Глава 22

— Виктор, зря ты сбежал! Хоть бы мне сказал! Тебе Селина помогла?

— Ага. Только я не смог ей помочь. — голос у Виктора стал расстроенным.

— Почему?

Господи, какие же ты глупые вопросы задаешь, Тори. У нее же метка!

— Я пообещал отцу. Привезти тебя, а не Селину. И дал обещание тебе.

— Но я знаю, что ты и Селина…

Виктор резко дернул на себя поводья и заставил лошадь остановиться. Та недовольно захрапела, но встала.

— Хочешь знать, как все было?

— Да. — негромко ответила я брату в спину.

— Что ж. — Виктор оставил поводи, сунув руку в карман, вытащил из него песочные часы.

Обычные деревянные песочные часы. Большая часть пересыпалась вниз, но наверху было достаточно песка.

— Вот плата за это.

За что? Какая плата?

— Я сбежал с помощью Селины, да. И после потащил ее с собой. Я не мог ее просто так оставить и уйти. Я узнал, что Советник ставит метки всем слугам, а, значит, он может их снять.

* * *

ВИКТОР. ФЛЭШБЕК

Я держал кинжал у его шеи и говорил негромко:

— Сними метку с Селины, или я тебя убью.

Эльф, казалось, совсем не боялся происходящего.

— Неужели? Сейчас здесь будет отделение, которое ищет тебя по всему замку и его территории, и ты умрешь прямо на глазах моей куколки.

Я резко поднял лезвие и полоснул по подбородку, потом опустил и прижал его вновь к шее эльфа. Кровь струйкой потекла вниз на мою перчатку.

— Не смей называть так Селину, — стиснув зубы, прошипел я ему на ухо.

— Я могу называть ее как угодно на правах ее обладателя. Она два года исполняла роль моей секс-игрушки. Можешь ее забрать — она мне наскучила.

Я взглянул на Селину — в глазах у нее стояли слезы.

— Заткнись и сними с нее метку!

Он хмыкнул.

— Может, мне немного теперь поиграть с твоей сестрой?

Я вздрогнул, и рука дрогнула с кинжалом тоже. В этот момент он схватил мою ослабевшую руку и крепко сжав запястье, рванул ее в сторону и повернулся ко мне.

— Или с тобой? — прохрипел он мне в лицо, и сжав пальцы в кулак, ударил свободной рукой мне в челюсть и толкнул к стене. Чертов ублюдок! Я этого не ожидал. Меня оглушило на несколько секунд, еще ударился затылком о стену. Я с яростью оттолкнулся и ударил ногой ему в живот. Хватка эльфа ослабла, и я, высвободив руку, полоснул его по плечу, надорвав одежду. Кровь пятном растеклась под светлой рубашкой.

— Леуш, прошу, перестань! — взмолилась Селина, стоя позади него.

Но Советник не отводил от меня глаз, а я не моргал. Откуда он узнал, что Тори — моя сестра? И почему эта сволочь не использует магию?

— Я много чего знаю, о чем Тео даже не догадывается. — игнорируя Селину и держась за живот, выпрямился он, — Я знаю, что ты пришел в замок, чтобы спасти свою сестрицу. — Советник поймал лезвие, и сжав его, отвел в сторону, ранив руку. Другой рукой сжал мои щеки, приподняв и разглядывая лицо с хищной улыбкой, — Думаешь, я настолько глуп, что не понял, когда тебя привели ко мне, что вы с ней похожи?

Я схватил его руку и, сделав усилие, отбросил от своего лица, мрачно глядя на него исподлобья.

— Хочешь, чтоб я заплакал, черт? — я усмехнулся, — Все это не имеет значения. — я выхватил кинжал, и лезвие прошлось по его сжатой руке. Кровь закапала на ковер. — Еще раз повторяю — сними метку с Селины, или я тебя убью.

Он согнул пальцы, глядя на окровавленную руку, потом произнес, не поднимая глаз:

— А, хорошо. Тогда вот для тебя информация, которая имеет значение. — он сделал паузу и поднял голову, откинув волосы назад, — Часы, чтобы спасти твой городок. Которые ты украл у Тео. А знаешь ли ты, как он ими дорожит? Это не безделушка и не простой сувенир, а магический артефакт.

В коридоре послышался шум. Я замер. И взглянул настороженно на Советника. Тот бросил секундный взгляд на дверь.

— Итак. Теперь не я твой заложник, а ты — мой. И я даю тебе выбор — мне хотелось стереть улыбку с его лица и замахнуться, но он выставил руку вперед и негромко произнес, — Одно. Неверное. Движение… Виктор… — я нахмурился, — И… тебя убьют. Так что ты вынужден слушать меня.

* * *

— Я слушаю.

— Или часы — твоя свобода, свобода твоего городка и свобода кицунэ. Или же Селина — ваша свобода, твой город под угрозой и твоя сестра — навсегда останется здесь. Если ты выбираешь Селину — бросил на нее взгляд, — Я снимаю с нее метку, но ты отдаешь мне часы. Если же ты забираешь часы, то забываешь о ней. И…моя милая шлюха, — Леуш повернулся к Селине и притянув ее к себе за руку, схватил за подбородок и медленно провел языком по ее щеке, — останется со мной.

Селина зажмурилась, но ничего делать не стала. Это было настолько мерзко, что я отбросил кинжал, оттолкнулся от стены, подошел к нему и схватив его за грудки, толкнул к другой стене.

— Убери от нее руки и больше никогда не трогай. Леуш удержался на ногах, потом быстро направился ко мне, толкнув в сторону Селину и бросил, наклонив голову:

— Не трать мое время, бродяжье отродье. — я стащил с руки перчатки и схватив его за волосы, потянул за собой и ударил о стенку, после он свернул мне руку за спину, выгибая ее в противоположную сторону, а я схватил его за запястье, и его рука начала дымиться. — Выбирай, или я выберу за тебя. — он оставил руку и толкнул меня на пол. Я перевернулся с живота на спину.— Кроме меня с нее никто не снимет заклинание. — сказал он, стоя надо мной. — А если я умру, никто не снимет никогда.

Тяжело дыша и сглатывая я смотрел на него, а он с кровожадной улыбкой на меня.

Треск! И стул с грохотом обрушился на голову эльфа.

Я округлил глаза, глядя на Селину за его спиной. Я тут же откатился в сторону, потому что Советник покачнулся и упал лицом в пол. Селина тоже теперь тяжело дышала, глядя на Леуша, и ее грудь вздымалась при каждом вздохе. Она поставила стул на пол, убрала упавшие пряди волос на лицо и взглянула на меня. Я смотрел на нее.

— Ваше Высочество! Ваше Высочество! Разрешите войти, мы слышали грохот!

Военные. Я поднялся, но не сразу, а со второй попытки и ответил, подражая голосу Советника:

— Ищите пленника. Он явно не здесь. Мне нужно закончить важный документ! Уходите!

Затаив дыхание, я ждал ответа. Услышав извинения, и как они уходят, облегченно выдохнул. Все затихло. Кроме биения моего сердца.

Я взглянул на Селину. По ее щекам скатывались слезы.

— Виктор, — ломающимся голосом, я буквально чувствую ком у нее в горле, — Уходи. Уходи скорее. — совсем бесцветный, сломался на последнем слове.

Я переступил Советника и вскоре стоял перед Селиной.

— Я не брошу тебя. — сглатывая, сказал я вполголоса и взял ее руки в свои.

Она смотрела мне в глаза, потом уголки ее губ поползли в стороны, но вовсе не от улыбки. Селина уткнулась мне в грудь.

— Со мной ничего не случится. А если ты останешься — тебя убьют. Если ты не отнесешь светлым эльфам часы, ваш город никогда не освободится, и Виктория не сможет вернуться домой. — Селина подняла на меня заплаканные глаза и, вызволив руку из моей, прижала ее к моей щеке, — уже потеряла надежду. Но Виктория еще нет. У меня… У меня никого не осталось. У вас же есть вы. У вас есть отец. Ты обещал ему, Виктор. — она не могла дальше говорить. Я поцеловал ее в лоб и вытер пальцем слезы, — Ты должен… исполнить клятву, которую дал родителям. — она немного помолчала, а я не прерывал ее молчания. — Я всегда хотела… Настоящей любви. Мечтала о ней по вечерам. Мечтала о том, что меня кто-то полюбит, по-настоящему, Виктор. Как ты. — она вымученно улыбнулась, глядя мне в глаза, — Что однажды… Хотя бы на недолгое время… на меня будут смотреть как на любимую, а не как на… — Селина проглотила слово, которое я итак понял и расплакалась. Я крепко прижал ее к груди и, прикрыв глаза, гладил ее по голове.Меня рвало на части. Любимая, или сестра? Обещание отцу или собственное счастье? Невыполнимо. Нерешаемо. Я не мог выбрать.

— И я… — Селина тихо продолжала, немного отстраняясь, чтобы снова смотреть мне в глаза. — Моя мечта исполнилась. Появился ты. Я никогда не надеялась и не мечтала о том, чтобы меня спасли. А только том, чтобы меня любили.

Я сжал ее руки, прижимая к сердцу, и прикоснулся лбом к ее лбу.

— И я люблю тебя. — низко проговорил я, прикрыв глаза, чувствуя как в горле появился ком.

— Я знаю. — с грустной улыбкой проговорила Селина, — Поэтому отпускаю тебя.

Я смотрел на нее недолго, потом облизнул пересохшие губы и поцеловал Селину, перебирая волосы и прижимая за талию к себе, чувствуя, как боль пронзает сердце.

Я не был ни сентиментальным, ни ранимым, ни философом, ни рыцарем Но эта женщина смогла тронуть мое легкомысленное сердце, как никакая другая, и забрать его себе. Если я сделал с ней то же самое, то сейчас она умирает изнутри.

— Уходи, Виктор. — проговорила она шепотом, — Не предавай свою семью.

Селина отстранилась и направилась к двери. Открыла ее. Сквозняк взметнул ее волосы, разбрасывая пряди в стороны.

Выгоняет меня.

Я медленно пошел к двери и на пороге остановился, глядя на нее.

— Нет. Не говори мне «прощай». — сказал я, увидев как открылись ее губы. — Я уйду. Уйду. Но вернусь за тобой.

— Тогда верни мне это. — она вытерла слезы и подняв на меня глаза, развязала волосы и они тяжело упали. Подхваченные ветром, превратились в воздушные волны цвета шоколада и я завороженно смотрел на нее в последний раз.

Селина взяла мою руку и повязала на запястье синий шнурок, которым подвязывала волосы.

Просто шнурок.

Я опустил глаза и поймав ее пальцы, сжал в своей руке.

— Иди. Пока он не очнулся. — шепотом сказала Селина.

— Будь осторожна. — самое дерьмовое, что я сказал за вечер, но ничего в голову не шло.

Селина кивнула, я шагнул за порог и пошел по коридору.

Обернулся и увидел, как она вышла и стоит посреди коридора, глядя мне вслед. Я отвернулся, чтобы она не видела, как я не смог сдержать нескольких слез.

* * *

Я чувствовала себя виноватой во всем и молчала, прильнув головой к спине Виктора. Он тоже молчал. Только стук копыт лошади и воющий ветер в пролетах между домами.

— Так все ужасно вышло. — сказала я, чтобы что-нибудь сказать.

— Да, ужасно, Тори. Но мы уходим, и все станет лучше.

Я должна его утешать, а он… Но я так и не нашла слов поддержки. Я знала только одно — пока я не найду способ освободить людей от эльфийского рабства, все будут страдать. И все зависит от Тео.

Не успела я ничего сказать, как позади послышался раскатистый гул горна. Я обернулась, с прищуром глядя в темноту. Город остался позади с его шумом и огнями. Но глядя вдаль я увидела троих в черной форме на черных лошадях.

Сердце у меня упало, я похолодела и дернула рукой брата за плащ.

— Виктор! Погоня!

— Черта за рога! — Виктор дернул поводья и сжал пятками бока лошади. Конь заржал и понесся галопом к воротам города.

Снова горн.

Я обернулась и увидела, что расстояние между нами с каждой минутой сокращалось.

— Виктор, мы не оторвемся… — прошептала я, застыв взглядом.

В темноте я разглядела наездника посередине. Да, без плаща, одетый, как и двое других, но это был Тео.

Он обязательно догонит нас, меня вернет, Виктора на плаху. И еще и Селину накажут… Я видела, что он пристально смотрит на меня, а я отвела глаза.