Глава 17

Семён Осознание предательства крепко сидит в голове. Такое простое и сложное одновременно. Стая – это семья. Общность, равной которой у людей нет. И все-же где-то появилась трещина. Я не уследил. Яр? Первая мысль. Ради сестры он пойдёт на что угодно. Но их стая не участвует в наших делах. Он не мог знать о поставке с сывороткой. Да и, признаться честно, туповат он для подобных вывертов. Переглядываюсь с Вересовым. Вряд ли это кто-то из его стаи. Они всегда отличались крайней верностью вожаку. Особенно после того, как Лёва вытащил их из-под гнёта и жестокости отца. Мои размышления прерывает Вук. – Кто посмел пойти против альфы? – гремит он. – Сеня, нужно разобраться, сам понимаешь. – Знаю, – коротко отрезаю, – иначе мой авторитет пошатнётся, а нам это не нужно. – Не пошатнётся, – тихо говорит Мара, – волки не пойдут за предателем. Бессмысленно пытаться убрать альфу. Лишь победа в честном поединке может… Она вдруг задумывается. – А что, если цель похищения сыворотки – не восстание? – Что, например? – подаёт голосок Стася. – Получение нечестного преимущества, как вариант, – пожимает плечами Вук, – все до океана знают, что русские альфы сильнейшие. Никто не сможет победить, если только не… – Использовать против меня серебро, которое не подействует на противника – заканчиваю фразу альфы. – Насколько это серьезно?! – восклицает Стася. – Скажите! – Достаточно, – подаёт голос Лёва, – но у нас же лишь одна партия. – И она не протестирована достаточным образом, – задумываюсь, не в силах отвести глаз от истинной. Даже в свете сложившихся проблем Стася для меня свет в окошке. Сидит такая гордая и красивая. Самая прекрасная из всех женщин. В зеленом длинном струящемся платье. Я бы без раздумий отдал жизнь за истинную, но еще с большим рвением буду жить. Ведь если она и есть Ликара, то между нами больше нет преград в виде её человечности. – Что ты думаешь? – спрашиваю Стасю напрямую. – Обо всём этом? Она хлопает ресницами, не понимает. Но ей придется смириться с ролью нашей с Вересовым альфа волчицы. Пусть Стася и не оборотень. Возможно, она даже выше всех нас. Богиня… – Я? – она непонимающе переводит взгляд с меня на Льва. – Да. Тебе со стороны проще сделать непредвзятый вывод. – Ну, – она перебирает пальчиками свою сумочку, а в мою голову лезут похабные картины, как Стася этими ладошками ласкает мой член. Прогоняя порочные мысли, стараюсь сосредоточиться на голосочке истинной. Мелодичном, приятном. Внутренний зверь урчит и готов на всё, лишь бы слушать Стасю постоянно. – Я бы не стала охотников со счетов списывать. Возможно, отец как-то узнал про ваши разработки. – Исключено, – отрезаю. – СЕНЯ! – восклицает Стася. – Почему? – Об этом не знал никто, кроме нас и узкого круга доверенных оборотней. Если только… – Охотники не предложили кому-то из высшего круга что-то такое, что заставило предать нас, – угрюмо произносит Лев. – Это звучит логично. Теперь нам нужно выяснить, кто предатель. – Яр? – спрашивает Вересов. Морщусь. – Тоже подумал, но он вряд ли. Туповат. – Аслан? – Более вероятно. В общем так, составим список всех оборотней, кто владел информацией о поставке. Вечером съездим на место ограбления, может, удастся что почуять. А пока попробуем выдохнуть. – Что ты имел в виду, когда сказал, что сыворотка не протестирована? – спрашивает Стася. – Мы не знаем реакции на различные типы сплавов. С чистым серебром она работает, а вот что касается остального… – качаю головой. – Но ведь остальным этого знать необязательно? – вижу в глазах истинной коварный огонёк. Переглядываюсь со Львом. – Вы же можете сделать так, чтобы… – она задумывается, – те поставки шли, но организовать засекреченную цепочку? Вы же хотели проверить эту сыворотку, потому и везли, так? Проверьте, доработайте. Но никому не говорите. Прыскаю со смеху. Стася просто чудо. Она замолкает, волчонком глядит на меня. Дует губки. – Ты права, – выдаю, её глаза округляются, – предатель не знает, что знаем мы. Так что это наш шанс. Лёва, займешься? – Да. Но мне нужна будет помощь, – Вересов прижимает малышку к себе, нещадно тискает. – Нам уйти? – Вук выгибает бровь. – Нет! Лёва… ну прекрати, – возмущается Стася, – мы собирались прогуляться с Марой. Но Ведающая лишь хихикает. – Истинная связь между вами очень сильная. Прям искрит, сияет, – тянет она, – думаю, нам и правда лучше удалиться пока. Кто мы, чтобы этому противиться. Семен, ваша бета повозит нас по магазинам? – Конечно, – ухмыляюсь. – До вечера, Ликара, – Ведающая разворачивается и уходит, Вук следует за ней. – Ну что, крошка? – мурчит Вересов, усаживая Стасю на колени. – Давай немного сбросим напряжение, м? – Лёва… – стонет девушка, обвивая тонкими руками его шею, – ты невыносим. Смотрю на них, наслаждаюсь этим порочным зрелищем. Альфа гладит стройные бёдра нашей истинной. В брюках становится пиздец тесно. Встаю, не могу глаз отвести от того, как красиво выглядит наша девочка в таком положении. Лезу в ящик стола, где на всякий случай храню тюбик смазки. Вот и пригодился. Засовываю в карман. Приближаюсь к ничего не замечающей парочке. Облизываюсь. Лев целует её, срывая стон за стоном. Мой зверь рвётся к ним. Сажусь рядом, приникая губами к нежной шейке истинной. Её запах сводит меня с ума. Расстегиваю молнию её платья. Медленно, аккуратно. Целуя шаловливые мурашки, разбегающиеся по коже в разные стороны. Меня всего аж трясет в предвкушении. Волк рвётся наружу, требует свою самочку. – Думаю, нам нужно устроить небольшой перерыв… – хриплю, стягивая пиджак. ЛевПоловина диалога о предателях от меня ускользнула. Ведь я сидел и наслаждался сладким ароматом истинной. А теперь нам никто не мешает. Усаживаю Стасю на колени, забираюсь под юбочку. Нахожу тонкую полосочку трусиков. – Тебе очень идёт это платье, – шепчу на нежное ушко, прикусываю мочку, – воздушное, мягкое, прям как ты. Моя девочка. – Что ты такое говоришь? – на ее щёчках выступает лёгкий румянец. Чувствую сильную дрожь в теле Стаси. Мне нравится. Ярцев поначалу лишь смотрит. Не мигая. Вижу по порочной ухмылке, что он находит в этом определенное удовольствие. Мне тоже нравилось наблюдать… но ещё сильнее хочу тискать нашу малышку. – Мышка, – нахожу пухлые губки и овладеваю ими, – моя мышка… – Лёваааа… ох… – она гладит мою почти лысую голову. Прикрываю глаза, готовый урчать от удовольствия. Она тоненькими пальчиками изучает мою шею, а я дышу своей истинной. Ярцев садится рядом с нами. Не сводит глаз с девушки. Расстегивает её платье. Я чувствую, как она начинает дрожать сильнее. Верно. Одного меня ей уже недостаточно. – Хочешь нас обоих, малыш? – шепчу, затем снова бросаюсь на губы. Сладкие, нежные, алые. Уже искусанные мной… – Д… да… хочу, – шепчет Стася, – вы несносные… волки… – Ты любишь это, – рычу, поддевая край трусиков, забираясь пальцами туда, где уже безумно горячо. Стася слегка раздвигает ножки. Сеня опускает верх её платья, накрывает руками грудки. Она стонет мне в губы. Жарко, яростно, требовательно. Поглаживаю мокрые складочки. Аромат её возбуждения врывается в мои звериные ноздри. Вдыхаю, понимая, что хочу поскорее оказаться внутри Стаси. – Хочу тебя, мышка, – шепчу, второй рукой накручивая шелковые пряди на кулак, гляжу в затуманенные пьяные глаза истинной, – мне нравится твоя покорность. – АХ! МММ! – стонет, позволяет нам играть с её телом. Стася полностью расслаблена. Это сигнал. Для нас с Ярцевым и для наших внутренних зверей. Пора прекратить сдерживаться. Наша самочка хочет принять члены. – Сними трусы, – приказываю девушке, – чтобы мы видели. Быстро! Она нехотя спрыгивает с моих колен, приподнимает юбочку. Вижу покрытые блестящей влагой бёдра. Стася краснеет, затем вдруг разворачивается и выгибает попку. Сеня рычит, стискивает зубы. А я не могу отвести глаз от круглой задницы. Мокрые трусики съезжают по стройным ножкам вниз. И тут мои замки срывает. Быстро расстегиваю ширинку, провожу ладонью по члену. Приподнимаюсь, тяну истинную на себя. – ОЙ! Лёва! – верещит, пытается слезть. – Ляг на меня. Не дёргайся, – шепчу, и малышка вновь подчиняется. Сеня уже вовсю ласкает себя, наблюдая за этой картиной. Крепко держу тело Стаси, руками накрываю горячие половые губки. Играю с девочкой. Она извивается, стонет. Постепенно срывается на крик. – Готова, – рычу, затем сажаю девчонку прямо на член. Он проскальзывает в её мокрое лоно. Мы вместе стонем. Мышка очень узенькая. Влажная, готовая. Моя. – Упрись ножками на мои колени, – приказываю, она подчиняется. – Хорошо… ОХ! ЛЁВА! ТАК ГЛУБОКО! – Да детка, в этой позе я до твоего донышка достаю, – хриплю, вдалбливаясь в податливое лоно. Двигаюсь, проникая в самое сладкое местечко. Яйца пиздец болят, готовые разорваться. Ярцев гуляет ладонями по её телу. Сминает грудь, оттягивает и крутит соски. Ласкает животик. Затем опускает ладонь ниже. Я слегка ускоряюсь. Сеня накрывает клитор нашей маленькой богини. – АХ! МММ! ДААА! – кричит, дёргается в моих руках. Её всю трясет, киска сжимается, вынуждая меня слить прямо в матку. – Сукааа… ахуенно как! – перед глазами всё плывет, Стася выгибается, сквиртует, кончает. – Девочка моя… давай… бляяядь! – Красиво, – бормочет Ярцев, затем лезет в карман, достает тюбик смазки, – а теперь моя очередь трахнуть эту мокрую девочку. Он подхватывает ничего не соображающую Стасю, тянет на себя, встает. – Ай! – она испуганно хватается за плечи волка, повисает на нём. – Держись крепче, – рычит Сеня, затем буквально нанизывает девочку на стоячий член. Стася кричит, из её киски всё еще понемногу вытекает моя сперма. А я всё никак не могу отойти от оргазма. Сука, так ярко никогда не было. Что-то изменилось в энергетике этой девочки. Любуюсь тем, как большой член друга таранит её нежную дырочку. – Вторая девочка моя, – облизываюсь, встаю. Наношу на пальцы смазку, массирую гладенькую попку Стаси. Ярцев останавливается. Мышка жмётся к нему. А я смазываю не только ее анальное колечко, но и свой член. Затем подношу к закрытой тугой попке. Сердце колотится, я безумно этого хочу. Слегка толкаюсь, мышцы сопротивляются. – Не бойся, – мурчу, – расслабься, впусти своего волка, мышка. Тебе хорошо будет. Очень хорошо. – Ах… – ей тяжко принимать нас обоих. Два больших члена в крошечные узкие дырочки. Но тем приятнее всем нам. Постепенно вхожу, ни на секунду не теряя контроль. Очень хочется просто вставить и начать трахать эту задницу. – Боже мой! ЛЁВААА! СЕНЯЯ! – визжит Стася, когда оба наши члена наполняют её до самых краёв. Сначала мы двигаемся медленно. Затем быстрее. То попеременно, то вместе. Стася кончает без перерыва. Раз за разом, горячими мокрыми оргазмами. У нас обоих срывает башни от этой девчонки. – Нравится оба члена принимать, м? – рычит Ярцев. – ДА! ДААА! – она полностью в нашей власти. – Вы ненасытные… АХ! ААА! – Отлично, мышка. Сейчас мы тебя выебем как следует. Обе твои дырочки наполним… хочешь? Ммм? – хриплю, не в силах выносит это давление. – ХОЧУУ! Стася смелеет, сама уже напрыгивает на наши члены. Чувствует, что мы её не уроним, откидывается спинкой на мою грудь. Обнимает меня за шею и целует. Наши языки танцуют безумный похотливый танец, пока мы втроём подходим к пику. Один на всех. Самый яркий оргазм. Одновременный взрыв. Сначала наша порочная девочка. Затем мы. Нет в мире ничего прекраснее этого. Любовь истинных. Настоящая, жаркая. Без преград и замков. Наше семя вливается в Стасю, а она покорно всё принимает. – Лёва… Сеня… – пытается отдышаться, обмякает в наших руках. Ставим её на пол, затем медленно ведём к дивану. – Я хотела кое-что вам сказать…– шепчет полупьяным голосом, облизывает губки. Смотрит на нас. Вся в нашей сперме. Прекрасная истинная. Голые, устраиваемся в её ногах. Вроде бы сильные альфы. Но с этой малышкой мы лишь покорные звери, охраняющие её покой. Голос Стаси разносится по кабинету, находя отклик в самых потаённых глубинах волчьих душ. И после её слов мы оба замираем. – Я выбросила противозачаточные таблетки…