Глава 37

Чувствую себя как школьник, отпрашивающийся с урока. Правда, вместо записки от мамы, у меня на заднем фоне детские крики и кашель Дианы.

— Ох, этот вирус сейчас везде ходит, — обеспокоенно заявляет Кондрашов. — У Софийки в саду пол группы сейчас на больничном, Стелла решила ее на всякий случай не водить пока.

— Да, правильно. Мы своих тоже дома решили оставить.

— Молодец, молодец, — хвалит меня этот опытный отец и я решаю не уточнять, что дома они остались исключительно потому что Диана была не в состоянии вести их в сад, а папаша, то есть я, даже понятия об этом не имел и как последний баклан просидел полдня в офисе.

— Мои спецы вас ждут, Владимир Митрофанович. Проектом изначально Ольга Кравцова занималась, поэтому она в курсе всех деталей. Я думал успею подскочить к четырем, но что-то у Дианы кашель усилился, так что я врача вызвал.

— Правильно, правильно, — пыхтит он в трубку. — Беречь надо наших девочек. Привет им передавай.

— Милана тоже Софии передает, — сообщаю и понимаю, что никакие званые ужины нам больше не нужны, чтобы заставить его поверить в наши отношения. То, что он сейчас слышит в трубку — и есть самое лучшее доказательство. Многодетный отец и заботливый муж во всей красе!

Вот только если Кондрашов в мой спектакль верит безоговорочно, то сам я сильно сомневаюсь в своих способностях. Во-первых, дети уже успели разнести пол квартиры, а во-вторых, состояние Дианы и не думает улучшаться. Даже поесть бульон она так и не согласилась.

Поэтому я слегка запаниковал.

Ну ладно, не слегка. Особенно когда она начала сильно кашлять.

Естественно, речи не было о том, чтобы вернуться на работу и провести встречу с Кондрашовым. Я бы мог, конечно, забрать бандитов с собой в офис, но оставлять Диану одну не хотелось. Поэтому я вызвал врача из частной клиники.

— Легкие чистые, — заявляет он.

— А кашель тогда откуда?

— Слизистые пересыхают. Как часто она пьет?

— Сиропы?

— Жидкость. Любую, — хмуро смотрит на меня доктор.

Честно говоря, за ту цену, что они берут за визит, мог бы быть чуть вежливее и сговорчивее. Но на самом деле — наплевать. Главное, чтобы помог Диане прийти в себя.

— Я пила воду, — хрипло цедит она.

— Сколько? — уточняет врач.

— Не знаю, — слабо пожимает плечами и кивает на полупустой стакан на своей тумбочке.

— Это новый. До этого она целый стакан выпила. Часов в двенадцать утра, потом я новый принес.

— Очень мало, — цокает языком врач. — Можете даже будить ее каждый час, чтобы она пила. С жаром она теряет очень много жидкости, а восполнять не получается…

Он дает еще какие-то инструкции, но судя по всему, переживать не стоит, у Дианы обычная простуда.

— Но тогда почему организм так реагирует? — спрашиваю уже в прихожей. — Она же даже подняться с кровати не может. И температура не такая высокая.

— Потому что организм был истощен, — пожимает плечами доктор. — Ресурсы и так, судя по всему, были на исходе, а тут еще и вирус добил.

— Истощен? — переспрашиваю недоуменно. — Чем, интересно?

Доктор переводит красноречивый взгляд с меня на двух мелких бандитов, что носятся под ногами и разводит руками, дескать, сам подумай, кретин!

Он, кажется, в отличии от Кондрашова сразу понял, что я здесь лишь гость. То ли потому что Диана даже в сонном бреду интересовалась как там встреча с Владимиром Митрофановичем и сокрушалась, что из-за нее бедной Кравцовой придется самой выкручиваться перед клиентами. То ли потому что… ни я, ни ценник этого доктора никак не вяжутся с более чем скромным интерьером квартиры.

— Ладно, — киваю решительно. — Истощен, значит будем насыщать. Спасибо за визит.

Едва дверь за ним закрывается, я открываю приложение доставки и делаю огромный заказ еды. На этот раз одними продуктами не ограничиваюсь и щедро выбираю уже готовые блюда, понимая, что чтобы прокормить Мирона нам всем троим придется целый день у плиты стоять. Клянусь, этот пацан есть даже больше чем я!

Но главный акцент я, конечно, делаю на фрукты и витамины. Хорошо бы, конечно, этот истощенный организм на море свозить, но у меня сейчас три сделки горят, вырваться никак не удастся. А о том, чтобы отпустить Диану без себя и речи быть не может. Не хочу и точка. Да и выздороветь ей сначала нужно.

К вечеру ей становится гораздо лучше и она даже делает слабую попытку удивиться тому, что я все еще нахожусь в ее квартире.

— Поздно же уже, — бросает взгляд на темень за окном. — Езжай домой.

— Доктор сказал будить тебя каждый час, — выдаю с хитрой улыбкой. — Так что придется мне остаться на ночь.

То ли температура снова поднимается, то ли это мои слова… Но ее щеки моментально покрываются румянцем. Она нервно оглядывается на детей, будто ищет их поддержки, но не зря же я сегодня их целый день развлекал. Поэтому мои сообщники начинают весело визжать:

— Ура! Богдан останется с ночевкой! Класс!

— И где же ты собрался спать? — хмурится Диана, продолжая краснеть. — У меня, если ты не успел заметить, нет гостевой комнаты.

— Что-нибудь придумаем, — скромно развожу руками. — Но спешу напомнить, что когда ты оставалась с ночевкой в моей квартире, я радушно предлагал тебе свою кровать.

— В твоих мечтах, Лейтес! — шипит она, ослепляя меня ярким блеском своих глаз.

— В моих мечтах, — подхожу к ней чуть ближе и пользуясь тем, что дети до сих пор увлечены победным танцем, шепчу: — Я не просто уступаю тебе свою кровать. Я ее с тобой делю.