Глава 12

Стася Открываю глаза. Слышу шум города за приоткрытым окном. Потягиваюсь. Бросаю руку вправо, чувствую лишь пухлую подушку. – Ммм… уже сбежали, – выдыхаю, затем приподнимаюсь. Всё тело болит. Ноги вообще с трудом могу свести. Эти зверюги были ненасытны. И сделали нечто, из ряда вон выходящее… *** – К… как это вдвоем? – выпучиваю глаза, смотрю на этих хитрых мохнатых паразитов. – Вот так, – мурчит Лёва, – одна дырочка мне, вторая Сене. Я уже давно об этом мечтаю, а ты? Эээ… Да я как-то не думала и вообще не предполагала, что подобное возможно в моей жизни. Но сориентироваться мне не дают. Ярцев выключает воду, затем берет меня на руки. Выносит из душа, ставит. Лев аккуратно вытирает, а я готова урчать от удовольствия. – Я и сама могу идти, – бурчу, когда меня несут к постели. – А зачем? – рычит Семен. – Я бы всюду тебя носил, – лыбится Вересов. Ну что за непрошибаемые?! Оборотни кладут меня на кровать. Смотрю на их крепкие тела. Понимаю, как сильно хочу обоих. Облизываю губы. Волки наблюдают. Подползаю к краю кровати. Беру оба крепких члена, слегка сжимаю. Смотрю на крупные алые головки, толстые вены, обвивающие длинные стволы. Между ног быстро рождается желание. – Да, детка, вот так… – рычит Семен, – подрочи своим альфам. Умница. Невинно хлопаю ресницами, провожу языком по губам, увлажняя их. – Какая старательная, – хрипит Лев, не мигая наблюдая за мной своими жёлтыми глазами. Я уже могу различать их эмоции. Когда волки злы, их зрачки становятся алыми, словно пламя. А когда возбуждены или довольны – жёлтыми. Они безумно красивы… – Ах, ммм… – шепчу, ускоряя темп, затем беру в рот один член. Ярцев стонет. Его хриплый голос скручивает низ моего живота в сильнейшем спазме. Мне нравится слушать возбужденное рычание моих волков. Я порочная? Плевать! Спешу уделить внимание Лёве. Позволяю ему толкнуться глубоко в моё горло. Семен ласкает себя, глядя на то, как я ублажаю его лучшего друга и соратника. Одна на двоих… Почему природа так сделала? – МММ! ААА! – начинаю стонать, когда ладонь Ярцева стискивает мою грудь. Он сжимает сосок, ведет кончиком пальца по ареоле, переходит на вторую грудь. – АХ! – чувствую на себе руки обоих оборотней. Закрываю глаза, полностью отдаюсь процессу. Всегда считала минет омерзительным. Но сейчас кайфую, как никогда. – Сладкая девочка… глубже бери… дааа, – стонет Лёва. Обхватываю его плотные яйца. Тело волка дрожит. Сейчас чувствую себя хозяйкой. Могу вознести на вершину, а могу не дать кончить. Уронить в адское пекло. – Быстрее, крошка… не останавливайся… ох, блядь! ДА! – но я решаю пощадить волка. Принимаю его сильные глубокие толчки. Раскрываю горло. Это очень порочно. Волк обхватывает мою голову, насаживает на свой член. Ярцев пристраивается сзади. – Подними-ка попку, крошка, – шепчет, пока Лёва трахает меня в рот. Выгибаюсь, и толстый горячий член проникает в моё лоно. – Ты очень мокрая, Стася… бесстыжая девчонка, – шепчет Семен, покрывая мои шею и плечи горячими поцелуями, – хорошо тебе? – Ммм… МММ! УГУ! – мычу, обхватывая ладонями крепкий зад Вересова. Так и стою на четвереньках, принимая в две дырочки огромные члены волков. Но сейчас внутри меня нет ни капли сомнений. Я искренне этого хочу. Мне нравится вся та грязь, что они творят и говорят. Грубые словечки, жесткий секс. Вязкие и мокрые звуки. Стоны, сплетенные с рычанием в единую мелодию порока. К чёрту романтику! Хочу своих диких ненасытных зверей! – Глубже… быстрее… АХ! СЕНЯЯЯ! ЕЩЁ! – кричу, пытаюсь отдышаться, но Лев снова проникает между моих губ. – Уже? Наша истинная хочет кончить? – дразнит меня Ярцев, входя до самых яиц. Как же хорошо! Мамочки! Но мне мало. Хочу больше! Грубее и быстрее! – Хочу… очень хочу! – бормочу, принимая до последней капли сперму Льва. Горячую, вкусную. Сознание покидает меня. Оставляя жадную до моих мужчин оболочку. Нет меня, нет их. Есть мы. Трио истинных. – Пиздец… сукааа… ДА! – Семен входит в последний раз и замирает. Чувствую, как его семя наполняет меня до краёв. И от этого кончаю сама… сжимаюсь, пульсирую. – ААА! – стону, теряя равновесие. Ярцев ловит меня, прижимает к себе. – Оседлай меня, красавица, – шепчет, – и я поласкаю твоих девочек. Он тискает мои груди, тянет за соски. Целует меня, нагло просовывая язык меж губ. – Ах… ммм… Сеня… я люблю тебя, – бормочу, забираясь сверху на моего волка. Он кладет огромные ладони на мои бёдра. – Давай, малышка. Покажи мне всю себя… Начинаю двигаться. Ускоряюсь. Ярцев удерживает меня, чтобы не переходила очерченную им границу. Стискивает мою попу, гладит метку. – Готова? – сзади слышу голос Вересова и звук рвущейся фольги презерватива. – Расслабься, моя девочка… мы не сделаем больно, – мурчит Сеня, облизывая палец и тихонечко лаская мою попу. – Не надо… ммм… пожалуйста… – Надо, крошка. Мышка, тебе понравится, обещаю, – Лев забирается к нам, наносит смазку на пальцы. Семен трахает меня медленно, насаживая на себя, полностью забрав инициативу. Постепенно расслабляюсь. От необычных ощущений в попе намокаю всё сильнее. – Чувствуешь? – рычит Ярцев, посасывая мою грудь. – Какая ты влажная стала, м? Нравится, когда играют с твоей попкой? – ДА! ДААА! – кричу, чувствуя следующий оргазм. Он так близко, что… но ласка вдруг прекращается. Чувствую пламя, исходящее от кожи Семена. И сверху на меня обрушивается Лев. – Сейчас мы откроем тебе новый мир, мышка, – шепчет он, – обе твои девочки наши. Ты вся целиком. – Мы любим тебя, крошка Стася, – урчит Сеня, – доверься. Любят?! Толчок. Мышцы попки распахиваются. Чувствую острую боль, но затем… – Тшш, тихо, малыш. Уже всё, не сжимай попочку, – учит меня Вересов. Его голос ведет меня, освобождая из оков боли. И мне становится хорошо. Так хорошо, как никогда до этого… – Доброе утро! – в спальню невозмутимо заходит Агнесса. – Пора завтракать, Станислава. – Я Стася… – бурчу, забираясь в одеяло, как в кокон. – Пора завтракать, Стася, – улыбается волчица. Нехотя сползаю с постели, чувствуя пульсацию между ног. Эти ненасытные зверюги меня просто уничтожили этой ночью. Но почему тогда я так счастлива? – Пока в душ, я принесла одежду для сегодняшней поездки. – Какой такой поездки? – не понимаю. – Как? С альфа волчицей Вука, конечно же! Точно! Вот дубина. – А я бы в постельке понежилась, – тяну, чувствуя пульсирующую боль в попе. – Нет времени! Понежишься в выходные. Давай! – бета Ярцева протягивает мне шёлковый халатик. Умываюсь, затем выхожу на просторный балкон. Вижу просыпающийся город. Теперь я на другой стороне. И ни капли не жалею. – Вот, садись, – Агнесса показывает мне на диванчик. – Вау! – офигеваю. На небольшом кофейном столике куча разных вкусностей. – Альфы не знали, какой завтрак ты предпочитаешь. Так что взяли всего понемногу. – Тут хватит целую армию накормить, – кладу себе фруктовый салат. – Кофе? – Я сама могу сделать, – порываюсь, но Агнесса хмурится. – Ты теперь с вожаками. А значит, я должна служить тебе. – Я этого не хочу! – отрезаю. – Давай лучше дружить. Вдруг краснею. По идее, для Агнессы всё это лишь рабочие обязанности. Или кровные? Не знаю, как правильно. Скорее всего, я ее вообще раздражаю. Но волчица вдруг начинает улыбаться. – Понимаешь, я против такого вот прислуживания. И рада буду помочь тебе, в случае чего, – давлю лыбу в ответ. – Альфы меня убьют, – вздыхает она. – Я им не позволю! Давай вместе покушаем! – двигаюсь, освобождая волчице немного места. Признаться, одной мне немного одиноко. Метка пульсирует, но не доставляет дискомфорта. Она теперь часть меня. Я осознаю это очень чётко. – И что мы будем ей показывать? – откидываюсь на спинку, поглаживаю полный живот. – Мара хочет погулять по городу, посмотреть наши заведения. – Все? – пучу глаза. – Нет, самые популярные. Но я так понимаю, альфа волчица хочет пообщаться с тобой поближе. – Это ещё зачем? Пока болтаем, я натягиваю беленькое кружевное бельишко от известного бренда, летнее платьице. – Ты прям светишься, – говорит Агнесса, – когда перестала сопротивляться и впустила в себя альф, все изменилось. – Верно. Но меня предали мои же, – вздыхаю, – и просто так я это не оставлю. Мне нужно докопаться до правды! Понять, зачем отец врал мне всю жизнь! Что он скрывает?! – Пора, – волчица вручает мне небольшую сумочку, – здесь твой новый телефон, кредитные карточки без лимита и гигиеничка. – Мне не нужны их деньги! – пробую возмутиться, но тут же тушуюсь под суровым взглядом беты Ярцева. – Это часть заботы, Стася. Привыкай, что альфы очень богаты. На кого им ещё свои деньги тратить? Как я уже сказала, ты не любовница, не шлюха на одну ночь. Ты истинная. Это священно для нас. – Поняла, прошу прощения, – мне становится стыдно, и я спешу сменить тему, – слушай, а… может, я не в своё дело лезу, но что у вас с Митей? Волчица напрягается. – Ты права, – горько говорит, – это не твоё дело. Прости. Молчим. Видимо, там какая-то трагическая любовь. Ладно, не буду доставать её. Но Агнесса вдруг вздыхает. – Мы любим друг друга, – говорит она. – Так это же хорошо! – восклицаю. – Мы оба пока не обрели метки истинных. Если природа выберет для нас кого-то другого… даже представить боюсь, что будет. – Но видно, что между вами искры скачут. – Да. Каждый раз отказывая ему, я умираю. Ужасно! – А что говорит Семен? – Альфе не нужно разбираться в этом. У него своих проблем хватает. – Каких проблем? – Я и так лишнего сказанула. Митя уже на месте. В общем, добиться чего-то от этой волчицы оказывается невозможно. А мне интересно, что за проблемы в волчьем стане. Если я могу им помочь, с радостью это сделаю. При мыслях о Лёве и Сене моё сердце начинает сильно колотиться. А всё тело наполняется огнём. Я скучаю по ним… Мы забираем Мару из отеля. На эту волчицу смотрят все без исключения мужчины. Ещё бы! Она такая красавица! Статная, манерная. А эта её коса до ягодиц завораживает. – Привет, – говорит она, сев рядом со мной на заднее сиденье, – Стася, да? – Ты так хорошо говоришь по-русски! – удивляюсь. – Мы же сербы, братья считай, – смеется она. Она смотрит на меня. У Мары пронзительные зеленые глаза. Она словно сканирует мою душу. Мягко. Ненавязчиво. – Ты очень необычная девушка, – говорит волчица, поглаживая свой живот, – но им под стать. – Что это значит? – У вас здесь есть красивый парк? – вдруг спрашивает Мара. – Конечно, – отзывается Митя, – но вы же хотели… – Тогда поехали туда! – волчица воодушевляется. – Наследник Вука очень плохо себя чувствует в городе. – Тебе не тяжело? – участливо спрашиваю. – Нет, я счастлива носить его дитя, – она снова нежно гладит живот, – хочешь потрогать? Малыш на тебя реагирует. – Как это? – кладу ладонь на её теплый плотный животик. И чувствую толчок. Ого! Это так необычно! Невольно улыбаюсь. Но одновременно с этим понимаю, что не смогу родить своим альфам. Почему мне так грустно от этого? – Ты сможешь, – едва слышно шепчет Мара. – Что? Но я же человек… – отворачиваюсь. Агнесса и Митя с удивлением смотрят на нас. Но Мара лишь хитро улыбается. – Ты точно в этом уверена?