Глава 58

Остаток дня проходит на удивление спокойно. Насколько это, конечно, возможно в нашей семье…

Дед, естественно, продолжает троллить Артура. Но тот вполне успешно отбивается от его ремарок. А дети, хоть и успели дважды “случайно” искупаться в озере, больше не выглядят беспризорниками. Впрочем, я все-таки склонна верить Траберу и вполне допускаю, что те фото дедушка сделал специально. Понятия не имею зачем. Он же мог просто попросить меня приехать, но… видимо, сказывается скучная жизнь на пенсии и пагубное влияние отечественных сериалов.

А еще, как бы мне ни хотелось быть с собой честной, я до конца не уверена, что правда бы сработала. Перспектива провести ночь в одном доме с Артуром меня до чертиков пугала. То ли я подсознательно чувствовала к чему это может привести, то ли просто понимала, что это плохая идея… но если бы дед не заставил меня думать, что дети находятся в опасности, я бы вполне могла проигнорировать его приглашение.

Сейчас же… изменилось абсолютно все. Артур обнимает меня за обедом, постоянно касается и один раз даже украдкой целует в нос. Правда, от наших детей это, конечно, не ускользает и в то время как Арс брезгливо морщится, в глазах у Рори, кажется, светятся настоящие мультяшные сердечки.

— Иди к нам, — зову ее и протягиваю руки.

Она с готовностью обнимает меня одной рукой, а вторая нерешительно замирает у бедра Артура. Секунда, две… он тепло смотрит на нее с улыбкой, а уже в следующее мгновение меня едва не отбрасывает в сторону от мощнейшего энергетического взрыва.

Потому что моя малышка делает это. Она обнимает его. Робко. Нерешительно. И совсем слабо, едва касаясь. Но судя по выражению лица Трабера, он притронулся к священному Граалю.

Уверена, в мыслях Артур готов вечность стоять вот так не шевелясь. Но в реальности заставить пятилетку застыть на месте просто невозможно. Поэтому уже через несколько секунд Аврора убегает к столу, а я размышляю о том, где бы раздобыть нашатырь. Потому что выглядит Трабер так, будто без помощи извне не способен функционировать.

— Ты привыкнешь, — шепчу ему с улыбкой. — Не сразу, но привыкнешь. И дети тоже. Вам всем нужно время.

— Это и самое странное, — пожимает он плечами, не отрывая взгляд от наших сорванцов. — Я будто бы уже привык. По крайней мере, мне кажется, что вы… что моя семья всегда была рядом. Но в то же время, я никак не могу свыкнуться с мыслью, что пропустил столько лет. И все это…, — он обводит руками пространство вокруг нас, — кажется таким давно знакомым и новым одновременно. Понимаю, что звучит невероятно глупо, но знаешь что, Стрельцова? Мне кажется, я вас намечтал! Всех троих! Дедули, честно признаться, в моих мечтах не было. Просто потому что моей убогой фантазии бы не хватило на эту неординарную личность. Но вы… вы будто прямиком из моих снов сошли, Надя. И больше всего на свете я боюсь, что просто проснусь, а вас рядом нет.

Я крепко сжимаю его ладонь и пытаюсь сдержать слезы. Понимаю его. Как я его понимаю. Все эти чувства касаются каких-то невидимых граней внутри меня и смешиваются с моими собственными. Кипят, дымятся, сливаются в какой-то адский коктейль из боли и радости, грусти и счастья, обиды и любви. И несмотря на то, что эта смесь так и грозит вылиться через верх, я не пытаюсь потушить ее. Впитываю каждую каплю. Учусь жить со всеми этими чувствами.

Ловлю его взгляд и посылаю ему самую ободряющую улыбку, на которую только способна. Но вместо ответного тепла, его лицо искажается гримасой боли и Трабер подскакивает на месте с каким-то странным криком.

— А это, Артурчик, чтобы доказать, что ты не спишь, — ехидно заявляет дед.

Трабер шокировано поднимает руку и я вижу небольшое красное пятно на его коже.

— Ты его ущипнул? — выдыхаю оторопело.

— Ну так исключительно по доброте душевной, — ничуть не смущаясь отвечает он. — Чтобы развеять все сомнения, так сказать. Не зря ж когда, человек не верит в происходящее, просит его ущипнуть. Можешь считать, что я сработал на опережение. Но зато ты теперь точно знаешь, что не спишь, верно ведь?

— Верно, — смеется Артур и качает головой, будто снова не может поверить в происходящее.

И еще до того, как дед снова успевает каким-нибудь садистким способом вернуть его к реальности, я громко заявляю:

— Думаю, пора собираться. Кому-то завтра на работу, а кому-то в сад.

— А кому-то огурцы окучивать, да три тонны рыбы чистить, — присоединяется дед. — В общем, делов невпроворот! Не то что у этих ваших больших начальников…

— Которые сидят в небоскребах, словно чайки, — с улыбкой продолжает за него Артур.

— Именно, — поддакивает дедушка с хитрой улыбкой и тут же гаркает: — Дети, собирайтесь!

Вижу по их лицам, что готовятся хором возражать и по примеру деда решаю сработать на опережение. А именно — напоминаю им, что дома ждет котенок Макарошка. К счастью, это действует с первого раза и уже через каких-то двадцать минут мы сидим в машине Артура и ждем пока дед надежно упакует все три ведра с рыбой в багажнике.

Его мы завозим первого и когда спустя сорок минут Трабер паркуется у моего подъезда с явным намерением выйти вместе с нами, я его останавливаю:

— Не стоит, Артур. Не сегодня. Слишком много событий, у детей может случиться эмоциональный перегруз.

Про себя я решаю не добавлять, но на самом деле, за свое психическое состояние я переживаю не меньше. Так много всего произошло за эти сутки, что мне определенно нужно время все хорошенько обдумать. А делать это лучше в тишине и одиночестве.

И если Артур с моими аргументами соглашается, то его жена, к сожалению против… Потому что стоит нам подняться на наш третий этаж, я вижу ее перекошенное злобой лицо и едва не падаю со ступенек от летящих в меня слов:

— Наконец-то. Не думаешь, что нам пора поговорить… Стрельцова?