Глава 15

Суббота должна была стать днем отдыха. Должна была. Но когда твоя жизнь балансирует на грани двойной игры, понятие «выходной» теряет всякий смысл. Проснулась в половине седьмого утра от звука входящих сообщений. Первое было от Феликса: «Ева, простите за беспокойство в выходной. Подготовьте, пожалуйста, анализ европейского рынка к понедельнику. Срочно нужен для встречи с инвесторами». Второе – от Пушкина: «Требуется сводка по всем текущим проектам. Подробно. К понедельнику утром на столе». Великолепно. Даже в субботу они не дают покоя. Третье сообщение заставило меня окончательно проснуться. Номер я знала наизусть, хотя он менялся каждые две недели. «Встреча. Парк Сокольники, 14:00. Аттракцион «Чертово колесо». Не опаздывайте». Связной. Черт. Встала с кровати, стараясь не разбудить Василису. За тонкой стеной слышалось ее мирное посапывание, сестра никогда не была жаворонком. Прошла на кухню, включила чайник. Нужно было подумать, как выкрутиться из ситуации. Встреча с куратором не терпела отлагательств, но я не могла оставить Василису одну на весь день. Особенно после того, как она начала встречаться с этим Кириллом. Что-то в нем мне не нравилось – слишком настойчивый, слишком любопытный. Вася рассказывала, что он постоянно расспрашивал ее о моей работе. Возьму ее с собой. Скажу, что хочется покататься на аттракционах, как в детстве. План был не идеальный, но я другого выхода не видела. Василиса проснулась только к десяти, появившись на кухне растрепанной и недовольной. – Зачем ты так рано встала? – буркнула она, наливая себе кофе. – Суббота же. – Работа, – пожала плечами. – Слушай, а не хочешь съездить в Сокольники? Покататься на аттракционах? Василиса уставилась на меня, как на сумасшедшую. – Серьезно? Тебе двадцать семь лет, Ева. Не десять. – Ну и что? – я попыталась изобразить беззаботность. – Иногда хочется вспомнить детство. Помнишь, как папа водил нас в парки развлечений? При упоминании отца лицо Василисы смягчилось. – Хорошо, – согласилась она. – Но ты платишь за все билеты. В два часа дня мы стояли у входа в Сокольники. Парк был полон семей с детьми, влюбленных парочек и компаний подростков. Идеальное место для конспиративной встречи – в толпе легко затеряться, а шум аттракционов заглушит любой разговор. – Вау! – Василиса оживилась, увидев американские горки. – Начнем с них! – Иди, покатайся, – сказала я, доставая кошелек. – А я пока схожу за мороженым. – Ты не будешь кататься? – Потом. Сначала хочу освоиться. Василиса пожала плечами и побежала к кассе. Я проводила ее взглядом, убеждаясь, что она увлечена выбором самого экстремального аттракциона, и направилась к чертову колесу. Связной уже ждал. Мужчина лет сорока в темных очках и бейсболке изучал карту парка. Подошла к нему, делая вид, что рассматриваю режим работы аттракциона. – Опаздываете на три минуты, – проговорил он, не поднимая глаз от карты. – Пробки, – коротко ответила. – Садимся. Говорить будем наверху. Мы заняли соседние кабинки. Колесо медленно поползло вверх, и город начал расстилаться под ногами. Только когда мы оказались на самом верху, вдали от любопытных ушей, связной заговорил. – Ситуация осложняется, – начал он без предисловий. – Ваш отец переведен в другое место. Куда именно – неизвестно. Сердце упало куда-то в пятки. – Что случилось? – Кто-то сливает информацию. Мы считаем, что у нас появился крот, – его голос был холоден как лед. – А значит, ваша операция под угрозой. – Вы думаете, это кто-то из окружения на работе? – Пока неясно. Но времени у вас остается мало. Нужны конкретные доказательства их причастности к делу вашего отца. Кивнула, чувствуя, как внутри все сжимается от страха. Страха за отца, за себя, за Василису. – Еще один момент, – связной понизил голос. – Ваша сестра. За ней следят. – Что?! – я резко обернулась к нему. – Этот ее молодой человек, Кирилл. Он не тот, за кого себя выдает. Держите ее подальше от него. Колесо начало спускаться. Времени на вопросы не оставалось. – Следующая связь – через две недели. Место сообщим дополнительно, – он уже поднимался с места. – И помните – доверять нельзя никому. Даже тем, кто кажется союзником. Как же все запутано. Выйдя из кабинки, огляделась в поисках сестры, за это время связной уже пропал. Нашла Василису у карусели – она фотографировала лошадок и смеялась как ребенок. Сердце сжалось от нежности и одновременно от страха за нее. Направилась в ее сторону, доставая телефон, чтобы написать, что уже иду. И тут увидела его. Пушкин. Он шел по центральной аллее парка, и мое сердце пропустило удар. Вместо привычного делового костюма на нем были обычные джинсы и черная футболка, подчеркивающая широкие плечи. Темные волосы были слегка взъерошены ветром. Выглядел он… обычно. По-человечески. И от этого еще более притягательно. Боже мой, он идет прямо на меня. Паника охватила мгновенно. Что он здесь делает? Неужели следил за мной? Знает о встрече? Или это простое совпадение? Пушкин еще не заметил меня – он был увлечен разговором по телефону, периодически жестикулируя свободной рукой. Но направление его движения было четким – прямо ко мне. Что делать? Убегать? Но тогда он точно что-то заподозрит. Притвориться, что гуляю? Но почему я здесь одна? Быстро огляделась. Василиса была уже в тире и бросала дротики в воздушные шары. Связной. Он где-то рядом. Если Пушкин его увидит… Сердце колотилось как бешеное. Нужно было срочно что-то предпринять. Резко повернулась и направилась к киоску с напитками, надеясь, что Пушкин пройдет мимо, не заметив. Но удача была не на моей стороне. – Ева? – его голос прозвучал совсем рядом. Черт, черт, черт. Медленно обернулась, изображая удивление. – Александр Сергеевич! – голос прозвучал слишком высоко, слишком фальшиво. – Какая неожиданность! Он подошел ближе, убирая телефон в карман. Вблизи выглядел еще лучше – без официального костюма он казался моложе, доступнее. И намного опаснее для моего самообладания. – То же самое могу сказать, – его взгляд скользнул по мне, останавливаясь на лице. – Не ожидал встретить вас здесь. – Я… – замялась, судорожно придумывая объяснение. – Решила прогуляться. Суббота же, хорошая погода. – Одна? – в его голосе прозвучала легкая ирония. Он не верит. Конечно, не верит. Кто ходит в парк развлечений в одиночку? – Не совсем, – призналась. – С сестрой. Она где-то… – неопределенно махнула рукой в сторону аттракционов. Пушкин кивнул, но его взгляд стал внимательнее. Изучающе осмотрел мое лицо, словно искал что-то. – А вы что здесь делаете? – решила перейти в наступление. – Племянник, – он усмехнулся. – Сын сестры. Десять лет, обожает американские горки. Я обещал его сводить. У него есть племянник. И сестра. И он проводит с ними время по выходным. Еще одна деталь, которая делает его более человечным. И еще более опасным для моей миссии. – Это мило, – сказала искренне. – Данилка где-то носится, – Пушкин огляделся. – Энергии хватит на троих. В этот момент послышался знакомый смех. Василиса бежала к нам, размахивая какой-то игрушкой. – Ева! Ты посмотри, что я выиграла в тире! – она остановилась рядом со мной, только сейчас заметив Пушкина. – О. Вот и все. Теперь он знает, что я действительно не одна. – Василиса, это мой… коллега, Александр Сергеевич, – представила я, молясь, чтобы сестра не сказала ничего лишнего. – Александр Сергеевич, моя младшая сестра, Василиса, она прилетела ко мне на каникулы. Пушкин протянул руку, и Василиса пожала ее, разглядывая его с нескрываемым любопытством. – Очень приятно, – сказал он вежливо. – У вас обеих очень красивые глаза. Василиса покраснела от комплимента, а я почувствовала, как румянец заливает и мои щеки. – Дядя Саша! – раздался детский крик, и к нам подбежал мальчик лет десяти с растрепанными светлыми волосами. – Я покатался на всех горках! Теперь хочу в комнату страха! – Данила, познакомься, – Пушкин положил руку на плечо мальчика. – Это Ева, она работает в нашей компании. А это ее сестра Василиса. – Привет! – мальчик помахал нам рукой. – А вы тоже будете кататься на аттракционах? – Мы уже катались, – быстро ответила Василиса. – А ты смелый, если хочешь в комнату страха. – Я самый смелый! – гордо заявил Данила. – Дядя Саша говорит, я как папа в детстве. На лице Пушкина мелькнула тень, но он быстро улыбнулся племяннику. – Ладно, герой, пошли пугаться, – он повернулся к нам. – Было приятно встретиться. Хороших вам выходных. – Взаимно, – кивнула я. Они пошли в сторону комнаты страха, и я проводила их взглядом. Пушкин что-то говорил мальчику, наклонившись к нему, и на его лице была такая нежность, которую я никогда не видела в офисе. Кто ты на самом деле, Александр Пушкин? – Ого, – прошептала Василиса, когда они скрылись из виду. – Вот это коллега! Ева, он же безумно красивый! Боже мой! Да он просто секси! – Не говори глупости, – отмахнулась, но сама чувствовала, как сердце все еще быстро бьется. – И как он на тебя смотрел! – Василиса хитро улыбнулась. – Я же видела. Он в тебя влюблен. Вот это да! Это твой босс? – Хватит фантазировать, – резко сказала я. – Это просто работа. Но в глубине души я знала, что Василиса права. И что самое страшное – я начинала отвечать ему взаимностью. Это катастрофа. Я не могу влюбляться в человека, которого должна разоблачить. Телефон завибрировал. Сообщение от Пушкина: «Приятного дня, Ева. Увидимся в понедельник». Я смотрела на экран, чувствуя, как внутри все переворачивается. Миссия, отец, сестра, теперь еще и эти непрошеные чувства, – я была на грани провала. Как же все сложно.