Глава 41

Диана долго умывалась холодной водой, потом посмотрела на себя в зеркало. Глаза огромные, кожа бледная, на лице ярким пятном искусанные губы. Быстро вытерлась салфетками, в третий раз достала из кармана джинсов три пластиковые палочки. Это были тесты на беременность. Утром девушка чувствовала себя еще хуже, чем вчера, тошнило, немного кружилась голова. Пришлось выпить сладкого чая, съесть два бутерброда – она думала, что это все от голода, но не угадала. Слишком много было характерных признаков, и слишком долго она от них отмахивается. Заехав в аптеку, взяла сразу три теста – и вот, сидя в туалете редакции, сделав все по инструкции, боялась увидеть результат. Только вот чего боялась больше, так и не поняла. Не увидеть две полоски или увидеть и испытать шок? Шок был. Но смешанный со страхом, а еще неким нежданным счастьем. Диана улыбнулась, выдохнула, посмотрела в потолок. Девушка не знала, как на эту новость отреагирует Кирилл, а еще не знала, какой у нее срок, и кто из братьев Прохоровых окажется отцом ее ребенка. Это событие немного не вовремя наступило в ее жизни, ведь были совсем другие планы. Но они и так изменились после поездки на Камчатку и трагедии с Прохоровыми. Снова посмотрев на тесты, Диана спрятала их обратно, в туалет зашли, а вот ей надо уходить. Кирилл звонил два раза, писал, но она не отвечала. Нужно сдать статью о реабилитационном центре, ее могут и не утвердить, не совсем она вписывается в формат издания, но Родионовой все равно – писать о том, о чем хотела раньше, она уже не будет. Как ни странно, шеф-редактор обещал прочитать и подумать. Разговаривал вежливо, никакого намека на флирт, даже Королева, которая снова, как и вчера, встретилась в коридоре, кивнула в знак приветствия. Скорее всего, она навела справки, за кого собирается замуж мать Дианы, и все это донесла до Шагалова. Но анализировать их поведение не хотелось, сев за руль, направляясь за город к Кириллу, Диана волновалась, не зная, как мужчина отреагирует на новость о ее беременности. Зайдя в зал, девушка несколько минут наблюдала, как Кир делает успехи, как он старается, выполняя вроде бы простые упражнения, и с каким трудом они ему даются. Он восхищал ее своей силой, целеустремленностью и уверенностью в том, что делает. Диана была совсем другого мнения о младшем Прохорове, считала его бабником, сорвиголовой и легкомысленным, но как же она ошибалась. – Ты почему не отвечала? Я звонил. – Извини, были дела, а потом дорога. Ты сам говоришь, что отвлекаться за рулем нельзя. – Нельзя. Иди ко мне, соскучился, – Кирилл тянет девушку на себя, усаживая на колени, прижимает к себе, целует, а у самого перехватывает дыхание. – Кир, мы не одни. – Да здесь и так все знают, что ты моя. От одного слова «моя» щемит в груди. – Пойдем ко мне, буду показывать, как я соскучился. Кирилл отпускает девушку, Диана катит кресло по широкому коридору до отведенной Прохорову комнаты. Скорей бы уже встать на ноги, быть полноценным, как он и привык. Но доктора говорят, что у него и так большой прогресс, нужно только время и не сдаваться. А потом он обязательно сделает этой невероятной девушке предложение стать его женой. – Кир, Кир, подожди, поговорить надо, тут такое дело… – Что? Тебе плохо? – Нет, сейчас нормально, я о другом хотела поговорить. – Ты бросаешь меня? – Кирилл сжал кулаки, стиснул челюсти – он столько наслушался историй в центре о том, как после травм и страшных диагнозов от парней уходили жены, бросали девушки. Кому нужен мужик-калека? – Нет, что ты, милый, нет, никогда. Что за глупости ты говоришь? – у Дианы даже слезы на глазах появились, и больно стало в груди. – Как я могу тебя бросить, ты такой… такой… невероятный, я люблю тебя. Очень сильно люблю, а еще я беременна, смотри. Диана призналась первый раз в любви, так искренне и трогательно. До этого момента все никак не решалась сказать этих слов. Да и любит она не только Кирилла, но и его брата, а это все не укладывалось в голове. – Повтори. Повтори. Ты… что? – Кириллу казалось, что он ослышался. – Я люблю тебя, – девушка опустила глаза, начала что-то искать в карманах джинсов. – А еще что еще ты сказала? – Я беременна. Вот. Кирилл перебирал в руках тесты, а в груди все горело огнем от распирающего, так внезапно накрывшего счастья и подскочившего в крови адреналина. Это было круче, чем самый лютый фрирайд, чем самые крутые спуски по невероятным трассам мира. – Кир… – Да, да, я слышу. – Скажи что-нибудь. – Я не знаю что. Ты выйдешь за меня замуж? – Замуж? Кир… – Да, замуж. – Если это все потому, что я беременна, то не стоит, ребенка можно воспитывать и без этого. – Ты оставишь его? Да, конечно, оставишь, это будет мальчик? Мальчик или девочка? Кирилл заговаривался, путал слова, эмоции переполняли, сразу так много всего хотелось сказать, сделать. – Я… я не знаю, я еще ничего не знаю, надо к гинекологу. Я даже не знаю, какой срок и чей это ребенок. Твой или Ярослава. – Он наш, наш с Яром, – Кирилл тянет девушку на себя, забираясь рукой под кофту, накрывая ладонью живот, даже задерживает дыхание, пытаясь почувствовать ребенка. – Ты должна сказать ему, он обязан знать. – Может, не стоит? – Скоро все будет всем заметно, Яр не простит, если мы не скажем. Да, Яр не простит, Диана знала это. И сказать нужно сегодня. Сидели молча несколько минут, было так трогательно и мило, Кир дышал в шею, иногда целовал, продолжая держать руку на животе. Он не думал и не планировал в свои молодые годы становиться отцом, но он им станет и будет самым лучшим. Диана ушла через два часа, она так и не ответила, станет женой Кирилла или нет, ему это было не так важно, как знать, что теперь ему точно есть ради кого подниматься на ноги и жить. Но еще предстоит все рассказать отцу и матери Дианы, а вот их реакцию угадать нельзя. *** Родионова стояла у двери квартиры Прохоровых и не решалась нажать кнопку домофона. В подъезд с консьержем она зашла вместе с тремя девушками, они вышли из лифта раньше, а Диана не знала, что ее ждет за этой дверью, и как ее встретят. – Кто там? Диана не отвечает, лишь замирает от звука знакомого голоса, по которому скучала. – Уходи! И забудь сюда дорогу! – Яр, это я, открой, пожалуйста, надо поговорить. Вновь тишина, а потом звук открывающихся замков и приоткрытая дверь. – Я просил не приходить. Зачем ты это сделала? Пара шагов, Диана в квартире, царит полумрак, она видит лишь силуэт мужчины, Ярослав опирается на трость, стоит к ней спиной. Сразу становится больно, больно видеть его таким, отстраненным, закрытым, отрешенным от мира, словно он сам себя уже похоронил, и ему не нужен никто. – Я скучала, – девушка не узнает свой голос – хриплый, в горле стоит ком, слезы текут по щекам. – Я скучаю по тебе. Мы скучаем. Ярослав вздрагивает от прикосновения, как от удара током, так хочется развернуться, прижать к себе свою девочку, вдохнуть ее аромат, покрыть лицо поцелуями. Но он лишь до скрежета стискивает зубы и сжимает трость. Именно сейчас, в эту секунду, он понимает, как сам скучал, словно загнанный в угол одичавший зверь, как любит Диану до разрыва сердца. – Посмотри на меня. Яр, пожалуйста, посмотри.