Глава 42

Марат После ночного марафона тело ломит от приятной усталости. Я хотел ее так, что думал, возьму силой, не сдержусь. Бог мой… Вера просто обалденная. Стала только лучше, и теперь понимаю, чего мне не хватало все эти годы. Секс с другими женщинами был пресным потому, что они – не Вера. Мне не хватало Вериных чистых глаз цвета морской волны, полных губ, мягкой, бархатной кожи и ее запаха. Обнимаю ее, держу в своих руках на рассвете, когда Вера очевидно хочет сбежать. Ее смятение я вижу. Говорю ей много слов, раскрываюсь максимально так, как ни перед кем не открывался раньше. Между нами больше нет тайн. Надеюсь, Вера доверится мне и будет со мной не по принуждению, а по любви. Когда Вера уходит к девочкам, я уже почти готов на выход. Не хочу сегодня медлить и думаю разделаться со стройкой, как можно скорее. Очень хочу отвезти моих дочек к маме. Я не видел ее сто лет, после того, как родители развелись и отец забрал меня с собой, а Дамира оставил в нашем старом доме. О брате я тоже думаю. Он вышел из тюрьмы, на свободе уже несколько дней. И кто знает, что сейчас будет двигать Дамиром, какой путь он выберет для себя… Телефон сбоку от моей подушки вибрирует от звонка. И этот звонок я не ожидал в принципе. – Привет, господин начальник, – с улыбкой говорит в трубку Макар Леонидович. – Когда будете у нас? – Привет, Макар Леонидович. Планировал быть у вас, как только мой помощник Карим привезет документы, можем завершать процесс. – Эмм… Нужно повременить с подписанием. Есть несколько неувязок по суммам. Разговор не телефонный, поэтому жду вас в офисе. Резко меняю тон, так как то, что сейчас несет Макар, просто выводит из себя. – В чем дело? Эмин Алимович с вами договорился! Я дал еще сверху. И все были довольны, – делаю акцент на последнюю фразу, так как ублюдок Морозов получил выше крыше за свои скромные посреднические услуги. – Не хотят люди вам землю отдавать. Дык, давайте я сам позвоню Эмину? – Он с вами разговаривать даже не станет, Макар. Мне все ясно. Решили нагреться на стройке, запрыгнуть в последний вагон? Макар затихает на том конце трубки, а я надеваю галстук и осматриваю себя в зеркале. Мой отец не должен знать о том, что на стройке проблемы. Во-первых, из-за Веры и детей, во-вторых – видеть отца и даже говорить с ним не хочу. Думаю, что проще с Макаром договориться. – Я буду у вас через полчаса. И сразу скажу, что просто так завозить деньги чемоданами я не стану. Не рассчитывайте. – Я не грабитель, Боже избавь! – смеется Морозов. – Я привык все решать по закону. У вас ведь есть семья, детишки. Что же вы так распыляетесь обвинениями на моей территории в мой адрес, Марат Эминович? – Я выезжаю, – говорю ему, реагируя на угрозы, и отключаюсь. После короткого разговора с Верой, мое волнение передается и ей. Я сумел ее напугать не на шутку, когда сказал, что нам нужно уехать из проклятого Успенска как можно скорее. И что поездка к маме откладывается на неопределенное время… Пока еду в машине, вспоминаю мордашки моих дочерей. Им здесь не место. Съемный дом хорош, но в моем особняке им будет гораздо лучше и комфортнее. Да и мне все надоело так, что видеть не могу этот гребаный городок с убогими зданиями и вечным затором на переезде. – Оставишь меня у Морозова, Миша, а сам отвези Веру на работу, – говорю Михаилу, который усердно крутит баранку по пробкам. – Вы изменились с их появлением. Добрым стали, Марат Эминович, – улыбается мой водитель. – Да, все изменилось. И я не хочу, чтобы местные ублюдки сворачивали мне кровь. Впервые хочу тихой, семейной жизни. – Ваш отец вас отпустит? – спрашивает Миша, и попадает прямо в точку. Отец привык во всем рассчитывать на меня и сейчас, когда наши пути разойдутся, даже не знаю какой будет его мина. **** У депутата Морозова в приемной, как в сауне: жарко, тянет спиртным и сидит какая-то полуголая телка. – Макар Леонидович у себя? – рявкаю вместо “здрасьте” его секретарше. Оказывается, у Макара целый гарем. Когда секретарша в мини исчезает в кабинете, ко мне из коридора выплывает старая знакомая и снова тычет мне свою руку для приветствия. – Добрый день, Марат Эминович! Я Маргарита Наумова! Помощница депутата Макара Морозова, – представляется, хотя я прекрасно ее помню. – Маргарита, я как раз хотел с вами поговорить. Сколько вы хотели получить за брендовые вещи с директора ресторана Версаль? Марго хлопает коровьими ресницами и пялится на меня. – О, как быстро она вам нажаловалась! Из-за ее мелких паразиток я порвала очень дорогой костюм и его пришлось выбросить! – брезгливо морщится Маргарита. – Она или управляет забегаловкой или следит за своими выродками! Хватаю ее за лицо и крепко сжимаю щечки-яблочки так, что губы у Марго вытягиваются бантиком. – Это мои дети и моя жена. Если захочешь получить легкие бабки, то лучше делай это проверенным способом – жопой или ртом, – шиплю ей в лицо. – Еще раз увижу в Версале, отдам тебя своим строителям. Они тебе покажут небо в алмазах. Рита содрогается от ужаса. Еле шевелит губами и извиняется. Говорит, что не знала, не хотела обидеть Веру и быстро сбегает. – Проходите, Макар Леонидович вас ждет, – говорит вторая нимфа и, виляя задом, провожает меня в приемную. Макар такая же мразь, как и часом ранее, по телефону. Говорит херню, требует денег и спекулирует тем, что Хаял станет таким долгостроем, что мой отец запарится качать его деньгами и вкладываться в этот проект. – Еще один момент. У вас появился конкурент. Повысьте ставки, тогда участок перейдет к вам на законных основаниях. А так – будет у вас не Хаял, а половина Хаяла, – хлопая толстыми пальцами-сосисками по столу, ржет Макар в самом конце. – А ты не охренел ли, Макар Леонидович? Такую сумму тебе никто не даст, – говорю ему, выслушав требования. – Почему же? Лейла Имрановна готова купить этот участок чуть дороже, чем вы. И ей я его продам, точнее помогу приобрести. Люблю красивых женщин, знаете ли. Сука, вот это поворот. Однако, я не ожидал, что серая мышка прокатит меня с такой легкостью. Она и Макару дала? – Что у вас с ней? Моя бывшая жена уже под мелких депутатов ложится? – с улыбкой говорю ему, ведь на самом деле я прав. Свиные уши Макара наливаются пунцовой краской, а харя сейчас просто треснет от злости. Лейле я даже звонить не собираюсь! После того, как мы с ней разошлись, вообще не думал, что она появится в моей жизни когда-либо. Молча смотрю на него, не думаю, что даже отец согласится отдать ту сумму, что просит Макар. И так расходов выше крыши, Эмин откровенно зря полез в этот проект. – Тогда ничем не могу вам помочь. Или деньги, или ваш грандиозный проект будет выполнен лишь наполовину, – хмыкает боров-Морозов, пожимая плечами. Я ухожу от Макара с условием, что мы увидимся с ним завтра. Но вряд ли у меня для него найдется положительный ответ. Хмыкаю себе под нос, еще раз вспоминая, кто мне подосрал сделку. Лейла куда вообще лезет? Или это ее папочка мстит мне за то, что бросил его дочь и не стал жить со шлюхой, поведясь на его деньги? Отец словно читает мои мысли, знает все о проблемах с Хаялем даже на расстоянии. Уже через полчаса, пока торчу в пробке, получаю звонок от Эмина. – Марат, как дела? – кратко говорит, без приветствия и лишних слов. – Ты договорился с идиотом. Этот депутат не дает никаких гарантий! Он шантажирует меня, просит еще денег, – хмыкаю в ответ, потирая болящую переносицу. – Мне нужна эта стройка. Любой ценой я хочу, чтобы Хаял был достроен в соответствии с проектом. Мне безразлично, что ты предпримешь, чтобы получить место с домами людишек. Вспыхиваю, бросаю взгляд на водителя. – Отец, ты не заигрался? Эти люди жили здесь сто лет, у них там семьи, дома… А ты в одну минуту решил, что тебе нужен именно этот гребаный кусок земли! – В чем проблема? – говорит Эмин. – Эту землю хочет купить Лейла. За взятку Макар готов нам помочь ее оформить. Отец шумно ругается в трубку, обвиняет меня в том, что поторопился с разводом. – Договорись с ней. Что тебе стоит? Я получу землю, и ты спокойно уедешь из Успенска. – Отец, я с ней даже здороваться не стану! И вообще… Я хочу выйти из проекта. У меня есть своя доля в фирме, есть свой интерес в строительстве бюджетных коттеджей. Я устал от крупных масштабов и твоего темпа, видимо. Эмин, как хитрый лис, сразу все знает и видит насквозь. Он затягивается своей неизменной сигарой, звучно выдыхает дым в трубку. – А может есть какие-то причины о которых я не знаю, сын? Сколько тебе заплатили Юнусовы, чтобы ты слил им мою стройку? Отец совсем выжил из ума из-за своих денег! – Я сегодня же уезжаю в Москву. И мне нафиг не сдался твой Хаял, Успенск и вся эта гребаная гонка за бабками! – гневно и отрывисто цежу в трубку, наплевав на приличия. – Тогда останешься с голым задом, мой мальчик. Я тебе ни копейки не дам. Одумайся, я ведь узнаю все. Скажи сразу, какая причина. Про Веру и детей я не хочу говорить в таком контексте нашей беседы. Не хватало, чтобы обезумевший Эмин посчитал их причиной моего побега из Успенска! Хотя, в чем-то так и есть. Но я давно хотел скинуть это тяжкое бремя. – Мне ничего от тебя не надо. Я ненавижу тебя и твои деньги, завидую Дамиру, что он смог отказаться от этой клоаки и жить спокойно! – Он бандит, преступник без кола и двора! – рычит отец в трубку. – Хорошо, уезжай. Но если ты в сговоре с Имраном, ты пожалеешь, Марат. Отключаюсь и выдыхаю. Пульс гуляет в висках. Стучит так, что слышу свое сердцебиение. Я долгие годы ждал этого момента. Теперь я свободен, отец мне не указ, и я его не боюсь. Пусть держит своих подданных в напряжении, я начинаю свою жизнь с Верой с чистого листа. Сегодня же мы уезжаем домой. Я не хочу ни минуты здесь оставаться! Набираю номер Веры, чтобы сообщить ей радостную новость, но слышу, как она всхлипывает на том конце трубки. – Вера, что случилось? – с тревогой спрашиваю....