поверить не могу. – Ты согласен?, – в зале уже вовсю играла весëлая мазурка, Грег не появлялся, а к радости от встречи потихоньку примешивалась усталость. Сказывался напряжëнный разговор с отцом, после которого Шарлотт хотела вернуться в Кристобаль и просто лечь спать. – Хорошо. На самом деле я собирался подарить тебе чертежы новых рессор, но, раз такое дело, отдам их просто так. Взамен я получаю долю в твоëм предприятии – Марсель, наоборот, заинтересовался новой мелодией и потянул сестру в сторону бального зала, – Отец сейчас как раз уговаривает твоего жениха отдать ему часть расходов. Он считает, что вы прогорите, но я верю, что это выгодное вложение. Шум вечера, обрушившийся на юных Рочестеров, заглушил ответ Шарлотт. Марсель всегда любил авантюры. Именно он был тем, кто помогал Лотте совершать первые сделки на бирже в обход родителей, он смеялся над еë выходками и поддерживал любую идею, балуя маленькую леди до невозможности. Для бывшей баронессы это было скорее минусом – к счастью, он был только вторым сыном, и по-настоящему важные решения оставались за отцом и осторожным Кларенсом. Нет, подумать только – просить разрешения, чтобы вложиться в очевидно сомнительное дело! Отец чувствует себя виноватым, Грег флиртует и преследует свои цели, сама она использует знания из будущего, которые могут не совпасть с действительностью – но Марсель?! Нужно будет прочитать ему парочку лекций о грамотном вложении денег при случае. Мазурка уже закончилась, так что брат вывел еë на паланез. Потом был Кларенс с полькой, Лео и даже Эрик, который изо всех сил старался быть ненавязчивым. Однако, верховая езда действительно пошла ей на пользу – по крайней мере, теперь она могла танцевать дольше и почти не умирала, пусть еë силы и было достаточно ограничены. Четыре танца вместо двух – какой прогресс! Поняв, что в ближайшие полчаса она и шага не сделает, Лотта отклонила приглашение от смутно знакомого джентльмена, подхватила бокал вина и ненадолго задумалась. Рядом с выходом в сад щебетала Ника, окружëнная многочисленными подружками, на втором этаже братья обсуждали дела, а в глубине восседала баронесса Рочестер, вместе с такими же серьëзными дамами. Шарлотт могла выбрать любую компанию, чтобы скрасить свой вечер, и провести время с пользой, пока не освободится Грег. Железная Шарлотт, залпом допив напиток, отправилась подпирать стенку. Видимо, она просто не создана для светской жизни, потому что без Хайдеггера делать ей было абсолютно нечего. Лотта не знала, сколько времени провела, наблюдая за гостями, но уже успела стать свидетельницей нескольких немых драм. Очередная леди как раз собирать начинать страдать из-за того, что джентельмен стоял к ней спиной и не знал о еë страстных взглядах, когда мисс Рочестер окутал родной бергамот. – Ты права, здесь нет бренди, – Грегори Хайдеггер, возникший из ниоткуда, протянул Лотте бокал вина,  – что я пропустил? Дважды спрашивать не требовалось. Они благополучно сьязвили обо всех, кто попался в поле зрения, пили вино и станцевали вальс. Потом Грегори отловила Мейвис Тилль, утащив куда-то в сторону старшего поколения Хайдеггеров, а Лотта наконец смогла переброситься парой слов с Вероникой Айли-Рочестер. – Нет, вы влюбились, точно влюбились друг в друга!, – радостная Ника совсем не элегантно плюхнулась на пуфик в кулуаре. Он был специально убран и подготовлен к вечеру, но большинство гостей не рисковало заходить так далеко в чужом доме, так что девушки оказались наедине, – а эти парные наряды! Лотти, вы были самой обсуждаемой парой этого вечера! Все только и говорили о том, как хорошо вы смотритесь вместе! Шарлотт тут же вспомнила, с чего для неë начался этот бал, и мысленно усмехнулась. Даже жаль, что у сцены на балконе не было свидетелей – она бы послушала сплетни. О, и запомнила бы, кто и что сказал, конечно же. И показала бы, кто будет смеяться последним. – Ника, ради Всеединого. У нас деловое соглашение и взаимовыгодный союз. Поверь мне, это что угодно кроме любви, – бывшая баронесса с натяжкой была готова согласиться на "влюблëнность", но сама предпочитала называть это "взаимным интересом", – и вообще, если мы говорим о романтике, то я обязана прояснить один момент. Ты понимаешь, что трое мужчин активно добиваются твоего расположения? Она неспроста затронула эту тему. Грегори Хайдеггер, поднявший вопрос о "притяжении", открыл ей глаза на одну простую истину. И она сейчас не о том, что между ними действительно искрит нечто, ведущее к незапланированной беременности. Грег помог ей понять, что люди могут быть удивительно слепы к некоторым вещам. То, что с лëгкостью можно заметить, наблюдая за отношениями со стороны, ускользает из поля зрения, когда ты сам вовлечëн в водоворот чувств. Вполне возможно, что мечтательная Ника и в самом деле не понимает, что происходит – в таком случае Шарлотт хотела донести до неë правду до того, как подруга наделает глупостей. И, судя по искреннему непониманию в чужих глазах, так оно и было. – Хайдеггер, Криденс и мой брат ухаживают за тобой, Вероника Айли-Рочестер. В самом романтичном смысле, – Ника открыла рот, собираясь возразить, и Шарлотт с силой вцепилась в еë руки, не позволяя ничего сказать, – Прекрати витать в облаках и посмотри правде в глаза. И постарайся сделать это до того, как слух дойдëт до твоей матери. Ника испуганно дëрнулась, и Шарлотт поняла, что немного перегнула палку. – Я желаю тебе счастья, – Лотта отпустила подругу детства и отсела назад, давая ей пространство, – обдумай мои слова, хорошо? А когда поймëшь, что я права, принимай решение сердцем. – Хорошо, Лотти, – всë ещë напуганная Вероника растерянно перебирала рюши на своëм платье и явно не вполне понимала, что именно говорит, – постараюсь. Иди, возвращайся первой. Шарлотт так и сделала.