Глава 22

Стася Озвучив свою просьбу, я не спешу слезать с колен своих вожаков. Они переглядываются, затем вздыхают. – То есть ты хочешь все-таки влезть в это дерьмо по самые уши? – жестко спрашивает Сеня, и я ёжусь от его тона. – Да, я хочу поехать в тюрьму и поговорить с Петей. Он должен что-то знать, его лаборатория прямо под библиотекой Влада. Я туда редко заходила, в основном взять кое-что и проведать своего бойфренда… – И как проведала? – рычит альфа. Он что, ревнует? Почему-то это вызывает у меня улыбку. – Не так, как ты себе нафантазировал, мой вожак. Кстати, у меня есть новость! Очень важная и волнительная. – Мы все внимание! – альфы навостряют уши, не мигая смотрят на меня. – Я… – тихо говорю, – хотела устроить вам сюрприз. Но Влад всё испортил. – Что за сюрприз? – мурчат волки. – Я беременна… Молчание. Пронзительные взгляды, открытые рты. Неверие. Шок. – Правда? – тихо спрашивает Лёва. – Не шутишь, мышка? – Нет. Я даже тесты красивенько упаковала, Агнесса помогла… – вздыхаю, – хотела всё сделать как надо. Опускаю взгляд, всхлипываю. Всё у меня не так, как положено. – Стася, – хриплый голос Семена звучит над ухом, – посмотри на меня. – Простите. Я не… – СТАСЯ! – низкий рык, волк пальцами приподнимает моё лицо. И я вижу там мальчишеский восторг. Его глаза блестят, зрачки полностью закрывают радужку. Сеня впервые показывает мне эту свою сторону. – Я так рад, – тихо говорит Ярцев, – ты даже не представляешь. – А ты? – смотрю на Лёву. У него реакция похожая. Но волк лишь глотает ртом воздух. Затем начинает себя щипать. – Я не сплю? Наша мышка ждет нашего сильного и крутого наследника?! – подскакивает, срывает меня с колен Сени, кружит. – Ты ее сейчас с балкона выкинешь, прекращай! – рычит Ярцев. – Никогда, – Лёва крепко держит, с любовью прижимает меня к себе, – я люблю тебя, мышка… пиздец… волчонок… как же я этого ждал! – Мы оба ждали, – Сеня встает сзади, прижимается ко мне, – значит, легенда сбывается? – И что теперь? – прижимаюсь к сильному торсу Ярцева. Я слышу, как бьются сердца моих мужчин. Быстро-быстро. Оба волка дрожат. Они правда счастливы! И на душе расцветает спокойствие. Даже несмотря на вторжение Влада, мне тепло и уютно. – А теперь нам нужно составить план. Потому что в этой квартире растить нашего наследника нельзя, – заявляет Вересов. – Почему? – офигеваю. – Потому что здесь мало места для великого волка, – ухмыляется Лёва, – нужен дом и побольше! И чтобы огромная детская. Самые лучшие игрушки! Я позабочусь! – Минуточку… – пищу, но альф уже не остановить. – Всё только лучшее! Агнесса, нужен новый гардероб, – командует Сеня, – полностью смените всю синтетику на натуральные ткани. Мой сын не должен… – ЭЙ! – рычу, волком глядя на альф. – Вы с ума сошли? У меня хорошие вещи! И квартира эта вполне себе. И почему ты решил, что сын? А вдруг девочка? – Нет! – в один голос отрезают альфы. – В смысле «нет»? – То и значит. Наша альфа волчица, королева, ждёт наследника. Мы теперь всё сделаем для твоего комфорта. Агнесса, твоя сестра сможет помочь? – Она знает хорошего гинеколога. Сама-то она не по этой части, – пожимает плечами волчица, – мне распорядиться? – Да. Завтра Стася поедет на приём. И отныне с ней обязательно должен быть один из нас, – заявляет Ярцев. Я уже и говорить ничего не хочу. Только слушаю. Они так воодушевлены! Может, просто принять их заботу? Умоляюще смотрю на волчицу, но она лишь ухмыляется. И помогать мне не планирует очевидно. – Согласен. Завтра я! – коварно улыбается Лёва. – Хорошо. Стася, ты себя хорошо чувствуешь? Потому что об этом событии должны узнать все, – тянет Сеня. – Отлично чувствую, – бормочу, таращась на волков. – Иди ко мне, – Ярцев стискивает меня в руках, кости вот-вот хрустнут. Но мне нравится. Они так ярко выражают своё счастье. – Хорошо, мои вожаки. Я полностью отдаюсь в ваши властные руки, – лепечу, наслаждаясь лаской оборотней. Лёва подхватывает меня на руки. – Кыш, – выгоняет Митяя и Агнессу, несёт меня в постель, – ты вчера меня так завела, что я всю ночь не мог заснуть. – Да ты что? – игриво кусаю волка за ухо. – А я думала, тебе хватило своей руки. – Хулиганишь, мышка, – рычит он, – мне нравится. Он кладёт меня на постель. Ярцев обходит кровать, встаёт с другой стороны. Волки медленно расстегивают рубашки. Тяжело и грубо дышат. Рывками. Их глаза горят. Прикусываю губу, провожу рукой вдоль тела, задевая соски. Боже! Альфы совершенны! Каждый раз, когда я вижу их без одежды, не верю в своё счастье. Идеальные до последнего кубика пресса. Сильные руки, мощные шеи. Стальные мышцы. Волки ложатся по обе стороны от меня. Голые. Великолепные. Отцы моего ребенка. Ладони вожаков ложатся на мой живот. Мягко, но уверенно. Оба шумно выдыхают. – Чувствуешь? – тихо спрашивает Семен. – А, Лёва? – Дааа, – тянет Лев, прикрывая глаза, нежно проводя по моей коже. И я чувствую. Их прикосновение вызвало во мне мощный прилив тепла. Словно малыш, живущий во мне, ощутил присутствие папочек. Хихикаю. – Вы такие горячие, – мурчу, наслаждаясь единением с истинными. Это чувство сложно облачить в слова. Нежность, страсть, всё в одном. Волки ласковы со мной этой ночью. Они берут меня медленно, вдумчиво. Мы до самого утра занимаемся любовью. Наполняем друг друга и обессиливаем одновременно. Сгораем в пламени нашей тройственной страсти. Я чувствую волков ярко, как никогда. В момент их проникновения в меня вою и скулю. Невозможно! – Мне так хорошо… так хорошоооо! – кричу, пока оборотни наполняют собой моё тело, словно сосуд. Вены плавятся. Кровь вскипает. Мы совершенно безумны. И луна тому свидетель. Это их клятва. Что ни Лёва, ни Сеня, никогда не предадут меня и нашего ребенка. Они скорее умрут, чем позволят охотникам навредить… А проснувшись утром, я не нахожу своих волков в постели… В спальне хлопочет Агнесса. Просматривает бирки на моих вещах, что-то сортирует. – В чём дело? – спросонья бормочу, потягиваюсь. Как же хорошо! Моё тело словно создано для секса с этими самцами. Я полностью удовлетворена. Но вдруг на меня накатывает сильная тошнота. – Боже! – несусь в туалет, опорожняю желудок. – Мы записаны к врачу на десять, – волчица невозмутимо появляется на пороге, – я подобрала тебе образ. Из нейтральных тканей. – Угу, спасибо… – Ты в порядке? – Я сижу над унитазом, у меня спазмит желудок, и от любого запаха мне плохо. Как думаешь, в порядке ли я? – рычу, раздражаясь. – Нужно поесть, – фыркает волчица и уходит. – О мамочки… – снова склоняюсь над белым другом. А когда выхожу, чувствую себя отвратительно. И следа от былой сладкой неги не остается. Фу! – Нужно поесть, – Агнесса уходит, затем возвращается с подносом, – с тобой поедет Лев. – Кстати, где они оба? – возмущаюсь. – Куда смылись? – По делам. По нашим обычаям, если самка вожака беременеет, он устраивает большой праздник. И туда обязана приехать вся стая. У Ярцева в подчинении десятки различных волчьих семей. Ты чего не ешь? Морщусь, отодвигаю от себя тарелки. – Я не могу. – Нужно есть. Я получила рекомендации от врача. Даже, если тошнит. Вот, есть вода с лимоном. Все блюда лёгкие, тошноту вызывать не должны. Агнесса задумывается. – Ведь вчера токсикоза не было? – Угу… – Тогда я проверю одну теорию, – волчица выходит, а через пять минут возвращается с Лёвой. Сердечко пропускает удар. Мои чувства стали такими острыми, что даже немного страшно. – Кто тут не кушает? – ухмыляется альфа. Он так сексуален в этой рубашке с закатанными рукавами и джинсах! Божечки мои! Аж слюнки текут. Волк садится рядом. – Давай-ка, милая моя, я тебя покормлю, – мурчит Вересов. – Ты чего задумал? – ощетиниваюсь, понимая, что больше меня не тошнит. Вообще! Эээ… Это от его близости, что ли? И меня страшно тянет к оборотню. Прям буквально магнитом припечатывает. – Стася, ты в порядке? Ты бледненькая, – он обнимает меня. – Не понимаю, – меня захлёстывает паника, – еще секунду назад меня выворачивало от одной мысли о еде. А сейчас ты пришел, и всё прошло. Словно… – Мой наследник чует папочку, – растягивается в довольной улыбке, берет вилку, – салатик или мясо? – Мясо, – облизываю губы, открываю рот. Мне безумно хочется мяса. Причем непрожаренного. Я никогда не любила стейки слабой прожарки! А сейчас смотрю на красное мясо, словно на манну небесную. – Вот так, крошка, – Лёва накрывает рукой мой живот, поглаживает, – сын хочет мяса, это хорошо. – Так всегда? – шепчу, раздираемая противоречивыми эмоциями. – Я не люблю… – Тшш, – оборотень продолжает меня кормить. И я вдруг осознаю, что нахожусь полностью в их власти. Ведь во мне растет волк, а кто лучше оборотней знает, что ему нужно? Но мне немного страшно. Покорно доедаю, начинаю дрожать. – Ну что такое? – Лева не отпускает меня, целует, обнимает. – Я боюсь… – шепчу. – Чего? – Я никогда не ела мясо, а тем более почти сырое. Кстати, как оно оказалось на подносе? – вопросительно гляжу на Агнессу. – Предварительный совет врача. Она рассказала, что для оборотней нормально в самом начале жизни менять рацион матери. Многие волчицы не едят мясо, как и ты. – Правда? – уф, аж камень с души падает. – Значит, со мной всё в порядке? – Более чем. Так что, если хочешь, принесу ещё мяса. – Да, – тихо говорю, слыша громкое урчание в животе, – пожалуйста. Волчица уходит. – Спасибо, что ты здесь, – мурчу, трусь щекой о щетинистое лицо альфы, – малыш тебя почувствовал, меня отпустило. Это так необычно! Я много раз сталкивалась с беременными девушками, у них такого нет. – Потому что волк силён, а твой сын так тем более. – Лёва, ну почему ты так уверен, что будет сын? Вы не хотите девочку? – Хотим, – волк растягивается в довольной улыбке, – но она будет потом. Я чую, луна подсказывает, что будет сын. – Или вы со своими патриархальными установками решили, что раз у малыша великое будущее, то это на сто процентов мальчик? – Почему? – брови альфы взлетают вверх. – Ты не поняла еще? У нас нет никакого патриархата. Альфа волчица имеет тот же статус, что и волк. И если бы внутри тебя росла девочка, она бы также унаследовала силу и мощь вожака. Но ты ждешь сына. Вздыхаю. Ну что за непробиваемый? Меня отвлекает офигенный аромат мяса. Бросаюсь на стейки, которые принесла Агнесса, забывая о возмущении. Потом иду умываться, чищу зубы. И вдруг замечаю нечто странное. ЭЭЭ! Таращусь на себя в зеркало, пучу глаза в неверии. Боже! ЭТО ЖЕ… ААА! Выскакиваю из ванной, испуганно глазею на ничего не понимающего Льва. – Лёва… – шепчу, облизываю губы и вдруг чувствую кровь на языке, – по-моему, у меня растут клыки!