Глава 17

Понедельники никогда не были моими любимыми днями, но этот обещал стать особенно сложным. Выходные пролетели в смятении чувств и мыслей, а впереди маячила рабочая неделя, которая могла все изменить. Проснулась с тяжелой головой и ощущением, что мир перевернулся. Суббота и воскресенье прошли в странном тумане. После того обеда в ресторане, после поцелуя… После всего я не могла привести мысли в порядок. Василиса не давала мне покоя весь уикенд. – Ева, ты понимаешь, что произошло? – приставала она с утра субботы. – Он тебя поцеловал! На глазах у всех! Это же не просто коллега! – Это была игра, – пыталась объяснить я. – Просто помощь в неловкой ситуации. – Да ладно! – фыркала Василиса. – Я видела, как он на тебя смотрел. И как ты краснела! Ева, он в тебя влюблен! – Не говори глупости. – А его племянник! – не унималась сестра. – Данила прямо сказал, что дядя Саша все время на тебя смотрит. Дети не врут! Я прятала лицо в ладонях, но Василиса была неумолима. – Он красивый, богатый, добрый… Ева, за него нужно срочно замуж! Пока его не увели другие! – Вася, остановись! – наконец взорвалась я. – Это работа! Он мой босс! И вообще… все сложно. – Что тут сложного? – искренне удивилась она. – Ты ему нравишься, он тебе нравится. Чего еще нужно для счастья? Если бы ты знала, сестренка. Если бы ты знала, кто я на самом деле и зачем работаю в их компании. Весь уикенд прошел в попытках отвлечься от навязчивых мыслей о Пушкине. Странно, но ни он, ни Феликс не написали ни единого сообщения. Обычно хотя бы один из них находил повод связаться по работе даже в выходные, а тут – тишина. Может быть, после субботы они поняли, что зашли слишком далеко? Может быть, решили дистанцироваться? Эта мысль расстраивала больше, чем следовало. Понедельник начался как обычно – будильник в семь утра, кофе, душ, попытки привести себя в порядок. Василиса еще спала, раскинувшись на кровати как морская звезда. Собираясь, я в который раз прокручивала в голове события субботы. Поцелуй Пушкина… Он был таким нежным, таким естественным. И его слова: «Для меня это было не только игрой». Что он имел в виду? Сосредоточься, Ева. Ты на задании. У тебя есть цель, и романтические чувства в нее не входят. Телефон завибрировал, когда я уже была готова выходить. Сообщение от Феликса: «Доброе утро, Ева. Сегодня будет важный день. Пожалуйста, возьмите с собой паспорт. Это необходимо». Я уставилась на экран. Паспорт? Зачем мне паспорт на работе? Быстро написала ответ: «Доброе утро, Феликс Аркадьевич. А зачем паспорт? Что-то случилось?» Ответ пришел почти мгновенно: «Все объясню в офисе». Это странно. Очень странно. Но выбора не было. Я достала паспорт из комода и сунула в сумочку. В офисе царила какая-то лихорадочная атмосфера. Сотрудники сновали туда-сюда с серьезными лицами, телефоны звонили, не переставая. Что-то явно происходило. Феликс и Пушкин стояли у большого окна в кабинете, что-то обсуждая. Увидев меня, они прервали разговор. – Ева, отлично, что вы пришли, – Феликс подошел ко мне. – Паспорт взяли? – Да, но… – Садитесь, – Пушкин указал на кресло. – Нужно кое-что обсудить. Я села, чувствуя нарастающее беспокойство. Оба мужчины выглядели серьезными, почти торжественными. – Что происходит? – спросила прямо. – У нас внезапно изменились планы, – начал Феликс. – Возникла срочная ситуация в N… Нужно лететь сегодня и решать вопросы на месте. – Хорошо, – кивнула я. – Что мне подготовить? Документы? Презентации? – Ева, – Пушкин сел напротив меня, – лететь нужно нам троим. Вместе. Я моргнула, не сразу поняв. – То есть… и мне тоже? – Да. Это важные переговоры, нужна ваша помощь. Это не может быть правдой. Они собираются взять меня в командировку? Зачем? – Но я… – начала возражать. – У меня сестра, я не могу просто так улететь, не предупредив… – Это максимум на сутки, – мягко сказал Феликс. – Вылетаем через два часа, завтра вечером, если все пройдет хорошо, уже вернемся обратно. – Через два часа?! – вскочила с кресла. – Я не готова! У меня нет вещей! – Ева, – Пушкин тоже поднялся, – понимаю, что это внезапно. Но ситуация критическая. Без вас мы можем потерять очень важный контракт. – Какой контракт? Почему я ничего о нем не знаю? Мужчины переглянулись. – Это… деликатная ситуация, – осторожно сказал Феликс. – Конфиденциальный проект. Мы не могли обсуждать детали в офисе. Конфиденциальный проект? Что-то секретное и опасное? – Но у меня сестра, Василиса одна в чужом городе, у нее никого нет, кроме меня. Что, если что-то случится? – Я скажу своим людям в службе безопасности, они за ней присмотрят, – Пушкин сказал уверенно, и я поняла, что он сдержит свое слово. Я смотрела на них, пытаясь понять, что здесь не так. Их объяснения звучали логично, но интуиция кричала, что что-то не сходится. А что, если это мой шанс? Шанс наконец узнать правду? В командировке, вне офиса, они могут раскрыться. Может быть, я смогу собрать нужные доказательства. Да, да, я чувствую, будет что-то грандиозное. – Хорошо, но с условиями. Я звоню Василисе прямо сейчас и объясняю ситуацию. Если она против – я остаюсь. – Конечно, – кивнул Феликс. – Звони. Это был чистой воды блеф, но в первую очередь я думала о сестре, а потом уже о деле. Достала телефон дрожащими руками. Василиса ответила со второго гудка, голос был сонный и недовольный. – Ева? Ты что так рано звонишь? – Вася, слушай внимательно. Мне нужно срочно лететь в командировку. На сутки… может быть. – Что? – она мгновенно проснулась. – Какая командировка? – Рабочая. Очень важная. Ты сможешь побыть одна? – А… а с кем ты летишь? – в ее голосе появились хитрые нотки. – Случайно, не с красавчиком Пушкиным? Боже, только не это. – Вася, это серьезно. Ты справишься без меня? – Смогу, конечно! – голос стал воодушевленным. – Лети! И постарайся провести время с пользой, если понимаешь, о чем я. – Вася! – Что? Ты же не каждый день летаешь в романтические командировки с миллионерами! Закрыла лицо рукой. Иногда сестра была невыносима. – Позвоню, как прилечу, – сказала устало. – Веди себя хорошо. – Ага! А ты веди себя плохо! Она отключилась, явно довольная собой. Я убрала телефон и посмотрела на мужчин. – Согласилась? – Да, – кивнула. – Но мне нужно домой, собрать вещи… – Времени нет, – Пушкин взглянул на часы. – Мы едем прямо в аэропорт. Все необходимое купим на месте. Становится все страннее и страннее. – А билеты? Регистрация? – Частный самолет, – коротко ответил Феликс. – Все уже готово. Частный самолет?! Что за проект может быть настолько важным? Через час мы уже ехали в аэропорт. Я сидела на заднем сиденье между двумя мужчинами, сжимая в руках маленькую сумочку с паспортом, банковской картой и телефоном. Это был весь мой багаж. Что я делаю? Лечу неизвестно куда с людьми, которых должна разоблачить? Это безумие. Но другая часть меня была возбуждена. Это действительно мог быть мой шанс. В закрытом пространстве самолета, в неформальной обстановке командировки они могли проговориться, показать свое истинное лицо. Аэропорт встретил нас служебным входом. Никаких очередей, никакой регистрации. Нас проводили прямо к небольшому белому самолету с тонированными стеклами. – Это ваш? – спросила, глядя на элегантную машину. – Арендованный, – ответил Пушкин. – Для особых случаев. Внутри самолет был обставлен как роскошная гостиная. Кожаные кресла, столик из полированного дерева, мини-бар. На столике уже стояло шампанское в ведерке со льдом. – Серьезно? – не удержалась я. – Шампанское в десять часов утра? – Это Krug Clos du Mesnil, – сказал Феликс, разливая игристое по бокалам. – Урожай 2004 года. Важные решения нужно отмечать соответственно. Бутылка этого шампанского стоит как крыло этого самолета. Взяла бокал, но пить не стала. Нужно было сохранять ясность ума. Самолет оторвался от земли плавно, почти незаметно. Я смотрела в иллюминатор на уходящий вниз город и чувствовала, как накатывает странное предчувствие. Что-то должно произойти. Что-то важное. Я это чувствую. То, что изменит мою жизнь, и это пугает, но в то же время будоражит. Пушкин сидел напротив меня, медленно потягивая шампанское. Наши глаза встретились, и он улыбнулся. Феликс достал ноутбук и принялся что-то печатать. Пушкин читал деловые бумаги. А я сидела в кресле и пыталась понять, во что ввязалась. Город, название которого ничего не говорит. Важный контракт. Частный самолет. Дорогое шампанское. Все это было красиво, роскошно и совершенно нереально. Словно я попала в какой-то фильм. Только вот хэппи-энд в таких фильмах бывает далеко не всегда. Самолет летел на север, унося меня все дальше от Василисы, от привычной жизни, от безопасности. Навстречу неизвестности, которая могла оказаться как самым большим успехом в моей миссии, так и самой большой ошибкой в моей жизни. Что ж, поздно отступать. Посмотрим, что они задумали. За иллюминатором проплывали облака, а в голове крутилась одна мысль: «А что, если я попала в ловушку?»