Глава 4. Дегустация

Я снова посмотрела на драконов, опустила глаза на розовое мороженое в маленькой вытянутой ложечке. Нахмурилась: по поверхности матового кусочка прошла волна золотистых искр.

— Лани, — в голосе Эрдана явное читалось нетерпение.

Глубоко вздохнув, я положила мороженое в рот и… во рту вспыхнул ярко-клубничный вкус, охладив рот, окутав язык идеальным сочетанием кислого и сладкого.

Я прикрыла глаза от удовольствия, а Эрдан поторопил:

— Ваниль, Лани. Только чуть поменьше.

Мимолётно удивившись, зачем ещё? Ведь вкуснее я уже точно ничего не попробую! Тем не менее послушалась, подцепила кончиком ложечки небольшой белый кусочек и положила в рот.

Насыщенный сливочно-ванильный вкус растёкся поверх клубники, смягчил, и… добавил красок.

Прикрыв глаза, я перекатывала вкус на языке, желая, чтобы это продолжалось вечно.

Восхищённо посмотрела на своих драконов: Даррен довольно щурился, поглаживая губы кончиками пальцев, а Эрдан смотрел на меня, приоткрыв губы, чуть ли не облизываясь.

Впрочем, в этот момент мне было всё равно, что там они себе воображали, я тонула в восхитительных ощущениях.

— Это потрясающе! — воскликнула я, — ничего вкуснее не пробовала!

— Шоколад, Лани, — указал глазами Эрдан на вазочку с мороженым.

Улыбнувшись, я смело подцепила кусочек побольше, и… попросту растеклась на стуле от умопомрачительного взрыва ощущений на языке.

— М-м-м… — протянула я, смакуя сочетание ярчайших вкусов.

Я проглотила мороженое, а вкус оставался, раскрывался ярче, переплетался соцветием клубники и шоколада, окутанные ванилью. Я облизнулась, уставившись на вазочку. Интересно, а что будет, если в другом порядке?..

В этот момент Эрдан резко поднялся, наклонился ко мне, накрывая властной ладонью мой затылок, сжал подбородок и накрыл губами мои приоткрывшиеся от изумления губы.

Вторгся языком, умело вырисовывая у меня во рту возбуждающе-жгучие узоры, лаская мой язык, втягивая мои губы, пробуя меня, и… от этого вкус мороженого становился ярче, богаче… Всё моё тело вспыхнуло возбуждением, я глухо застонала, подавшись к Эрдану ближе, обватив его за шею…

И тут, этот негодник разорвал поцелуй, и уставился на меня светящимися изумрудными глазами.

— Понравилось?

— Да… — выдохнула я и потянулась за новым поцелуем.

И не возникло даже мысли, что мы не одни в кафе. Казалось, нас окутывает какая-то сфера, отделяя от остальных и создавая уютное пространство только для нас троих.

— Здесь много вкусов. Выбирай, что понравится. Возьмём домой. Чтобы распробовать.

Что-то было угрожающе-опасное в том, как он произнёс слово «распробовать», и я с опаской посмотрела на Даррена.

Его сапфировые глаза потемнели, лицо окаменело, но я уже достаточно изучила Даррена, чтобы понимать: это он так усиливает контроль, потому что испытывает сильные эмоции, и теперь желает их скрыть.

— Ния, смотреть на тебя, когда ты в удовольствии… — он сдержанно улыбнулся. — На это дивное зрелище я хочу бесконечно смотреть. — И властно добавил: — следующий вкус выберу я.

Несмотря на то, что дегустационные шарики были крохотные, их я смаковала ещё минут десять, смешивая вкусы и постанывая от удовольствия. Драконы смотрели на меня и потихоньку мрачнели. Я обратила внимание, что Ральсен завернул несколько жадно рассматривающих меня драконов, заглянувших в переулок.

Когда я закончила, Даррен заявил:

— Продолжим дегустацию дома.

При этом он зыркнул в сторону улицы. Я удивлённо посмотрела на высокого дракона весьма представительного вида, который решительно направлялся к нам, игнорируя что-то говорящего ему Ральсена. Наткнувшись на мрачный взгляд Даррена, дракон остановился как вкопанный, помедлил, почтительно поклонился и быстро покинул проулок.

— Что происходит? — наконец, решила спросить я.

— Ты слишком притягательна в своём удовольствии, драгоценная Ния, — хмурясь, объяснил Даррен. — Драконы чувствуют. Нам придётся это учитывать в своих действиях. Едем домой.

— Я сделаю заказ, — сказал Эрдан, — прогулка окончена.

Я расстроенно посмотрела на опустевшую вазочку, и поднялась. В этот момент ко мне шагнул Даррен, по-хозяйски привлёк к себе и поцеловал. Собственнически, расчётливо, так, что у меня вырвался глухой стон, и я сама прильнула к нему, раскрываясь, подчиняясь его требовательным губам.

Когда Даррен разорвал поцелуй, я уже пылала желанием, мне не нужно было никакого мороженого. Я хотела его. И Эрдана. Их поцелуи на всём теле. Самой касаться их — моих, мощных, красивых, совершенных.

— Да, я хочу домой, — выдохнула я, любуясь Дарреном, его выражением едва сдерживаемой страсти. — Потом погуляем.

Эрдан сделал знак Ральсену, распорядился о доставке, поразив меня перечнем вкусов — ого, это столько всего разного, оказывается, можно перепробовать!

Когда мы сели в закрытый экпипаж, Эрдан решительно схватил меня на руки и усадил на свои колени. Стянул рукав с плеча и накрыл жадными умелыми губами мою шею. Его руки в этот момент ласкали мою грудь, поигрывая с напряжёнными сосками сквозь ткань платья.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Жаль, что путь до моего дома такой короткий, — выдохнул он, — я бы овладел тобою прямо здесь. Усадить тебя верхом на себя. Чувствовать, какая ты узкая. Смотреть, как ты сдерживаешь стоны удовольствия и смущаешься.

Я покраснела до корней волос.

— Эрдан! Что ты такое говоришь! — я заёрзала, пытаясь уклониться от его губ, — в карете? Но это же…Ни за что!

— Это был бы интересный эксперимент, Ния, — сказал Даррен, заставляя меня вспыхнуть сильнее от богатых порочных интонаций в его голосе, — я даже взял бы несколько артефактов для этого. Обязательно потребуется поглотитель звука, чтобы ты не сильно смущалась, и сфера запаха, чтобы тебя чувствовали только мы. И ещё потребуются компенсаторы движения, чтобы экипаж не раскачивался.

— Прекратите! — вконец засмущавшись, потребовала я. — Это… это…

— Это прекрасная идея, моя чувственная прелестная Лани, — провокационно мурлыкнул Эрдан, натягивая рукав платья обратно. — Но потом. Когда ты немного привыкнешь. И сама захочешь экспериментов. Я уже предвкушаю этот момент…

Он глубоко вдохнул запах моих волос и довольно сказал:

— Мы будем развращать тебя постепенно, наша скромница. О, мы приехали!

Я бросила на него яростный возмущенный взгляд, отчего Эрдан рассмеялся, заявил, что моей добродетели снаружи супружеской спальни пока ничего не угрожает, и поставил на ноги.

Из экипажа я выходила пунцовая с головы до ног, думая о том, как красноречиво прозвучало его слово «пока». Пока не угрожает? А когда начнёт угрожать?