Глава 24

– Раян не должен сюда попасть, – резко выдала я.

– Раян? Хранитель храма Запада? – угадал Дракон Юга.

– Да, мы должны предупредить его. Помешать попасть сюда.

Он не успел ничего ответить. Мы услышали шаги в туннеле и оборвали разговор. Эвирцы принесли самое необходимое: еду, воду и новые штаны для хранителя Юга. Я немного нервничала, оставив Наён одну, и пристально следила за вошедшими к ней мужчинами, но те отдали ужин и ушли.

– Ты – Дракон Юга. Ты можешь выломать эти решётки? Может, вытолкаешь их как-нибудь своими корнями? – вернулась я к прерванному диалогу, когда мы вновь остались одни.

– Я не люблю вмешиваться в дела людей, – скучающим тоном ответил дракон, чем порядком начал меня злить.

Пока всё сказанное Эйденом подтверждалось: драконы совсем не такие, как мы думали. Но я ещё не знала Драконов Севера и Востока. Даже Западного я видела мимолётно, однако и он оказался слаб.

– Сейчас это дела драконов! – не сдержавшись, грубо напомнила я. – Ваши ссоры! И именно люди втянуты в них! Немало уже погибло.

Дракон Юга не попытался возразить и осмотрел тело Алида.

– Так ты можешь помочь выбраться из этой клетки?

– Возможно. Когда это тело выздоровеет. Но Имуги прав. Мы стали значительно слабее, прожив столько жизней в человеческих телах. До этого момента последствия нас не заботили, потому что опасностей не было.

– Почему Чёрный Дракон на вас зол? Кто умер?

Хранитель резко вскинул голову, открыл рот и торопливо закрыл, не издав ни звука. Я напряжённо ждала, но с каждой секундой убеждалась, что он не намерен отвечать. Я не могла понять причины. Либо это важный секрет, либо дракон страшился правды.

– Как он планирует заманить сюда брата? – сменил тему Алид, его взгляд скользил по моему лицу, словно в поисках чего-то.

– Не знаю. Сказал, что с помощью меня. Утверждает, что я каким-то образом связана с Западным Драконом, – честно призналась я, надеясь, что Дракон Юга сможет что-нибудь объяснить.

– Ты запасной хранитель, как и этот Алид?

– Нет. Я даже не ученица храма.

– Но в тебе действительно что-то есть, – подтвердил догадки Эйдена хранитель Юга. – Будто он как-то коснулся тебя, оставив свой след.

– Это как?

– Не знаю. Такого я не встречал. Будь рядом Дракон Востока, может, он бы помог разобраться. Я просто чувствую, – для верности Алид протяжно вдохнул, словно по запаху мог определить, что со мной не так. – Западный брат долгое время не хотел покидать пещер, ему не нравились звуки этого мира. Он, конечно, изменил своё мнение, услышав грозу. С появлением людей он искренне заинтересовался вашим разумом и способностями, заботился о вас сильнее, чем остальные мои братья. Я бы сказал, что он больше всех похож на Пятого Дракона. Только Имуги привязан к змееподобным созданиям, а Дракон Запада любил людей. Я и остальные братья были очарованы миром, природой и стихиями, а человеческие тела нас интересовали, потому что мы хотели познать все стороны окружающего мира.

– Ты можешь хоть как-нибудь нам помочь? – почти с отчаянием спросила я.

– Как я и сказал, я не стану вмешиваться в дела людей и не хочу подстраиваться под желания Имуги. Но я дам этому хранителю нужные силы и знания. А дальше разбирайтесь сами.

Я не знала, что должна ощутить после такого отстранённого ответа. Вроде он был готов в чём-то помочь, а вроде и переложил ответственность на нас, хотя развернувшийся конфликт происходил именно из-за драконов. Глаза Алида прекратили светиться. Хранитель судорожно вздохнул, будто по его телу прошла волна боли, но вновь успокоился.

– Алид? – неуверенно позвала я. Он растерянно заморгал, глядя в покрытый мхом потолок.

– Да, это я, – хрипло отозвался хранитель. – Он ушёл, опять заснул.

– Как ты?

– Всё тело болит, а ногу я практически не чувствую, – поморщился Алид, а я помогла ему сесть поудобнее. – Нога словно вся онемевшая. Он как-то обезболил её, но надеюсь, сказал правду и завтра всё пройдёт.

Лицо Алида оставалось неестественно бледным, а редкие судороги доказывали, что его состояние хуже, чем он хотел признавать. Я принесла ему воды, придержала чашу, пока он пил, потом дала еды. Всего лишь овощная каша, но ему нужно было поесть.

Хранитель поморщился от своей беспомощности, не совладав с ложкой, он продержал её в трясущихся пальцах всего пару секунд и уронил. Я подсела ближе с миской и ответила на его настороженный взгляд успокаивающей улыбкой. Алида явно не радовала мысль, что я буду его кормить как маленького. Я сунула хранителю ложку каши под нос, он нехотя открыл рот и проглотил первую порцию.

Наён сидела у решётки, ела и наверняка прислушивалась к разговору. Она кивнула в ответ на мой взгляд, намекая, что всё в порядке, и я вновь обратила внимание на хранителя.

– Как ты стал учеником храма, Алид? – спросила я, пытаясь отвлечь нас всех хоть ненадолго от тревожных мыслей.

Кто знает, сколько времени нам ещё придётся провести вместе. Может, мы до самой смерти никого больше не встретим. Также нет никакой гарантии, что Эйден не решит убить нас всех в ближайшем будущем.

– Это не моё имя, – пробормотал хранитель и съел ещё одну ложку.

– Не твоё? – удивилась я. – Тогда как тебя зовут?

– Калид.

Я с недоумением наклонила голову, не зная, как реагировать. Он произнёс своё имя так, будто оно должно было мне всё объяснить, но я не поняла.

– Всего одна буква, но почему-то никто не пытается провести даже малейшую параллель, – кисло усмехнулся хранитель. – Уверен, что всё из-за волос. Никто не думает о сходстве.

– Принц Калид, – с трепетом воскликнула Наён и тут же закрыла рот рукой.

Шокированно округлившимися глазами она смотрела на хранителя, держа миску одной рукой, отчего та накренилась, и каша чуть не вылилась на пол. Наён вовремя заметила это и сохранила остатки своей еды.

– Верно, – с усталым вздохом улыбнулся Калид.

В любой другой ситуации я была бы поражена присутствию младшего сына императора, но за последний месяц я слышала и видела слишком много невозможного, поэтому уже лишилась способности удивляться.

– Ваше высочество, но как…

– Прошу не надо, – прервал Наён хранитель. – Обойдёмся без этих почестей. К тому же я не живу при дворе с десяти лет.

– Тогда как вы… то есть ты стал учеником храма Юга?

Как только Калид открыл рот, я впихнула ему новую порцию каши. Улыбнулась, получив от хранителя недовольный взгляд, хотя еду он покорно проглотил.

– Не каждый день удаётся покормить с ложки беспомощного принца, – шутя объяснила я, пытаясь немного разрядить обстановку.

Калид издал скупой смешок, оценив комичность ситуации.

– Я бастард, – объяснил Калид. – Наполовину эвирец, поэтому при дворе меня долгое время скрывали. Эиль не солгал. Я и правда серьёзно переболел в одиннадцать лет, и мои волосы приобрели этот странный, близкий к белому цвет, но и до этого они были светлые. Почти как у Эйдена. В детстве мне постоянно красили волосы в чёрный, пытаясь скрыть заметное отличие. Тогда императрица ещё была жива. Она ненавидела меня, прикидывая, как бы избавиться.

Калид сам потянулся за очередной ложкой, хотя я даже не набрала кашу. Его движение вызвало у меня новую улыбку, а принц, осознав оплошность, покраснел и бросил на меня взгляд исподлобья.

Запоздало я вспомнила, что покрасневшие щёки могут быть симптомами температуры, и приложила ладонь к его лбу. Калид залился большим румянцем, а я отдёрнула руку, не желая создавать ему неудобств.

– Прости, проверила температуру.

– Она немного выше нормы, но у меня нет лихорадки, я бы почувствовал, потому что неплохо разбираюсь в медицине, – напомнил он мне. – Всё-таки меня учили этому в храме Юга.

– Где твоя мама? – спросила я, уходя от неловкого разговора.

– Моя мама была дочерью одного из высокопоставленных послов Эвира в Кхорине. Она приглянулась императору, несмотря на то, что у него уже были жена и сын Актан. Не знаю, о чем думал отец, но он никак не хотел отпускать посла, а точнее, расставаться с его дочерью. Каким-то образом он умудрился влюбить мою мать в себя и разделить с ней ложе. Он обещал жениться на ней…

– Он ей соврал, – холодно озвучила наши мысли Наён, после того как Калид, помрачнев, прервал рассказ.

– Верно. Он был готов на что угодно, лишь бы она осталась, – признал хранитель. – Она и её отец-посол не знали, что, по традициям Кхорина, разорвать один брак и заключить другой нельзя. У матери был один путь – стать наложницей. Она забеременела мной, а когда узнала правду, пожелала вернуться в Эвир, но её отец – мой дедушка – предупредил, что она навлечёт на них позор, если незамужняя явится с ребёнком. Да и императрица была не в восторге от ситуации. В итоге моя мать родила меня в Кхорине и оставила императору, а затем они с дедушкой вернулись в Эвир, сделав вид, что меня не существует. Лицом я пошёл в отца, а вот светлые волосы мне достались от матери. И это стало слишком заметным отличием от остальной правящей семьи. Императрица могла бы стерпеть моё существование, если бы измена отца не была очевидной для всех остальных, но из-за моей внешности его неверность буквально бросалась в глаза.

– Ты стал позором для императрицы в её собственном дворце, – закончила я, понимая, почему ему не рады при дворе. – Но как ты оказался в храме?

– Удачное стечение обстоятельств. Во дворец прибыл тогдашний хранитель Юга и выбрал меня в ученики. Император не особо хотел меня отпускать, но императрица пришла в восторг от возможности наконец от меня избавиться. Да я и сам был рад уехать. Надоело скрываться. Мой мастер предложил сократить имя до Алида и не распространялся о том, откуда он меня привёл.

– Даже Эиль не знал? – встряла Наён.

Калид съел остатки каши и расслабленно откинулся на стену, покрытую мхом. Прежде рваное дыхание выровнялось, и хранитель перестал потеть.

– Не знал.

– Почему тогда ты рассказал нам?

– Мы пленники Пятого Дракона, кто знает, сколько нам осталось. Решил, что немного откровенности не помешает, – почти равнодушно заметил Калид, и нам нечего было возразить.

Разговор оборвался. Я смочила тряпку водой и протянула Калиду. А когда он её не принял, непонимающе глядя на меня, я принялась стирать пот с его лба. Хранитель опять покраснел и забрал тряпицу, чтобы продолжить самому. Он чем-то напоминал мне Джуна, и моя улыбка угасла при мыслях о погибшем друге.

– Я немного удивлён, что моё имя вспомнила твоя кузина, хотя ты, Наён, младшая дочь наместницы, – высказался Калид, закончив протирать лицо.

– Я не Наён. Я двойник.

Слова вырвались легко, словно так и надо. Впервые я призналась в этом кому-то незнакомому. Брови Калида поднялись вверх, он бросил растерянный взгляд на настоящую Наён, и та кивнула:

– Это правда, я – Наён. Хёны не существует.

– Вы хорошо притворяетесь, – растерянно похвалил хранитель. – Вначале, на празднике близнецов, у меня были сомнения, но там подозреваешь всех и вся. Однако после некоторого времени, проведенного с вами, я уже перестал задаваться вопросом, кто из вас кто и есть ли вообще двойник.

– Спасибо, – вяло поблагодарила я, не зная, комплимент ли это в действительности.

– Тогда кто ты на самом деле?

– Внучка прошлого хранителя. Учеником дракон меня не выбрал, но я жила при храме, потому что мои родители умерли. Кроме дедушки, у меня никого не осталось, и он забрал меня к себе.

– Ты внучка мастера Есона?

– Да.

– Мы с Эилем учились у него, он потрясающий. Мастер своего дела, но со странным… чувством юмора, – с улыбкой аккуратно пояснил Калид.

– Да, был.

Улыбка с лица хранителя сползла, и он нехотя кивнул соглашаясь.

– Меня забрали в двойники в девять лет. Мы с Наён действительно дальние родственницы и оказались достаточно похожими внешне. Сейчас, когда её волосы больше не чёрные от краски, это ещё заметнее.

– Как тебя зовут?

Это самый естественный вопрос, который кто-либо слышит в жизни, но выдавить ответ у меня получилось лишь на третий раз. Настолько давно у меня не было возможности сказать правду.

– Меня зовут Ашарин. Или просто Аша.

– Красивое имя.

Поддержка принца согрела мне сердце, а улыбка смутила. Не помню, чтобы кто-нибудь мне это говорил.

– Калид, кажется, тоже ничего, – пробормотала я, пытаясь уменьшить неловкость.

Хранитель неожиданно рассмеялся, я с недоумением обернулась к Наён. Та хмыкнула и качнула головой, но у неё на губах тоже заиграла слабая улыбка.

– Да уж. Не часто услышишь такой комплимент, – отсмеявшись, заявил принц. – Но мне нравится.

После я рассказала Наён и Калиду всё, что узнала. Описала, как выглядит Шилин и что осталось от храма, сказала о взрывчатке и поделилась деталями, которые могут оказаться полезны для составления плана побега.

– Нужно как-то выбраться, рассказать, кто такой Эйден, и предупредить Раяна о том, что он охотится за ним. Войска императора, конечно, могут отбить провинцию Запада при желании, но если мы расскажем о взрывчатке, то это поможет уменьшить потери. И, как я поняла, император весьма неохотно пытается отвоевать провинцию Запада, используя малочисленные войска. Необходимо убедить его приложить больше усилий, – сказала я, завершив рассказ.

– Если Дракон Юга и правда слаб из-за того, что долгое время был в человеческом теле, значит, и остальные в таком же положении, – добавила Наён. – Калид, смогут ли драконы, объединившись, победить Имуги?

– Думаю, только в этом случае и есть хоть какой-то шанс.

– Наён, ты настоящая наместница провинции Запада. Император выслушает тебя как прямого потомка семьи Ян. Ты сможешь просить войска и защиту, чтобы отбить провинцию, а жители и влиятельные семьи, успевшие сбежать из Шилина, вновь сплотятся вокруг тебя, – напомнила я.

– Но…

– Никаких «но». Ты наместница. Тебя готовили к этому, и ты справишься. Ты должна вернуть наш дом. Вернуть храм, – я твёрдо проговорила каждое слово.

Пришло время нам понять, что происходящее – не игры. Наша прошлая цель – дожить до совершеннолетия Наён и разойтись – больше не актуальна. Наши дома разрушены, а семьи убиты. Наён нужно отвоевать её провинцию, а мне – предупредить Раяна.

– Ты сделаешь это, Наён. Убедишь императора, что за провинцию Запада стоит бороться. – Я не спрашивала, а подруга, осознав всю возложенную ответственность, вероятно впервые в жизни приняла этот груз со всей серьёзностью. – Пришло время тебе забрать своё имя.

Она выпрямилась, гордо приподнимая подбородок, и улыбнулась мне с долей грусти. Наша совместная история госпожи и двойника подошла к концу.

– У неё получится, – привлёк наше внимание Калид. – Тем более теперь. После того, как Пятый Дракон совершил ошибку.

– Какую ошибку? – не поняла я.

– Разбудил во мне Южного Дракона.

– Но ведь он не собирается нам помогать.

– Не собирается, – подтвердил хранитель, но растянул губы в мрачной улыбке. – Но он сказал, что даст мне возможность пользоваться его силой, и у меня есть кое-что лучше.

Я с ещё большим недоумением уставилась на собеседника.

– Он дал мне память, Аша. Воспоминания об этих пещерах. Я знаю, где выход.