Глава 16
— И бокал прихватил, — заметила Вера со смешком.
Потом спохватилась, вдруг получилось не слишком-то аристократично. С одной стороны, очень не хотелось ударить перед Аладаром в грязь лицом. С другой стороны, Вера не очень любила изменять себе.
— Видимо, входит в стоимость консультации столичного архитектора, — просто сказал Аладар. — Вера, я так рад, что это все-таки оказались вы. Поймите, я ни в коем случае не хотел вас обидеть, просто я изначально настраивался работать с Ингваром и только тут услышал о ваших талантах.
— Все в порядке, — с чистым сердцем отозвалась Вера и подняла бокал. — За плодотворное сотрудничество!
— За плодотворное сотрудничество, — кивнул Аладар, и они чокнулись, легко зазвенело тончайшее стекло. — Хочу предложить отпраздновать вашу решительную победу…
Договорить у него не получилось — за окном задребезжал и заревел паромобиль Ингвара, а следом в окно влетело облачко пыли.
— Как специально, — посетовала Вера. — Эти столичные штучки бывают такими… обидчивыми.
— Давайте отпразднуем вашу победу у Вернона сегодня днем, — предложил Аладар, и Вера удивленно на него уставилась.
Предложение было заманчивым, но… что это все значило? Вере остро понадобилась консультация комода, потому что Эва бы это все точно не оценила.
— Да, разумеется, — согласилась Вера. — Тем более у меня там открыт счет на месяц.
— И все-таки, — вдруг слегка нахмурил брови Аладар, — как это я про вас не слышал? Меня тут все знают с детства, даром что я уезжал…
— Темное прошлое, — начала выкручиваться Вера, — ссора в семье, сами понимаете.
Аладар явно понимал не очень, поэтому Вера поставил бокал на столик и решительно сказала:
— Что же, мне надо отдохнуть и переодеться. Может быть, встретимся часа в два?
— Разумеется, — кивнул Аладар.
Вера зашла к себе домой, и тут на нее будто дикий зверь бросился. В прихожей царил легкий полумрак, и Вера испугалась и взвизгнула.
— Опять! — воскликнул комод, а это был именно он. — И что ты у меня такая нервная?
— Будешь тут нервным, — проговорила Вера. — Ты бы еще меня с ног свалил.
— Да я дождаться не могу! — Комод, бодро перебирая ножками (и совсем им не требовался ремонт), отправился в гостиную. — Ну что там тебе сказал Аладар? Что? Почему ты не веселая?
— Испугалась потому что, — слегка огрызнулась Вера.
Прошла следом за комодом, упала в кресло.
— Выиграла, — почти шепотом счастливо произнесла она. — Аладар выбрал меня.
Комод издал невнятный звук и немедля уронил кружевную салфетку.
— Так и знал, — немедля заявил он и попытался ножкой салфетку поднять. — Знал, что ты у нас с Домом особенная. И всяких столичных хлыщей впечатлишь без труда.
— Аладар не хлыщ, — вздохнула Вера. — Вот Ингвар — хлыщ еще тот.
— Что будем делать? Отметим? — предложил комод, и Вера наконец сжалилась и закинула на него кружевную салфетку.
— Обязательно, комодик, — сказала она. — Только сначала мне нужно будет отметить с Аладаром, он к Вернону меня пригласил.
— Опять платье нужно новое, — тут же озаботился комод. — Но ты у меня мастер, уговоришь гардеробную на что-то отличное, я уверен.
Вера потянулась и вдруг поняла, что ужасно хочет спать. Все-таки, видимо, тендер под названием «Аладар» дался ей не так просто.
— Комодик, разбуди через час, — попросила она.
На этот раз и гардеробную уговаривать не пришлось. Такое впечатление, что весь Дом радовался вместе с ней. Платье получилось из плотной ткани, двуцветное, желтое с серым, ниже колена, приталенное. Вера надела его и даже ахнула — шло оно ей так, что Вера сама залюбовалась.
Похлопав комод по крыше, Вера пошла в сторону дома Вернона. Ее немедленно нагнал Бэзил.
— Вера, добрый день, — вежливо сказал он. — Позвольте пойти с вами?
Он предложил ей руку. Вера на секунду заколебалась, а что если Аладар их увидит, но отказаться было невежливо, и Вера взяла его под локоть.
— Поздравляю вас с проделанной работой, — почти нежно сказал Бэзил. — Я очень рад, что такой талантливый архитектор, как вы, получил эту работу.
— И однако вам я помочь не смогла, — проговорила Вера уже почти не сердясь.
Несмотря на странности в поведении, Бэзил ей очень нравился. Был он какой-то родной, словно среди всех этих аристократов (прекрасных по большей части людей) ей встретился кто-то… из дома. Вере даже все время хотелось называть его Василий, перевести имя на понятный лад.
— Смогли, еще как. — Бэзил замялся. — У меня есть, однако, пара причин, по которым я не могу сейчас рассказать, что не так, но я уверен, время настанет. Обещаю вам.
— Договорились, — кивнула Вера.
Ссориться ей не хотелось, да и причины у Бэзила почти наверняка были самые настоящие.
За разговором они подошли к кафе, и Вера ахнула: на увитой плющом веранде собрались абсолютно все: фон Стеттены в нарядных костюмах (и наконец-то очень счастливые), строго одетый полковник Траут, Эва со своим семейством (особенно выделялся Эмиль, выряженный в пух и прах), ну и конечно, с бокалом вина стоял Аладар.
Глянул он на Бэзила и правда как-то недобро, и сердце Веры забилось изо всех сил.
Она сделала шаг на веранду, и все тут же зааплодировали. Вера смутилась до глубины души и вдруг почувствовала себя на месте — среди полюбившихся ей уже людей. Вот бы Савелий Петрович аплодировал выигранным тендерам, цены бы ему не было.
Из самого кафе появился Вернон с подносом, уставленным бокалами игристого вина. Надо сказать, их количество заметно поредело через несколько секунд.
К Вере сразу бросилась Эва с парой бокалов.
— Видела этого хама, — сообщила она, лучась во все стороны, — бежал, только пятки сверкали. Спасибо, Эва, дорогая, что помогла нам от него избавиться. Мы не очень любим приезжих, только своих.
Вера на мгновение почувствовала себя неловко и отпила из бокала. Пузырьки слегка вскружили голову.
— Не стоит, — произнесла она. — Но я сама очень рада, если честно.
— Эмиль в полном восторге, — прытко поделилась Эва. — Мне кажется, бедный мальчик совершенно влю…
В этот момент Веру все-таки спасли. К ней подошли Виктор и Анни, шутливо отсалютовали бокалами.
— Опять ты пристраиваешь своих детей, — смеясь, заявила Анни. — А мы хотели засвидетельствовать Вере свое почтение. Она просто нас спасла.
Виктор закивал, и сердце Веры радостно забилось. Как здорово реализовывать чистое вдохновение напрямую, а еще помогать людям!
Эва о чем-то заспорила с Анни, и Вера осторожно профланировала в сторону Аладара. Не так чтобы это было слишком заметно, но все-таки Вере очень хотелось пообщаться именно с ним.
Путь ей перерезал Вернон с закусками наперевес. Маленькие канапе выглядели так аппетитно, что Вера взяла сразу пару штук.
— Просто здорово, что вы получили работу, я наслышан, — проговорил Вернон. — Настоящая победа для нашей маленькой общины. Хотел вас, впрочем, предупредить, будьте осторожны с фон Другетом. У него не вполне достойная слава.
Вера еще хлопала глазами, когда Вернон исчез куда-то в сторону кухни. Аладар пока что к ней не подошел, но тут мимо, словно бы невзначай, прошел полковник Траут.
— Поздравляю вас, — довольно сухо бросил он.
Услышать такое от него было настоящей победой, и Вера заулыбалась.
К ней наконец подошел Аладар.
— Вижу, вы принимаете заслуженные поздравления, Вера, — сказал он, и сердце Веры забилось, все получилось так, как она мечтала. — Я очень рад, что нам придется поработать вместе. Знаете, как говорят, понимаешь дом — понимаешь хозяина.
Вера рассмеялась:
— Не была бы так в этом уверена. Вроде бы неплохо понимаю дом Ва… Бэзила, но вот Бэзила не понимаю совсем.
— Кстати, он тоже новенький в нашем сообществе, — проговорил Аладар. — Но это ничего страшного, у нас и новенькие все хорошие.
Он с явными намеком поднес руку с бокалом к бокалу Веры, деликатно его коснулся и отпил с большим удовольствием.
— Как проходит сватовство Эмиля? — с улыбкой спросил он. — Я совсем не знаю, куда деться от Эвы, а вроде бы она так меня любила, нянчилась со мной, когда я был несмышленым ребенком.
— Она и сейчас любит, — заметила Вера, — просто вот так, по-своему.
Аладар улыбнулся в ответ, и Вера просто замерла, дышать не смогла, любуясь его лицом. Глаза — эти глаза в обрамлении густых ресниц просто делали ей больно.
И тут все на веранде зашумели.
Вера посмотрела вперед и ахнула, не сдержалась: к веранде медленно поднималась Амалия Берг, разряженная очень странно, на ней были перья, на шее даже издалека виднелись огромные жемчуга, длинный подол цветастой юбки мел землю.
— Что еще этой безумной надо? — довольно громко спросила Эва и поспешила вперед.
Амалия подошла совсем близко, и Эва, встретив ее буквально лицом к лицу, быстро произнесла:
— А вы опять тут портить праздник?
— А ты опять тут примериваешь на себя роль главной? — грубо одернула ее Амалия. — Вера, я к тебе.
Вера опять почувствовала, будто на ней укорачивается платье, и растерянно посмотрела на Аладара. Но Эва стояла горой и Амалию не пускала.
— Знай, нечего тут тебе делать, все разъедутся, останешься одна ты! — Амалия загрозила пальцем из-за плеча Эвы. — Ко мне уже приходил молодой человек с расспросами. Проваливай и ты, откуда приехала!
И с этим проклятьем Амалия была такова.
Вера почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Словно нельзя ей было почувствовать вкус победы, словно что-то обязательно должно было случиться.
— Ну-ну, Вера, — произнес Аладар. — У нее не все дома с тех самых пор, как я тут жил ребенком. Не стоит так расстраиваться.
— Почему она говорит, что все разъедутся? — тихо и расстроенно спросила Вера.
— Какая-то компания скупает тут дома, мне тоже сделали заманчивое предложение, — сообщил Аладар. — Я, разумеется, тут еще поживу, потому что мне нужно решить вопрос с наследством, но тоже уеду со временем.
— Почему? — беспомощно повторила Вера.
Маленький мирок, который она успела себе выстроить, рушился на глазах.
— Потому что в Кристенстаде осталась вся моя жизнь, — отозвался Аладар. — Я не могу вечно оставаться в этом захолустье.
Вера сама не заметила, как кивнула, извинилась и отошла за бокалом. Разговаривать тут больше было не о чем.