Глава 46

Темница впечатляла, буквально дух захватывало. Здесь не было дверей, стен и решёток - повсюду мерцающая синяя мгла. Древние силы ограждали узников от реального мира, они томились в своих личных пустотах, полных магии.

Здесь заключённый проживал свой век, и для него камера являлась целым миром, галактикой или чёрной дырой. Каждый ощущал её по-разному. Снаружи они сверкали скоплением мелких звёзд и искр в тусклом свечении чар.

Чем больше дверей Академии передо мной открывалось, тем ощутимее становилось могущество его стен. От них исходил такой разум, что виски сдавливало. Замок впитывал в себя события, воспоминания и магию и, казалось, жил своей жизнью. Мыслящий организм, молчаливый и мудрый, таящий в себе как чудеса, так и опасности.

Но именно в подземелье сосредоточились все ужасы нашего мира - они стекались сюда, как грязная вода после дождя в низину. Темница поглощала отчаяние, страдания и злобу узников, их силу, и с каждым шагом находиться здесь становилось всё мучительнее.

Ни в одном из помещений Академии я не испытывала ничего подобного. Сколько ещё комнат скрывалось за его тёмными тоннелями? Сколько секретов унаследовали и хранили его своды?

Мы осторожно брели по полупрозрачному полу. Из-за густого тумана в застывшей тишине доносились слабые голоса - стоны, зловещие всхлипы и невнятный шёпот. От них сосало под ложечкой. Меня не покидало чувство, будто в темнице витало нечто жуткое, потустороннее, призраки канувших в забытье колдунов.

В спину подул холодок, и зачесалось между лопаток. Я прижалась к Бену, схватила его за руку чуть ниже локтя. Он не был против.

— Они все заняты? — чуть слышно спросила я.

— Нет, — ответил Джош, оглядывая печати на туманных стенах. Древние магические символы вспыхивали золотом, когда он проходил мимо. — Но сложно сказать, какие из них свободны.

Мы медленно продвигались дальше, и не было конца и края темнице, будто она простиралась в бесконечность. Тоннель уводил нас в таинственную тьму, и чем сильнее мы отдалялись от дверей, тем отчётливее звучал дрожащий женский крик.

— Вы слышите? — спросила я.

— Кто-то молит о помощи, — хмыкнул Джош и обернулся через плечо, чтобы смерить меня насмешливым взглядом Главного Фамильяра. — Ты забыла, куда попала, Эшли?

— А ты забыл, зачем мы пробрались сюда, Джош? — разозлилась я.

— Да тише вы, — шикнул на нас Бен. — Где-то совсем рядом….

Он остановился и высвободил руку. Я обернулась. По его лицу промелькнула тень, как мимолетная мысль, и оно опустело. Страх зашевелился в моём сознании, зарделся кулон под тканью платья, согрел кожу сиянием.

Сердце забилось пойманной птицей, стало трудно дышать. Я неосознанно потянулась к украшению, накрыла пульсирующий камень ладонью и закрыла на миг глаза. Магия потекла тёплой водой, успокоила.

Бен повернулся, оглядел туманные стены и шагнул вправо. От него повеяло напряжением, потянуло жаром его силы, она захлестнула меня порывом знойного ветра. Я посмотрела ему в спину, на крепкие плечи, которых так хотелось коснуться.

Что-то было в Бене, что заставляло меня холодеть и восхищаться одновременно - его пугающая сущность. Она как корень в сухой почве, осталась глубоко внутри, и до неё не добраться, никогда не уничтожить. Рагмарр.

В эту минуту его чутье уловило то, что не могли бы понять мы. Джош нахмурился, придвинулся ко мне, но не решился спросить, что происходит. Я запрокинула голову, ему пришлось склониться надо мной, и мы встретились взглядами.

На его лице отразилось глубочайшее смятение, совершенно не свойственное Стэнли. Я подавила нервный смешок. Джош выпрямился, мигнул и хмыкнул, впечатлённый.

Бен всматривался в звёздный туман, и его лицо всё больше походило на каменную маску.

— Что ты видишь? — прошептала я.

Он буравил потемневшими глазами неприступную туманную стену и будто совсем меня не слышал. Символы печатей ослепляли - они почувствовали рагмарра и окрасились в красный. Но его это ничуть не беспокоило. Я же отвернулась, не стерпев жжения, отгородилась рукой.

— Никто ничего странного не заметил? — спросил Джош и осмотрелся.

От него поползла сила, поплыла по густому воздуху волной щекочущей энергии.

— Что опять? — я в лёгком оцепенении наблюдала за Беном.

Он приблизился к чарам и поднёс ладонь, провёл ею, изучая мглу на ощупь.

— Разве здесь не должны быть ещё четверо охранников?

Я моргнула и обернулась на Джоша. Сердце споткнулось и покатилось кубарем в пятки. В его глазах мелькнула тревога, губы дрогнули, но он так ничего и не сказал. Бен медленно обернулся к нам, его взгляд скользнул мне за спину.

— И что здесь забыла ваша тайная братия?

Повернув голову, я увидела Стэнли в сопровождении четверых фамильяров. Он удивлённо улыбался, когда как в сапфировых глазах промелькнул гнев. В свете магического огня его чёрные волосы отливали синим, светлая кожа казалась белой, и выглядел он нереально красивым, словно ожившая статуя.

Одет он был в тёмную, кирпичного цвета рубашку с длинными рукавами и чёрные зауженные брюки. Стеклянные пуговицы поблёскивали, когда Стэнли двигался, как и весь он в пламени факелов. От него нельзя было глаз оторвать.

— А вот и охрана, — пробормотал Джош, понизив голос, и встретил Главного Фамильяра широкой улыбкой. — Мне конец.

— Кто за этой стеной? — не растеряв самообладания, спросил Бен.

Казалось, сложившаяся ситуация его совершенно не смутила - он не дрогнул ни единым мускулом, сосредоточился на деле. Стэнли перевёл на него взгляд, его густые брови сошлись на переносице.

— Полагаю, преступник. А что, есть какие-то сомнения?

— Отпусти охрану, — потребовала я.

Стэнли снова посмотрел на меня, без тени улыбки. Его глаза грозно блеснули и сузились.

— Ты понимаешь, о чём просишь, Эшли?

— Отлично понимаю. Разумеется, если желаешь обсуждать расследование в их присутствии, то пусть остаются. Может, советы дельные дадут или ответы вразумительные, как считаешь?

Стэнли поджал губы и поднял руку, щёлкнул пальцами - фамильяры покинули темницу, словно в воздухе растворились. Он медленно выдохнул, прикрыв веки на мгновение, и гневно оглядел нас по очереди.

— Что вы задумали? И почему ты, Джош, до сих пор в моём облике?

— Кто здесь отбывает наказание? — повторила я вопрос Бена и подошла к Стэнли почти вплотную, чтобы видеть его голубые и холодные, как лёд, глаза.

Он непонимающе скривился и перевёл взгляд на Джоша. Я чувствовала его волнение, чего прежде не случалось, ощущала покалывание на коже. Во мне поднялся ответный шквал силы, с губ сорвал беззвучный вздох.

Стэнли редко давал волю эмоциям, но сегодня что-то изменилось. Нам удалось загнать в угол Главного Фамильяра? Какие из моих слов зацепили его за живое?

Склонив любопытно голову, я решила его поторопить:

— Нам необходимо знать, Стэнли. Ты можешь открыть её для нас?

— Вы совсем рехнулись? — бесстрастным тоном проговорил он и спрятал руки в карманы брюк. — Камеры нельзя открывать. Никому неизвестно, что оттуда вырвется на свободу. Хотите с жизнью распрощаться и меня подвести под плаху?

Я непонимающе моргнула, но вперёд вышел Джош и встал рядом со мной. Бен медленно обошёл Стэнли и застыл у него за спиной. Фамильяр проследил взглядом и изумлённо усмехнулся.

— У меня за спиной рагмарр? Серьёзно? — у него лицо утончилось, злость достигла пика, и скулы выступили из-под кожи. Глаза у Стэнли полыхнули магией, стали чернильно-синими. Его голос прокатился раскатом грома в обители мрака и тишины: — Вы подозреваете меня? МЕНЯ?! Да ведь это я вас о помощи просил!

Мы застыли, глядя на него - все трое. Стэнли ждал ответа или какой-нибудь реакции, но никто из нас ничего не предпринял. С шумом выдохнув через рот, он возвёл глаза к потолку, такому же призрачному, как и всё вокруг. Тихо рассмеялся и опустил голову, посмотрел на нас снисходительно из-под занавеса волос:

— Я не смогу открыть камеру при всём желании. Не решусь взять на себя такую ответственность. Можете обвинять меня в убийстве Адрианы Хиггинз или похищении Сабрин Дей и Валери Гилберт. — Главный Фамильяр протянул нам руки ладонями вверх: — Надевайте наручники, пытайте, или что вы собирались сделать. Но я не открою камеру. Нет.

Он говорил убедительно, даже слишком, и заронил в мою душу сомнение. Я покосилась на Бена, но его лицо приобрело суровые черты, на лбу пролегла морщинка. Мы мгновение смотрели друг на друга, мысленно решая, как поступить.

Стэнли вскинул любопытно бровь и уставился на Джоша. У него как-то получалось одновременно выглядеть сконфуженным и злорадным.

— Сыщики, — с сарказмом произнёс Джош и улыбнулся весело, приветливо. — Мастера дедукции.

Я ткнула его локтем в бок, он от неожиданности ухнул.

— Извини, Стэнли, — протянула я и одарила его ослепительной улыбкой. Он передразнил меня и, хмыкнул. — Не мог бы ты сказать, из какой камеры удрал наш беглец?

Стэнли с непроницаемым видом указал пальцем на соседнюю камеру с той, что изучал Бен.

— Любопытно, — хмыкнул Джош. — Мучитель держит жертв по отдельности. Но каким образом он запирает их внутри?!

— Для этого нужно владеть древней магией, — напомнила я.

— С чего вы взяли, что здесь одна из пропавших девушек? — Стэнли обвёл нас взглядом и остановил его на Бене - что-то прочёл у него на лице и насторожился.

— На меня не действуют ваши чары, — ответил Бен.

Он обступил Главного Фамильяра и встал около стены из тумана. В неё можно было просунуть руку, собрать в горсть ладонью воздушную материю, но проникнуть в камеру - нет. Бен указал на стену пальцем:

— Там стонет девушка, молит о пощаде. Я бы не стал утверждать, если бы не смог разглядеть её.

— И что ты там увидел? — заинтересовался Стэнли.

— Девушку в грязном голубом платье, с растрёпанными волосами и порезанными руками. Лицо не удалось рассмотреть - она закрыла его ладонями.

— Цвет волос?

— Блондинка, — лаконично бросил Бен.

Сжав губы в тонкую линию, Стэнли развернулся на каблуках и направился к выходу.

— Следуйте за мной.