Глава 27

Вера Марат уходит, а я все еще ощущаю запах его парфюма в кабинете, терпкий мускус уносит далеко, в то короткое счастье. Сердце пропускает удар, предательски ноет, не желая расставаться с Шагаевым. А под его пальцами кожа моментально загорелась, будто почувствовала то, что было между нами. Внутренне приказала себе собраться и отпустить. Я мать его детей, но не жена. И не любовница. И не может повториться то, что было почти семь лет назад. Обида разбирает на части. У Марата были женщины, разные. Наверняка, их было много за эти годы. А я застыла в ожидании и страхе, что кто-то ударит еще больнее. После измены Тимофея, я думала, что нашла лекарство в нем. Но Шагаев невольно сделал еще хуже. Я никого к себе не подпускала с тех пор. Растила детей, занималась карьерой и даже не думала, что этот порочный ураган накроет меня снова. Только Сергею смогла довериться, и то, все сошло между нами на нет. Захотела ли я поцелуя? Да, и еще раз да. Не могу врать сама себе. Я хотела. Только мы остались наедине, и он сомкнул руки на моих плечах, подпустил в омут синих глаз. Там я увидела прошлое, нашу безумную, головокружительную страсть. Смогла бы остановиться, если бы он проник в мои губы и стал ласкать? Нет. Поэтому, наша близость с Маратом для меня теперь под запретом. Не хочу ему давать надежду и не хочу снова раскаиваться, что обожглась. – Мамочка! А откуда ты знаешь Марата? – чуть сузив красивые глазки, спрашивает Маруся. – Он, что, твой жених? – вскидывает брови Ариша и задорно смеется. – Так, а вы почему сбежали из садика? – вставляю руки в бока и строго смотрю на них. – Мама! Мы уже говорили! Прости нас! Новая воспитательница злая и строгая! Мы не хотим ходить в новый садик! Говорят наперебой, что Татьяна поругала их, напугала тем, что оставит без прогулки, а я не понимаю, чем мои девочки вызвали такую волну негатива у воспитателя. Я не знаю всех подробностей, но то, что девочки сбежали, добавляет мне хлопот. – Что же с вами делать завтра? Без садика мы никак не справимся! А на няню у мамы пока нет денег, – спрашиваю и отвечаю сама себе, присаживаясь около них. Смотрю в бездонные, синие глаза девочек. Знал бы папочка, как живут в съемной квартире его дочки, наверное, убил бы меня за такие страдания и лишения для наследниц империи Шагаевых. Но… – Оставь нас на работе, – хмурит брови Маруся. – Только к бабушке не отвози, мамочка, – добавляет, как обычно сестра. – Не отвезу. Бабушка нам не будет рада. Тем более, Макс уже сто процентов рассказал ей, что случилось в ресторане… Эх, девочки, пойдемте обедать. Усаживаю детей на летней террасе и краем глаза смотрю на потертую, старую скатерть на столике. Шагаев прав. Версаль доживает последние дни и решит все приезд нашего хозяина. Зная, как обстоят дела с посетителями и долгами, думаю, что ресторан он с большей вероятностью захочет закрыть… Пока мы сидим с девочками на террасе в ожидании, пока повар выполнит заказ, появляются первые, редкие посетители. – Мама, а Марат сегодня приедет? – спрашивает Арина, болтая ногами на стуле, как на лавочке. – Нет, не знаю, – выдавливаю и вижу, как по лестнице поднимается очередной гость. – Ты не хочешь о нем говорить? – спрашивает дочка. И сердце снова скачет под ребрами. Как объяснить им? Как скрыть от Шагаева, что боюсь встречи с ним больше всего на свете? – Ты его любишь? – еще сильнее меня пугая, говорит Маруся. Понимаю, что череда предположений и догадок должна быть срочно остановлена! – Девочки, я когда-то работала у Марата Эминовича. А потом он уехал, а я вернулась сюда, в Успенск. Поэтому я его знаю, – отвечаю им, чтобы вопросов больше не возникло. – Он спрашивал про нашего папу, – произносит Маруся, добивая меня. Черт… Шагаев просто нутром ощущает, что мои девочки – его родные дочки. Боже, только бы он просто забыл о нас, нашел очередную дочку богатого папаши и заключил выгодный брак. А про нас забыл! И я про него забыла… К середине дня посетителей в ресторане стало заметно больше. Девочки сидят в моем кабинете, чтобы не мешаться под ногами. Рисуют, разложив цветные карандаши на столике, а я уже успела поругаться и все высказать их воспитательнице. – Надо же! Она еще и меня обвинила в том, что я таких несносных девчонок привела в элитный детский сад! – жалуюсь нашей хостес, которая тоже одинокая мамочка. – Вера, “Березка” – это просто клоака, прости за сравнение! Мой племянник ходил в этот садик. Тихий ужас! А поборы такие… Я просто молчу! За спиной Тани показывается знакомая фигура, мужской силуэт в белом поло так резонирует в памяти с белым халатом. Я невольно замираю, настолько неожиданно его появление здесь. Мы не виделись с Сергеем уже давно. Я знала, что он приедет, но как-то не ожидала его увидеть в Версале. Обычно Сережа приезжал ко мне домой, просто сидел, разговаривал, играл с девочками. Но только дело доходило до момента, когда Ариша и Маруся отправлялись спать и мы должны были остаться наедине, я придумывала тысячу причин, чтобы отказать Сереже в поцелуях и ласках. Он злился, уходил, не понимая, почему я не хочу быть с ним. Правда, один раз мы не удержались. Одну ночь мы провели вместе. Было это когда малышкам было года два. Тогда Сережа приехал из штатов в отпуск. Он пришел ко мне, звал с собой, но я не согласилась. Между нами возникло притяжение как-то само по себе. Я сдалась. Но мы так с ним и не перешли эту грань. Мы – просто друзья, но Сергей до сих пор хочет большего, все время напоминая, что я была с ним. Что он любит меня, но любит ли моих детей и готов ли стать отцом для двойняшек? Его появление отвлекает от Тани. Я немного смущаюсь, краснею машинально, когда мужчина проходится по мне взглядом. – Привет, Вера, – говорит и подходит ближе. – Привет, Сереж. Не думала, что ты уже приехал, – отвечаю ему и поправляю прядь волос, убирая ее от лица нервным, дрожащим жестом. Таня, как по команде, покидает нас под каким-то рабочим предлогом. В зале полно гостей, будто специально все собрались именно в этот момент. – Я приехал вчера, ночью. Не стал тебе звонить и беспокоить. Я хотел провести время с тобой, с девчонками, Вера, – улыбается мягко и берет меня за руку. Обилие прикосновений мужских рук в один день сносит голову моментально. Я легко одергиваю ладонь, стараюсь вести себя спокойно. – Как ты? Где девчонки? Я так соскучился по ним и по тебе, – говорит на выдохе. – Сереж, девочки со мной, в моем кабинете. Я уже собиралась уезжать домой, но еще утром потеряла ключи от машины и нигде не могу их найти, – вдруг выдаю сконфуженно. – Так давай я отвезу вас домой? Заодно посидим, поболтаем. Не хочу звать тебя в ресторан, думаю, что и здесь тебе этой романтики хватает, – улыбается Сергей. И тут ко мне прибегают мои принцессы. С Сережей у них хорошие отношения, но держатся они на расстоянии. А вот с Маратом взаимопонимание моментально, без лишних слов они приняли его, будто родственные связи помогают. – Привет, принцессы! – говорит Сергей, обнимая их. Девочки встречают его тепло, но все же не так. В их сердце, как и в моем, поселился Шагаев. – А ты к нам в гости? – говорит Арина, глядя на него снизу вверх. – Не просто в гости. Я приехал сюда насовсем. Буду теперь возглавлять целое отделение в больнице, – выдает Сергей. – Ого! – морщат носы девчонки. Докторов они не очень любят и бояться. – Собирайтесь, поедем домой, раз мамины ключи от машины потерялись, – говорит Сергей. Я иду с девочками в кабинет, забираю сумку и вместе с Сережей мы входим из Версаля, оставляя трудный рабочий день позади. Усаживаюсь в машину, а мои двойняшки устраиваются на пассажирском сиденье. – Пристегнись, Вера, – говорит Сергей, и легко сжимает ремень в руках, проводит по ленте, едва касается груди. Наши взгляды встречаются снова. – Вер, я не соврал. Я остаюсь здесь. И больше никуда не уеду, – говорит он, исподлобья рассматривая мое лицо, изучая реакцию. В горле перехватывает дыхание, и слова будто замирают. Я хотела этого, но прошло уже много лет. А с появлением Марата все перемешалось в голове. – Сережа, поедем домой. И ты расскажешь нам о своей новой должности и том, как так получилось, что ты решил вернуться, – улыбаюсь ему, отводя взгляд и срочно меняя тему разговора. Сергей улыбается, понимая, что я увиливаю снова от беседы. Но по его уверенному тону и виду я заключаю, что серьезного разговора нам не избежать....