Глава 10

Император Велдон

Выслушивать отчёт о прогулках Шайны и Коула оказалось испытанием. И гораздо большим, чем император мог себе представить.

Он прекрасно понимал, что проигрывает этому эльфу во всём, кроме одного — того, что касалось именно симпатий самой Шайны. Но в остальном… молодой, талантливый и не сидящий безвылазно в библиотеке, Коул давал ему сто очков вперёд. Оставалось только дождаться, когда Шайна сама это поймёт.

Наверное, именно поэтому у Велдона было такое дурное настроение всю среду. И когда он ощутил, что Шайна во дворце, оно не слишком-то улучшилось.

Даже Хель смотрела укоризненно. Как будто он специально! Просто всё было одно к одному. И на совещаниях с советниками, и Тайная служба не радовала, да ещё и Шайна…

— Добрый вечер! — она стояла возле портального зеркала. Такая милая, юная, но опять очень уставшая. Тёмно-серые глаза счастливо блестели, но под ними Велдон заметил тени, как будто девушка вновь не выспалась. Его кольнуло досадой: надо запретить ей ходить сюда хотя бы неделю, чтобы отдохнула как следует. Ей явно нужно спать больше четырёх часов в день, в отличие от него.

— Добрый, Шани.

Она подошла ближе, расцветая улыбкой. Какое же у неё удивительно красивое лицо, несмотря на всю его нестандартность — и широкие густые брови (слишком широкие для многих придворных дамочек), и маленькая ямочка на подбородке, и пухлые, совсем ещё девичьи губы… Всё это было естественным — не накрашено, не подчёркнуто магией, и не сжималось жеманно и наигранно в стремлении понравиться императору.

Да она и не знает, что он император. Узнает — не придёт больше.

— Ты такой печальный, — протянула Шайна, погасив улыбку. — Что-то случилось?

— Ничего особенного, — Велдон сделал шаг вперёд, взял девушку за руку и поцеловал дрогнувшие пальцы. — Просто работа, Шани.

Она кивнула, едва заметно покраснев.

— А мне Дрейк сегодня сказал одну интересную вещь. Про метод, с помощью которого ты учил меня строить щиты.

— Да? И что же он сказал?

Император отвёл Шайну в её любимое кресло, усадил и сел напротив. Чуть поморщился: совершенно забыл про чай со всеми своими делами… Но девушка, кажется, даже и не вспомнила про это, с увлечением рассказывая то, что поведал ей Дрейк.

— Оказывается, эта методика называется «силовое поле» и по ней учат только членов императорской семьи.

— Верно, — кивнул Велдон. — И она очень хороша при индивидуальных занятиях, но в группе её лучше не применять. Это он тебе тоже сказал?

— Да. И напугал немного…

— Шани… магия вообще не самая безопасная вещь на свете. Моя мать была артефактором, и очень хорошим, но погибла, совершив ошибку в расчётах. И если ты чего-то боишься, то лучше этим просто не заниматься.

— Да я бы с удовольствием не занималась боевой магией, — девушка хмуро на него посмотрела и поджала губы. — Но Дрейк…

— Дело не в Дрейке, — отрезал Велдон, сам ощущая, что делает это слишком жёстко. Так, как он привык. — Боевая магия есть в расписании первого курса, Шайна, а у тебя по ней огромные пробелы. С подобными пробелами ты даже зимнюю сессию не сдашь. А Дрейк — твой куратор, и я уж молчу про остальное. Он не хочет, чтобы тебя отчислили.

Шайна нахмурилась сильнее.

— Отчислять целителя за боёвку — неправильно.

— Правильно или неправильно — решать не тебе, а твоим преподавателям. И если этот предмет включён в программу, будь добра им заниматься и соответствовать выдвигаемым требованиям.

Вот и… зачем он так? Она явно обиделась. Глаза похолодели и налились слезами, на щеках появились красные пятна.

— Я пойду, — пробормотала, отводя взгляд и резко вскакивая с кресла. Но Велдон не дал ей убежать — встал и взял за руку.

— Стой, Шани.

— Не нужно. Я, кажется, не вовремя… Ты…

Он вздохнул, окончательно и бесповоротно сдаваясь. Сделал шаг вперёд и обнял Шайну, прижимая к себе и поглаживая по волосам. Она не сопротивлялась. Застыла и запрокинула голову, глядя на него глазами, полными слёз.

— Не принимай близко к сердцу, моя хорошая. Я просто устал. А ещё — приревновал.

— К кому? — она удивилась и чуть приоткрыла губы. Велдону сразу захотелось поцеловать их, но он привычно сдержался. — А… к Коулу?

— К нему, — император улыбнулся как можно мягче. — Прости. Я не хотел тебя обидеть.

— Вообще-то ты был прав, — она тоже улыбнулась. — И про расписание, и про требования… Просто так говорил, что я почувствовала себя… дурой. Дурой, которая не ценит ничего из того, что ей дают. Но это не так! Я ценю.

— Я знаю, Шани. Ты ценишь всё, чему тебя учат, и неважно, кто это — Дрейк, я или кто-то другой. Просто ты устала, моя хорошая. Пришла пожаловаться, а я тебя отчитал. Я старый дурак.

— Ты не старый, — Шайна засмеялась. — Не говори глупости, Норд!

— Таков уж мой удел — говорить глупости, — император усмехнулся. — Будем сегодня с тобой смотреть книгу по тёмноэльфийским артефактам?

— Будем, — она энергично кивнула. — Там ещё работы непочатый край…

— Это точно. Значит, я могу тебя отпустить? Не будешь больше убегать?

— Не буду, — ответила Шайна, легко рассмеявшись. — От тебя всё равно не убежишь!

— Почему же? Убежишь. Но только если я сам этого захочу.

— Надеюсь, что не захочешь, — сказала она тихо, опуская голову, и Велдон вдруг растерялся, не зная, что на это сказать.

Конечно, он не захочет. Но его жизнь давно не подчинялась его желаниям.

Шайна Тарс

И вновь мы ничего не нашли. Впрочем, после этой «ссоры» с Нордом я с трудом могла сосредоточиться — взгляд скользил между строк, толком не улавливая смысл фраз, и в конце концов хранителю библиотеки это надоело и он отправил меня обратно в академию. Как он сказал — отсыпаться.

Наверное, я действительно слишком устала, поэтому уснула, лишь только голова коснулась подушки. Да не просто уснула — отрубилась целиком и полностью, утром даже не смогла встать с кровати. И когда Мирра пришла меня будить, я пробурчала, что мне плевать на всё и я буду продолжать спать дальше.

— Так лекция же! — возмущалась рыжая, толкая меня в бок. — По мировой истории!

— Плевать, — повторила я, жмурясь сильнее. — Я хочу спать. Может, на практикум по прикладной магии только схожу…

— Да оставь её, Мир, — смеялась Дин где-то поблизости. — Пусть поспит. Сколько можно ночами шляться неизвестно где без последствий?

— Почему это неизвестно где? — возмутилась я, всё же открывая глаза. — В импера… А-а-а!!! — я завопила, резко отодвигаясь к стене, и даже хорошенько приложилась о неё головой — так, что искры из глаз полетели.

— Ты чего, Шани? — раздался недоуменный голос Мирры именно оттуда, где я только что видела вместо неё какого-то незнакомого парня. Очень миленького, правда, но всё равно — парень с утра в нашей комнате!

Я вновь открыла глаза. Удивлённая рыжая сидела на прежнем месте, возле неё стояла не менее удивлённая Дин.

— Нет, — заключила я твёрдо, откидываясь на подушку и глядя в потолок. — Точно — сегодня я буду спать. Хотя бы до прикладной магии. У меня уже галлюцинации начались!

— Галлюцинации? — переспросила Мирра, и я кивнула.

— Угу. Вместо тебя на моей постели сидел парень. Такой… брюнет с карими глазами. И над верхней губой у него ещё родинка маленькая.

В этот момент я как раз посмотрела на Мирру с Дин, поэтому успела заметить, что они поражённо переглянулись.

— Интересно… — протянула рыжая. — А у тебя такое часто бывает, Шани?

— Нет, — я поморщилась. — Пару раз мерещилось, спросонья как раз. Ерунда какая-то.

— Угу, — сказала Мирра и глубоко задумалась. Дин некоторое время удивлённо меня разглядывала, а потом улыбнулась.

— Ладно, Шани, спи. Отмажем тебя сегодня как-нибудь на мировой истории. Ты и на завтрак не хочешь идти?

— Нет. Я не хочу есть.

— Ладно, — опять покладисто согласилась Дин. — Но мы тебе что-нибудь принесём всё же. Вдруг попозже захочешь?

Я сомневалась в этом, потому что меня вновь уносило в сон. Накрывало, как одеялом, и я уже ничего не слышала… ничего, кроме последнего вопроса Рональдин, произнесённого почти шёпотом:

— Как она смогла тебя увидеть?..

Сначала мне почудилось, что я нахожусь в нашей же комнате. Но потом, приглядевшись, я поняла — нет, это совсем другая комната. Кровати стояли так же, да и в целом мебель — тоже, но вещи были разложены иначе.

Комната была совершенно пустой. Я прошлась по ней туда и обратно, не понимая, что здесь делаю, а потом села за письменный стол.

Любопытные книги на нём лежали. «История артефакторики», «Артефакторика и её применение в быту», «Самые опасные артефакты», «Особенности расовых артефактов», «Тёмноэльфийские амулеты и артефакты: древнейшее». Понятно, на каком факультете учится тот, кто живёт в этой комнате…

Я осторожно открыла первую попавшуюся книжку — те самые «Тёмноэльфийские амулеты и артефакты» — и уставилась на надпись, украшавшую титульный лист.

«С восемнадцатилетием тебя, Риш! Велдон».

Риш. Велдон.

Мама и проклятый император, которого она любила.

Я вгляделась в почерк. Красивый, витиеватый — настоящая картина, а не почерк. Не то что у меня. Особенно выделялась буква В — хвостик сверху, завитушка снизу.

А я ведь даже не знаю, как он выглядит, этот император Велдон. Посмотреть, что ли, портрет…

Отложив книгу в сторону, я подняла голову — и вдруг наткнулась на собственное отражение в настольном зеркале, что стояло неподалёку. Только вот там отражалась не я…

Из зеркала на меня смотрела Триш Лаира. Такая, какой она была, учась в академии, — с бледной кожей и разными глазами.

Нет, я и раньше ощущала, что это всего лишь сон, а теперь уж подавно…

Взяла зеркало в руку, повертела головой, рассматривая мамино лицо. Красивое, даже несмотря на разноцветные глаза, только какое-то слишком печальное.

Неожиданно отражение сказало:

— Шани.

Комната вокруг меня пошла рябью, словно я находилась под водой.

— Шани, — вновь шепнула мама в отражении, — скажи Эмирин… Огненный цветок… Скажи!

Я хотела спросить, что это значит, но онемела.

А мама продолжала:

— Связь должна быть двусторонней… Скажи Эмирин, Шани!

Комната расплывалась всё больше, и я наконец пришла в себя.

— Скажу.

Показалось или её глаза наполнились слезами?

— Доченька… — тихий, грустный шёпот, а потом — полное молчание. И темнота, накрывшая меня с головой и явно пытающаяся лишить воспоминаний об этом сне.

Нет уж. Я никогда не забуду то, что было важно для мамы.

Огненный цветок. Связь должна быть двусторонней. Сказать Эмирин.

Огненный цветок… Связь…

Мне показалось, что спала я минут десять. На самом деле, конечно, гораздо дольше — краем уха я слышала, как вернулись после завтрака Мирра и Дин, а потом они ушли на лекцию по мировой истории. Тишина, блаженная тишина… Но она продолжалась недолго. В дверь начали колотить.

Что ж за жизнь-то такая…

Поначалу я надеялась — тот, кто стоит за дверью, уйдёт, если я не буду открывать. Но он был настойчив… и именно из-за этой настойчивости я поняла, кто именно решил меня навестить.

Встала, поверх ночной рубашки нацепила плащ академии и, хорошенько в него завернувшись, распахнула дверь.

— И чего тебе, Коул?

Эльф так и застыл на пороге — с занесённой для удара рукой. Посмотрел на меня совершенно ошалевшим взглядом, и я ожидала, что он сейчас что-нибудь ляпнет, но Коул молчал.

— Ну? — повторила я. — Чего тебе? Я сплю, не видишь?!

И тут он выдал:

— Ты такая милая…

Я оторопела. Милая? У меня на щеке наверняка след от подушки, волосы нечёсаные, зубы нечищеные. Милая?!

— Ты явно что-то не то съел на завтрак, — заключила я, фыркнув. — Бредишь.

Эльф усмехнулся, нагло отодвинул меня в сторону и прошёл в комнату. Огляделся с любопытством, остановившись посередине, и сказал:

— Сразу видно, что здесь девочки живут. Чистенько так, аж противно.

Я сложила руки на груди.

— Раз противно — иди отсюда. Я держу тебя, что ли?

— Держишь, — кивнул Коул, и я посмотрела на него с удивлением. Точно, бредит! — Вот, возьми.

Он протянул мне спелый ямол, очевидно стащенный во время завтрака.

— Да не хочу я есть. Я спать хочу. А ты пришёл и помешал.

— И что же ты делаешь по ночам? — спросил эльф, опуская руку с фруктом и прищуриваясь. — С чего вдруг такая подозрительная сонливость?

— Ну хватит, — я поморщилась. — Посмотрела бы я на тебя, если бы тебя заставляли усиленно учить целительство. Меня эти щиты в могилу сведут, сделают живым пособием для некромантии.

— Живое пособие для некромантии — это сильно, — усмехнулся Коул, сразу как-то расслабляясь. — А я подумал… Ладно, неважно. Точно не хочешь есть?

— Не хочу, — я помотала головой. Подумала и добавила: — Впрочем, и спать я тоже больше не хочу. А сколько времени?

— Десять утра. Мировая история час как началась.

— Нет, на неё мне не надо. Мне надо… — Я всё больше хмурилась. — Мне надо… Мне точно куда-то надо. Но куда?..

— Это куда же тебе может быть надо, кроме как на лекцию по мировой истории? — съязвил Коул. — У меня один вариант — к ректору, покаяться в грехах тяжких.

И тут в голове будто бы что-то взорвалось.

— К ректору! — Я аж подпрыгнула. — Точно! Коул, спасибо!! Мне надо к Эмирин!!

Я метнулась к двери, но почти сразу вспомнила, что не одета. Точнее, одета, но неподобающе — для визита к ректору ночнушка и плащ совсем не подходят.

— Коул, выйди, а? Мне надо нормально одеться.

— Ну одевайся, — этот нахал пожал плечами. — Чем я-то тебе мешаю?

— Коул!!

— Да ладно. Переодевайся. Я могу отвернуться, если очень хочешь… Но, по правде говоря…

— Коул, выйди!!

Наверное, мы бы долго так препирались, но неожиданно откуда-то сверху раздался голос, очень похожий на голос Эмирин:

— Студент, студентка попросила вас выйти из её комнаты. Даю вам пятнадцать секунд. Если через пятнадцать секунд вы не выйдете, начну эвакуацию.

Мы с Коулом застыли, поражённо глядя друг на друга.

— Кто это? — спросила я шёпотом, и он так же шёпотом ответил:

— Не знаю…

— Десять секунд.

— А ты чего стоишь?! — прошипела я, вытаращивая глаза. — Выходи давай! Десять секунд!

— Пять секунд, — уточнил голос.

— Погоди, — он ухмыльнулся, — мне интересно, как будет проходить эваку…

Коул не договорил. Дверь распахнулась, и его просто снесло в коридор мощным порывом ветра — я даже охнуть толком не успела. Затем дверь вновь закрылась, и голос произнёс:

— Исполнено.

И затих.

Я сглотнула.

— А вы кто?

Пару секунд царило молчание, но потом голос, наверное, решил, что молчать невежливо, и ответил:

— Академия.

Вот это да… Наша академия, оказывается, ещё и разговаривать умеет…

Эмирин Аррано

Эмирин не удивилась, обнаружив возле аудитории, где она вела у пятикурсников лекцию по пространственной магии, Шайну вместе с Коулом. Они дожидались её вместе, но у Шайны был такой вид, будто больше всего на свете она хотела зашвырнуть эльфа в окно, и желательно так, чтобы он никогда не возвращался.

— Добрый день, студенты, — поздоровалась Эмирин, усмехнувшись. Её действительно забавляли странные отношения этой парочки. Хотя, по правде говоря, Коула было немного жаль. — Что вы хотели?

Шайна покосилась на эльфа.

— Мне нужно поговорить с вами, профессор. Наедине.

— Хорошо. Пройдёмте в аудиторию, Тарс. Родос, вы подождите в коридоре.

— Можешь не ждать, — буркнула Шайна, но Коул только упрямо поджал губы. В принципе, с таким уровнем упрямства у него есть шанс…

Эмирин прошла в аудиторию следом за Шайной, закрыла дверь и повернулась к девушке лицом.

— Я слушаю тебя.

— Ну… Мне снятся сны, вы же знаете. И сегодня приснилась… мама.

— Мама?

— Да, — девушка слегка покраснела. — Триш. Снилось, что я — это она. Я заглянула в зеркало, и отражение сказало мне: «Огненный цветок. Передай Эмирин. Связь должна быть двусторонней».

Ректор нахмурилась.

— Огненный цветок, связь должна быть двусторонней… Это всё, Шани?

— Да, — она кивнула. — Больше я ничего не помню. Вы знаете, о чём это?

— Пока нет, — протянула Эмирин. — Но я узнаю. Спасибо тебе большое. Можешь идти.

— М-м-м… — Шайна неуверенно посмотрела на неё, и ректор ободряюще улыбнулась.

— Спрашивай, если тебе интересно что-то ещё.

— Наша академия… она умеет разговаривать? — выпалила девушка с таким откровенным любопытством во взгляде, что Эмирин непроизвольно засмеялась. — Простите, если я сказала что-то не то…

— Всё то. Нет, в том смысле, который ты вкладываешь в слово «разговаривать», — нет, Эсса не умеет.

— Эсса?

— Так её зовут, — усмехнулась ректор. — У академии есть подобие разума, но в полном смысле слова разумной она не является. Она может решать некоторые задачи, которые перед ней ставят. Блокировать опасную магию, защитить одного студента от другого, не позволять подслушивать. У неё есть ряд определённых умений, но за их пределами Эсса не может ни мыслить, ни рассуждать.

— Но всё же голос у неё есть.

— Голос есть. Похож на мой, правда? Долгое время она была безмолвна, но потом мы с твоим отцом смогли подарить ей голос.

— С моим отцом?..

— Да, Шани, — Эмирин улыбнулась. — Спроси у него об этом, волчонок. Он будет рад рассказать тебе.

Несколько секунд Шайна молчала, а потом кивнула и тоже чуть улыбнулась.

— Спасибо, профессор. Я спрошу.

Следующей парой у Эмирин была высшая целительская магия у четвёртого курса, и только после её завершения ректор смогла наконец подумать о том, что сказала дочь Дрейка.

Огненный цветок. Связь должна быть двусторонней…

Что-то шевельнулось в памяти, и Эмирин, нахмурившись, решила сходить в библиотеку академии. «Огненный цветок» — заклинание, особенности которого она помнила весьма слабо. Прочитает сначала про него, а потом будет думать даль…

— Мам! — Дверь в аудиторию с оглушительным грохотом распахнулась, и внутрь вбежала Рональдин, а за ней и немного мрачный Дамир. То есть Мирра. — У нас к тебе вопрос!

— Я слушаю, — Эмирин кивнула, захлопывая дверь кратким мысленным приказом. — Что за вопрос?

Парочка остановилась в двух шагах от ректора, взволнованно переглянулась, а потом Дамир выпалил:

— Шайна меня видит!

— А-а-а, вот в чём дело, — протянула Эмирин, изрядно удивив этим и свою дочь, и наследного принца. Они-то ожидали, что она будет в шоке. — Это вполне объяснимо, дорогие мои. Во-первых, Шайна интуит, она ощущает ложь в любых её проявлениях. Но самое главное, конечно, не это, а то, что во-вторых, — амулет, который она носит на своей шее. Заклятье, прячущее твою настоящую внешность, частично базируется на моей магии Разума, а у Шайны к ней иммунитет из-за этого амулета. Он был создан когда-то её матерью, и она сама не ожидала, что так получится. По этой причине иногда, ненароком, Шайна может увидеть тебя, Дамир. Скорее всего, сразу после пробуждения. Я права?

— Да-а-а, — кивнул наследник. — Шани так и сказала — после пробуждения. То есть это кратковременный эффект? Или она может меня увидеть и на большее количество времени?

— На самом деле — да, может. Но только если Шайна будет знать, что Мирра — это ты. И даже с этим знанием получится у неё не сразу, если вообще получится. Это непросто.

— А может, мы не будем ждать, когда она догадается? — спросила Дин. — Она ведь никому не скажет…

— По своей воле — да. Но существуют разные способы развязывать язык… Так что — нет, волчата. Слишком опасно. Она и так знает больше, чем нужно. И общается с тем, с кем не следовало бы. — Эмирин многозначительно посмотрела на Дамира, и он понимающе вздохнул.

— Это вы про хранителя библиотеки? — уточнила Рональдин. — Который вовсе не хранитель, но Мир так и не сказал мне кто.

— И правильно сделал. Это вас обоих нисколько не касается. Не вздумайте туда лезть, пусть они сами разбираются. А теперь идите скорее, ужин почти начался.

Дин и Дамир послушно ушли, а Эмирин на пару минут задержалась, раздумывая над всем вышесказанным.

Зная Шайну… она не сомневалась: девушка непременно догадается, что не так с Миррой, и наверняка очень скоро. Заблокировать ей возможность рассказать об этом можно, но тогда надо звать Нарро.

— Очередной раунд игры подходит к концу, — прошептала Эмирин, на секунду прикрывая глаза и улыбаясь. — Что на кону на сей раз? Точнее, кто…

Теперь ей необходимо сыграть на опережение.