19 глава

Испорченный кем-то портрет так и висел на стене, обвиснув клоками изрезанных лиц. Возбужденные слуги сновали по галерее и, едва завидев Логана, устремились к нему с рассказом о произошедшем. Некто пробрался в замок, испортил портрет, а, убегая, едва не убил леди Блэкнесс... Они слышали, как он бежал в сторону спален, а леди Бриана как раз была у себя и только чудом не столкнулась с убийцей. С чего они взяли, что это именно ОН? Так они слышали, как преступник грохотал башмаками, к тому же, это, должно быть, тот самый, что порешил дворового пса. Ну не женщина же, в самом деле, творить подобное непотребство! Почему полагают, что он хотел чей-то смерти? Так начал он с пса, а теперь вот... Логану указали на портрет на стене. Кто-то недобрый бродит по замку!

И это они еще даже не знали об обескровленных телах Сиорса и уже упомянутой нынче дворняги. Что тогда бы за паника началась?

Логан решительным шагом прошел мимо слуг и вошел в их с женой спальню. Неужели в замке действительно бродит недоброжелатель? С перепуганным видом Бриана сидела на краю кровати и, завидев его, побледнела сильнее.

– Великий наш Дан, господин, хозяйку едва не убили! – запричитала вертушка-Тара, ни на шаг не отходя от Брианы. – Подумать только, в родных-то стенах, да при дневном свете... Страх-то какой!

– Никто не хотел меня убивать, – возразила ей госпожа, но как-то без должной уверенности, да еще как будто бы виновато.

Логан присмотрелся к жене: он знал ее недостаточно долго, но уже успел отчасти изучить и видел, что с ней что-то не так.

– Бриана, милая, с тобой все хорошо? – Он хотел было поднять ее на ноги, но девушка воспротивилась, мертвой хваткой вцепившись в край покрывала.

– Все хорошо, – отозвалась она, а сама едва ли дышала.

Что происходит? Неужели настолько испугана неизвестным?

– Хорошо, как же, – тут же подхватила служанка, – портрет, писаный на годовщину, безвозвратно испорчен, а повторно король вряд ли художника отрядит. Вот и выходит, что не видать нам другого портрета, а госпоже он так нравился... Хоть какая-то память, пока вы в военных походах, лорд Дуглас! – глянула она на хозяина с укоризной.

– Тара, прошу тебя, – одернула ее леди Бриана. – Уверена, злого умысла в этом не было: может, кто-то из слуг случайно ударил по полотну...

– Случайно четыре раза подряд? – Тара округлила глаза. – Никто бы из наших такого не сделал. Это же святотатство!

Логан бы не на шутку обеспокоился произошедшим, не занимай его мысли странное поведение леди Блэкнесс. Она была страшно взволнована, но как будто не самой порчей портрета...

– А вот и вы, господин, – в комнату вошла Эйла с корзинкой лечебных мазей и чистых бинтов. – Наконец, я нашла вас! Надо бы перевязать раны. А там, глядишь, вовсе снять повязку с лица... Я говорила об этом леди Бриане, но она опасается, что еще слишком рано. Я же уверена в благотворности свежего воздуха!

В один миг в голове Логана сложилась картинка: Эйла, ищущая его, чтобы снять повязки с лица, испорченный портрет четы Блэкнесс, на котором лорд Дуглас выглядел как живой.

Он посмотрел на жену – она на него.

– Через минуту я весь в вашем распоряжении, – сказал он знахарке. – А сейчас, прошу вас, оставьте нас с леди Брианой наедине!

Служанки и Эйла покорно вышли за дверь и тихонько прикрыли ее. Только тогда Логан снова предпринял попытку поднять жену на ноги... Не сразу, но у него получилось. Содрогаясь всем телом, Бриана прижалась к нему, почти готовая разрыдаться, но Логан упреждающе поцеловал ее в губы. Ему хотелось этого со вчерашнего дня, когда они целовались в лесу, к тому же, сконцентрировавшись на поцелуях, супруга вряд ли захочет лить слезы.

Он гладил девушку по спине, зарывался пальцами в ее волосы... И вдруг она охнула, отстранившись и распахнув большие глаза.

– Ты горячий, как печка, – прошептала Бриана. – Ты не болен?

– Если только тобой... – отшутился он, подхватывая с постели острый стилет.

Так и есть, Бриана сама испортила тот портрет. И боялась подняться, так как спрятала орудие преступления под собой... И, желая отвлечь мысли супруги от острой для себя темы, Логан перевел ее на остроту клинка.

– Негоже такому оружию валяться по дому – убери-ка его дальше в шкаф. – И снова потянулся поцеловать любимые губы, но вовремя остановился: нельзя, кровь в венах все еще бушевала. Он ощущал себя раскаленным... Он страшился, что больше просто не выдержит, и тогда...

Ответ один: не позволять себе распаляться. Он сглотнул, с тоской поглядев на Бриану, и отвернулся, не желая выдать себя этим взглядом. К счастью, она ничего не заметила, пряча стилет в ящик стола... Сейчас был самый подходящий момент поговорить по душам, открыться друг другу – ясно ведь, что она покрывает его – но Логан так и не знал, как это сделать.

– Ты завтракала? – спросил он Бриану, и та молча дернула головой. – Тогда самое время поесть. Эта история... испугала тебя. Я понимаю... Но, знаешь... все будет в порядке. Я обещаю... А портрет можно написать новый. Лучше прежнего! Хочешь?

Девушка грустно, но улыбнулась.

– Не сейчас. Может быть, позже!

– Когда захочешь. – До ломоты в пальцах хотелось коснуться ее белоснежных волос и заправить их за ухо, но Логан не посмел этого сделать. – А сейчас я позову Эйлу, и она снимет повязки. Ты пока распорядишься о завтраке?

– Да.

Но Бриана так и стояла, не двигаясь с места, как будто не решалась уйти. Боялась, что, сняв повязки, он выдаст себя с головой...

– Тебе не о чем волноваться... – успокаивающе произнес он, имея в виду разоблачение. И все-таки присовокупил: – Раны, я почти в этом уверен, заживают на мне быстрее обычного. Кажется, твои поцелуи оказывают на мое тело оздоровительный эффект!

Супруга смутилась, и как была, с розовыми щеками, поспешила за дверь, чтобы впустить в комнату Эйлу, а самой распорядиться о завтраке. Ну хотя бы больше не бледная, словно призрак, подумалось Логану... Сам он стиснул ладони, чтобы охладить голову. Рванул к запертому окну и, распахнув его настежь, высунул голову наружу.

Свежий утренний ветерок растрепал ему волосы... Стало легче дышать. Нет, нельзя на исходе полной луны доводить себя до такого. Он ведь тогда полыхнет, а Бриана не выдержать его жар... Сегодня он всего лишь обжег ее прикосновением, завтра же может выжечь до тла.

Он выругался, проклиная свою же природу, настолько несовместимую с человеческой. Зачем только отец отправил его в это место, неужели не знал, что чувства бывают сильнее голоса разума и природы? Он себе не простит, если с Брианой что-то случится.

– Итак, давайте начнем с головы, – сказала, между тем, Эйла, приступая к Логану с чуть смущенной улыбкой. Она не помнила, как он усыпил ее в лазарете, но мужчина все равно каждый раз волновался при виде нее.

– Буду рад избавиться от бинтов. Они мешают мне целоваться с женой! Уж подсобите, милая Эйла.

Смущенная травница аккуратно раскрутила бинты и замерла на мгновенье: ну да, рана почти затянулась. Логан знал, что оно так и будет, даже приготовил какую-то шутку, но девушка, не выказав удивления, ощупала шрам.

– Рана хорошо зажила, господин, – сказала она. – Новая мазь на медовой основе творит чудеса! Другие знахарки будут рады об этом узнать.

– Я знал, что в добрых руках. – Логан встал и подошел к зеркалу.

Шрам тянулся от глаза к уголку рта, казался зазубренным и невероятно уродливым. Не знай Логан, что он рассосется в течение месяца, ужаснулся бы не на шутку... И не то чтобы внешность имела для него большое значение, но вряд ли леди Бриане будет приятен подобный урод. Но опять же... может, это и к лучшему... Пусть испугается, испытает явное отвращение, перестанет хотеть его... и тогда его миссия не провалится в тартарары только лишь потому, что он страстно влюбился в женщину с белыми волосами.

А он, в самом деле, влюбился?

Логан усмехнулся своему отражению и прошептал:

– Не обманывай сам себя, глупый дра... дурак.

– Вам не стоит переживать за свою внешность, лорд Дуглас, – послышался сзади голосок Эйлы, – этот шрам совсем вас не портит.

– Ты уверена? – Он обернулся, оскалившись в саркастической усмешке.

И девчонка стиснула пальцы, опровергнув тем самым свои собственные слова.

– В-вы выглядите очень мужественно... – пролепетала она. – Уверена, леди Бриана будет любить вас любым!

Как раз в этот момент дверь открылась, и Бриана вошла в комнату. Настороженность ее взгляда сменилась сначала видимым удивлением, после – вздохом такого явного облегчения, что даже Эйла расслышала бы его. Она подошла и, накрыв изуродовавший лицо Логана шрам теплой ладонью, всмотрелась в него... Ему захотелось показать ей себя прежнего, просто таким, каким он действительно был до ранения, он даже собрался воздействовать на нее, но Бриана вдруг прошептала: «Я и забыла, какой ты красивый». Откинула со лба темную прядь... И вдруг коснулась губами исковерканной кожи щеки.

Логан дернулся, словно его укусили. И подался назад...

– Вряд ли теперь меня можно назвать симпатичным, – произнес он.

Но Бриана снова погладила его по щеке.

– Ты изменился, – признала она, вскинув брови с явной многозначительностью, – но ты все еще Дуглас, мой муж. И я... люблю тебя, несмотря ни на что!

Эйла, стоявшая в стороне, полыхая маковым цветом, уронила на пол какую-то склянку и затараторила извиняясь. Бриана ей улыбнулась...

– Прости, Эйла, что помешала тебе делать дело, но я так давно не видела мужа. Не утерпела. – Она потянула с его тела рубаху. – Просто чуть-чуть помогу.

– Тебе ни к чему утруждаться, – произнес Логан, страшась, что эта дерзкая Бри снова его распалит. Он нынче все равно что зажженный фитиль...

– Но я так ХОЧУ, – с акцентом выдала девушка и пробежалась пальцами вдоль повязки.

– Эйла справится лучше. – Он накрыл ее руку ладонью. – Позволь ей...

Их глаза встретились, утонули друг в друге на долю секунды, а потом девушка отступила.

– Хорошо, я действительно ничего в этом не смыслю.

Логан корил себя, что заставил ее это сделать, отступиться, но иначе не мог: ощущать ее рядом становилось все тяжелее. Особенно, так близко к коже...

– Рана в боку тоже выглядит много лучше, – сказала Эйла, разбинтовывая повязку. – Я нанесу немного целебной мази и снова перебинтую ее. Полагаю, через день-два вы и думать о ней позабудете...

Использованные бинты, брошенные травницей на пол, привлекли чем-то внимание леди Блэкнесс: Логан заметил, как внимательно она смотрит на них. Что там? Он попытался их рассмотреть, но мешал край кровати... А Бриана, схватив их в охапку, вдруг швырнула тряпицы в огонь. Те в мгновение вспыхнули загораясь... А Эйла разве что и успела, что вскрикнуть и приоткрыть в удивлении рот.