Глава 31

Во сне стало холодно.

Руки озябли, Иэн поёжился и плотнее завернулся в одеяло. Ткань облепила голые плечи. Он поморщился от яркого света, бьющего в окно, приоткрыл глаза и осмотрел спальню. Очень похожую на его собственная. Такой же размер комнаты, та же обстановка: кресло, камин, кровать, тумба, шкаф. Разница только в цвете штор и ковра. Он женский, мятный.

Конечно, это ведь женская спальня.

До своей Иэн вчера так и не дошел.

Воспоминания накатили волной. Он ухмыльнулся, не глядя вытянул руку в сторону и ощупал соседнюю подушку. Точнее, пустоту на ней. Вот почему ему стало холодно. Неуютно спать без футболки в климате Камбрии в феврале. Как бы кинематограф ни уверял, что мужчины спят голыми, английской зимой хочется напялить на себя один из этих клетчатых пижамных комплектов со штанами на завязках, однако этой ночью некогда было даже футболку найти. Слишком хорошо грело разгорячённое податливое тело рядом. Пожалуй, с такой отдачей его еще никто никогда не «грел».

На самом деле он не рассчитывал на что-то подобное, когда вчера увидел свет под дверью этой спальни. Слишком позднее время, слишком сильно оба устали. Однако постучать в эту дверь показалось… правильным? Просто постучать, пожелать спокойной ночи. Иэн и сам не знал, на что рассчитывал. Его потянуло. Тянуло давно, но сегодня рухнули последние плотины, удерживающие реку.

И реальность превзошла все ожидания.

С Джеммой было охренительно хорошо.

Иэн тяжело перевернулся на другой бок, открыл глаза. Перед ним и правда предстала пустота. Только вмятина на подушке намекнула, что Зайка спала рядом, и это не больная фантазия. Она правда была здесь. Вибрировала от прикосновений, вытягивалась струной, хватала ртом воздух и кусала губы. Не давала отстраниться или отодвинуться от себя ни на дюйм. Строгая, сдержанная, острая на язык Джемма этой ночью куда-то исчезла, уступив место огненному смерчу, затягивающему с головой.

По телу прошла волна возбуждения. Иэн подался в сторону, зарылся носом в соседнюю подушку и глубоко вдохнул слабый цветочный запах. Женский. Он наотмашь дал в висок, и губы начали растягиваться в уже привычную довольную улыбку. Ночью казалось, что Джемма не уснёт вообще, но в конце концов она всё-таки прижалась к нему спиной, натянула одеяло до ушей и отключилась. В ответ на последний поцелуй в шею промурлыкала что-то неразборчивое уже во сне. И грела собой весь остаток ночи.

До сих пор.

Как давно она ушла?

Иэн снова перекатился на другой бок, вытянул руку и нащупал на полу телефон. Свесил голову с края кровати. Девять утра. Он тысячу лет так рано не просыпался. Бедная Зайка, как она вообще оторвала себя от кровати? Потрясающее чувство долга и ответственности. Он приложил усилие и сел в постели. Свесил ноги. Подцепил стопой джинсы и подтянул к себе по полу. Путаясь в штанинах, оделся, нашел в кармане девчачью резинку для волос и собрал гнездо на голове в хвост. И медленно поплелся к выходу из спальни.

Самое важное на сегодня после поиска кардигана и чистой футболки — найти Джемму и зажать в тёмном углу. Всё остальное потом.

В кухне витал стойкий запах чего-то вкусного, но кругом было тихо и пусто. Дом будто замер, чего не было с ним вот уже пару недель. Или это просто искаженное восприятие? Иэн шагнул через порог, покрутился, осматриваясь. Джеммы здесь тоже нет, как и в других комнатах хозяйского крыла — он успел заглянуть во все, в том числе и в ванную. В гостевую часть коридора он не переходил, там делать нечего.

Сбежала и не сказала. Очень интересный поворот. Еще интереснее, чем пробуждение в одиночестве в чужой спальне. Конечно, сбежала она, потому что маленькой Зайке нужно в школу, но всё-таки… Осталось проверить комнату администратора и кабинет, однако что-то подсказывало, что там её тоже не будет.

Иэн решительно двинулся через кухню. Ужасно неудобный дом. Чтобы найти одну маленькую женщину, нужно намотать пару миль. Он вошел в бар, успел повернуть к выходу в холл, но тут же замер на пороге.

Мужчина лет пятидесяти в одиночестве сидел за столиком у окна и пилил кусок бекона столовым ножиком. Тот самый мужчина, который вчера в баре примкнул к компании завсегдатаев, бурно общался и заказывал пиво. Аккуратный, с седоватой ухоженной бородкой, не в пример тому же Паркеру.

Постоялец.

Чёрт! Вот про кого Иэн точно забыл. И вот с кем сейчас хотелось общаться меньше всего. Не дом, а проходной двор. Он успел отвыкнуть от того, что здесь может ошиваться кто-то посторонний. Попятившись обратно в кухню, он толкнул дверь спиной, но… мистер Как-его-там заметил движение и обернулся. Убегать стало глупо. Иэн запахнул на себе кардиган, скрестил руки на груди и изобразил на лице радушную улыбку.

— Доброе утро.

Радушная улыбка с утра. Ха-Ха-Ха. Скорее она больше напоминает оскал.

Мужчина невозмутимо отложил вилку, взял чашку и поднёс к губам.

— Доброе, — выронил он поверх её края.

Иэн забросил руку за голову и почесал затылок. Как же его зовут? Господи, это же так просто! И уйти тоже просто. Но невежливо.

— Вы ранняя пташка, — бросил он первое, что пришло в голову.

Мужчина в ответ едва выгнул брови. Не угадал?

— В смысле… — Иэн снова сомкнул руки на груди. — Вчерашний вечер затянулся, можно было спать до обеда…

— Мне скоро уезжать, пришлось ставить будильник.

Брови постояльца опустились, он снова отвернулся к тарелке. Вот и поговорили. Какое облегчение. Можно без зазрения совести идти дальше. Иэн начал медленно прокрадываться в сторону холла.

— Очень жаль, что не задержитесь: у нас тут столько всего красивого! — он вполне натурально вздохнул. — Вам ничего не нужно? Еще чай? Кофе?

— Нет, спасибо, — мужчина вяло улыбнулся. — Ваша супруга уже всё сделала.

Иэн чуть не закашлялся. Прекрасное совпадение. После бурной ночи прозвучало как минимум смешно. Или не смешно.

— Она ведь уехала? — стараясь состроить безмятежное лицо, он привалился боком к барной стойке.

Отличный супруг, не знающий, где его женщина.

— Подала завтрак и повезла девочку в школу, — кивнул мужчина. — Сколько малышке лет?

А еще не потрудившийся отвезти ребенка в школу.

— Шесть, — выронил Иэн.

— Она милая. На вас похожа.

— Да, что-то есть.

Входная дверь громко хлопнула, над барной стойкой с жалобным звоном задрожали стеклянные бокалы. Еще одно отличие неудобного дома — сквозняк всегда усиливает эффект появления в несколько раз. Иэн повернулся на звук, постоялец тоже. По холлу пронеслись быстрые шаги, открылась дверь в бар и влетела Джемма, на ходу стаскивая с головы серый капюшон толстовки.

Приехала его Зайка. Наконец-то. Иэн прикусил губу.

Она не сразу заметила его присутствие: успела сделать несколько шагов по большому помещению, оправить подол толстовки, прочесать пальцами светлую чёлку. И только тогда уронила руку, подняла взгляд и… застыла посреди бара. Выражение лица на секунду сделалось испуганным. Но она мгновенно взяла себя в руки.

Не такой реакции он ждал.

— Иэн, — прозвучало сухо и официально.

Еще бы кивнула и приставила пятку к пятке. Потрясающе. Иэн выгнул брови.

— Привет.

Их взгляды встретились. В воздухе заискрило напряжение. Она так и осталась стоять: прямая, строгая, со спокойным выражением лица. Шевельнулась и заложила руки за спину. Воздух в баре похолодел на градус, Иэн выгнул брови еще, хотя куда уж больше. Тишина заполнила пространство и оплела паутиной.

Очень интересно. Это такая игра на публику?

— Вы быстро вернулись, — встрял посторонний голос со стороны.

Паутина порвалась. Джемма встрепенулась и резко развернулась к гостю.

— Школа здесь недалеко, — на её губах мелькнула вежливая улыбка. — Вам ничего больше не нужно? Всего хватает?

— Всё замечательно, — постоялец вяло отмахнулся. — Не переживайте за меня.

Она коротко кивнула.

— Отлично. Если понадоблюсь, я буду в кухне.

И, опустив голову, плотнее сцепила руки за спиной и метнулась дальше через бар. Глядя под ноги, пронеслась мимо Иэна в кухню. Даже не покосилась в его сторону, не кивнула, не указала взглядом идти за ней.

Если он когда-нибудь и научится понимать женщин, то точно не сегодня.

Не глядя больше на постояльца, Иэн сорвался с места и ворвался в дверь. Что подумает мужчина? Да наплевать. Молодая семья: чувства еще живы, несмотря на семь лет брака и дочь. Он влетел в кухню. Джемма уже успела подойти к раковине и зачем-то включить воду. Иэн взял её под локоть, притянул к себе и потащил к выходу на «чёрную» лестницу.

— Что… — недоуменно выронила Зайка.

Но больше ничего сказать не успела. Они очутились в тёмном коридоре, Иэн развернул её спиной к стене и с размаха уперся ладонями по обе стороны от обалделого лица. Джемма во все глаза уставилась на него.

— Какого хрена ты делаешь?

Как удачно она отобрала у него вопрос. Он сделал едва заметное движение и приблизился к стройному телу. Её тонкий цветочный аромат, смешанный с запахом зимнего ветра, пощекотал нос. Иэн склонился ниже и заглянул в серые глаза.

— Я проснулся, а тебя нет, — пробормотал он.

И машинально приблизился еще, почти неосознанно коснулся носом её носа и потёрся. Джемма продолжала смотреть на него во все глаза. Сделала короткий судорожный вдох. Растеряла всю строгость и сухость?

— Мне нужно было приготовить завтрак, — она пожала плечами. — И отвезти Мию…

Глупости.

— Почему не разбудила? — Иэн задел губами её губы.

— Зачем?

Она же сейчас не серьзно?

— Кто ты и куда дела мою Зайку? — он слегка прижал её собой, заглянул в глаза. И поймал еще один дрожащий вдох.

— Слушай… — пробормотала Джемма, но тут же запнулась. Голос стал серьезным. — Всё было здорово, очень. Но тебе сейчас не обязательно это делать.

В его грудь вдруг уперлись две маленькие ладошки и безуспешно надавили. Она его отталкивает?

— Делать что? — он не сдвинулся с места.

Наоборот, расстояние сократилось до величины атома. Её тепло уже вовсю ощущалось кожей.

— Вот это, — она метнула взгляд на его губы. — Да, нам было хорошо, но не волнуйся, я знаю правила и не стану задавать сложные вопросы… Или вешаться тебе на шею. Или…

Ах, вот оно что. Давящее на плечи непонимание рухнуло вниз. Иэн подался вперед, впился в мягкие губы и жадно смял их. Нужно было сделать это еще несколько фраз назад. Стеклянная стена между ними разбилась, Джемма издала глухой стон, её губы без промедления раскрылись навстречу. Пальцы конвульсивно сжали его футболку на груди. Дурочка. Она знает правила? Нихрена она не знает. Мог бы и сам подумать о том, что будет утром, но на самом деле такой поворот в голову не приходил вообще.

Не прерывая поцелуй, Иэн обхватил её руки, оторвал от своей груди и поднял над головой. Переплел пальцы, прижал сцепленные «замки» к стене. Джемма задрожала, вытянулась и выгнулась навстречу. В вены впрыснули бензин и подожгли. Он сделал едва заметное движение и вдавил её в стену окончательно, и в его губы влетел еще один стон.

Вот теперь всё правильно, всё на месте. Тело к телу, никакого расстояния. Иэн сильнее сжал переплетенные пальцы, на мгновение отстранился, но тут же снова углубил поцелуй. Пульс в висках разогнался, и здравые мысли начали выветриваться из головы…

— Джемма? — в сознание проник чужой голос.

Мать твою!

— Джемма, вы здесь?

Поцелуй оборвался. Иэн открыл глаза и наткнулся на потемневший взгляд. Попытался снова прихватить мягкие губы своими, но Зайка резко отвернулась.

— Я в кладовой! — бросила она севшим голосом и тут же откашлялась. — Сейчас выйду.

Её сердце бойко молотило в его грудную клетку, на белой шее проступила пульсирующая венка. Иэн опустил голову и прижался к ней губами. Ответом ему стал рваный выдох…

— Можно мне еще чаю? — голос мистера Как-его там снова вклинился в идиллию.

Да чтоб его!

Иэн проложил дорожку поцелуев вниз по шее…

— Конечно, минуту! — снова выдавила Джемма.

Минуту, и не одну. Он расцепил «замки над головой», одной рукой забрался под толстовку и повёл пальцами вверх по коже. Не встретил никакой помехи в виде белья. Второй рукой оттянул ворот и легко прикусил голове плечо. Джемма сдавленно охнула и вцепилась в его футболку. Хорошо, что он раньше не знал о полной наготе под плотной одеждой.

Сошел бы с ума нахрен.

Ладони заскользили по бархатной коже под толстовкой. Иэн снова поднял голову и запечатал губы Зайки. Она забросила руки ему за шею и собственнически притянула к себе. Но тут же протестующе замычала и отстранилась.

— Нужно… чай…

Пошел в задницу!

Иэн ткнулся носом в ямку под ухом.

— У нас нет кладовой, врушка, — выдохнул он, прикусывая мочку.

— В другой раз признаюсь, что почти занялась сексом на лестнице, — шепнула она и сделала слабую, неуверенную попытку оттолкнуть его.

Слишком слабую. Он не поддался.

— Иэн… — раздался горячий выдох.

Всё внутри завибрировало, откликаясь. Если она и дальше будет так дышать с его именем на губах…

— Иэн, нужно идти, — уже увереннее проговорила Джемма.

Ч-ч-чёрт.

Чёрт, чёрт, чёрт.

Вот так выглядит разочарование.

Иэн оборвал поцелуи. Уронив голову, ткнулся лбом в белое плечо. Тело начало мелко трясти, из лёгких вырвался тяжелый вздох. Долбаный отель. Долбаный дом, который никогда не был домом по-настоящему.

— Отпустишь меня? — тихий шепот согрел кожу шеи.

Ни шанса на то, что одумается.

Он в последний раз целомудренно чмокнул гладкое плечико, отстранился и поднял руки с раскрытыми ладонями. Джемма поспешно протиснулась мимо. Сделала шаг в сторону и скрылась в дверном проёме. Коридор мгновенно опустел, Иэн качнулся вперед, ткнулся лбом в стену и закрыл глаза.

За стеной включился чайник, хлопнула дверца шкафа и зашелестела бумага. Зайка быстро взяла себя в руки, явно быстрее его. Женщины вообще хорошо это умеют. В одну секунду могут превращаться из расплавленного металла в твёрдую статую. Хорошее качество. Очень нужное в жизни.

Лава внутри начала опадать. Иэн еще раз глубоко вдохнул, шумно выдохнул и оторвался от стены. Сделал шаг к дверному проёму, остановился и привалился плечом к откосу. Джемма летала по кухне, что-то насыпала в жестяные банки, убирала пакеты в шкафы, накрывала банки крышками. Вытянулась, схватила с верхней полки мешок с кофе, и её толстовка послушно задралась, оголяя плоский живот и выступающие чёткие ребра. Руки снова заныли от желания пройти по ним пальцами, и Иэн скрестил их на груди.

Если бы в доме никого не было, кроме них двоих, эта кухня уже заполнилась бы горячими стонами. А так…

— Не понимаю, как можно жить здесь круглый год, — выронил Иэн.

Голос прозвучал по-прежнему хрипло и надломленно. Он быстро откашлялся, прочищая горло.

— Ты жил здесь двадцать лет, — Джемма всыпала зёрна в кофемашину, стрельнув в него взглядом.

Ну да. Жил. Очень давно.

— И страдал, потому что здесь было невозможно остаться одному. Рядом постоянно тёрлись чужие люди.

Зайка пожала плечами.

— Это неприятно, но не критично, — она вставила кружку и нажала на кнопку запуска кофемашины.

Кому как.

— Я слишком ценю личное пространство, — Иэн тихо хмыкнул. — Мне всегда хотелось выгнать всех отсюда. Пройти в трусах от ванной к спальне было праздником, и это при том, что гостиница не пользовалась спросом, — он отошел от откоса, сделал шаг по кухне и прижался спиной к высокому шкафу-пеналу. — Не могу понять, как ты живёшь здесь сейчас: в сезон ведь наверняка собирается фулл хауз.

Джемма уперлась ладонями в столешницу.

— Тебя так задело, что нам помешали?

— Я не настолько примитивен, — он хохотнул и стукнулся затылком о шкаф. — Просто это напомнило еще одну причину, почему я отсюда уже однажды свалил.

Чайник отключился. Джемма не стала отвечать, изображая бурную деятельность. Оттолкнувшись от столешницы, она отошла к чайнику, сорвала его с платформы и опрокинула над чашкой. Иэн молча следил за её собранными, методичными жестами: в этом вся она. Хозяйка гостиницы, знающая своё дело, исполняющая его несмотря на горе, утрату или, наоборот, страсть.

Смогла бы она чувствовать себя так же где-то еще?

Пар причудливым узором заклубился над чаем. Джемма подхватила чашку двумя пальцами и плавно двинулась к выходу в бар. Иэн посмотрел ей вслед.

— Какие планы на день? — успел бросить он.

Она остановилась. Обернулась и повела плечиком.

— Не знаю… Выпроводить Аарона, убрать в номере, проверить счета…

— Так его зовут Аарон?

Аккуратные бровки иронично выгнулись.

— Ты забыл?

Будто этот постоялец хоть немного его волновал.

— Он последний, о ком я думал, — Иэн приподнял уголок губ в ухмылке. — Я буду в кабинете. Если понадоблюсь или просто захочешь пообщаться…

— Я знаю, где искать, — кивнула она, развернулась и двинулась дальше.

Прозвучало почти холодно и отстранённо.

Может быть, эта ночь и правда была для неё первой и последней? И из них двоих навязывается здесь он? Вроде бы вот только что она стонала в его руках, а минуту спустя абсолютно отдалилась. Иэн разомкнул руки и сильно растёр лицо ладонями. Так кто здесь дурак?

Однако…

Джемма дошла до самой двери, замерла, развернулась. И молча пошла обратно. Забыла насыпать гостю сахар? Иэн вперил в неё недоуменный взгляд. Однако она проигнорировала сахарницу, вместо этого приблизилась к нему, отнесла горячую чашку в сторону и встала на носочки.

Его губ коснулся нежный, неспешный, поцелуй.

— Доброе утро, Иэн, — прошелестел мягкий шёпот, затапливая теплом.