Глава 44. Хлебнуть крови...

Наверное напрашивается вопрос, а почему я сама с Назаром и Беллочкой к фениксам не рванула? А ответ прост и просто до слез обиден: вот с чего я решила, что зимнее равноденствие в январе? Вроде как середина зимы и все такое... Ну, по логике если. А календарю на нашу логику начхать, если не хуже! И наступает этот день не более, не менее, как 21-го или 22-го декабря — в разные года по разному!

В этом году на 22-е выпадает, а это всего через три недели! Всего! Три! Недели! Мне на то, чтобы придумать и осуществить какой-нибудь план по уничтожению этого чертова накопителя! А у меня с этим планом — конь не валялся и добраться за помощью хоть к кому-нибудь из магических животных я не успеваю...

Вчера, когда услышала упоминание об этой дате из разговора двух служанок, думала инсульт получу! С того момента я немного не в себе : хожу, беседую, вот еды натаскала в наш временный приют и все другое выполняю, что себе наметила, но какая-то часть мозга будто зависший компьютер — все крутит и крутит колечко одной мысли : что мне теперь делать? Что?

Вот как мне справляться с этой дурацкой миссией и как жить, если я с ней не справлюсь?! Когда у меня на глазах начнут медленно умирать Петер, Крон, Лосяш, Лапушка и пушистые писклявые о-оли? А остальные? Пусть не у меня на виду, а в своих норах и гнездах? А я буду об этом знать и понимать, что все из-за того, что я не справилась? Я. Не. Справилась.

Погаснет холодный и добрый огонь фениксов. Никогда не взлетят малышки-гаргулены, которых я вынесла из подземелья. Не вырастит Ягун. На этот раз безвозвратно умрет Ягья. А позер и фанфарон Грон, который без раздумья бросился в лицо Верховного мага, отводя его смертельный удар направленный мне в спину? А Ночной Певун, с его тихим смехом-колокольчиком? Он тоже умрет и так и останется неотомщенным?! И опять повторится та страшная поляна с мертвыми единорогами?

Сколько, оказывается тех, чьи жизни упадут на мою совесть! Как мне будет жить с таким грузом?

Нет. Обо всем этом я не думала. Все эти мысли «висели» где-то в пустоте, образовавшейся в моем рассудке и медленно-медленно вращались там не всплывая в реальность. Наверное психика просто заблокировала их временно. Чтобы дать мне привыкнуть. Чтобы я просто не сошла с ума.

Я и раньше знала про свою, так называемую, миссию. Знала, что предстоит. Знала, чем придется заплатить за неудачу. Знала, но как-то отвлеченно, без приложения к персоналиям, так сказать. А вот теперь, осознание пришло в деталях... Да, оно пришло и я чуть не рухнула под его грузом...

* * *

«Ладно. Это потом. Немного времени у меня еще есть, так что об этом я подумаю потом.» Вот до чего всегда не любила эту всемирно известную эгоистку, но что-то полезное можно почерпнуть и у такой особы как Скарлетт О'Хара, например эту мудрую мысль: «Об этом я подумаю завтра.» Ну или просто «позднее» как будет правильнее в моем случае, потому что «завтра» уже наступило.

Сейчас надо «развязать себе руки» отправив Лапушку с Назаром и Бель в горы... Ах, да! Мне же еще матушку его из подвала выводить! А в таком деле — посторонние мысли не только излишни, а просто смертельно опасны! «Отводить глаза» нужно при полном душевном равновесии, а лучше, так и вообще — в весело-игривом настроении!

Я это еще по прошлым своим похождениям помню, когда у меня, даже у не прошедшей еще инициацию, отвод глаз сам собой выходил при подходящем настрое. Только как шалить, если подсознание точит эта жуткая шарманка из ответственности закрученной на безысходности?!

Так. Взяли себя в руки. Встряхнулись... Актриса я или нет? Как говорил наш учитель по актерскому мастерству : «На сцене не место личным переживаниям!» А еще, кто-то излишне борзый, бросил одну звучную фразу про то, что для него весь мир — арена! Что же, красиво, но для меня тогда, весь мир — театр! Борзота, говорят, весьма заразна, а кураж наше все : ну что, господа стражнички, пошалим?! Подмигнула игриво Зверге и отправилась выручать мамашу Назара.

* * *

Правильный настрой, как и учили нас преподаватели, половина успеха! Подтвердила эту истину еще раз, проведя Потитту, так звали эту пожилую женщину, под носом у надзирателей и у караульных. Хотя, буду говорить честно — выпитое ими накануне вино, помогло не менее, чем этот самый настрой!

Женщина пошла за мной без вопросов. Ну, почти... Стоило ей шепнуть, что ее зовет сыночек, так даже притормаживать пришлось, чтобы не мешала мне глаза стражникам отводить. Ох и попадет им, когда побег моих подопечных откроется!

Хорошо, что прошлый раз Георгу за мое бегство не попало — то что я порталы у него из под носа увела, князь так и не дознался. Я ведь тогда везде спокойно по замку шастала, запросто могла и на сундук с порталами наткнуться. Его ведь стражники почти сразу от Георга унесли, мы только-только успели чай с его конфетами попить, как они явились.

Хорошо. Он мужик отличный, не дело было бы его под княжий гнев подставлять! А на этот раз я его даже не увидела. Интересно, в замке он или нет? Хотя-я... От магов надо бы держаться подальше! Толковая последняя мысль, но увы, запоздалая : встречи с магом мне избежать не удалось! Да еще с каким?! Если влипать, то по-крупному! Едва сани с моими подопечными скрылись в снежной пелене позднего зимнего утра, как...

Страшный, захлебывающийся хрип Зверги я, казалось, не услышала, а почувствовала всей кожей спины, которой к ней стояла, провожая Лапушку и прочих подопечных и опять, невольно, погружаясь в ту гипнотическую, обессиливающую круговерть мыслей о собственной беспомощности.

Но позволять предаваться слабости мне никто не собирался! Стремительно обернувшись к моей верной подруге, в отличии от меня бывшей начеку и прикрывавшей мне спину, я с ужасом обнаружила, что на заднем дворе замка мы со Звергой уже не одни!

И первая атака, была направлена совсем не на меня, а именно на Звергу. Ее и продолжал отслеживать, черт знает откуда явившийся княжеский маг, тот самый «магистр», имени которого я так ни разу и не услышала и за неимением оного, прозвала которого МагиМагом!

Это ведь он, с князем на пару, проворонил мою персону и должно быть не хило огреб за это от Верховного гада, что наверняка не добавило ему благодушия. Но сейчас он пренебрежительно меня игнорировал, сконцентрировавшись целиком на Зверге и что-то мне подсказывает, что они явно были знакомы ранее!

Сейчас псица не нападала : обходя мага на полусогнутых лапах по широкой дуге, плотно прижав к голове уши и ощерившись во всю пасть, она даже не рычала, а буквально клокотала горлом от переполняющей ее ненависти!

Маг же, стоял спокойно и даже внешне расслабленно, только медленно переставлял ступни, не сходя с места поворачиваясь вслед за собакой и лениво поигрывая длинным гибким кнутом на черном кнутовище. Судя по тому как по кнуту, от основания к кончику, пробегала время от времени дорожка из оранжевых искр — был он далеко не прост. Такая кожаная «змеища» в руках мастера и так-то может быть очень серьезным оружием, а вот такая вот, магически модифицированная, наверняка не менее опасна, чем меч!

На боку Зверги уже виднелся след от удара и я с содроганием узнала характерный, срывающий часть шкуры рубец, который мне уже довелось видеть на ее теле! Так вот кто тогда, в подземном лабиринте у магов, перегородил нам путь цепью с прикованным к ней извергом?! И это именно та самая сволочь, которая издевалась тогда над плененным псом, срывая кнутом куски мяса со спины и боков моей подруги?!

В этот момент Зверга бросилась на мага, хотя я и не видела, чем бы он отличался от всех прочих моментов. Маг только слегка пошевелил кистью, как кнут взвился в ответном броске и моя собака опять, со страшным хрипом переходящим в подвывание, отлетела в ближайший сугроб.

В этот момент магистр стоял ко мне лицом и я с ужасом и отвращением увидела гримасу садистского наслаждения, исказившую его, до этого вполне привлекательные черты. Он сделал несколько быстрых шагов и снова ударил еще даже не поднявшуюся Звергу своим кнутом. Собака взвыла, а на окружающий ее снег алым дождем брызнула кровь... И как назло, провожая ребят и гаргулену, я даже кинжал — Петин подарок — с собой не захватила!

Судорожно озирая задний двор я искала взглядом оглоблю, лом или хотя бы просто большую палку, да грабли или лопату, на худой конец и проклинала радетельных княжеских слуг, которые ничего подходящего на виду не оставили, а тем временем маг продолжал свою садистскую забаву и Зверга опять закричала!

И этот вопль, почти человеческий, уже совсем не похожий на ее прежний звериный рык, пробудил во мне что-то глубинное, что страшным, смоляным потоком хлынуло в сознание. Название этому потоку «ненависть» и нарастая, в какой-то момент она может просто погасить разум!

От человека у меня осталась только одна мысль: «Эта сволочь! Убивает! Мою! Собаку!» Тело рванулось, будто без моего участия: толчок ногами и запрыгнув колдуну на спину, не задумываясь и не сомневаясь я со всей силы вцепилась зубами ему в шею, сбоку, чуть выше плеча, там где прямо под кожей бился в такт сердцу крупный сосуд, сомкнув челюсть так, что в них что-то хрустнуло, характерным звериным рывком с силой дернула головой — вверх и в сторону..! Кровь из разорванной сонной артерии ударила с такой силой, что мгновенно залила мне глаза, попала в нос, наполнила рот! Ошеломленная я только сильнее сжала руки...

Колдун оставался на ногах всего несколько секунд от шока механически кружась на месте, а потом, страшно захрипев, повалился кулем, увлекая меня за собой... Инстинктивно отпрянув в последний момент, я откатилась в сторону и скорчилась от рвотного позыва: нет ничего отвратительный запах свежей крови! Накатившая рвота скрутила меня в дрожащий комок и скорчившись в три погибели, я блевала, блевала и блевала, выворачивая желудок наизнанку и никак не могла остановиться...

* * *

Как и когда прекратилась эта пытка я не помню. Кажется, что слышала какие-то голоса, но не уверена. Очнулась на спине Зверги, которая по-волчьи, безвольным кулем, тащила меня куда-то по лесу. Отметила этот факт краем сознания и отрубилась опять.

Очередной раз пришла в себя в какой-то норе, наполненной прошлогодней травой и опавшей листвой. Над головой была земля из которой торчали древесные корни и свисали клочки старой паутины, Зверги рядом не было, а меня хватило только на то, чтобы вытянув руку прихватить комочек снега и сунуть его себе в рот. Это простое действие подорвало то, что оставалось от моих сил и я снова погрузилась в беспамятство...