Глава 13 · ГК

Говорят, спешка нужна только в трёх случаях. Блох вокруг не наблюдалось, по чужим жёнам я не собирался, а проблем с пищеварением у меня не было. Так что мы спокойно вернулись в посольство и нормально выспались после двух чересчур бодрых ночей. А вот на следующий день я плотно занялся «тёзкой» Барона Самеди. Начальником таможни бароном Бонифацием де Брасье. «Три Бэ», как обозвала его Таня.

Первым делом я проверил «ловчую сеть», собравшую первичные данные. Пришлось посидеть над ними несколько часов, прежде чем у меня получилось вычленять магию вуду. Но когда я научился это делать, то всё пошло как по маслу. Вот дом Марии Лаво, где она «жужжит» своими ритуалами, да ещё и поставила вокруг какую-то магическую защиту. Вот несколько других жрецов культа, разбросанные по городу — мелкие и неинтересные мне. Вот ресторация дядюшки Римуса, где ещё «фонит» после вчерашнего явления лоа, а на кладбище, где мы разговаривали с Мамашей Бриджит, до сих пор идут «пляски» и эфир дрожит от возмущения.

А вот особняк барона ничем особым не выделялся, будто нас ввели в заблуждение и барон вообще не имел отношения ни к магии вуду, ни к бокорам с Бароном Самеди. Только вглядевшись туда самым пристальным образом, я обнаружил в эфире очень интересные следы.

Во-первых, у всех слуг в доме были отпечатки ментального контроля. Причём не разовые, а регулярные. Похоже, барон раз в месяц устраивал им сеансы мозгоправства, контролируя поведение и давая установки. То есть превращал их даже не в рабов, а в живых зомби.

Во-вторых, я всё-таки нашёл следы колдовства вуду. В кабинете и спальне барона наблюдался остаточный фон сильной волшбы. Но далеко не свежей — колдовал он здесь пару дней назад, а может, и больше. За это время эфир успел по большей части развеяться, но для опознания мне хватило и остатков.

Кстати, самого барона в особняке не было. И судя по всему, он покинул его как раз два дня назад. Примерно после того, как пообещал мне привезти некие «аргументы», чтобы оставить его в должности. Похоже, что этим аргументом должна была стать моя смерть либо после визита зомби, либо после встречи с роем насекомых. А я, негодяй эдакий, пережил и то и другое.

Хоть самого барона в городе я не обнаружил, но бездействовать не собирался. Надо найти его прежде, чем он сотворит ещё какую-нибудь пакость или устроит новое покушение. И начать я собирался с посещения его особняка, тем более что в его спальне имелся спрятанный в стене зачарованный сейф. Вот и проверим, что у него там лежит, а заодно допросим слуг. Может, кто-то из них знает, куда уехал их хозяин.

* * *

На «дело» мы пошли втроём: я, Таня и её телохранитель туарег. Мне предстояло побыть медвежатником и вскрыть сейф барона, Тане — допросить слуг, а туарег будет нашим прикрытием, скрывшись под «плащом мертвеца». Естественно, всё это мы собирались провернуть ночью и не оставляя следов. Мы ведь в чужой стране, по сути, и открытая агрессия против официального лица может вызвать ненужные осложнения.

Пока мы ждали наступления вечера, у меня состоялся небольшой разговор с Анубисом. Бывший Талант перестал вылезать из шкафов и просто появился из воздуха. Вид у него был слегка виноватый, и шакалья морда изображала раскаяние.

— Виноват, — буркнул он, усаживаясь в кресло, — р-раслабился.

Я посмотрел на него молча, ожидая подробного рассказа. Анубис поёрзал и скривил чёрные губы.

— Не стал р-разбираться, мельком глянул и р-рукой махнул. Непр-равильно сказал, Падшего не искал толком. Думал, ер-рунда, сам спр-равишься.

Под моим осуждающим взглядом Анубис отвернулся и прижал уши. За последний десяток лет Анубис и правда растерял былой задор. Может, раз в месяц, не чаще, он находил застрявшую душу и упокаивал её. А остальное время занимался ничегонеделанием, болтаясь на гасиенде в образе чёрного шакала. Мне даже показалось, что он начал терять силу. По крохам, почти незаметным глазу, но всё же. А на все мои попытки его расшевелить он только отмахивался.

— Сейчас разобрался?

Шакалоголовый кивнул.

— С лоа поговор-р-рил. Объяснили свою магию. Бокор-ра нашёл, мёр-р-ртвый, не ответит.

— А барон?

— Нет его в гор-р-роде. Сбежал, падаль, — Анубис фыркнул. — Хор-р-рошо спрятался. Но я отыщу, обещаю. Слово Стража Весов.

— Постарайся не затягивать.

Он встал, собираясь уйти, но у самой двери обернулся.

— Может быть важно. От следа бар-р-рона несёт нашими стар-р-рыми знакомыми. Масонами.

— А они здесь каким боком?

Анубис пожал плечами и скрылся.

* * *

Особняк барона стоял в полной темноте. Ни одно окно не светилось, даже в крыле слуг. То ли барон экономил на светильниках и свечах, то ли все обитатели дома ложились спать с заходом солнца.

— Сначала прогуляемся к сейфу, — шепнул я Тане и накрыл нас маскирующим заклятием.

Мы вошли в особняк с чёрного хода и поднялись по лестнице для слуг на второй этаж. План дома я изучил ещё из посольства с помощью «ловчей сети» и сейчас легко ориентировался в лабиринте комнат и коридоров. Кстати, слухи оказались верны: везде, кроме парадной залы, царило запустение и разруха. Дом требовал основательного ремонта. Заменить подгнившие половицы, покрасить всё, паутину по углам смести. Такое чувство, что барон в особняке и не жил особо, запах тут стоял как в заброшенном склепе.

— Сюда, — я толкнул дверь и зажёг магический светлячок. — Здесь его спальня.

А нет, как минимум тут барон ночевал регулярно. Комната была обставлена с безвкусной пышностью, словно у мещанки, получившей баснословные деньги. Золото, дорогие ткани, красное дерево. Особенно поражала кровать неимоверных размеров. С балдахином, шёлковыми простынями и горой подушек. На таком лежбище можно десяток человек положить, и ещё место для маленького слона останется.

— Солидно, — усмехнулась Таня, — сразу видно, большой человек тут спит.

Я не стал разглядывать это чудо мебелестроения, а сразу двинулся к дальней стене. Дверца сейфа пряталась за деревянной панелью, которая отодвигалась нажатием потайной кнопки. К счастью, «ловчая сеть» показала мне и её, и скрытую иглу с ядом, заряженную против возможных воров. Так что кнопку я нажимал small wand’ом, чтобы не задеть отравленный «сюрприз».

Панель отъехала в сторону, открывая доступ к стальной дверце с пятью замочными скважинами и шестью поворотными дисками. Сам по себе такой замок — глупость несусветная. Любой деланный маг мог бы открыть его минут за пять. Но поверх механизма были наложены заклятия, превращающие сейф в настоящую крепость. Так что придётся приложить немного усилий, чтобы открыть этот ящик.

— Костя, долго ещё?

— Угу, — я разглядывал плетение эфирных нитей, распутывая логику заклятия.

— Тогда мы займёмся допросом, если ты не возражаешь. Чтобы не терять время.

Я пожал плечами и продолжил водить small wand’ом по металлу, исследуя магический замок. Мне было слышно, как Таня о чём-то пошепталась со своим туарегом, и он ушёл. А через четверть часа вернулся с перепуганным мужчиной, которого держал в охапке.

— Слуга, — заявил туарег и уронил ношу на пол. — Ходил по дому с фонарём.

Тот попытался завопить, но Таня тут же закрыла ему рот ладонью и тихим голосом произнесла:

— Молчи. Смотри мне в глаза. Отвечай шёпотом.

— Мешаете, — буркнул я, в очередной раз проходясь по схеме.

Туарег сгрёб слугу и отволок его в дальний угол, где Таня и устроила ему допрос. До меня доносились только тихие невнятные голоса, но они меня не отвлекали. Ага, вот оно!

Small wand’ом я принялся рисовать на сейфе хитрую связку Знаков. Нет, можно было бы сразу их создать с помощью внутреннего источника, но такую тонкую работу я предпочитал делать старым проверенным способом. Так меньше шансов ошибиться, особенно с редко используемыми Знаками.

Последний эфирный штрих лёг на металл. Охранное заклятие мигнуло и перешло в спящий режим, признав во мне хозяина. А следом начал проворачиваться со скрипом и щёлкать механизм, отпирая замок. Дверца открылась, и из сейфа с шорохом посыпались сваленные в беспорядке бумаги. Я зажёг магический светлячок поярче и стал разбирать документы, проглядывая их наискосок.

— Тебе помочь? — Таня подошла почти неслышно и заглянула мне через плечо.

— Нет, я сам. Как допрос? Удалось что-то узнать?

— Это сторож, ничего он не знает о бароне. Но обещал показать, где спит дворецкий.

Перебирая листы с расписками и векселями, я обнаружил несколько интересных писем. Я бы легко пропустил их, увидев с первых строк обсуждение парижских сплетен. Но стоило мне взять в руки одно из них, как перстень Тау слегка потеплел. Так что я читал их самым внимательным образом.

Барон переписывался с неким человеком, который подписывался вензелем «ГК». По большей части он сообщал барону новости французской политики и высшего света. Но в груде этой информационной шелухи пряталось и кое-что ещё. «ГК» сообщал, что закончил создание особого магического артефакта. И теперь ищет того, кто сможет проверить его на практике. Судя по всему, барон вызвался быть добровольцем и просил принять его в некое «братство». Что ему и было обещано после выполнения задания.

Последнее письмо пришло барону этой весной. И судя по тексту, к нему прилагался золотой амулет на цепочке — тот самый артефакт. От барона требовалось активировать его, когда рядом будет «сильная духовная сущность, которой поклоняются ваши дикари». После чего барон должен носить этот артефакт на себе, записывая в дневник свои ощущения. А кроме этого, «ГК» просил испытать силу артефакта на «русском князе, который может приехать в город, злейшем враге нашего братства». К тому же «ГК» не одобрял сделку по продаже Луизианы и желал, чтобы она сорвалась. Мол, негоже колонии разбазаривать, хоть и в казне пусто, да и барон будет не рад потерять своё место начальника таможни.

Ты смотри, какие сволочи! Вот, значит, как? Сколько лет прошло, а дорогие мои масоны не забыли, какой разгром я устроил им в Петербурге. И ничего не простили, записав меня во враги. Что же, тогда в Париже я нанесу им ответный визит и на практике покажу, как вредно иметь хорошую память. А за разработку артефакта для поглощения лоа ещё и добавлю. Что, больше силы захотелось? Или они для Трисмегиста стараются, превращая того в каннибала? И с этим тоже разберёмся.

Пока я возился с бумагами, туарег притащил дворецкого в пижаме и ночном колпаке. Таня тут же взяла его под контроль и принялась допрашивать.

— Куда уехал барон?

Дворецкий отвечал монотонным безразличным голосом, будто механический автоматон.

— Никуда.

— Как это никуда? Когда он уехал из особняка?

— Никогда.

Таня хмыкнула, задумалась на секунду и спросила:

— Где барон?

— Не знаю, — дворецкий пожал плечами. — Никто не знает.

— Он что, пропал?

— Исчез.

— Расскажи подробно.

— Я был на кухне, отдавал распоряжение насчёт ужина. Барон после встречи с русским князем был у себя в кабинете. Раздался грохот, будто упал шкаф, а весь дом содрогнулся. Мы немедленно побежали, чтобы помочь барону. Но ни в кабинете, ни в спальне его не было. Только на кресле лежала его одежда. Мы обыскали весь дом, но никого не нашли. Я приказал слугам молчать и говорить, что барон уехал из города.

— Он не оставлял распоряжений на такой случай?

Дворецкий поднял взгляд на Таню. Ухмыльнулся и голосом барона произнёс:

— Конечно, моя милая! Я оставил распоряжения на все возможные варианты.

Он дёрнул рукой вверх. Вытянутые пальцы превратились в подобие широкого ножа и метнулись прямо в горло Тане.

Бамс!

Туарег своим ножом со звоном отбил импровизированное «лезвие», а Таню оттолкнул в сторону, закрывая своим телом.

— Ш-ш-ш-ш!

Дворецкий зашипел, разинув рот, полный тонких острых зубов. С нечеловеческой силой прыгнул в сторону, прижался к стене всем телом и, раскинув в стороны руки-ноги, полез к потолку, напоминая огромную ящерицу.