Глава 25. Нетронутая

Дальше дни полетели со скоростью реактивного самолёта из моего прежнего мира. С Виолой договорились об оплате и малышка действительно стала работать разносчицей-зазывалой. Благодаря ее бесконечному обаянию я, без преувеличений, обрела зачаток базы постоянных клиентов в первую же неделю.

Дэрэм решил не отказываться от участия в празднике, и тоже усиленно работал в своей конторе, занимающейся перемещением грузов, попутно помогая и мне пополнять запасы ингредиентов. В основном, я пользовалась проверенными рецептами, но иногда хотелось экспериментов, и так в кондитерской «Бонвари» появились, наконец, здоровые сладости. Печенье из местных фруктов, похожих на наши бананы и яблоки, с добавлением цельной муки. Конфеты, представляющие собой массу сухофруктов, оборачивающих ядро сладкого орешка.

К сожалению, приручить леденцы и шоколад у меня так и не получилось. Крендель оказался болезненно, неоспоримо прав в своих предположениях. Шоколадная масса просто растекалась, не желая застывать в нужные мне фигурки, а леденцы наглым образом сгорали, хотя никаких предпосылок не наблюдалось! Просто вспыхивали в один миг, противно обугливаясь по краям.

Зато я освоила сливочную помадку, и творожные ватрушки. Через неделю у порога лавки с самого утра стала скапливаться малышня разных возрастов, в ожидании первой партии наисвежайшей выпечки. Они чинно ждали, когда лакомство будет готово, а потом, получив свою ароматную, завернутую в бумагу ватрушку, счастливо убегали, улюлюкая, куда-то по своим детским делам.

Со временем, в кондитерскую «Бонвари» стали наведываться рабы, посланные хозяевами за моими вкусняшками. Мне так и не удалось нормально пообщаться ни с одной простолюдкой. Они сторонились богиню и не желали идти на контакт, сколько улыбок ни было посеяно, ни одна не упала в благодатную почву. Только сейчас, я начала понимать, как было глупо сравнивать себя с ними. Пусть внешне они походили на людей, но таких «тёмных» и примитивных, что Таша казалась очень даже умной на фоне остальных.

Иногда я созванивалась с мамой, и Артэм, так же принявший на себя часть обязанностей в лавке, обещал поговорить с Надсмотрщиками и все же решить вопрос посещений. Подумав, те предложили неожиданный вариант — разрешили перемещать маму к нам раз в полгода. И первый визит мы решили запланировать на свадьбу.

Мне не хотелось пышных торжеств, только самые близкие и дорогие мне люди. Близнецы одобрили план, и напомнили, что у меня, вообще-то, имеется будущая свекровь, с которой я до сих пор не знакома!

Я, наверное, должна была волноваться и переживать, но страх отсутствовал. Женщина, вырастившая и родившая моих драгоценных любящих мужчин просто не могла быть плохой! Артэм посмеивался:

— А что тогда на счет рабынь? С ними мы тоже хорошо обращались?

— Ну-у… — протянула я в ответ, вспоминая, — вы никогда не были по-настоящему грубы или жестоки со мной… Пожалуй, не считая первых встреч с каждым из вас… Они были слегка шокирующими.

— Да. А как был удивлён я, когда добыча, которую я так жаждал, вдруг отправилась в другой мир! — брюнет сильно изменился с того дня, как принял обручение и избавился от других любовниц. Стал мягче, роднее. Из синих глаз исчезло яростное пламя, всё чаще разгораясь в моменты близости.

Мне кажется, быть богом разврата — на самом деле непростое занятие. В какой-то мере, он, безусловно, наслаждался контактами со всеми женщинами, но со временем секс без любви надоедает, и прежняя острота проходит, сменяясь скукой. В одну из долгих ночей перед праздником Преклонения, он признался:

— Я бы ни за что тебя не отпустил. Благо всё случилось так, как случилось, а то… даже не знаю, как бы мог разделить тебя с братом. Украл бы, да и всё. Или убил. — На последнем слове Мгла вокруг лежащего мужчины стала разрастаться. Это была наша ночь. Дэрэм отбыл по делам в другое поселение.

— Но разве могло быть иначе? Мне казалось, у богов-близнецов всегда одна избранница, — я выводила круги на широкой груди Артэма, наслаждаясь теплом его тела и запахом любимого мужчины.

— Тогда, я не знал, что ты станешь нашей невестой. Думал, очередная рабыня, да и только. Забыл, какими коварными сюрпризами порой обладают землянки, — он повернулся и обнял меня. — Рад, что ты — наша, Булочка… Кстати, помнится ты спрашивала о двойном проникновении?.. Всё еще хочешь попробовать?

Пальцы бога сильно сжали ягодицу, а потом отвесили по ней легкий шлепок.

— Эй, — взглянула в его лицо. Радужки горят синим пламенем с яркими голубыми молниями, длинные смоляные волосы беспорядочно рассыпались по плечам, за исключением одной прядки, озорно упавшей со лба на нос и губы. Скулы напряжены, будто ответ очень важен. Чудо, как хорош с этой серьезной морщинкой меж бровей выжидательным взглядом. — Ведь ты сам меня отговаривал.

— И все же… Что думаешь? — ладонь мужчины стала поглаживать откровеннее, как бы между прочим то и дело касаясь складочки меж ягодиц. Я поёрзала.

— Арт… — вырвалось внезапно, когда я почувствовала его палец ТАМ. Он легко надавил на тугое колечко, всего лишь намекая. Осторожно, ласково. Я прислушалась к своим ощущениям. Женихи приручили моё тело и душу. Заставили раскрываться перед ними и отдаться страстям. Отбросить комплексы и сомнения. Довериться.

И сейчас, чувствуя легкое давление, я постаралась расслабиться, и дать Артэму показать мне всё, что желал. Толкнулась к нему навстречу.

— Ты отдала свою девственность Дэрэму… — шепнул в губы, прижимаясь теснее. — Но в одном месте ты до сих пор нетронута. Хочешь, я стану первым? После свадебной церемонии нам предстоит окончательно связать души и тела… и этот ритуал подразумевает под собой новый уровень близости. Мы будем в тебе. Оба.

От его слов по телу прошлась волна острых пупырышек, а живот скрутило от предвкушения и капельки страха перед неизведанным. Артэм крепче сжал меня и откровенно показал готовность к новым свершениям в извечной битве полов. Бугристый, увитый выпирающими венами орган втиснулся между бедер, растирая влагу по складочкам.

— Ах! — вырвалось против воли, когда он толкнулся вперед. — Можешь делать со мной всё, что желаешь, Артэм. Я тебе доверяю целиком и полностью.

Пальцы сжали сильные плечи, обвили мускулы, поразившись гладкости кожи. Задержались на выступающих ключицах и тронули кадык, скользнули в небольшую ямочку на мужественном подбородке. Я готова была смотреть на них вечно. У моего партнёра же, не было столько терпения. Он накрыл мои губы в нетерпеливом жарком поцелуе, так ничего и не ответив.

Подмял под себя и вошел. Резко, сладко. Выбив еще один стон как награду. Я сжала его, стараясь ощутить всю длину и рельеф Артэма. Большой. Все же слегка больше, чем у брата, но оба они замечательные по-своему. И любили они тоже по-разному.

Брюнет был жестче, но всегда добавлял перчинки вовремя. За эти недели, он изучил мое тело от и до, прекрасно зная, когда замедлиться, куда поцеловать и как лизнуть, чтобы я заметалась по простыням умоляя не останавливаться. И в этот раз он легко подвел меня к грани, и несколько основательных движений отправили меня за нее. Пока я глотала ртом воздух, Артэм сменил позицию и устроил меня сверху, став нагло и откровенно блуждать пальцем вокруг анального колечка. Расслабленная и мягкая после оргазма, я не сразу сообразила, что происходит.

Лишь когда на попку полилась смазка, взявшаяся непонятно откуда, кажется — просто из воздуха, я слегка запаниковала.

— Тшш… не волнуйся. Сначала тебе может быть немного непривычно. Но этот секс нужно распробовать, он не всем покоряется с первого раза. И прежде чем… ты захочешь нас двоих одновременно, тебе лучше освоиться с небольшой штучкой. Например, с этой.

Волшебным образом, наряду со смазкой в большом флакончике, Артэм создал и анальную пробку. Небольшая вытянутая капелька с ограничителем напоминала наши земные устройства, но материал был незнакомым. Я повертела в руках прозрачную, тяжеловатую каплю. Не стекло, однако что-то очень похожее. Что ж, выглядит не страшно. Я кивнула.

— Сначала я нагрею ее в ладони. Тогда проникновение не будет прохладным. А ты, малышка, можешь пока воспользоваться мной любым образом, — брюнет подмигнул и ощутимо толкнулся бедрами вверх, заставив меня вспомнить, что он, в отличии от быстрой меня, пока кончать не собирался.

Мне редко удавался шанс почувствовать себя управляющей процессом и эта власть опьянила в одно мгновение. Я приподнялась, упираясь ладонями в твердую грудь жениха, изогнула поясницу, выискивая наиболее комфортный угол. А потом… Просто провалилась в бездну страсти и власти. И сам Артэм уже рычал и сжимал пальцами простынь, лишь горящими синими сапфирами блуждая по мне, осторожно толкаясь мне навстречу, ловя мой ритм. И я нагло воспользовалась предложенным лакомством, дала себе волю и скоро волна нового оргазма окатила меня с кончиков пальцев на ногах до корней волос на макушке. Жарко и неизбежно. Я упала на его грудь. Обессиленная и довольная.

— Умничка. А теперь, перейдем к десерту? — в попку толкнулся инородный предмет. Тёплый и твердый. Тело сопротивлялось и не желало впускать незваного гостя. Несколько капель смазки и новый заход. Поцелуй, заставляющий отвлечься от происходящего сзади. Пробка мягко преодолевает сопротивление и уходит внутрь.

— Ух, — Артэм безумно сексуально закусывает губу. И мне кажется, что эксперименты того стоят. Он все еще во мне, но теперь ощущается крупнее, теснее. — Я думал, лучше уже и быть не может…

Синх положил ладони мне на талию и слегка приподнял, вынуждая скользнуть по нему. Долго. Почти до самой головки. И обратно к основанию. Неторопливо, размеренно.

— Хочу быстрее, — всхлипнула, не в силах терпеть эту изощрённую пытку удовольствием на грани с болью. После двух оргазмов тело превратилось в податливую сахарную вату, натянутую на кости. Лишь в венах струился пьяный сок вместо крови. Он приглашал меня к безумству. Перейти черту еще раз и самой схватить Артэма за запястья, прижать к кровати и двигаться. Снова и снова сжимать его сильнее прежнего, заставлять его рычать и изворачиваться.

Нам нравится эта игра. Когда он делает вид, что покорился, а я делаю вид, что на самом деле могу доминировать над сильным и жестким богом разврата. В какой-то момент он все же выпускает клыки, и легко опрокидывает меня вниз.

— Попалась, госпожа Тиль Тар, — заламывает щиколотки вверх, и я оказываюсь в странной, ужасно похотливой позе с ногами возле ушей. — Как тебе такой поворот? Нравится, когда кто-то скрутил тебя, которая только что изображала доминирование?

Сильный толчок выбивает последние связные мысли из головы. Их просто больше не осталось. Одни лишь крики, визги до хрипоты… Стон разочарования, когда пробка покидает меня, и удивленный всхлип — место ее заменяет большой, горячий… Артэм.

Утром же, по приходу в лавку, я приготовила новый вид выпечки.

Корзиночки, со взбитыми сливками, посыпанные какао, с тонкой прослойкой ягодного варенья по донышку. И все, кто их пробовал, становились донельзя довольными жизнью гостями. Никаких конфликтов. Боги разбрасывались улыбками и комплиментами как конфетти. И лишь Артэм, стоящий за прилавком, хитровато сверкал синими глазами, ведь ему была известна причина столь благодушного настроения невесты.