19

Линара

Резко подскакиваю на кровати от постороннего шума. Сердце мгновенно ускоряет темп, а сон уходит, будто его и не было. Несколько секунд не двигаюсь, пытаясь понять, что меня разбудило.

За окном ночь, судя по времени, я легла пару часов назад. Снова шум. Приглушенный, похожий на стук или скрежет. Откидываю одеяло, медленно поднимаясь на ноги, набрасываю на плечи кардиган и выхожу из комнаты. Дом спит, свет везде выключен. Крадусь босиком по коридору на звук, ступая как можно тише.

Останавливаюсь перед кабинетом Андрея. Из приоткрытой двери падает свет и именно оттуда доносится шум. Осторожно заглядываю, не веря своим глазам.

В комнате творится настоящий хаос. Кабинет Андрея всегда был образцом чистоты и порядка, но сейчас он больше напоминает свалку — бумаги разбросаны по всей комнате, на полу валяются какие-то папки, на столе открытый ноутбук с графиками и файлами. А сам он расхаживает по кабинету, что-то ища среди всей этой разрухи. Брови сведены на переносице, лицо усталое, но сосредоточенное, движения резкие. Даже отсюда я ощущаю его напряжение.

Андрей подходит к шкафу, быстро просматривает содержимое и резко извлекает очередную папку. Подаюсь вперед, но замираю. Секунду размышляю между тем, чтобы уйти, не вторгаясь в его пространство, сделать вид, что ничего не видела, не вмешиваться, и между тем, чтобы зайти и поддержать, показать, что он не один.

Решение приходит мгновенно. Разворачиваюсь и тихо спускаюсь на кухню. Стараясь не шуметь, открываю холодильник, просматривая содержимое. Извлекаю нужные мне ингредиенты и включаю чайник.

Завариваю черный чай с мятой и мелиссой. Кладу лимон и дав настояться, добавляю ложку меда. Вдыхаю невероятный аромат, окунаясь воспоминаниями в прошлое. Такой чай часто заваривала мама отцу, а после Олег готовил его мне. Он будто возвращает силы, при этом успокаивая и грея изнутри. Надеюсь, это хоть немного поможет Андрею.

Ставлю чашку на блюдце и иду обратно. Останавливаюсь перед дверью, делаю глубокий вдох и стучу.

— Ночной дозор? — тихо спрашиваю, останавливаясь на пороге.

Андрей резко оборачивается, вскидывая голову. Вижу в его глазах удивление, он прищуривается, осматривая меня с ног до головы, на секунду зависая на моих ногах. Выдыхает, будто ожидал увидеть кого-то другого, падает в кресло и откидывается затылком на спинку.

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает устало.

— Услышала шум, — отвечаю спокойно, пожав плечами. — Решила, что чай тебе не навредит.

Прохожу в глубь кабинета и, аккуратно сдвинув бумаги в сторону, ставлю на стол кружку. Андрей следит за моими движениями, я же сильнее запахиваю кардиган на груди, выпрямляясь во весь рост.

— Спасибо.

В его голосе нет отстраненности, а во взгляде — претензии или раздражения. Он будто весь смягчается в этот момент. Берет чай и делает глоток.

— По маминому рецепту, — зачем-то озвучиваю.

Он кивает и, снова прикрыв глаза, откидывается на спинку кресла. Скольжу по нему взглядом, пока он не видит. На скулах проступила небольшая щетина, под глазами залегли тени, волосы чуть растрепаны. В этот момент понимаю, что он больше не пугает меня, как при нашей первой встрече. Теперь он разрешает мне видеть себя настоящим, не всегда, конечно, но в его случае — это большой шаг. И теперь я замечаю то, что он скрывает от посторонних глаз.

Разглядываю документы на столе, среди бумаг замечаю таблицы, графики, отчеты. Моё внимание привлекает один из листов. Аккуратно беру распечатку в руки, пробегая по ней глазами.

Чувствую, как за мной наблюдают. Поднимаю голову, встречаясь с Андреем взглядами. Он смотрит на меня внимательно, из-под опущенных ресниц, не двигаясь.

— Ты не против? — трясу в воздухе документом.

— Если скажу «против», ты ведь не уйдешь? — отвечает спокойно, но я замечаю, как он едва заметно улыбается.

Улыбаюсь в ответ и отрицательно качаю головой, сразу же возвращая внимание к распечатке. Одна из компаний мне знакома, просматриваю, останавливаясь на годовом прогнозе. Ищу в бумагах на столе данные за прошлые периоды, понимая, что статистика неверна.

— Не понимаю, — шепчу больше сама себе. — Почему этот показатель взяли за основу?

Пока я погружаюсь в документ, и пытаюсь понять на основании чего были сделаны выводы, Андрей поднимается с кресла и подходит ко мне. Вздрагиваю от легкого прикосновения. Он останавливается так близко, что его грудь касается моей спины. Не обращая никакого внимания на мизерное расстояние, он заглядывает в листы, которые я изучаю, поверх моего плеча.

Ощущаю тепло его тела и запах — дерево и хвоя, с едва уловимым оттенком лимона и мяты. Чувствую, как по спине ползут мурашки, становится жарко. Стою на месте, не двигаясь. Андрей молчит какое-то время, а потом произносит вслух:

— Это точка роста фирмы.

— Точка роста — да, — соглашаюсь, кивнув. — Но она не имеет никакого отношения к реальному прогнозу. Это был всплеск, — указываю пальцем на график, который нашла в ворохе бумаг. — Если мне не изменяет память, тогда был скачок, не помню, с чем он был связан… Благодаря ему они поднялись в рейтинге на фоне конкурентов. Но буквально через несколько месяцев рынок изменился, и они откатились назад. Этот показатель провалит тебе сегмент B2B.

Андрей молчит. Чувствую, как он изучает меня, проходится взглядом, будто видит впервые. Пытается понять, откуда я могу знать это?

— Я около года занималась их нишей, и анализом репутационных рисков в том числе, — отвечаю на незаданный вопрос. — Если хочешь, я могу просмотреть все расчеты и дать свой прогноз.

— Решила сыграть в аналитика? — в голосе нет насмешки, но вопрос задевает что-то во мне. Не думал, что я на что-то способна?

Не могу сосредоточится, потому что внутри всё переворачивается от его близости. Чувствую, как от его дыхания, волосы на затылке чуть шевелятся, а по телу бегут мурашки. Он стоит почти вплотную, и меня разрывает между желанием остаться, и сбежать от него куда подальше.

Поворачиваю голову, поднимая на него взгляд. Наши лица так близко, что я могу рассмотреть каждую деталь. У него такие красивые глаза. Замечаю небольшие темные вкрапления, еле заметные, потому что цвет глаз необычный. Темно-синий, как глубокое море или океан. Раньше я думала, что они просто синие, но в них столько оттенков. Зависаю на этом зрелище, не в силах отвернуться.

Андрей склоняет голову, в ожидании ответа, и я прихожу в себя. Откашливаюсь, беря себя в руки:

— Я просто увидела то, на что ты не обратил внимание, — поднимаю брови, слегка улыбаясь. — Ты удивишься, но я умею «читать» цифры.

— Дерзишь, — не спрашивает, утверждает.

— По-другому с тобой не работает, — пожимаю плечами.

— Осторожней, Линара, — прищуривается, сканируя моё лицо. В глазах нет угрозы, и я понимаю, что его забавляет наш диалог. Он наклоняется еще ближе и почти шепчет. — Не люблю, когда мои ошибки замечают раньше меня.

— А я не люблю, когда мои знания игнорируют, — копирую его тон.

Андрей приподнимает бровь, не отходя от меня ни на шаг. Молча сверлим друг друга взглядами, но я не выдерживаю первая:

— Я хочу и могу помочь.

Андрей продолжает молчать, видимо прикидывая что-то в голове.

— Ты говорил о доверии, — напоминаю, разворачиваясь к нему лицом и облокачиваясь бедрами о стол. — Это работает в обе стороны.

Он вздыхает, запрокидывая голову. Пару секунд стоит молча, а потом отходит от меня. Бесшумно выдыхаю, неосознанно расслабляясь. Снова поворачиваюсь к нему лицом. Андрей садиться в кресло, складывая руки в замок, и продолжает изучать меня еще несколько мгновений.

— Удиви меня, — наконец произносит.

Мы оба замираем, снова сцепившись взглядами. Он бросает мне вызов? Ну что ж, Андрей Викторович, он принят. Усмехаюсь, складывая руки на груди.

— Ты дашь мне доступ ко всем данным? — спрашиваю скептически.

— Получишь всё, что потребуется, — отвечает, подавшись вперед, и положив руки на стол. Вижу в его глазах разгорающийся интерес. — Только не облажайся.

— Не планировала, если честно.

Андрей, качает головой, усмехнувшись. Берет кружку, делает глоток, не отводя взгляда. А я вдруг четко понимаю, что больше не являюсь пленницей. Когда мы переступили этот рубеж?

— Завтра будь готова к семи утра, тренировка с собаками отменяется. Поедешь со мной в офис.

Стоит ли говорить, что я на седьмом небе от счастья? Сейчас меня радует, что я могу быть полезна, а ещё то, что наконец-то могу работать. Пусть это временно, но всё же. Мне хочется прыгать и хлопать в ладоши, но я лишь, киваю, сдержанно улыбнувшись, разворачиваюсь и выхожу из его кабинета.