Глава 29. Карим

Крыса гребаная. Убью, размажу по стене.

— Стерва, — стонет после точного удара дилерши Селим. Вмазала она ему от души. Кажется, кое-кто даже потерял ориентацию в пространстве и идет прямо в лапы смерти. То есть, в наши.

Тихий, как хлопок, выстрел из пушки с глушителем — и Селима бросает вперед. Он растягивается на полу, окрасив белую пыльную крошку брызгами своей крови. Издав вопль, он переворачивается и смотрит на нас. В глазах этой твари впервые вижу страх.

— Назад, — хрипит он, приложив руку к груди. На губах пузырится кровь — похоже, Заур пробил ему легкое, — иначе здесь и похороню вас троих. Твари.

— Вряд ли, — холодно парирует Заур, проверяя оставшиеся патроны в магазине, пока я держу Зеленщика на прицеле, — знаешь, Селим, страх — плохое средство управления. Твои люди раскалываются, стоит им пообещать защиту от тебя и лучшую жизнь. А несогласных мы уже похоронили.

— И тебя похороним, — подвожу итог я. Перевожу взгляд на прикованную к креслу дилершу. Сука, успел ей что-нибудь сделать? Что хотел вообще? Что это за хрень вообще? Какое-то кресло для пыток.

Я слышу странный щелчок. Заур растерянно смотрит на пистолет, который, похоже, заклинило и в этот момент Селим, как бешеный загнанный зверь, бросается на него. Успеваю выстрелить в него только один раз: после он уже налетает на Заура и сбивает его с ног, и они перекатываются по полу.

Он бьется отчаянно за свою жизнь и не собирается сдаваться. Прекрасно знает, что у него один путь в случае проигрыша — смерть. Его никто не пощадит.

Я отбрасываю оружие в сторону и сдергиваю Селима за шкирку на пол. Ярость застилает все перед глазами, стоит только услышать его рычание. Живучая тварь. Развернув его, бью кулаком ему в рожу — один раз, другой, наслаждаясь и чувствуя, как крошатся хрящи под моими ударами. Хватаю его за горло и сжимаю, надеясь вырвать ему хребет. И подвесить здесь в назидание остальным. Тем, кто еще раз попытается творить беспредел в нашем городе.

— Карим! — рявкает Заур, отвлекая меня. Я отвлекаюсь. Кидаю в его сторону взгляд — названый брат стоит, утирая кровящий нос ладонью, — полегче. Просто… прикончи его. Не здесь.

Он намекает на дилершу, на то, что она все это видит.

Но отвлекаться было большой ошибкой.

Селим выворачивается из рук, видимо, мобилизировав последние силы. Выскальзывает, наклоняясь и подбирая какой-то инструмент с пола и рвется к распятой на кресле Владе, явно намереваясь с ней что-то сделать. Это его последние трепыхания, потому что Заур успевает подобрать пистолет и выстрелить ему в спину.

Зеленщик с размаху падает на пол и затихает без движения. Под его телом растекается лужа крови.

— Звездец, — выдыхает Заур, подводя итог, — совсем крышняком старик поехал.

— Он уже давно едет им, — произношу я, подходя к распластанному на полу телу Селима и, поморщившись, прикладываю пальцы к липкой от крови шее. Пульс не прощупывается. Полная тишина. Отъехал, ублюдок, на тот свет.

— Меня освободите, — подает тихий голос дилерша. К ней подходит Заур. Я поднимаю взгляд и наблюдаю, как он старается бережно расстегивать на ее руках и ногах ремни. Из-под задницы выскальзывает и падает на пол скальпель, отчего у меня вырывается усмешка. Боевая девка. Где другие бы сдались и размазывали сопли — эта еще борется.

Где-то в глубине души царапает что-то мерзкое и темное, когда Заур помогает ей сесть на кресле. Ревность, блядь, что ли. Дико непривычная хрень. Но просто появляется предельно ясная мысль — с сегодня она может больше ничего не бояться. Причина ее страха валяется передо мной в дохлом виде. Нахрен теперь дилерше не нужна защита. Признать сложно, но с этим говнюком, моим названым братом она чувствовала себя лучше, чем со мной.

Твою мать, почему она не как все бабы? Перед которыми достаточно бросить пачку бабла, ахнуть, как следует — и они твои. Я б ее купил. Предложил бы качественный секс до конца жизни. Даже нахрен послал бы всю эту тему с женитьбой по договору на сестре Заура, решил бы вопрос, нашел бы ей выгодную партию.

Звездец.

— Надо ее отвезти в безопасное место, — подает голос Заур, отвлекая меня от мыслей. В которых я его убивал, несмотря на то, что мы снова друг другу жопы из пекла спасли, — слыш, Карим? Очнись. Сейчас шухер начнется в наших семьях. Они это просто так не оставят, вмешаются. Надо ее увезти, чтобы не дергали лишний раз.

— Я наберу Руслана, — произношу я, — он будет за пять минут. Ее тогда надо вывести осторожно, потому что тут все обваливается уже.

Влада спрыгивает на пол, поддерживаемая под локоть Зауром и внезапно громко охает, схватившись за живот и согнувшись.

— Что? — хмурится Заур, глядя на нее.

Мой взгляд падает вниз. На ноги дилерши, по которым стекают струйки крови.

— Он тебя порезал где-то? — вырывается у меня хрипло. Дрянь, почему от вида ее крови меня так дергает? Нервы натягиваются, как канаты. Хочется воскресить труп Селима и вырвать ему все-таки горло.

— Нет, — всхлипывает отчаянно Влада, — он меня не трогал. Я беременна. У меня… кажется… выкидыш.