Глава 55. «…Враг не коснется наших страхов…»
Аурелия
26 июня. 15:13
— Осталось три дня до свадьбы, — напоминает мне Анна, забирая свой наряд у охраны. Платье прислали из ателье, в котором она заранее его заказала.
— Похороны, — фыркаю я, перелистывая очередную страницу журнала. Обычно я беру их в руки, чтобы поинтересоваться новостями из мира моды. Но сегодня причина совершенно иная. Я увидела фото Демьяна на обложке. Его сфотографировали, когда он посещал похороны министра. Об этом написали целую статью. Однако похороны и покойный упоминались в статье меньше, чем ХОЛОСТЯК.
— Не очень приятное событие перед такой пышной свадьбой, — с сожалением говорит Пелагея, увидев, что я читаю.
— Если не учитывать того факта, что папа причастен к убийству министра, — холодно бросаю я.
— Между мужчинами идет жесткая борьба. Мы не может вмешиваться в это и комментировать. — Она отводит взгляд и улыбается Анне, рассматривая ее наряд. — Платье шикарное.
— Вы просто боитесь это делать. — Я сжимаю челюсть, читая фразу «Завидный ХОЛОСТЯК Умбры».
Завидный холостяк Умбры? Плеснуть бы кислотой в лицо того, кто напечатал эту статью. А лучше похоронить в бетоне.
Аурелия, ты стала очень кровожадной.
Я закрываю журнал и поднимаюсь к себе, пропуская мимо ушей нравоучения Пелагеи. Заперев дверь своей комнаты, я подхожу к кровати и пытаюсь достать мобильный из матраса. Просунув руку в отверстие, я не могу нащупать гаджет. Его нет на месте.
Паника моментально подступает к горлу. По телу начинают бегать мурашки, а пульс учащается. Я начинаю измерять шагами комнату, думая над тем, кто мог найти мобильный. Что, если он попал в руки папы?
Мои губы начинают дрожать. Я боюсь не за себя, а за Демьяна. Я каждый день удаляю наши переписки и звонки. Но все это можно восстановить. Если о моей связи с Префектом узнают, то у него начнутся проблемы.
Надо срочно предупредить Танию.
Я выхожу из комнаты и спокойно спускаюсь по лестнице, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Оказавшись у входной двери, я останавливаюсь.
Если телефон у папы и он следит за мной, то с моей стороны будет глупо подходить к Тание. Я подставлю её.
— Вот же… — Я разворачиваюсь и иду к маме. Только она сможет найти выход из ситуации.
Я подхожу к её спальне в тот момент, когда она собирается выходить.
— Аурел… — Мама не успевает договорить, потому что я подталкиваю ее обратно в комнату. — Что происходит? — взволнованно спрашивает она.
— Мама, мне нужно кое-что сказать тебе. — Я запираю дверь. — Демьян дал мне мобильный, которым я пользовалась некоторое время, — прочистив горло, говорю я.
— Аурелия! — Она удивленно вскидывает брови. — Как ты могла так рисковать? Еще и скрывала это от меня.
— Прости. Я не хотела, чтобы ты беспокоилась. Но это сейчас неважно. Мобильный пропал, мам. Кто-то его нашел. Может, папа?
Мама тяжело вздыхает и возмущенно качает головой. Её взгляд бегает по комнате, но мысли далеки.
— Будь это Алексей, то он сразу бы поднял шум. Это точно не он. Ларион и Григорий тоже не стали бы молчать. Остаются только женщины.
— Думаешь, это Пелагея или Анна?
— Не знаю, Аурелия. Но если это они, то никогда в этом не признаются.
— Что тогда делать?
— Будь спокойна и не подавай виду. — Мама пристально смотрит на меня. — Паника только ухудшит ситуацию. Подождем и посмотрим.
— Хорошо.
***
За ужином я успела пробежаться взглядом по всем Дьяковым. Я хотела уловить каждый подозрительный взгляд и изменения в поведении. Однако ничего непривычного не заметила. Это еще сильнее напрягало меня.
— Ларион, ты уже выбрал кольцо для Громовой? — спрашивает папа, привлекая мое внимание.
— Собирался заняться этим сегодня, — отвечает кузен.
— В сейфе хранится кольцо твоей матери. Отнеси его к ювелиру на чистку. Оно очень дорогое и фамильное. Будет правильнее подарить его.
Ларион коротко кивает папе и продолжает ужинать.
С тех пор как его родители погибли, он рос в нашей семье. Папа взял ответственность за сына своего старшего брата на себя. Этому была веская причина. Станислав и Вероника погибли в аварии вместо папы. Они уехали на его автомобиле, который взорвался по дороге. Лариону тогда было шестнадцать лет.
Я жалела кузена и всегда хорошо к нему относилась. Но он не оценил этого. Папа ставил его на первое место, и Ларион почувствовал себя важной птицей. А меня…он никогда не любил. Он видел, как в клане мужчины относятся к женщинам, и проецировал все на меня.
— Жаль, что Вероники и Станислава нет сегодня с нами, — печалится Пелагея. — Они бы порадовались за своего сына.
— Мы порадуемся за них, — твердо говорит папа. — Ларион не один. У него есть семья.
Я закатываю глаза и разглядываю овощи на своей тарелке. Меня немного съедает ревность. Папа не скуп на похвалу для чужих детей, но не для меня. Словно я ему и не дочь.
— Кстати, мне звонил Родион. Они подготовили к свадьбе особняк Виноградникова.
Я выпускаю усмешку, поняв, что идея с особняком принадлежит Владу. Это место отличалось своей помпезностью и наличием зеркальной стены. Его арендовали только любители показать себя.
— Хороший выбор, — улыбается Анна. — Я слышала, что там хранятся самые изысканные вина. А виноградники отличаются своим великолепием.
— Слишком скудно, — холодно бросаю я.
— Скудно? — Ларион смотрит на меня с отвращением. — А ты чего хотела? Замка?
Я бы хотела мужчину рядом. Моего мужчину.
— Почему бы и нет? — озадаченно спрашиваю я. — Это куда интереснее. По крайней мере, подходит к платью, которое они мне принесли.
— Не стоит быть такой капризной невестой, Аурелия, — советует мне Пелагея. — Сторона жениха этого не оценит.
— Моя дочь не обязана им угождать, — вмешивается мама. — И хватит разговоров о свадьбе. Они утомляют меня.
Я победно улыбаюсь, зная, что мама на моей стороне. Разговоры за столом действительно прекращаются. На этот раз папа ничего не говорит. Он сам устал от этих споров.
Доев свой ужин, я сразу поднимаюсь к себе и выхожу на балкон. Демьян еще не приехал, поэтому я быстро беру лист бумаги и пишу на нем фломастером, что у меня пропал мобильный. Не знаю почему, но мне хочется плакать из-за этого. Я привыкла засыпать под дыхание Демьяна. Так появлялось ощущение, что он рядом. А теперь…теперь этого не будет.
Когда раздается рев мотора, я вижу приближающийся мотоцикл. На глазах выступают слезы. Я так хочу услышать его…Кажется, я лишилась глотка воздуха.