Глава 17. Битва характеров, или свадьба не по плану

Ника В гостиной приглушенно горел магический светильник. Он немного мигал и этим раздражал. Сегодня после обеда доставили в городской дом следователя почту. Куча писем, среди которых завалялось весточка из родных краев и для меня. Эшфорд сидел в кресле и вдумчиво читал светские новости, хотя по мне эта газетенка ничего путного не пишет. Одни сплетни, по большей части придуманные. Я же ерзала на софе и нервно теребила уголок листа, жадно вчитываясь в буквы. И с каждым словом, меня начинало одолевать возмущение. – Да это просто невероятно! – воскликнула я, читая письмо от сестры. – Эшфорд, ты только посмотри на это! На мгновение сунула ему под нос бумагу, но затем снова прижала ее к груди. – Просто нет слов! Это уму непостижимо! – От нетерпения встала с софы и стала расхаживать по комнате. – У Рики слишком корявый почерк, я ж глаза сломаю, – хохотнул мужчина и свернул газету в трубочку. Посмотрел через нее на меня и цокнул языком. – Так что же пишет твоя сестра? Закатила глаза. Господин де Лиув каждый день меня удивляет. Его дурачество никак не вяжется с профессией. И это только наедине со мной! Слуги, хранительница видят холодного следователя без нормального чувства юмора. А меня этот юмор уже начал доставать! Как? Как он мог мне понравиться? Точнее, как я могла влюбиться в этого невыносимого полуэльфа? – Каком кверху, – проворчала я и прикрыла рот ладошкой, поняв, что произнесла это вслух. – Что, прям вот одно словосочетание? Без подробностей и восклицательных знаков? – съехидничал мужчина и кинул газету на стол. Покачала головой. Спустя десять минут нам накрыли стол. Вечерний травяной чай под шум дождя за окном пришелся как нельзя кстати. Очень хотелось гулять. Мне так и вовсе не терпелось посетить, пока есть возможность, музеи столицы и антикварную лавку. В ней точно можно найти что-нибудь для артефактов. Проверенное временем. Из старых вещей получаются на редкость мощные амулеты. – Безусловно, нет, – улыбнулась, – представляешь, оказывается жених, который был выбран отчимом для Рики – Рив. Просто удивительно! Таких совпадений не бывает! Правда, сестра пишет, что это мама подтолкнула Гарольда сделать такой выбор, а потом сама отправила нас в Академию. Но откуда она знала, что Рика и Рив будут вместе? – Что за умная женщина? Нам бы пора уже с ней познакомиться, не считаешь? – внимательно посмотрел на меня, прищурившись. – Николь? – Познакомишься ты с тещей, никуда не денешься. Но позже. Гораздо позже. – Когда внуки пойдут? – съязвил Эш. Тут я струсила. Какие внуки? У нас детей еще нет! Да и свадьба точно состоится не скоро! Мне еще учиться, строить карьеру… А мир повидать? К океану съездить? Это ведь важный аспект жизни. И его нужно точно успеть до свадьбы. – Когда меня официально зачислят в Академию… – Это дело одного разговора. Ректор осведомлен о твоих талантах и рвении изучать некромантию и артефакты. Но Академия заработает только через месяц. Николь, ме-сяц! За это время можно порталом перенестись в твое родовое гнездо и познакомиться с родителями. Его рвение меня пугало. – А подготовиться? А изучить весь пройденный материал для некромантов? Меня же поселят с девушками? Хотя с парнями мне жить понравилось. Они не раздражают бессмысленными разговорами. Правда, душ один на всех – жутко неудобно, но я вроде бы приноровилась. Вот этот вопрос я как-то не обсуждала. Перевела взгляд с чашки на мужчину и сглотнула. Эшфорд, прищурившись, злобно елозил ложкой в кружке. Вздохнула. Все понятно… Пестики, тычинки и их значимость в мужской культуре превосходства. – Со мной! – не выдержал и психанул мужчина. А потом посмотрел на меня и ка-а-а-к стукнул по столу. Эш резко поднялся и расчесал пятерней волосы. Да, знаю, ему со мной трудно. Весь этот месяц я откровенно дурила. Девушки, которые впервые влюбляются иногда чудят… А с Эшом и вовсе не заметила, как скатилась до наивной дурочки. Первую неделю моего заточения в доме следователя можно было назвать отдыхом. И если бы не вредная феечка, мое настроение стабильно стояло на отметке “относительно хорошо”. Но позже… Позже, в мою бедовую голову начали лезть мысли. А где Эш, а с кем он? Точно ли на работе, или же утоляет собственные нужды в каком-нибудь вшивом борделе? А если это так, то ему потом нужно лечиться и точно не жениться на мне. Не знаю, как я схлопотала подобную придурь, но в один из дней я сбежала из дома и нагрянула к нему в отделение под видом Ника Мелье. Волосы еще едва доставали до плеч, а магия, хоть и не до конца восстановилась, но помогла мне скрыть грудь и увеличить плечи. Правда, пришлось за пару часов до этого срочно писать молодой лекарке с просьбой со мной встретиться и передать очень важный предмет. И вот я, с голубой клизмой наперевес влетаю в отделение с очумелыми от энтузиазма глазами. – Мне нужна помощь! – выпалила я, глядя на кучу мужиков в форме. – Клизму вставить ты и сам горазд, – кто-то сказал, а все дружно захохотали. Я посмотрела на кратковременный артефакт и фыркнула. – Я к следователю де Лиуву. – Он занят и сегодня не принимает. Да и вообще, парень, иди к целителю, – оповестили меня. А я посмотрела на винтовую лестницу, ведущую на второй этаж. – Следак же там работает, да? – Иди куда шел, малец. – Мне преградили путь. – Если пришел на работу устраиваться, то иди подрасти немного. Щуплые дохнут быстро. Но я не я, когда есть цель и клизма в руке! Швырнула артефакт прямо в лицо загораживающего путь и рванула наверх. Ругань, крик преследовали меня вплоть до двери с табличкой “Следователь”. Подергала ручку – заперто. Серьезно? – Изменяешь, – прошипела я и замахнулась ногой, вливая в нее каплю силы. Дверь отлетела, женский крик едва не протаранил мои уши, а Эш… Эш смотрел на меня, на застывших за моей спиной сотрудников, на валяющуюся у моих ног клизму. Красивая женщина с безупречной внешностью и остроконечными ушами в ужасе прижалась к Лиуву. Смертница! – Ни-ка, – процедил он сквозь зубы. А меня словно по голове шандарахнуло. Я огляделась и ойкнула. – Прости, что-то нашло. О-о-о, – округлила я губы, – обещаю, что умертвлю твою хранительницу. Превращу ее в зомби и снова убью! Я ведь почувствовала, что в пироге что-то было! Отравила, злыдень, – прошипела я. – Фрея бедокурит? – пролепетала женщина и отлепилась от моего эльфа. – А, так вы еще и эту вредину знаете, – мстительно посмотрела на Эша, который, мне казалось, сейчас убьет тут всех. – У вас работы нет? – гаркнул на всех любопытствующих. Я под шумок тоже решила смотаться, правда, мне очень хотелось раздуть скандал, но уже как-то запал прошел буянить. – Ника, а ты куда собралась? – Блин! – шикнула я. – А давай, дома поговорим? – Эшфорд, это Николь? – строго спросила дама. – Да, я Николь. Вы не переживайте, как только Академию починят, я сразу же съеду из дома де Лиува. – Ника, помолчи! – взмолился Эш. – То есть, вы и живете вместе? – прищурившись, подошла ко мне эльфийка. – Ари, верно? Одарена, умна, бойка. Мне нравится. А вот, что живете во грехе, – нет! Эшфорд, я не так тебя воспитывала! – Да, это не то, что вы… – Можешь называть меня мамой, милая, – перебила меня эльфийка. – Мама! – прикрикнул Эш и тихо пробормотал: – Не так я планировал вас познакомить. – Сегодня жду вас на ужин, и это не обсуждается! – улыбнулась мне будущая, как оказалось, свекровь и величественно, перешагнув через дверь, вышла из кабинета. А я… Я пожала плечами. – Ты не можешь уговорить…маму отложить знакомство до лучших времен? – криво улыбнулась мужчине, который постукивал ногой по полу и взбешенно на меня смотрел. – Что? Не готова я знакомиться с твоей семьей. Рано. – Поздно, – отчеканил Эш. – И, родная, больше не ревнуй… пож-жалуйста. Боюсь ни департамент, ни наш дом, ни я не переживем твоей сокрушительной силы. Посмотрели на дверь и залились в хохоте, что аж живот свело. И если дверь я выбивала в кабинет следователя бойко, то вечером к нему домой через портал шагала трусливо. Знакомство с родителями предполагало серьезные отношения, а я только привыкаю к этой мысли. Но матушка Эша была активна, бодра и весела. Она строила всех слуг тонкими пальчиками и белозубой улыбкой, а отец Эшфорда потакал во всем жене и учил уму разуму старшего сына. Младшие отпрыски де Лиува оказались приятными юношами. Да-да, одни мальчишки в семье. Оттого госпожа де Лиув и щебетала о счастье в моем лице. – А расскажите, как вы познакомились? – с воодушевлением спросила она. – Встреча избранной богами пары всегда запоминается. – О, да, – хмыкнула я, – забыть бы. – Николь, – натянуто произнес Эш. – Мама, мы увиделись в Академии, где я преподавал курс по праву. Ничего особенного. – Скукота. Вот мы с твоим отцом встретились так встретились. – Ты чуть меня не убила, так сильно визжала, – хохотнул будущий свекр. – Потому что не каждый раз из кустов выскакивает голый, волосатый… – Мама! – взвыли все отпрыски четы, включая старшего. И тут перед моими глазами пронеслось наше с Эшфордом знакомство. Ага, кладбище, зомби-вампиреныш, Рика и лопата. Ах да, и я в мужском обличье. Понятное дело, что Эш не хотел говорить, что его влекло к парню. И если матушка посмеется, то отец… Не поймет. Вечер прошел довольно сносно, но вот после него Эш начал одолевать знакомством с отчимом и мамой. Я не согласилась ни тогда, ни после того, как прошел еще один месяц. Мне очень хотелось увидеть маму, но я боялась не удержать силу и прибить Гарольда. Рика пишет каждые три дня и информирует о делах дома. Я удивилась, что сестра всерьез взялась за зельеварение, и ей это очень нравилось. Рика и учебники – точно из какого-то другого мира. Но я радовалась за близняшку. Она на самом деле казалась счастливой. Магистр Ревербер благотворно на нее влияет и может при случае мозги вставить на место. Мама тоже в порядке, и судя по всему, Гарольд особо ее не достает. И вообще, Рика как-то странно о нем отзывается. Лично у меня отчим вызывал только желание от него избавиться. Еще через месяц пришло официальное письмо от ректора о зачислении меня на второй курс по некромантии, с условием, что сдам все зачеты и экзамены за первый и не пропущу ни одной лекции за второй семестр. И время понеслось, как ненормальное. Я с трепетом изучала магию смерти и успевала еще мастерить артефакты. Они мне все равно были ближе, и я не хотела бросать ремесло. Рика и Ривербер поселились в столице и наслаждались друг другом. Я уже разрывалась между домом, академией, лабораторией и … свадьбой. Будь она неладна! Да-да, я особо туда не рвалась, но меня заставили. Эшфорд заявил, что если я не выйду за него замуж, то он поедет к моей маме и скажет, что обесчестил меня самым гнусным способом. – Воздушно-капельным путем? – пошутила я тогда, за что была вознаграждена легким шлепком пониже спины. Угроза подействовала лишь отчасти. По-эльфийским законам, я уже являлась супругой Эшфорда. Парная печать – тому подтверждение. И можно даже не оформлять наши отношения, но на это я уже пойти не могла. Я, конечно, не сильно хочу свадьбу, но! Но я из рода Бессер и хочу платье, большой торт и салют. Много гостей, особенную песню, первый официальный танец, поцелуй, благословение матушки. И все равно, что в конце этого месяца прямо в церкви, шлейф от подвенечного платья зацепился за выступ в стене и дальше вышагивала я по алой дорожке в коротком подъюбнике. И все равно, что кидая назад букет невесты, попала в кучу горящих свечей и букет сгорел. И все равно, что Гарольд едва не испортил торжество… Даже несмотря на все это, наш с Эшем день удался. Мы кружили под дивные мелодии скрипок. Блаженно слушали пожелания скорой беременности. Смеялись над забавными шутками, пили игристое вино и не замечали никого вокруг. Словно в огромном зале для торжеств остались лишь мы вдвоем. В итоге, мы устали от танцев, от музыки, от голосов и сбежали с празднования. По улицам столицы мы шли не спеша, держась за руки. Немного накрапывал дождь и приятно холодил разгоряченную кожу. В воздухе пахло сыростью и травой. Небо звездное-звездное отражалось в любимых глазах. Так странно было ощущать всю эту чувственную магию. Словно я и Эш знакомы целую вечность. Будучи совершенно не романтичной, хотела именно с этим мужчиной смотреть на небо, дышать в такт и расследовать дела в управлении. – После окончания Академии я хочу работать вместе с тобой, – прижалась к боку мужчины. – Посмотрим, – уклончиво прошептал. – Не думаю, что это разумно. Промолчала. У Эшфорда будут годы, чтобы свыкнуться с этим значительным фактом. Тем временем дождь набирал обороты, и я завизжала от счастья, скидывая неудобную обувь. – Бежим! – крикнула я и рванула в сторону дома. Там нас уже ждала теплая ванная с лепестками роз. Приглушенный свет, запах лаванды и пряностей будоражили нос. – Мы можем подождать, – обнял сзади меня мужчина и поцеловал в макушку. Мурашки побежали по коже, и я вздрогнула от жара, прилившего к щекам. – Не дождешься, – пробормотала я. – Но неплохо было бы использовать подарок хранительницы и расслабиться. – Принесу вино. Тебе понравится. Эш вышел, а я выдохнула. Огляделась и поразилась Фрее, которая подготовила и столик с фруктами и два бокала. И когда я начала раздеваться, то зазвучала медленная расслабляющая музыка. Она раздавалась словно издалека. Неужели музыкантов позвала? Хохотнула. – Вот как надо праздновать лишение невинности, – ехидно проговорила я и повела плечом. Платье упало к ногам. Вытащила заколки из волос и почувствовала, как локоны спадают на плечи. За столько времени, шевелюра успела отрасти обратно. Но мне так понравились короткая прическа, что в будущем планирую повторить процедуру. Но уже у профессионалов. Забралась в ванную и зажмурилась от блаженства. – Ты совершенна, – хриплый мужской голос звучал едва ли не с надрывом. Повернула голову и увидела, как Эш стоит с бутылкой вина и, затаив дыхание, смотрит на меня. Его волосы распущены и блестят в отблеске магического факела. Улыбка застыла на губах мужчины, а глаза… Глаза обещали мне незабываемую ночь. Рубашка расстегнута, и видневшаяся кожа меня немного смутила. Мужчина подошел к столику с фруктами и разлил вино по бокалам. Протянул мне фужер на тонкой ножке. – За нас, моя ари, – его голос пронзил меня жаром предвкушения. Я пригубила напиток и застонала. – Что это? Вкусно так! Обычно, когда я пробовала вино, то оно отдавало кислятиной. Я вообще пить не любила. Плохо на магии сказывалось. Один единственный раз для нас с Рикой обернулся катастрофой, после которой было очень стыдно перед домочадцами. – Эльфийский нектар для ари. Он готовится из первых слез новорожденного эльфа и смешивается с его кровью. По поверьям, если избранная чувствует горечь, то она не приняла своего суженого и не любит его, а если на языке оседает сладость, то… – Да люблю я тебя, люблю! – засмеялась я и подставила губы для поцелуя. Эшфорд коснулся меня и отпрянул. – Рано, – объяснил он и снял рубашку. Отвернулась. Потом вспомнила, что мне уже можно, я же вышла замуж и повернулась обратно, наблюдая, как супруг стягивает штаны. – Только не говори, что и панталончики тоже особенные, – я еле сдерживалась от смеха. – Мама настояла. Обычаи они такие. Не отделаешься от них. – Я надеюсь, завтра утром не нужно будет их вывешивать из окна, оповещая о совершенном ритуале? Боюсь, горожане не поймут исподнее подобной расцветки. И вроде бы ничего “из ряда вон” не было, но уж больно ярко выделялись алые поцелуи на нижнем белом мужском белье. – Ника! – не выдержал Эш. – Тебя только расцветка волнует? – Не только, конечно же… И тут я сглотнула. Громко так… И, зажав нос пальцами, нырнула под воду. Щеки горели пламенем, в горле пересохло, но это ничего по сравнению с тем, что мне хотелось сделать. Вынырнула спустя секунд десять и потрясла головой. Мужской смех заставил меня посмотреть на следователя, который потянулся рукой ко мне и убрал волосы с лица. – Ты невероятна, знаешь? – Только сейчас заметил? – игриво прошептала я. – Налей мне еще вина. – Хватит. Оно для особых случаев и очень быстро пьянит. Подвинься, – и сел позади меня в ванне. Никогда еще омовительные процедуры не были столь томными и желанными. Приглушенный свет падал на мужские руки, а музыка заглушала мое глупое хихиканье. – Мне щекотно, – захохотала я в голос. Супруг поцеловал меня в шею, прокладывая дорожку до уха. Повернулась, и наши губы встретились. – Мне кажется, – выдохнула, – вода остыла. – Я горяч. – Спорное заявление, – хихикнула я и сразу же застонала. Мужчина поднялся в ванной, поднял меня на руки и, перешагнув через бортик… Упал. Но не просто так, а запустив меня вверх. Но летела-то я потом вниз, машинально выставив руки вперед и, неожиданно, пульнув магией, которая протаранила пол. В образованную дырень я нырнула и ощутимо стукнулась о пол при приземлении. Вокруг заохали слуги, но потом вдруг стали поздравлять с замужеством. Голый Эшфорд влетевший на кухню, где я оказалась после падения, напугал и разогнал всех своим рыком. Фрея накрыла меня одеялом и помогла добраться до спальни и не сгореть со стыда. – Что же вы так, хозяин, – журила она господина де Лиува, – невинную девушку да напоказ всем. – Фрея, – зарычал по-волчьи мужчина, чем напугал нас обеих, – уйди. Хранительница фыркнула и исчезла. А Эш сел рядом со мной и обнял. – Ты бы оделся. – Да ни за что. – Ты рычишь, – медленно проговорила я. – Иногда прорезываются гены предков. Ника, мне очень и очень жаль. Я неуклюжестью не страдаю, и мно… – Скажешь еще хоть слово, и брачная ночь будет после окончания Академии, – прошипела, заводясь. Больше мне расстраиваться не дали, и, убедившись, что на мне всего навсего пара царапин, супруг принялся исправлять ситуацию. Сначала нежно, аккуратно, а потом бешенно, со страстью и любовью. Когда за окном рассвело, я удобно устроилась на плече у мужа и зевнула. – Ты меня убиваешь, – губы коснулись виска. – И мне это нравится, – вырвался из меня смешок. – Надо будет Рике рассказать, как ты меня из ванны доставал. И свадьба, и брачная ночь запомнятся надолго. И когда я услышала легкое сопение полуэльфа, то аккуратно выбралась из кровати, сбегала в ванну, нашла исподнее и повесила по ту сторону окна. А что, пусть все знают, что следователь де Лиув мой. И с полным удовлетворением легла спать, а днем… Днем, когда я проснулась, Эшфорд стоял у окна и, поджав губы, смотрел на панталоны. Открыл ставни и с улицы послышалось: – Красивые трусишки, дадите поносить? Эш захохотал и выкинул исподнее в окно. – А как же обычаи? А как же традиции? А как же память? – пролепетала я, садясь в постели. Следователь повернулся ко мне с кривой улыбкой на устах. – Не переживай, я соврал. У меня подобного белья много. – Неужели? Подошел к постели, наклонился. – Да, белья много, а любимая – одна, – и поцеловал. Сладко, вкусно и нежно. – И я тоже тебя люблю.