Глава 3. Находка в гробу

Корабль — а Джейн искренне верила, что «Рогалик» по классификации ближе к космическому кораблю, чем к груде металлолома, — завис в ста метрах от разорванного борта древнего крейсера. Маневровые двигатели тихо шипели, удерживая позицию против слабого притяжения астероида. За иллюминаторами простиралось настоящее кладбище. Обломки кружили медленно, почти лениво — куски брони с оплавленными краями, фрагменты орудийных башен, обрывки кабелей, похожие на мёртвые щупальца. Местами на поверхности астероида виднелись глубокие борозды, оставленные, должно быть, ударными волнами трёхсотлетней давности. Космос здесь был особенно чёрным, особенно молчаливым. Даже звёзды казались более далёкими.

Джейн уже стояла в шлюзе в полном скафандре. Рыжие волосы были спрятаны под шлемом, но несколько непокорных прядей всё равно выбивались у висков. Она проверяла герметичность перчаток в третий раз, хотя система уже давно подтвердила готовность. Сердце колотилось так сильно, что она чувствовала пульс каждым участком тела.

Грейс стояла рядом. Её скафандр был усилен дополнительными пластинами на руках — импланты требовали больше защиты. Металлические пальцы двигались с привычной точностью, проверяя инструменты на поясе: лазерный резак, аварийные зажимы, портативный сканер.

— Ваппи, — произнесла Джейн в комлинк, — держи «Рогалик» на стабильной позиции. Патрик, если что-то пойдёт не так…

— Я вас вытащу, — перебил Патрик хрипло. Он сидел в кабине, не отрывая взгляда от экранов. — Но быстрее. Реактор уже капризничает.

Грейс фыркнула.

— Да ладно? Ну ни хера ж себе! А кто бы мог подумать?! Не тормози, Джейн. Открываем.

Шлюз «Рогалика» открылся с тихим шипением. Они оттолкнулись и полетели к тёмному пролому в борту крейсера. Магнитные ботинки щёлкнули, когда Джейн коснулась обшивки. Металл под ногами был покрыт тонким слоем космической пыли. Следы боя кричали отовсюду. Стены были испещрены отверстиями от кинетических снарядов. В некоторых местах броня была полностью выжжена, словно гигантским факелом. Внутри, в полумраке, плавали обломки кресел, панели управления, чьи-то личные вещи — фотография в растрескавшейся рамке, кружка с эмблемой Федерации, обрывок формы.

Джейн включила налобный фонарь. Луч выхватил из темноты коридор, ведущий вглубь.

— Командный отсек должен быть вперёд и вверх, — проговорила она, сверяясь с картой, которую Ваппи наложил на визор. — Сигнал идёт оттуда.

Они двигались медленно. Каждый шаг отдавался вибрацией в костях. Грейс шла чуть сзади, постоянно сканируя окружение.

— Здесь кто-то очень сильно хотел, чтобы этот корабль не достался никому, — тихо сказала Грейс. — Смотри. Следы внутренних взрывов. Кто-то подрывал системы изнутри, когда уже всё было потеряно.

Джейн промолчала. Она чувствовала тяжесть этого места всей кожей. Триста лет тишины. Триста лет медленного умирания.

Командный отсек оказался наполовину разрушенным. Грейс разрезала остатки дверей лазерным резаком. Металл брызнул искрами, которые тут же погасли в вакууме. Они вошли.

Отсек был огромным. Когда-то здесь кипела жизнь — десятки станций, голографические карты, кресла офицеров. Теперь всё было мёртвым. Но в дальнем углу, за толстым слоем защитных экранов, стоял анабиозный блок. Длинный, прямоугольный, похожий на гроб из тёмного сплава. Большинство капсул внутри были тёмными, мёртвыми. Индикаторы погасли века назад. Но одна…

Одна всё ещё слабо светилась.

Красный огонёк мигал на последнем проценте резервного питания.

Джейн подошла ближе, протёрла мутное бронестекло перчаткой. И замерла.

За стеклом лежал он.

Мужчина. Лет тридцати. Тёмные волосы коротко острижены по армейскому уставу, даже сейчас, после веков сна, сохраняли жёсткую форму. Лицо — суровое, волевое, с чёткими скулами и плотно сжатыми губами. Даже в бессознательном состоянии в нём чувствовалась опасность. Мощный, тренированный корпус был одет в тёмно-серый комбинезон Федерации с едва различимыми знаками различия. Руки лежали вдоль тела, пальцы слегка согнуты, будто готовые схватить оружие в любую секунду.

Джейн не могла отвести взгляд. Что-то в этом лице притягивало и одновременно пугало. Будто за стеклом спал не человек, а хищник, которого разбудят — и он сразу вспомнит, как убивать.

— Джейн, — голос Грейс прозвучал резко. — Смотри на индикаторы. Питание падает. Ещё несколько минут — и капсула умрёт окончательно. Вместе с ним.

Как назло, именно в этот момент красный огонёк вспыхнул чаще. Система начала выдавать ошибки. Где-то глубоко внутри блока что-то тихо хрустнуло.

— Он не успеет, — прошептала Джейн. — Грейс, нам нужно снять весь аварийный контейнер. Целиком. Сейчас.

Грейс посмотрела на крепления. Массивные, рассчитанные на перегрузки боевого корабля. Потом на Джейн.

— Ты серьёзно? Мы вдвоём? В вакууме? Пока отсек ещё держит остатки герметичности?

— Да. — Джейн уже доставала аварийные зажимы. — Автокар у шлюза. Если успеем дотащить…

Капсула снова вспыхнула предупреждением. Где-то в переборках раздался глухой треск. Датчики на визоре Джейн закричали: давление в отсеке начало стремительно падать. Микротрещины, которые держались триста лет, наконец сдались.

— Шевелись! — рявкнула Грейс.

Они набросились на крепления. Лазерный резак Грейс вспыхнул синим. Искры полетели. Джейн вставляла аварийные зажимы, фиксируя контейнер, чтобы он не улетел, когда отпустят последние болты.

— Держи! — крикнула Грейс.

Последний крепёж поддался. Контейнер массой в несколько сотен килограммов медленно оторвался от пола. Они вдвоём, используя магнитные захваты и импланты Грейс, потащили его к выходу. Автокар ждал у пролома — маленькая грузоплатформа на магнитной подушке.

Треск становился громче. Где-то в глубине отсека что-то взорвалось с глухим хлопком. Воздух, который ещё оставался, начал вырываться наружу свистящими струями.

— Быстрее! — закричала Джейн.

Они затащили контейнер на автокар. Грейс зафиксировала его зажимами. Джейн прыгнула на платформу рядом. Автокар рванул к «Рогалику».

За спиной командный отсек окончательно разгерметизировался. Обломки, пыль, куски панелей вырвались наружу огромным облаком. Если бы они замешкались ещё на десять секунд…

Шлюз «Рогалика» принял их с шипением. Двери захлопнулись. Атмосфера начала восстанавливаться.

Джейн сорвала шлем. Рыжие волосы растрепались окончательно. Она стояла на коленях рядом с контейнером, тяжело дыша, и смотрела на мутное стекло, за которым всё ещё лежал он — суровый, опасный, живой только чудом.

Грейс сняла шлем тоже. Металлические пальцы дрожали от перенапряжения.

— Мы… — она сглотнула. — Мы только рисковали жизнью ради ископаемого. Надеюсь, ты понимаешь, что дальше будет ещё веселее. У нас на борту нет ни медика, ни оборудования, чтобы этого динозавра в чувства привести. Попутно, не спалив ему мозг.

Джейн медленно провела ладонью по холодному стеклу капсулы. Внутри что-то едва заметно дрогнуло. Индикаторы питания вспыхнули чуть ярче — «Рогалик» уже подключал внешнее питание.

— Я понимаю, — тихо сказала она. — Но он жив. И теперь он наш. Пока.

За иллюминатором медленно кружило кладбище. А внутри аварийного контейнера спал человек из другой эпохи.