Глава 16

Вера Белые стены палаты за две недели не стали родными, а приелись окончательно. Персонал больницы нашего городка – в основном мамины бывшие коллеги и коллеги моей теперь уже бывшей свекрови. Когда-то моя мама и моя свекровь работали здесь, и даже дружили. И были рады, что сын и дочка полюбили друг друга. Не думая, что все в итоге так обернется. Я свернулась калачиком на больничной койке, подтянула ноги ближе к груди, вспоминая о нас с Тимофеем. Но мужу не находилось места в моей голове. С ужасом отмечаю, что за две недели пребывания в больнице я думаю только о Шагаеве. Только о нем. Марат звонил мне… даже не знаю, сколько пропущенных от него я получила в первую же ночь после нашего «расставания». Я не отпустила, и он, по всему, тоже отпускать так просто не хотел. Но наши дороги параллельные. Я обещала Эмину, что исчезну, а он тоже выполнил свое обещание. На следующий день после того, как меня госпитализировали, домой приехал человек от Эмина и привез все мои документы. Трудовая книжка, приказ об увольнении по собственному и мой расчет. Чистый оклад и весьма солидная премия. Отец Марата неплохо заплатил за временные трудности, которые мне доставил. Ни одной подписи моего босса на кадровых документах я так и не увидела. Только подпись исполняющего обязанности генерального директора Шагаева Э.А.. Моя подруга Нина была второй, кто позвонил мне утром. Я только приходила в себя. После переезда было больно и тяжело, а плохое состояние и мучающий кашель донимал. – Вера, ты где? Что с тобой случилось? Мне сказали, что ты уволилась! – быстро и сумбурно говорит Нина в трубку. – Нин, я вернулась к мужу. Не хочу, чтобы моя работа мешала личной жизни, – вру подруге, чтобы она не передала ни слова Марату. – Вер, да ты чего?! Твой муж-членоносец выкладывает фото со своей беременной бабой! У нее живот на нос скоро поползет, к кому ты собралась возвращаться, перестань ты! Нина почти кричит на меня, стараясь отрезвить. Не могу ей сказать правду, как бы сильно боль не точила изнутри. – Марат здесь, приехал и пока остается в офисе, вместе с Эмином. Он меня уже допросил! И кадровичку уволил, которая тебе документы подписала задним числом! Я сжимаюсь от страха. Зачем я ему сдалась? Зачем он меня ищет? Не будет нам счастья! Неужели он не знает, на что способен его отец ради денег и выгодного брака сына? – Нин, скажи ему, что меня нет. Я уехала, дома не живу. – Вера, я не знаю, что там между вами было, но он сам не свой. Ты бы его видела! На нем лица нет. Куда ты сбежала и почему? – Я беременна от Тимофея, – выдаю первый вариант, который идет в голову. Чужой ребенок остановит Марата. Шагаев молод, и чужого наследника никогда не примет в их семью. – Что? – немеет Нина. – Да, только в больнице узнала, – шепчу одними губами, понимая, что обратного пути больше не будет. Сейчас я скажу то, что остудит его пыл навсегда… – Я ему такое говорить не буду. А ты… Вер, ты что, собралась рожать от Селезнева? Ты дура что ли? – У меня другого шанса не будет. Возраст, проблемы с возможностью забеременеть, – сочиняю на ходу, а самой мерзко делается от этого вранья. С Ниной мы расстаемся на том, что я буду звонить ей периодами, а мой секрет она никому не расскажет. Хотя ей я сказала именно потому, чтобы моя коллега передала все Шагаеву из уст в уста. Переворачиваюсь на бок, гляжу в серое окно, за которым опять идет бесконечный дождь. Это было почти две недели назад. И больше Марат мне не звонил… Из коматозного, бесцветного состояния меня вырывает целый консилиум медработников, которые входят в палату. – Ну, все, Вера Александровна. Как бы не было печально, но вам пора домой, – улыбается мой лечащий врач. – Спасибо вам, Сергей Иванович, – ответно говорю, приподнимаясь на постели. – Документы готовы, вам нужно будет прийти в поликлинику по месту жительства, – мягко говорит Сергей. Высокий, светловолосый мужчина в белом халате присаживается около меня. Мы познакомились здесь же. Интерес у лечащего врача ко мне я заметила почти сразу, но до сих пор не могу принять внимание другого мужчины. Позади него стоит медсестра и санитарка. Они забирают что-то у других больных в моей палате, суетятся и вскоре так же строем выходят в коридор. Сергей сидит около меня, будто ожидая, что его свита нас покинет. Теперь он говорит нежно, без ненужного официоза, и мы с ним уже неделю на «ты». – Вера, я хотел бы пригласить тебя на свидание, когда ты окончательно выздоровеешь. Я поежилась, когда длинные пальцы смело и внезапно касаются моей руки. Вроде бы случайно, но нет. Он давно оказывает мне знаки внимания. Мои соседки по палате заняты обсуждением какого-то очередного мыльного сериала, и не видят наш короткий, тактильный обмен искрами. – Я замужем, Сереж. И не хочу портить тебе настроение своим унылым видом, – пытаюсь отказаться от предложения. – У тебя прекрасный вид. Ты очень красивая девушка, Вера. И где же твой муж, позволь спросить? – наклоняет голову мужчина. – За две недели любящий супруг пришел бы сюда, Вера. – Мы разводимся, – тяжело выдыхаю. – Ты не хочешь сразу же погружаться в новые отношения? – понимающим взглядом он смотрит на меня. – Я просто пока не готова, – мягко убираю лапку, но мужская ладонь настигает меня. – Я подожду, – спокойно и уверенно. – У меня есть твой номер, знаю, где живет твоя мама. Ты же сейчас у нее будешь жить? – Да, – говорю, понимая, что он все спланировал. – Я приеду к тебе на днях. Просто погуляем по городу. У тебя пневмония в стадии разрешения. Нужно больше гулять. Так и развод пережить легче. Я уже разводился и прекрасно тебя понимаю, – улыбается он, не ожидая, что откажу. Из больницы меня встречает моя мама. Отец все еще в гневе, злится и переживает, что дочку выгнал из дома муж, и она прилетела в родные пенаты. – Как ты, Вера? – спрашивает мама, усаживая меня в такси. – Все хорошо, только немного кашлять хочется. Врач говорит, кашель будет еще долго, но в целом я почти здорова. Мама смотрит, как на крыльце появляется Сергей Иванович и поджимает губы. Понимает, что он вышел меня провожать. – Твой доктор настоящий красавчик, – говорит мама задумчиво. – Ты заметила, как он на тебя смотрит? – Мам, я переживаю измену мужа, тяжелый развод, с работы уволилась… Мне сейчас не до новых романов. Это неважно сейчас, мам, – говорю ей. Вроде бы все хорошо, но тон мамы выдает режущий мой слух непривычный металл. Не пойму, почему она вдруг так резко со мной разговаривает? – Конечно, не важно! Столько кобелей возле себя собрала! Ты ничего не хочешь мне рассказать? – Я не понимаю, мам, – говорю, и нервозный кашель подступает к горлу, стягивая связки. – Что тебе не понятно? Этот мужчина, Марат, приезжал к нам домой, пока ты в больнице была! Твой Шагаев все отцу рассказал! Мы ждали тебя для разговора, не хотели ругаться, пока ты в больнице лежишь. Но я вижу, ты и здесь себе нашла ухажера! А с ребенком твоим кто сидеть будет? – строго выдает мама. Понимаю, что Марата новость о моем увольнении и беременности не остановила, а наоборот, сильнее подначила. Он хотел меня вернуть. От этого еще больнее щемит в груди. Проклятый Эмин, ненавижу его лютой ненавистью! Мама сверлит меня боковым, прожигающим взглядом. Машина такси виляет по выбоинам на дороге, едет медленно, давая нам поговорить обо всем, пока не слышит отец. Мама боится отца больше всего. И я представляю, что сейчас будет, когда он увидит меня. – Какой ребенок, мама? Что ты говоришь? – хриплю ей в ответ, выдержав паузу. – Вера, такой ребенок! Позор на мои седины! Ты крутила роман с начальником, пока была замужем! Потом его бросила! А еще он сказал, что ты беременна от Тимофея! Вера, как все понимать? – Я не беременна, мам. Я все это придумала, чтобы он забыл обо мне, – устало выдыхаю. Нина, Нина… Все ему рассказала, как я и думала. Но я не ожидала, что мой босс пойдет дальше и явится ко мне домой, чтобы выяснить соврала я или нет. – Отец его прогнал! Но папа за тебя переживает, и пошел разбираться к твоей свекрови, а она не в курсе! Как это понимать, Вера?! – говорит она про мать моего мужа Тимофея. – Ты без работы, вся больная, беременная, да еще и разводиться собралась! Мы с отцом просто не потянем вас с ребенком! – Я не беременна! Как ты не поймешь! – со слезами в голосе. – Так, ты на мать не кричи! Это не я тебя к начальнику в койку отправляла! Нужно думать было, ты взрослая женщина, Вера! – Вот именно, я взрослая женщина и вполне отвечаю за свои слова! Если я так сказала Марату, значит, причины были веские! – выговариваю маме, сводя руки на груди, и отворачиваюсь к окну. Мама достает из сумки и демонстрирует мне край голубой коробочки с тестом на беременность, который сразу в неделях срок покажет. – Сделаешь дома, чтобы я спокойна была! – еще строже, с нажимом говорит. – Иначе, Вера, я тебя обратно к мужу отправлю. Он кстати приедет завтра, поговорить насчет твоей беременности! Я подкатываю глаза. Говорю сквозь зубы, что мама зря устроила весь этот цирк. Я не знала, какая волна ужасного бреда поднимется из-за простого вранья о моем интересном положении. – С мужем встретишься! Если он отец и не хочет жить с тобой – то будет алименты платить! Нам на шею вешать содержание внуков мы не позволим! И не спорь, нужно отвечать за то, что вы делаете! – выговаривает мама, когда мы входим в дом. Папы еще нет, и она меня отправляет в ванную, чтобы тест сделала, пока он на работе. Если бы я знала, что все так выйдет, то никогда бы домой не приехала. Но выбор за меня сделал Эмин. Сломал мою жизнь в одночасье, и теперь щепки все еще летят мне в спину. – Иди, чего ты ждешь? Ты же не беременна! – отмахивается от меня мама.