Глава 70. «…И принимает их моя любовь…»
Аурелия
2 августа. 13:11
Я выхожу в сад в поисках Демьяна, потому что не нашла его в кабинете. В последние дни он часто проводит время в теплице. Максим показал ему, как правильно сажать деревья, и он сам этим занимался. Зачастую ему помогал Валериан, которому был интересен сам процесс посадки. А мне он не позволял ни к чему прикасаться. Напрягался каждый раз, когда я брала в руки что-то тяжелое. После снятия швов он еще пристальнее следил за мной и постоянно ворчал. Прыгать нельзя. Бегать нельзя. Тяжелое поднимать нельзя. Зато целовать его постоянно можно. Даже нужно. Вот такое вот лекарство.
— Демьян! — Я вхожу в теплицу и ищу его взглядом.
— Смотри под ноги, Релли, — доносится откуда-то его строгий голос.
Я скольжу между высокими деревьями и замечаю его в самом конце теплицы. Он сажает последнее дерево и полностью сосредоточен на процессе.
— Ты закончил? — Я радуюсь как ребенок, которому наконец-то подарят желанную игрушку.
— Да. — Он отряхивает с себя чернозем и отходит от дерева. Мы вместе бегаем взглядом по прозрачной теплице. Весь её потолок украшают маленькими бра. Их сияние в сочетании с ночным небом…это не передать словами. Но сейчас я вижу только тучи. Скоро пойдет дождь.
Маленькое кресло-качалка и журнальный столик придают месту уюта. Здесь можно отдохнуть, выпить чаю или кофе. А если собраться всем вместе…
Демьян берет меня за руки и отвлекает. Его взгляд пристально исследует мои пальчики. Он делает это постоянно, и я просто таю от его заботы.
— Ничего нет, — шепчу я.
Он убеждается в этом сам и, оставив поцелуй на моих руках, смотрит мне в глаза. Я обнимаю его за шею и тянусь губами к виску. Он поднимает меня одной рукой, чтобы я смогла поцеловать его. Когда мои губы достигают цели, Демьян прикрывает веки.
Я разглядываю шрам мужа и прикусываю внутреннюю сторону щеки. Глажу его и целую вновь. Схожу с ума по этому мужчине. Я точно его самый большой фанат. Он такой красивый…Само совершенство.
— Муженек, — ласково зову я его.
— Хм?
— А ты не хочешь мне обручальное кольцо вернуть? — спрашиваю я.
Демьян открывает глаза и медленно отпускает меня. Он еще раз смотрит на мои руки. Думает, хмурится и снимает кольцо со своего мизинца.
— Если будет больно, скажешь, — строго говорит он.
— Хорошо.
Он подносит кольцо к моему безымянному пальцу и на мгновение застывает. Его взгляд цепляется за мой.
— Выйдешь за меня замуж, Релли? В свадебном платье, с букетом цветов и в этом саду. Выйдешь, вишневая девочка?
Я удивленно смотрю на него, пойманная в ловушку момента. Предложение получилось внезапным, но место и время подобно великолепно.
— Да, — с замиранием сердца отвечаю я. — Бесконечно да, Демьян.
Он касается своим лбом моего, и мы оба улыбаемся. Кольцо медленно скользит по моему пальцу…Как же скучала по нему. По его тяжести.
— Демьян, я хочу прожить с тобой очень-очень долгую жизнь. — На глаза наворачиваются слезы, когда я это говорю. — Ты ведь будешь со мной всегда?
— Всегда, — рокочущим голосом говорит он, запуская руку в мои распущенные волосы.
— А ты бы любил меня, если бы я была креветкой? — Мы переглядываемся и прыскаем от смеха.
— Ты сумасшедшая, Релли. — Он крепко обнимает меня и целует в макушку. — Скорее всего, я бы тоже был креветкой, женушка. И мы были бы вместе. И, конечно, я бы тебя любил.
Я замечаю за собой, что превращаюсь в ребенка, когда нахожусь рядом с Демьяном. Наивного и довольно эмоционального ребенка.
Мы возвращаемся в замок, так как наши мобильные уже бомбит Максим. Он накрыл на стол и ждет нас к обеду. И лучше не опаздывать к нему.
— Я пойду за Валерианом, — говорит Исаак, когда видит, что он еще не подошел.
— Оставь. Я сама пойду, — беззаботно бросаю я, махнув ему рукой.
Я иду в южное крыло, в котором редко бываю. Мне еще не довелось изучить здесь все, поэтому я попутно открываю каждую дверь. Кидаю мимолетный изучающий взгляд на комнаты, но не останавливаюсь. Спешу. Интерьер спален такой же, как и в других крыльях. Особого различия не вижу, пока не натыкаюсь на небывалой красоты хамам.
— Воу! — не выдержав, взвизгиваю я.
Все вокруг настолько черное, что едва удается разглядеть пустующее джакузи. Весь потолок над ним — это огромный душ. Вдоль стены идут сидения из цветной мозаики в темных оттенках. А панорамное окно здесь больше, чем в других комнатах. Оно огромное, и я даже вижу, как до него достает белая пена морских волн, бьющихся о скалы.
Я кусаю нижнюю губу и думаю над тем, чтобы привести сюда Демьяна. Здесь можно провести романтический вечер и расслабиться. Он давно не прикасался ко мне из-за моего состояния. Из-за этого ночи наедине стали для нас пыткой. Мы конечно попробовали один раз и у нас получилось. Но в моменте Демьян понял, что мне немного больно. После этого он не рисковал зайти дальше поцелуев.
Мне стоит подумать над тем, как привести его сюда. Тем более, что у меня начинают шалить гормоны. Говорить прямым текстом мужу, что я хочу его, у меня пока не получается. Я просто не знаю, как это сделать.
Переношу все свои шальные планы на завтра. Для начала нужно прибраться в здесь. Решив заняться этим после обеда, я иду за Валерианом. Захожу в его сокровищницу и останавливаюсь на пороге.
Валериан сидит за широким столом и водит пальцами по страницам. Рядом с ним собранна высокая стопка открытых книг. Он будто что-то изучает и сравнивает. И он настолько увлечен процессом, что не сразу слышит мои шаги.
— Валериан, — шепотом зову я его, боясь отвлечь.
— Пришла забрать меня на обед? — догадывается он.
— Да. — Я подхожу к нему и внимательно разглядываю библиотеку. Она очень высокая и занимает целую башню замка. Как минимум пять этажей. С куполообразного витражного потолка в виде космоса свисает огромный шар, напоминающий луну. Свет из панорамного окна падает прямо на него. Деревянная черная лестница ведет к каждому этажу с книгами. Эта библиотека только вдохновляет.
— Нравится? — спрашивает Валериан, будто видит, как я все тут разглядываю.
— Очень, — улыбаюсь я. — Здесь спокойно. Кажется, ты любишь тишину.
— Я считаю это место порталом. — Он делает глубокий вдох и прислушивается. — Это вход в другие миры. Здесь можно путешествовать во времени. Можно войти в головы людей, с которыми не знаком лично. Увидеть фантастические миры. Библиотека — это наши скрытые желания, секреты и сокровенные эмоции. Здесь ненужно притворяться. Здесь нужно растворяться.
Я восхищенно смотрю на него. Валериан открывается мне с другой стороны. Он будто показывает мне мир, с которым очень сложно поделиться. Мир, в который нельзя впустить каждого.
— Теперь понятно, почему ты здесь пропадаешь. Ты просто влюблен в книги и в библиотеку.
— Можно и так сказать, — соглашается он.
Валериан направляется к выходу ровной и размеренной походкой. Я иду за ним, беру его под руку. Не уверена, что он нуждается в моей помощи. Но он не отталкивает никого, кто пытается ему помочь.
— Как ты себя чувствуешь? — интересуется он, пока мы идем по коридору замка.
— Великолепно.
Он убирает трость подмышку и касается моей ладони. Осторожно трогает пальцы и шрамы между ними.
— Демьян вернул тебе кольцо, — говорит он, нащупав его.
— Да, — взволнованно отвечаю я. — И сделал предложение.
— Вот почему твой голос немного изменился. — Валериан сгибает мои пальцы по одному, чтобы проверить чувствительность. Он делает это каждый день после снятия швов.
— Изменился? — непонимающе спрашиваю я.
— Да. Я вижу людей с помощью их голосов. Они передают настроение и даже характер.
— А какой ты видишь меня? — Мне становится безумно интересно узнать это.
— Настоящей.
Его ответ вызывает у меня улыбку. Я счастлива знать, что он так считает.
— А Демьяна?
— Двуликим. Он всегда таким был. Таким и останется. Его жизнь разделена на две части. Есть Префект, а есть Демьян, — выдыхает он.
— А…раньше? — решаюсь спросить я.
— А раньше был палач и брат.
Демьяну приходилось играть роль палача для Игната. Но при каждом удобном случае он показывал свою любовь и заботу братьям.
— Ты часто вспоминаешь то, как он тебя мучил? — Не знаю, хочу ли услышать ответ на этот вопрос. Но осознаю это после того, как уже задала его.
— Я часто вспоминаю, как он терял себя. Забывал, кто он такой. Мы все через это прошли. Когда пытаешься выжить, не всегда удается сохранить человечность. Но мы старались. Мне это легко удавалось, потому что я не совсем эмоциональный человек. Но остальным было сложно. А Игнат любил играть с эмоциями людей.
— Он был ужасным отцом, — ворчу я.
— Вовсе нет. Он был сломленным человеком. А такие люди способны на всё.
Меня удивляют его слова. Считать Игната ужасным отцом — это меньшее, на что способны Власовы. Но у Валериана было совершенно другое мнение о нем.
— До потери зрения я видел, как он выходил на балкон каждый вечер и ждал, — продолжает он. — Он ждал её и на самом деле верил, что она вернется к нему.
— Он так сильно любил вашу мать?
— Он был одержим ею. — Валериан поправляет повязку на глазах, которая начала сползать. — Хорошо, когда это работает с обеих сторон. Но если в паре одержим только один, такой союз приведет к необратимым последствиям. Люди попадают в психушку, потому что не могут справиться с этим. Игнат тоже не справился. Он был болен, но никто не видел этого.
На мгновение мне становится жаль Игната. Если он действительно был болен, то ему необходима была помощь. Но никто не оказал ему её. Неужели их мать не знала о том, в какое состоянии его приведет?
— А что ваша мама? — спрашиваю я.
Валериан ухмыляется и хлопает меня по тыльной стороне ладони.
— Больных людей можно понять. Они просто больны и им может помочь только правильное лечение или изоляция. Но куда опаснее здоровые люди. Они знают о последствиях, но не задумаются о них. Я не ненавижу Игната. Я ненавижу Аву. Она могла бы отправить его на лечение и объяснить все нам. Но она не сделала этого. Она проиграла как мать, а он как отец и мужчина. Вот и все. Но я простил его. А ее я не прощу.
***
Демьян
Я выхожу из замка после обеда и собираюсь выехать в город на мотоцикле, чтобы меня не узнали. В последнее время я часто так делаю, чтобы проверить, как идет процесс восстановления Умбры. И так безопаснее.
Я надеваю шлем и сажусь на мотоцикл. Завожу двигатель и жду. Обычно в такой момент ко мне выбегает Аурелия. Я настолько привык к этому, что теперь не уезжаю, пока она не проводит меня.
Как и предполагалось, Релли бежит ко мне с широкой улыбкой на лице. Я смотрю на неё, и в голове внезапно возникают образы детей. Наших детей, которые будут так же бежать ко мне. Я вздрагиваю от этой мысли. Дети…хочу ли я детей?
— Муженек! — Аурелия запрыгивает на мотоцикл передо мной и поднимает мой визор. — Ты куда?
— Посмотрю, как идет восстановление города. — Я хмурюсь. — Я сказал тебе, чтобы ты не бегала, — сурово говорю я.
— Прости. — Она целует меня через шлем. — Это…я что хотела…Демьян, я хочу шлем с рожками.
— Хорошо. Я куплю тебе шлем с рожками. — Снова перепрыгивает с темы на тему.
— И гранату в шоколаде. Максим сказал, что гранат нет. Купишь?
— Хорошо.
— И… — Аурелия дрыгает ногами и думает над своим следующим капризом.
— Что? — Я снимаю шлем и ставлю его между нами. — Пытаешься задержать меня, Релли? — догадываюсь я.
— Так заметно? — Она невинно хлопает глазками.
— Очень, — улыбаюсь я уголком губ.
Аурелия упирается подбородком в мою грудь и смотрит на меня снизу вверх. Выглядит, словно маленький котенок, который рассказывает о своих желаниях глазами. Обвивая руками мой торс, она крепко обнимает меня. Я никогда не перестану теряться, когда она это делает.
— Ты хочешь со мной? — догадываюсь я.
— Да.
— Иди накинь что-нибудь теплое. Только не беги.
Она довольно улыбается и слезает с мотоцикла. Я провожаю её взглядом, проследив за тем, чтобы она не бежала. Релли спокойно доходит до дверей, а потом переходит на бег. Такая непослушная, но…блядь…а чего я хотел? Она не боится меня и пользуется негласной вседозволенностью. Если я сумел создать для нее обстановку, в которой она спокойно может так себя вести, то я выиграл эту жизнь. После Дьяковых я обязан был помочь ей отрастить крылья. Она их отрастила, напоминая мне, что и у меня они есть.
Аурелия возвращается, накинув на себя мою спортивную кофту, в которой утопает. У нее вошло в привычку носить мои вещи. Недавно я нашел у нас под кроватью ящик с моей старой ветровкой. Она хранит ее с гребнем, миской, часами и моей фотографией. А я прячу в своей прикроватной тумбе ее желтую шапку. Так и живем, двое одержимых безумцев.
— Вы готовы, ассистентка Префекта? — ухмыляюсь я, надевая шлем.
— Готова, Префект. — Релли обнимает меня сзади, и мы выезжаем из замка.
Улицы Умбры уже привели в порядок. Некоторые здания все еще продолжают восстанавливать. Есть дома и квартиры, не подлежащие восстановлению. Семьям, жившим там, я отдал уцелевшие дома, принадлежащие Огневым. Аурелия пожертвовала пять автомобилей и квартир, подаренных ей мной. Я сжег город ради своей женщина, а она помогала мне его восстанавливать.