Глава 6. Флэш

Убедить Лиса в том, что провожатые ей не нужны, и она совершенно точно способна добраться до первого участка самостоятельно, даже при условии потери дара, оказалось непросто. Напарник, узнав о ее неприятностях, пришел в ужас, и Джей пришлось выслушать целую лекцию о вреде молчаливости и недоверия к друзьям. Ее робкие оправдания, что Лис все равно не смог бы ей ничем помочь, успехом не увенчались. Кажется, напарник даже обиделся.

Пивкацкин же поразил Джей отсутствием реакции на ее признание, давшееся ей с таким трудом. Просто хмыкнул и… похвалил за честность. Старик сам обо всем догадался, и этот факт приводил Джей в ужас. Потому что об этом могли догадаться и другие, ведь так? Неужели это настолько очевидно? Но Пив ее успокоил, сказав, что понял, что ее дар ушел лишь потому, что в свое время сам умудрился его потерять. На три недели, по его словам.

«Я все время чувствовал себя неполным, глухим. Я очень хорошо помню то время, детектив. Вы просто напомнили мне себя, вот и все. У вас в глазах растерянность, вы все время слегка наклоняете голову, будто прислушиваетесь к чему-то. Тот, кто с этим не сталкивался, не поймет, поверьте.»

Но полностью успокоиться не удавалось. А особенно в свете статуса дела и возможных проверок из Тайной Канцелярии.

Старик обещал молчать, более того, подробно рассказал обо всем, что ему удалось считать с тела. И плаща. Черного плаща Живущих-В-Ночи, будь он неладен. Половина из того, что он рассказывал, в его отчете отсутствовало, просто потому что являлось результатом первичного осмотра, который должна была произвести Джей. И Джокер была приятно удивлена, когда выяснилось, что ее вранье Вдове подтвердилось. Убийца действительно был в нем. В черном плаще, найденном на месте преступления.

Повезло.

Но кое-что показалось ей странным. Пивкацкин утверждал, что на плаще нет потусторонней ауры. А в свете открывшегося Джей знания, этого просто не могло быть. Да и Лис подтвердил: если бы убийца вызывал духа, будучи одетым в плащ, аура должна была остаться, ведь по сути дух выходит из тела заклинателя или шамана. Представив это, Джей содрогнулась, но судя по Лису, для него все это было естественным. Получалось, что либо убийца надел плащ уже после вызова, либо он был не один. Простой человек, распарывающий живот шпагой или вскрывающий горло, действующий сообща с заклинателем или шаманом? Эта версия подтверждалась каплей крови, которую Пив обнаружил на лбу Востина Ероха. Каплей крови человека без дара.

Все это было очень уж странным. Хотя, все в этом деле было странным: от антуража убийств, до смазки на губах.

Огромное количество противоречивых улик давали простор воображению, и в то же время усложняли дело: машинная смазка вела в депо, знаки на лбу — к Живущим-В-Ночи, странное поручение Востина Ероха — в полицию, а не состоявшаяся сделка Жустина Лерко — к артефактам.

Какая из этих ниточек может вывести ее к истине?

Пивкацкин обещал молчать, а в свете его рассказа о потере дара, Джокер ему верила. В верности Лиса она тоже не сомневалась, пусть и не собиралась изначально обо всем ему рассказывать. Она действительно забыла о его присутствии. И мастер смерти подтвердил: рассеянность — следствие опустошенности, вызванной проблемой с магическим даром.

Она в ловушке. Она ведет дело чуть ли не государственной важности, потеряв дар и вкушая все последствия этого.

Но Пив посоветовал не распространяться об этом дальше. Он тоже считал, что в свете «особого» статуса дела, ее могут просто вышвырнуть из Магполиции. Просто потому что сейчас верхушке нужна кровь. Хоть чья-нибудь: если не пойманного убийцы, так детектива, внезапно ставшего недееспособным.

Лис вытребовал у нее обещание, что она вечером придет к нему и расскажет о том, как прошел день, и все-таки ушел, оставив Джей одну возле здания третьего морга.

Ей нужно было пройтись. Обдумать все еще раз. И еще раз. И еще. Пока она не поймет, что же делать дальше. Нет, не так. Пока она не поймет, какая из ниточек ей больше нравится. У нее больше нет сверхинтуиции менталиста. Но женская интуиция, так высмеиваемая мужчинами, осталась. И она работает, что бы они там ни думали. Значит, пора довериться ей.

Погруженная в мысли, она не заметила, как ноги привели ее в парк. Ну что ж, среди природы, говорят, лучше думается. Джей решила не торопиться, раз все равно опоздала. Да и Пивкацкин подтвердит, что она была у него. Она детектив, а не секретарь, в конце концов.

В парке пахло прелью и солнцем. Солнцем, которое еще не решилось покинуть уютные объятия облаков, но уже готовым это сделать. Каждый житель Дирна буквально кожей чувствовал приближение солнечной поры, и Джей не была исключением.

Возможно, она все-таки сходит к Лейле: ей определенно нужно новое платье, в котором она могла бы пройтись, когда отсыревшей мостовой Дирна коснется первый солнечный луч.

Несмотря на сравнительно ранний час, в парке было довольно много людей. Знакомых ей не встречалось, за что она в глубине души была небесам благодарна: не хотелось отвлекаться на ничего не значащие разговоры и расшаркивания.

— Детектив Джокер?

Чертыхнувшись, Джей обернулась и обнаружила инспектора Логара, сидевшего на той же скамейке, что и в прошлый раз.

Даже одежда была та же самая: кожаная куртка с заклепками, сапоги… у него через день выходной, что ли? Везет же…

Видимо, эта мысль отразилась на ее лице, потому что Себастьян усмехнулся и пояснил:

— В связи с некоторыми личными обстоятельствами мой рабочий день, если это позволяет служба, начинается чуть позже. Но и заканчивается так же.

— Простите, — Джей попыталась изобразить радость от встречи. — Я совсем забыла о вежливости. Доброе утро, инспектор. Судя по тому, что вы здесь, меня не ожидает очередной интересный труп, и я этому рада!

Логар шутки не оценил, по крайней мере, вида не подал. Без тени улыбки он внимательно разглядывал ее лицо. Как-то неловко даже стало.

— Себастьян? — бархатный женский голос разбил затянувшееся молчание, и Джей обнаружила возле себя женщину примерно одного с ней возраста.

Она была одета в облегающее платье цвета охры, обильно украшенное самоцветами и драгоценными камнями, большая часть из которых не показалась Джокер подделкой. Безупречный макияж и светло-каштановые волосы, уложенные в безукоризненную прическу по последней моде довершали образ. Выглядела женщина шикарно, и пусть Джей сегодня и не ощущала себя оборванкой, рядом с ней ей стало не по себе. В вещах с чужого плеча, кое-как собранными в косу волосами… надо убираться отсюда и выкинуть эту даму из головы.

И верить в то, что она, Джей, выглядит неплохо.

— Мэрилин? — Логар уставился на незнакомку, подняв бровь. — Какие-то проблемы?

— Эйлина требует себе новую куклу. Я пыталась объяснить ей, что у нее и так достаточно игрушек, но она настаивает! Мы пройдемся по магазинам, ты не против? — голос Мэрилин, немного низковатый и хриплый, казалось, обволакивает пространство вокруг, гипнотизирует… манит… Джей надо было идти дальше, она и так уже неприлично опоздала, но слушая этот бархатный голос, она не могла сдвинуться с места, просто наслаждаясь им.

— Я не против, — Логар усмехнулся, вытащил из кармана куртки несколько ассигнаций и протянул… жене? Наверняка. Кто же еще может спрашивать разрешения пройтись по магазинам? — Только, пожалуйста, пусть ее новая игрушка не будет заводной, хорошо?

— Я постараюсь, — Мэрилин величественно кивнула в сторону Джей. — Ты не познакомишь нас?

— Детектив Джей Крис, Магполиция, — не дожидаясь, пока Логар откроет рот, чтобы что-нибудь сказать, Джокер решила взять дело в свои руки. Быстрее уйдет отсюда, от этой шикарнейшей женщины, возле которой ей опять становится не по себе. Мэрилин не вела себя высокомерно, но ее внешность подавляла, ей хотелось поклоняться, а если услышать ее голос…

— О! Себастьян рассказывал про вас! Меня зовут Мэрилин, — сверкнув глазами, ответила эта невероятная женщина. — Но вы можете называть меня просто Мари.

Это почему она может ее так называть? Она что, не заметила как стала другом семьи Логар? После заявления Лейлы, Джей, пожалуй, такому бы и не удивилась.

— Я… вы… очень, приятно… Мари, — растеряно ответила Джей, пожимая протянутую руку.

Странный сегодня день. Мир изменился. Как будто вчера она заснула совсем в другом Дирне, более мрачном, более безжалостном, более скучном.

Или это она изменилась?

Возможно, все кажется другим из-за отсутствия дара?

— Мне тоже. Себастьян, мы с Эйлиной сюда больше не вернемся, сразу пойдем домой. И… — Мэрилин помедлила, — надеюсь, что сегодня ты придешь не очень поздно. Я хочу с тобой поговорить. До свидания, детектив Крис!

Джей проследила за ней взглядом, ей вдруг стало интересно, как выглядит дочь Логара. Они много лет пересекаются на работе, она никогда не задумывалась женат ли он, а сегодня ей выпала честь познакомиться с его семьей.

Эйлина оказалась девочкой лет семи-восьми. Розовенькое платьице с рюшками, беленькие панталончики и беленькая же шляпка на пшеничного цвета волосах, делали ее похожей на фарфоровую куколку из тех, что так любят коллекционеры. Видимо она была больше похожа на мать, по крайней мере издалека казалось именно так. Красивая девочка, жаль что у Джей, по всей видимости, уже не будет детей.

— Как продвигается ваше расследование? — голос Логара вернул ее к действительности.

Вздохнув, Джей оторвала взгляд от Мэрилин и Эйлины, которые, взявшись за руки, ступили на одну из тропинок, постепенно скрываясь за деревьями, и перевела взгляд на инспектора.

Что бы ему ответить? Что она практически в тупике?

— Неплохо, — сдержанно отозвалась она. — Делу присвоили статус «особой важности».

Черт! Идиотка, идиотка! Кто тебя за язык тянул?

Хотя, если подумать, скоро об этом все равно все узнают. И даже в газетах, возможно, напишут, чтобы народ утихомирить.

Подтверждая мысли Джей, Логар кивнул.

— Этого следовало ожидать, — заметил он. — В свете этих сумасшедших статей… но вы справитесь, Джокер.

Конечно, справится! Она и не с таким справлялась… пока у нее был дар.

— Спасибо, — поблагодарила она.

Логар поднял брови.

— За что? — спросил он.

— За поддержку, — буркнула Джей.

То ли сегодня день такой, то ли она впервые за долгое время начала замечать, что кому-то не все равно. С другой стороны, слова Логара — обычная вежливость.

— Я всегда готов вас поддержать, Джокер.

Джей напряглась. О чем это он? Неужто, флиртует? Она внимательно всмотрелась в его глаза, молясь небесам, что намек на флирт ей просто показался. Вроде бы, действительно показался: в глазах Себастьяна Логара было только сочувственное участие. По крайней мере, большего Джей не увидела.

— Спасибо, — неловко повторила она.

Ее опоздание становилось совсем уж неприличным. Пожалуй, в первом ее сожрут. Так, может, не стоит и торопиться? Она усмехнулась своим мыслям. Действительно: оттягивать неизбежное она определенно умеет.

— Я раньше вас здесь не замечал, — продолжал инспектор. — Но вот мы встретились в этом месте уже второй раз за три дня. Скоро здесь будет тесно от количества знакомых.

— Вы о чем? — Джей стало интересно. Не то, чтобы она часто посещала этот парк, но именно отсутствием знакомых он ей и нравился.

— Пока что о толпе полицейских речи не идет, — с серьезным видом сказал Логар, — но Карен и Пивкацкин появляются здесь каждый вечер. Или же их график посещения совпадает с моим. В любом случае, каждый раз, когда я попадаю сюда после семи вечера, они сидят вон там, — он кивнул на одну из лавочек, — пьют, кажется, вино и играют в шахматы. Пивкацкин выигрывает.

— Правда? — Джей осознала, что глупо улыбается в ответ на его слова. — Мастер смерти играет в шахматы? Мне казалось, он…

больше любит раскладывать пасьянсы на трупах

— Приходите сюда вечером, убедитесь сами, — предложил Логар, улыбаясь в ответ.

Джей сделала назад.

— Я подумаю, — ответила она. — Мне пора. Спасибо за разговор, инспектор.

Логар внезапно поднялся со скамейки, шагнул к Джей и, взяв ее руку в свою, поцеловал запястье.

— Вы прекрасно выглядите, Джокер. Эта одежда вам идет.

Джей затрясло. Она не знала, что больше служит этому причиной: ее привычное отвращение к мужским прикосновениям, то, что Себастьян нарушил установленные границы, или возмущение тем, что он заигрывает с ней, когда у него такая красивая жена и невероятно милая дочь.

Скорее, последнее.

Стало совсем противно.

Джей медленно отняла свою руку и, не сказав больше ни слова, развернулась и пошла прочь. Оглядываться не стала, но чувствовала, как взгляд инспектора буравит ей спину.

Все мужчины одинаковые. Все.

Они будут обещать тебе достать луну с неба, будут клясться в вечной верности, но каждое их слово — всего лишь ступенька к достижению цели. И когда они достигнут желаемого — просто выбросят тебя, словно использованную половую тряпку.

«Ты такая красивая…»

И хочется в это верить, ох как хочется, особенно когда ты еще совсем молодая выпускница сыскной школы, которая только-только устроилась на работу в Магполицию.

«Говорят, некоторые женщины приходят в наш мир с небес. Они сверкают, как искусно ограненные алмазы, одаривая нас, простых смертных, теплом. Я уверен, что ты — одна из них».

Его звали Либэр Карст, он был братом одной из убитых девушек, и безутешен он был до того самого момента, пока не увидел Джокер. Хотя нет, тогда она была всего лишь помощницей мастера смерти во втором морге и прозвище это не носила. Возможно, он действительно был влюблен в Джей, но спустя годы она поняла, что их короткий трехмесячный роман был всего лишь попыткой справиться с потерей сестры. Он был обходителен и ласков, дарил Джей цветы и сладости, кружил ей голову красивыми словами, а потом просто исчез, не оставив и записки. Попытки его найти увенчались относительным успехом: после почти недельных поисков, в течение которых Джей успела передумать все на свете, в том числе и то, что он был убит, она выяснила, что господин Либэр Карст благополучно продал свой дом и отбыл в Шивал. Навсегда.

После Дрэя это был уже второй раз, когда ее бросали. Но Дрэй был искренен, он всеми силами пытался остаться Джей другом, и ему это удалось. А вот Либэр ее предал. Не посчитал нужным даже объясниться. Просто исчез, а Джей тогда впервые ощутила себя неполноценной. Не нужной. Никому. Просто отработанным материалом.

Зачем она его сейчас вспоминает? Неужели из-за инспектора?

Логар просто поцеловал ей руку, по сути, это даже не заигрывание, а простая вежливость, ведь так? Ну сделал он ей комплимент, не сравнивал же он ее с алмазами и прочим, просто заметил, что она хорошо выглядит. Нормальным женщинам такие комплименты по три раза на дню делают.

Джей выругалась. Идиотка. Он просто проявил вежливость, а она сбежала от него, будто он предложил ей переспать с ним прямо на той лавочке! Что он теперь о ней подумает? Им еще не раз пересекаться по работе, как ей теперь смотреть ему в глаза? Хотя, пусть его, совместно, слава небесам, они не работают, а редкие встречи рядом с новыми трупами она как-нибудь переживет.

Покинув парковую зону, Джей огляделась, сжала трость и легко вскинула руку с клеймом-бляхой, вызывая экипаж.

Первый встретил ее тишиной, впрочем, как и всегда. Пока она катила в полуразвалившейся служебной бричке, на город внезапно опустился туман — конечно, не то молоко, разливающееся по улицам в Час Тишины, но тоже весьма густой, заполонивший казалось, не только улицу, но и дома, заставив жителей города-на-болотах зажечь свечи посреди дня.

Джей медленно шла безлюдному коридору, стараясь внушить себе, что она не опоздала, а работала вне участка, что, по сути, было правдой, но упреков со стороны Вэрда уж точно не избежать. Характер такой. Всегда был. Не к одному прицепится, так к другому.

Например, к тому, что она пошла к Пивкацкину без него.

Они же напарники.

Джей остановилась возле двери в кабинет Вдовы и Куколки, глубоко вздохнула, взялась за ручку и… услышала голоса. Обоих хозяев кабинета.

Они спорили.

— Просто скажи ему, — звук голоса Тани колокольцами пронизывал пространство, оставаясь звонким даже пройдя сквозь закрытую дверь.

Ответа Вэрда Джей не услышала, он говорил тихо, к тому же, скорее всего, стоял возле окна, спиной к двери.

— А чего ты ждал? Что я буду спокойно на это смотреть?

И опять слов Вдовы не разобрать, хотя Джей, не выдержав, прильнула к двери, превратившись в слух.

Да, это недостойно. Но кто говорит что она идеальна? Тем более, их диалог был более чем странен с учетом виденного Джокер накануне.

— Если бы это был кто другой… но она? Мне неприятно. Или тебе все равно?

Джей прижалась к двери так сильно, что казалось еще чуть-чуть и она врастет в деревянную поверхность, уж очень ей хотелось услышать ответ Вэрда.

— … равно…

Черт. И что он сказал? Что ему все равно? Или что ему не все равно?

— Ладно, — Куколка вздохнула и чуть сбавила тон. — Просто объясни мне: почему? Чем я тебя не устроила в этом деле? Почему она?

«Да, Вэрд. Ответь. Почему я?»

— Ты мне надоела уже с этими разговорами. Я уже много раз объяснял, что…

— Это все не то! — теперь Тани кричала. Ее тоненький звонкий голосок буквально разбил тишину первого. Интересно, все это слышали? Или только Джей? — Я хочу знать, почему она ведет это дело вместе с тобой! Почему ты попросил Лата за нее? Почему я, в отличие от нее, сижу в вынужденном отпуске, пока она…

— Потому что она, в отличие от тебя что-то собой представляет. Тани.

Опять этот бархатный тембр. Вдова даже сердился очень красиво: конечно, если закрыть глаза и просто слушать. И именно из-за этих обманчиво-ласковых интонаций до Джей не сразу дошел смысл его слов.

Хм, вот значит, как. Что-то собой представляет? Правда, что ли?

С одной стороны, это было даже приятно: пусть и в ее отсутствие, но Вэрд признавал, что она годится на что-то большее нежели разбирать бумажки и таскать их за ним. С другой стороны… пусть и с некоторыми вариациями, но Вдова выдал Куколке примерно то же, что всегда слышала от него Джей.

Так что все это могло быть просто способом мотивировать. Или унижать.

Отпрянув от двери, Джей решительно постучала… попыталась постучать, потому что дверь резко распахнулась и на нее чуть не налетела весьма рассерженная последними словами Вэрда Тани.

— Ты… — кажется, Куколка решила, что Джей все слышала, но та лишь невинно отступила назад, пытаясь придать своему лицу выражение удивления.

Она ведь якобы не знала, что Куколка здесь, правда?

— Д… доброе утро, Тани. Что ты здесь делаешь? — придав своему голосу каплю растерянности, спросила Джей.

— Работаю! — рявкнула Тани и, сильно толкнув Джокер плечом, чуть ли ни бегом скрылась в коридоре.

Джей проводила ее взглядом, пытаясь понять, что же она чувствует? Жалость? Сочувствие? Ревность? Или…

Или торжество?

— Долго стоять будешь? — бархатный голос Вэрда привел ее в чувство. — Ты где была? Уже половина одиннадцатого.

— У Пивкацкина, — буркнула Джей, вздергивая подбородок и расправляя плечи. — А то опять бы кружили по городу, как два придурка.

Она протиснулась в кабинет мимо него и плюхнулась на стул для посетителей. После того, как здесь побывала Тани, садиться за ее стол представлялось, почему-то, кощунством. Как будто она займет место покойницы.

Эта мысль испугала настолько, что Джей почувствовала, как по ее спине ползут мурашки. Передернув плечами от внезапного озноба, она вновь выпрямила спину и уставилась на Вэрда.

Вдова зачем-то постоял в проеме открытой двери, затем вздохнул и развернулся.

— Могла бы и предупредить. Ты просто не представляешь, что мне пришлось вытерпеть, когда сюда пришла Лат.

Это он, видимо, про Юри Лат, жену капитана первого участка. Кроме всего прочего, эта женщина очень любила «проверять все ли добросовестно выполняют свои обязанности», совершенно забывая о том, что работа детектива — не в сидении за столом и сортировке никому не нужных бумаг.

Джей не очень ладила с Юри, но каким-то странным образом за те полгода, что она проработала здесь, они ни разу не схлестнулись всерьез, хотя Джей прекрасно видела косые взгляды, что первая красавица Магполиции бросала в ее сторону, подмечая и «неуставные» ботинки, и вечно замызганное (не умеет Джей работать аккуратно!) платье. Слава небесам, взглядами она, в итоге, и ограничилась.

— И что же тебе, бедняжечке, пришлось вытерпеть? — съязвила Джокер.

Вэрд зло прищурился, глядя на нее, возможно пытался найти отголоски… чего? Сочувствия? Обойдется. Вчера из-за этого подонка она чуть не покончила с собой.

— Я, между прочим, тебя прикрывал, — сообщил он. — Сказал, что ты меня предупредила о том, что задержишься, чтобы еще раз осмотреть место убийства.

Джей фыркнула.

Что-то из себя она, по его мнению, представляет? Как бы не так. Он просто хотел обидеть Тани, вот и все. Возможно, он даже прав: нечего вплетать в расследование тех, кого это не касается. Мысль о том, что она сделала наоборот, подключив Лиса, Джокер старательно отгоняла.

Мысль оказалась назойливой и ввинчивалась в мозг, заставляя кровь в висках бить тревожным набатом.

Кто из них подлей: она или Вэрд? Вдова хотя бы играет честно, не позволяя своей напарнице, своей женщине, возможно любимой, встревать в расследование, к которому ее официально не допустили. Да, он играет грубо, обижая, бьет по самым больным точкам, но так уж устроен Вэрд, он никогда не был особенно мягок если дело касалось работы.

А Джей… мало того, что утаивает часть улик, так еще и, получается, работает параллельно, сливая важную информацию тому, кто от ведения расследования отстранен.

— За это я, пожалуй, заставлю тебя навести порядок на моем столе, — продолжил свою мысль Вдова, и все сожаления Джей куда-то улетучились.

— А спинку не потереть? — она буквально почувствовала, как с ее губ срываются капли яда.

Вэрд сначала недоуменно уставился на нее, а затем расхохотался.

— Наконец-то ты похожа на саму себя! — сквозь смех выдавил он. — А я уже думал, что ты так и будешь ходит кислятиной. Ты что, до этого квашеной капустой питалась? Верх-то у тебя, кажется, еще немного подрос.

Это было грубо. И дело не в кислятине. А в капусте.

«— Я просто уверен, что в детстве ты любила капусту. Иначе бы у тебя такая красота не выросла!

— Эй! Ты чего? Мы же на работе!

— Да ладно тебе, никто не видит!

— Перестань меня лапать посреди участка, Вэрд!

— М-м-м…. ладно… но про капусту мы с тобой еще поговорим, котик, так и знай…»

Джей поняла, что краснеет, а это совершенно не входило в ее планы. Она опустила голову, пытаясь сделать вид, что его слова ее не задели.

Никак.

Она — сталь.

— Ничего более остроумного не придумал? — пытаясь справится со смущением, спросила она. — Задница у меня тоже, наверное, подросла?

Глядя на тьму черной ткани своей чужой юбки она подумала, что зря поддерживает этот разговор. Им работать надо, а не язвить.

Вэрд, видимо подумал о том же самом, потому что вместо того, чтобы развить тему, хмыкнул и плюхнулся на свое кресло.

— И где же отчет Пивкацкина?

— Он его тебе переслал. Посыльного еще не было?

— Зачем мне посыльный, если у меня есть ты?

— Я — детектив!

Ну что ты будешь делать, а? Зачем он ее задевает? Джей вскинула голову и сердито посмотрела на напарника, надеясь взглядом передать все, что она о нем думает. Потому что голос отказывался повиноваться.

Опять.

Опять она теряет голову рядом с ним.

Ну зачем? Зачем она ему? Рядом с ним она лишается остатков своего воспаленного разума, потому что его голос, запах, глаза, даже эта его борода… такая колючая, целоваться всегда было больно… все это невыносимо.

Надо это быстрее закончить.

Иначе она просто сойдет с ума.

— Ладно. Детектив. Пошутили и хватит. Я тут в бумагах поковырялся…

…неужели?

— … и кое-что мне в голову пришло. Лерко был артефактником, скорее всего, продавал часть своих изделий. За это стоит зацепиться: каждый подобный артефакт заносится в специальный реестр, как ты думаешь, может, нам стоит самим нанести визит в Тайную Канцелярию?

А это мысль. Вот только как с артефактами связана первая жертва? Кроме того факта, что в Тайной Канцелярии работает его сестра.

Так. Подождите. По порядку. Разложить все по порядку.

— Сестра Ероха работает там… — пробормотала Джей.

— Точно! С нее мы и начнем! — хлопнул в ладоши Вэрд. — Заодно спросим, с чего это вдруг она запретила осквернять тело, которое и так наполовину распотрошили. Тайны тайнами, но ведь она должна была понимать, что тормозит расследование. Она могла просто взять расписку о неразглашении. Тем более, что политика Магполиции и так это предполагает.

Востин Ерох, выполняющий какое-то задание мэра убит. Его сестра — сотрудница Тайной Канцелярии — запрещает полностью исследовать его тело. Жустин Лерко, который вот-вот должен был заключить сделку по продаже артефактов убит. Сделка срывается. А где артефакты? И… реестр находится в Тайной Канцелярии, в которой работает сестра Ероха.

Круг замкнулся.

Надо увидеть этот реестр. И найти не проданные Теренсу артефакты.

Но последним она займется вместе с Лисом. Почему-то не хотелось впутывать Теренса в это расследование официально. Пусть уезжает. Просто потому что сегодня немного поднял Джей настроение.

Да, эгоистично и не профессионально.

Но она никогда не обольщалась на свой счет. И действуя по наитию раскрыла не одно дело. Более того, расследования, в которых она (часто вместе с напарником, но это мелочи) действовала вопреки инструкциям и предписаниям, заканчивались намного быстрее. И удачней.

Джей посмотрела на Вдову и сердце, ее неверное сердце, опять забилось быстрей, гремя расколотым и разворошенным содержимым. Там, под оболочкой, за крепко закрытой дверью, был полный бардак.

Надо это заканчивать.

Ей нужна холодная голова.

Ей нужен ее дар. Пивкацкин сказал, что для этого нужно просто перестать переживать и смириться. Вот только смириться у Джей пока не получалось.

— … мэра… — сквозь раздумья пробился голос Вдовы, который, видимо все это время рассуждал вслух.

Замечательно! Интересно, если она сейчас скажет, что ничего из сказанного не услышала, как он отреагирует? Впрочем, ничего говорить и не пришлось: по ее рассеянному лицу Вэрд все понял сам.

— Ты себя, видимо, бессмертной считаешь, да? Ау, Джокер, шутки кончились! Делу присвоен статус особой важности, ты об этом помнишь?

— Помню, — буркнула Джей.

— Тогда почему ты сидишь с таким видом, что тебя это не касается?

Джей зажмурилась и потрясла головой в тщетной попытке собрать разбредающиеся мысли в кучу и чертыхнулась про себя, вспомнив, что для нее это сейчас невозможно. Пока дар не вернется.

— Не выспалась, — пояснила она, посчитав, что это может быть приличным объяснением.

Вэрд хмыкнул.

— Это никого не волнует. Мы с тобой немного влипли. Надо выбираться. Я повторю: как ты думаешь, наша вторая жертва, Лерко, мог тоже работать на мэра?

Джокер нахмурилась.

— Мог, конечно, — помедлив, ответила она. — К чему ты клонишь?

Вэрд встал.

— К тому что нам нужно добиться аудиенции главы города. Возможно, он соизволит нам хоть что-то сказать. Надоело мне топтаться на месте, — он вышел из-за стола и протянул ей руку. — Пойдем.

Джей опешила настолько, что несколько долгих секунда была способна лишь на то, чтобы смотреть на протянутую ладонь и пытаться вернуть на место отвисшую челюсть. Это еще что за новости? Неужели Тани права, и этот гад непонятно, правда, с чего, решил вспомнить старые деньки?

В нос ударил запах дорого одеколона, а еще терпкости. Его терпкости, и Джей ощутила, как у нее начинает кружиться голова. Не-е-ет. Нет. Она на это не купится. Не купится. Он всего лишь бабник. Кобель. Правда, не очень понятно, с чего это вдруг он решил вспомнить про Джей, насколько она его знала и понимала, он никогда не возвращался.

Может, она особенная, и он это понял?

Ха. Ха. Ха. Это даже не смешно.

Она просто кое-что из себя представляет. И этому

гаду

просто нужны еще чьи-то мозги, в придачу к собственным. А говорил, что она умеет только бумажки таскать….

С трудом удержавшись, чтобы не сказать вслух результат своих умозаключений, Джей холодно посмотрела на протянутую руку, а затем встала сама.

— Я вполне могу подняться со стула самостоятельно, Вэрд.

Вдова опустил руку, а затем равнодушно пожал плечами.

— Тебя два дня штормило, я просто не хочу, чтобы ты свалилась мне под ноги.

Наблюдательный какой! Интересно, а запах алкоголя он тоже чуял? Возможно. И Джей не понимала, что она испытывает по этому поводу. Наверное, все-таки стыд.

— Сегодня я в порядке, — уведомила она его.

— Ты уверена? — он вопросительно поднял брови, и Джокер заметила смешинки в его глазах.

— Абсолютно, — кивнула она и отвела взгляд. Смотреть на эти озорные искорки было невыносимо.

Невыносимо тяжело и легко одновременно, потому что в самой глубине души вопреки всему опять начинала тлеть надежда. Надежда, что он действительно все это время помнил о ней. Надежда, что она действительно что-то для него значила. Что он осознал свою ошибку. Что он действительно когда-то ее любил. И любит до сих пор.

Война с этой глупой надеждой заняла всю дорогу. Сидя на удобнейших сидениях личного экипажа Вдовы, Джей делала вид, что напряженно размышляет о деле, и даже умудрялась отвечать впопад на его редкие реплики, но при этом думала она только об одном.

Вчера она едва не убила себя. Вчера она почти умерла. Вчера она была безумна. Вчера ее опоили. Опоили, а затем принесли к Лису и вернули трость. Возможно, это и был убийца. Убийца, который трогал ее, а что если… нет, Лис сказал, что она была одета. Но это не значит, что ее не могли хорошенько облапать.

И все это случилось из-за него. Из-за Вэрда.

Здание Тайной Канцелярии было не отличимо от теснившихся рядом жилых домов, облицованных традиционным красным кирпичом. Табличка на двери гласила, что в этом доме находится благотворительная организация, занимающаяся сбором средств в пользу пострадавших от действий запрещенных сект, типа Живущих-В-Ночи. Название этой организации было столь длинным, что надпись мелкими буквами на позеленевшей от времени медной табличке различить было практически невозможно. Впрочем, это мало кого волновало: в одном из кабинетов было оборудовано якобы представительство этой благотворительной чуши, если кому-нибудь вздумается посетить это место с целью получить помощь, но людей, обращающихся сюда было мало. Ибо пострадавшим от действий запрещенных сект было уже все равно: мертвым деньги ни к чему.

Охранник — белый маг высшего десятого уровня — внимательно изучил клейма Джей и Вэрда прежде чем пропустить их. И при этом честно предупредил: если им не назначено, госпожа Ерох вряд ли примет их. То, что госпожа Ерох, по сути, является одним из важнейших свидетелей никого не интересовало: работники Тайной Канцелярии были неприкасаемы, и предъявить им обвинение можно было лишь предоставив неопровержимые доказательства, затем согласовать свои действия с администрацией… быть убийцей или вором, если ты работаешь в Тайной Канцелярии очень удобно.

Пройдя сквозь Завесу — защитное поле, создаваемое белой магией охранника — они оказались в вестибюле, отделанном дубовыми панелями и золотом. Джей сомневалась, что редкие посетители «организации» видят то, что сейчас видит она.

— Ты знаешь, куда нам идти? — растеряно спросила Джей, разглядывая широкую лестницу с позолоченными перилами. Обстановка почему-то начала ее угнетать. Даже пафосный первый участок по сравнению с убранством Тайной Канцелярии казался убогой шарашкой.

— Я тут нечастый гость. Точнее, я тут и не был никогда, — заметил Вэрд. — Но если я правильно понимаю, то нам на второй этаж. Номер кабинета госпожи Ерох начинается на двойку, — пояснил он, увидев, что Джей озадачено морщит нос. — Обычно в таких конторах первая цифра номера кабинета указывает на этажность. Ты не знала?

Джей покачала головой.

— Я как-то в своей жизни не попадала в ситуацию, когда мне нужно посетить подобную контору. До сегодняшнего дня, — ответила она.

Вэрд криво усмехнулся и двинулся к лестнице. Достигнув первой ступеньки, он обернулся и, увидев, что Джей стоит на месте, нахмурился.

— Ты идешь?

Но Джей не ответила. Она завороженно разглядывала люстру. Половина свечей не горела, но это ничуть не умаляло ее зеркального великолепия. Казалось, что огонек каждой из свечей отражается в гранях сотни зеркал, теряясь в маленьких зеркальных коридорах… стоп. Но ведь коридор отражений — это буквально открытая дверь для обитателей Той Стороны! О чем эти люди только думают!

— Джей, хватит разглядывать эти стекляшки, не волнуйся, никто оттуда не вылезет! — кажется, Вдова понял, почему у Джей такой глупый и одновременно рассерженный вид.

— Почему? Это же коридоры отражений.

Вэрд вздохнул. Наверняка, будучи стажером-патрульным где-нибудь в Шивале он хорошенько изучил способы извлечения нужных духов с Той Стороны. Почему-то Джей казалось, что случайным уловом Вдова бы не удовлетворился. Ведь так? Надо спросить у Лиса, правда ли то, о чем сейчас думает Джей. Ведь заклинатели могут выбрать того, кого они поселят в своей душе. Запечатают в своем разуме. Или нет?

— Видишь, что свечи зажжены?

Он ее за идиотку держит?

— Вижу.

— Огонь отпугивает.

Джей нахмурилась, пытаясь понять, что Вэрд хочет до нее донести. Огонь отпугивает духов. Она и так это знает и… она идиотка. Рассеянная идиотка! Конечно. Никто не вылезет из этих маленьких коридорчиков. Потому что в этих коридорчиках горят отражения огня!

Не говоря больше ни слова, Джей подошла к лестнице и смело ступила на нее. Остановилась. Посмотрела на Вэрда, который почему-то не сводил с нее глаз.

— Что? — опасливо спросила она.

Вдова медленно покачал головой и с видимым усилием отвел взгляд.

— Пошли уже, — буркнул он. — Вечно на глупости отвлекаешься.

Кабинет госпожи Рэйс Ерох оказался маленьким и настолько заваленным различными бумагами, что Джей сомневалась, что его хозяйка сможет хоть что-то найти. Даже если это что-то здесь и есть.

Кстати, сама хозяйка была весьма аккуратна на вид: густые каштановые волосы, чуть тронутые сединой, были зачесаны назад и ниспадали волнами до самого пояса, строгая темно-серая блуза из мягкой шерсти с кружевным воротником идеально подчеркивала прекрасно сохранившуюся фигуру, а бархатная широкая юбка того же цвета, из-под подола которой выглядывали черные замшевые туфельки, довершала образ.

Рэйс Ерох было пятьдесят четыре года, но выглядела она максимум на сорок. И по ней совершенно нельзя было сказать, что совсем недавно она потеряла брата.

— Я бы предложила вам кофе, детективы, но, боюсь, что расположиться у меня толком негде. К сожалению, комната, в которой мы обычно принимаем посетителей, сейчас ремонтируется, к тому же там совершенно нечем дышать, — голос у нее был мелодичный, даже милый. Такой действительно приятно слушать. Пожалуй, Джей предпочла, чтобы с Рэйс разговаривал Вдова… а она бы просто их послушала, поразмышляла бы о том, как их голоса звучат вместе, смогли бы они петь дуэтом, если бы имели слух…

Но, к сожалению, так хорошо устроиться она не сможет. Вэрд не даст ей расслабиться, да и хватит уже. Он прав: они топчутся на месте.

Когда Джей разговаривала с Эрином, о Рэйс Ерох у нее сложилось совершенно иное впечатление, нежели то, что у нее возникало сейчас. Впрочем, это совершенно неудивительно. Сотрудница Тайной Канцелярии, выдавшая «запрет на осквернение» тела брата, тем самым затормозив расследование, и не могла представиться Джей по-другому. Но сейчас, глядя на эту моложавую женщину, Джокер поняла, что Рэйс из тех людей, которые добьются всего. Просто улыбнувшись. Обаяние сквозило в каждом ее взгляде, в каждом плавном жесте. Глядя, как она убирает стопку бумаг со стула для посетителей (второй был похоронен под документами и откопать его не представлялось возможным), Джей даже залюбовалась. Она почему-то не была уверена, что сохранит подобную грациозность в этом возрасте… впрочем, она и сейчас особым изяществом не блещет.

Вэрд кивнул Джей на освободившийся стул, а сам встал позади, положив руки на спинку. Это нервировало, а в свете того странного взгляда, которым он ее наградил, заставляло ее опять думать не о том.

Рэйс же все-таки выловила в коридоре какую-то молоденькую девочку и приказала принести кофе и пончики.

«Полицейские же должны хорошо кушать, чтобы хорошо думать, так?» — с улыбкой осведомилась она.

Когда на ее столе прямо поверх бумаг (Джей заметила целый полк клякс почти на каждой из них и заключила, что это скорее всего черновики) был установлен поднос с кофейником, сахарницей, молочником и корзинкой с пончиками, Рэйс все-таки соизволила сесть за стол. Джей подумала, что эта женщина своей якобы заботой о них могла просто тянуть время, чтобы успеть придумать какую-нибудь правдоподобную ложь. Конечно, если ей есть, что скрывать. Что ни говори, а запрет на осквернение, как бы сильно он им не помешал, был вполне оправдан: должностью Востина и его особым поручением от мэра.

Связанным с полицией.

Но то, с чего в итоге начался их разговор, заставило Джей буквально подпрыгнуть на стуле.

— Если вы пришли запросить реестр артефактов, то я с удовольствием вам его предоставлю. Вот только сегодня утром выяснилось, что сами артефакты из дома господина Лерко исчезли.

Джей почувствовала, как пальцы Вэрда крепко сжимают спинку стула.

— Не может быть… — прошептала она. — Но ведь… это же…

— Это страшно, детектив, — мелодичный голос Рэйс изменился: в нем больше не сквозило радушие и гостеприимство, и Джокер поняла, что за этими странными приготовлениями скрывались попытки совладать с собой. И у госпожи Ерох это прекрасно получалось.

— Сколько? — сквозь туман потрясения и ужаса услышала Джокер голос Вдовы. — Сколько было артефактов?

… она могла узнать это у Теренса… почему не спросила? А ведь Теренс… мог ли он забрать то, что собирался купить? Бред, у брата Лиса даже нет дара заклинателя, вряд ли он смог бы пробраться в дом Лерко незамеченным.

— Пятьдесят два простых и три уникальных. Последние три готовились на заказ, Жустин должен был предоставить их в пользование городской администрации, чтобы улучшить качество охраны и расширить границы подконтрольной территории…

— Что значит, расширить границы? — вскинулась Джей.

Госпожа Ерох вздохнула.

— Вы когда-нибудь были в здании городской администрации, детектив Крис? — вместо ответа спросила она.

Джей покачала головой. Зачем ей? Хотя, в этот раз, видимо, придется.

— А вы, детектив Ллойд?

Джей подняла голову и обернулась на Вэрда. Он явно понимал, к чему ведет Рэйс.

— Духи, Джей. По коридорам администрации ходят духи. Ты знаешь, что созданий Той Стороны нельзя обмануть?

Джей вновь посмотрела на Рэйс и вытаращила глаза. Она даже не представляла, как с созданиями Той Стороны можно разговаривать. Судя по тем, что она видела… у многих из них нет даже намека на то, что можно было бы назвать ртом.

— В общем, мэр просто хотел усилить охрану. И увеличить шансы выявить неблагонадежных, появись они среди его окружения. Теперь ему придется работать с тем, что есть.

Ничего не понятно.

— Вы можете объяснить по-человечески? — разозлилась Джокер.

Рэйс Ерох протянула руку к кофейнику и наполнила одну из чашечек.

— Выпейте, детектив Крис, а я попробую объяснить. Как вы знаете, созданий Той Стороны, которые прорвались в наш мир, можно запечатать двумя способами: внутри заклинателя или внутри предмета, на что способны лишь весьма могущественные заклинатели, которых мы для удобства называем шаманами. И артефакты — весьма удобная вещь, ведь их владельцем может стать кто угодно. При наличии средств и готовности стоять на учете в Тайной Канцелярии, конечно. Духи могут стать прекрасными помощниками и защитниками, а…

— Ближе к делу, госпожа Ерох, — Джей не собиралась грубить этой приятной женщине, но что-то ей подсказывало, что разлагольствовать она может еще долго.

Рэйс улыбнулась.

— В мэрии артефакты разложены в специальных нишах, а духи, привязанные к ним, призваны патрулировать коридоры с целью охраны. И выявления… неблагонадежных.

Ага. Прекрасно. В мэрию, если понадобится, Вэрд пойдет один. Потому что гулять по коридорам, которые патрулируют обитатели Той Стороны она не собирается. Джей никогда не любила духов, даже тех, кого вызывал Лис. У него они были самые вежливые, это правда, но любви к ним это у Джей не прибавило.

Уродливые и тупые создания, чуждые этому миру.

— Госпожа Ерох, вы сказали, что три артефакта были… уникальными. Что это значит?

Рэйс поджала губы, будто размышляла, стоят ли Джокер и Вдова ее доверия.

— Несколько духов в одном предмете. Это умел делать только Жустин.

Ничего себе!

Джей подумала, что сегодняшний день изобилует упоминаниями о духах. Это ее хваленое везение? Или ложный след?

А ведь она никогда об этом не задумывалась. Конечно, она знала про артефакты, более того Жустин в свое время предлагал ей приобрести подобную вещь. Ей артефакт полагался бесплатно, но Джей, испытывающая к созданиям Той Стороны перманентное брезгливое отвращение, отказалась. Но ведь Рэйс права: артефакт может приобрести кто угодно. Если у него есть деньги и он готов занести себя в список, который хранится здесь, в Тайной Канцелярии. Возможно, даже в этом кабинете.

Но ведь есть те, кто хочет себе ручного духа, но при этом не хочет, чтобы об этом кто-нибудь узнал.

Наверняка существует контрабанда таких вещей. Ее просто не может не быть! А в свете того, что последние изделия Жустина Лерко были украдены…

— Это могут быть Живущие-В-Ночи? — голос Вэрда пробивался в ее сознание словно сквозь вату, она не сразу поняла вопроса, и только открыв рот, чтобы ответить, что она, вообще-то, знает не больше, чем он сам (попутно подумав, что это чистая… ложь), сообразила, что вопрос был адресован не ей. Конечно же не ей!

Рэйс хмурилась, очевидно обдумывая ответ.

— Вполне, — спустя вечность ответила она. — Но если это так… сектанты, в ведении которых оказалась такая толпа духов… что-то я вдруг захотела исчезнуть из этого города.

Джей криво усмехнулась и подумала, что Вдова с госпожой Ерох полностью согласен. Давно уже согласен.

— У сектантов вполне уже может быть их целая толпа. Кто вам сказал, что среди них нет заклинателей? Или тех, кто купил артефакт и встал на учет? Вы же не…

— Детектив Крис, для того, чтобы заклинатель или шаман, который удерживает в себе несколько сущностей одновременно, стал Живущим-В-Ночи, он должен сойти с ума. А сумасшедших одаренных мы изолируем.

— А что, по ним видно, что ли, что они… того…

— По ним видно, детектив, поверьте. Как и по вам.

Джей вздрогнула и непроизвольно сжала левую руку, на которой виднелась свежая повязка (Пивкацкин не стал слушать ее заверения в том, что у нее ничего не болит). Это она на что сейчас намекает?

— Менталисты, не справляющиеся со свои даром, весьма занимательно начинают разговаривать сами с собой. Заклинатели же — начинают разговаривать с тем, что у них внутри. А на более поздней стадии своего сумасшествия начинают выпускать своих подопечных «погулять», теряя над ними контроль. Вы хоть представляете, что может натворить дух, вырвавшийся из-под контроля?

— Мне кажется, то же, что и тот, который только что попал сюда с Той Стороны, — буркнула Джей.

— Нет, детектив. Попав сюда, духи первое время совершенно беззащитны. Переход весьма сильно ослабляет их. А вот уже окрепшая сущность может доставить огромную кучу проблем.

Джей нахмурилась, пытаясь поймать ускользающую мысль.

— А артефакты? Из них духи могут выйти «погулять»?

Вэрд раздраженно фыркнул. Кажется, этот разговор уже начал ему надоедать. Может, потому что это только Джей узнавала что-то новое для себя?

— Могут, — тем временем ответила Рэйс. — Если хозяин этого предмета… скажем так… плохо себя контролирует. Например, думает об апельсинах. Все-таки, артефакты попадают и к простым людям, на них стоят ограничения, и намеренно выпустить сущность на свободу из артефакта не получится.

Какие еще апельсины? Джей моргнула и уставилась на Рэйс, пытаясь понять не ослышалась ли она.

— Апельсины? — Вэрд, видимо, тоже опешил. — Что вы имеете в виду, госпожа Ерох?

Рэйс задумалась. Видимо пыталась придумать пример, более понятный, чем… апельсины, надо же…

— В момент вызова обычно думают о цели вызова ведь так? А вот если думать, например, о тщете всего сущего или апельсинах, или том, как у вас болит спина, или…

— Мы поняли, Рэйс, — в голосе Вэрда послышались смешинки. — Но насколько я знаю, это больше про одержимых. Хотя, как по мне, все это сказки. Одержимости не бывает.

— Я бы не была столь категорична в своих суждениях, детектив Ллойд, — госпоже Ерох явно не понравилось, что Вдова позволил себе назвать ее по имени. — Я думаю, что одержимость существует. Строго говоря, все заклинатели и шаманы — одержимые.

— Я своих духов контролирую, — в голосе Вэрда послышался яд.

— Я в этом не сомневаюсь, господин Ллойд, — ответила Рэйс.

Джокер вздохнула, залпом выпила горький кофе без сливок и сахара и поставила чашку на поднос.

Надо было что-то сказать, разрядить обстановку, но в голову ничего не приходило.

— Вы должны найти того, кто это сделал, — Рэйс положила руки на стол и сцепила пальцы. — Того, кто убил моего брата. Мы же со своей стороны всеми силами постараемся вам помочь. Артефакты обязательно оставят след, и мы за него зацепимся. Вот только у нас не так много времени. Близится пора солнца.

Пора солнца. И что? О чем это говорит? Если только…

Если только тот, кто совершил убийства и украл артефакты принадлежит секте Поклонников Той Стороны.

— Вы думаете о Поклонниках? — Вэрд, видимо, подумал о том же. — Судя по тому, что я знаю, на послезавтрашнюю ночь вызваны все патрульные. Город будет охраняться. И хорошо. В этот раз…

— Ничего не получится. Уже десяток лет в ночь накануне первого дня солнца улицы Дирна заполонены полицейскими. Но то не помогает. Вы же знаете, что не помогает, детектив Ллойд. Поклонники Той Стороны все равно найдут способ провести свой обряд.

Поклонники Той Стороны были не такой уж и многочисленной сектой, да и в основном вели себя тихо, в отличие от тех же Живущих-В-Ночи, развешивающих трупы животных. Но в ночь, предшествующую поре солнца, они проводили весьма интересный обряд, который включал в себя создание трех зеркальных коридоров с помощью шести зеркал, между которыми ставилась бадья с утопленником. Утопленником всегда становился кто-то из сектантов, принося себя в жертву идее. Идее создания постоянного портала на Ту Сторону. Слава небесам, каждый раз защитникам города удавалось разрушить эту постройку до того, как из нее начнут вылезать сотни и тысячи сущностей, но если в этот раз у Поклонников окажется целая толпа духов уже окрепших…

Джей представила, как сектанты раскладывают артефакты вокруг зеркал, вызывают запечатанных в них созданий и приказывают им охранять портал.

Патрульным и так будет весело в первый день солнца (обычно пара десятков духов сквозь портал все-таки проходило), но если они не смогут остановить процесс…

Джокер похолодела. Она представила сотни и тысячи уродливых созданий, бродящих по улицам Дирна. Озлобленных человекоподобных высоких фигур без ртов и ушей. Иногда встречались духи, которые имели некое подобие рта, но… Городу-на-болотах только таких неприятностей не хватает!

Мысль о нашествии созданий Той Стороны набатом билась в ее голове, отвлекая от возобновившегося разговора. Сосредоточится совершенно не получалось, и вскоре Джей была вынуждена смириться с положением дел. Она слушала голоса Рэйс и Вэрда, улавливая лишь общий смысл. Да, госпожа Ерох запретила вскрывать череп брата, тем самым лишив мастера смерти возможности прочитать последние отголоски эха его памяти. Да, это все потому, что Востин был не просто охранником, а выполнял некое секретное поручение главы города. Да, скорее всего, это поручение как-то связано с политикой мэра в отношении полиции. Да, госпожа Ерох с удовольствием предоставит реестр украденных из дома Лерко артефактов. Да, если появятся какие-либо зацепки по местонахождению, госпожа Ерох лично проследит, чтобы данная информация в кратчайшие сроки попала к детективам Вдове и Джокеру. И да, все владельцы артефактов, занесенные в список были проверены еще после первого убийства. И менталист утверждал, что среди них убийцы нет.

А Джокер слушала их мелодичные голоса, наслаждалась каждым звуком, но в мыслях ее царил полный бардак. Перед глазами то появлялось спокойное, почти умиротворенное лицо Востина, то пустой, мертвый взгляд Жустина, но выцарапанный на лбах знак Живущих-В-Ночи, то запачканная кровью мостовая, то смазка, блестевшая на губах.

Они оба пахли паровозом. Оба: и Ерох, и Лерко. Наверное, это важно. Наверняка это важно. Пусть дар покинул ее, но ведь простая интуиция. И она кричала, неистово взывала к Джей, говоря ей, что смазка на губах — ключ ко всему.

Жаль, что интуицию, не основанную на магическом даре, к делу не пришьешь.

Аудиенция закончилась, и только выйдя в туман улицы, Джей немного пришла в себя и встряхнулась.

— Надо проверить того газетчика, — сказала она, разглядывая здание Тайной Канцелярии.

На теле Востина Пивкацкин обнаружил маленькую капельку крови обычного человека. Убийц, скорее всего, было двое… Или же убийца был один. Простой человек с контрабандным артефактом. Ведь такое может быть?

Может.

— Я тоже об этом подумал, — согласился Вэрд. Он кривил губы, наверняка переваривал информацию, полученную от Рэйс. — Давай так: я изучу список артефактов, все-таки я лучше в этом понимаю… наверное еще заеду в архив, попробую еще найти сведения об артефактах, созданных Жустином. С газетчиком справишься сама?

Джей ошарашенно посмотрела на Вдову. Ничего себе! Это он сейчас сам, без всяких издевательств предлагает заняться бумагами, в то время, как она будет работать с людьми?

— Ты здоров? Что-то я тебя не узнаю? — Джей почувствовала, как ее губ касается улыбка.

Вэрд тоже ухмыльнулся.

— Я хочу закончить это дело побыстрей. А если мы везде будем таскаться вдвоем, это только все замедлит.

Да, Джей тоже хочет закончить все побыстрей. Вернуться в родной восьмой участок и забыть это расследование, как страшный сон. Потому что с каждой минутой ей все труднее убеждать себя, что Вдова вызвал ее только ради расследования.

Пусть это всего лишь происки нелепой надежды, справиться с этим она не может.

— Тебя подвезти?

Джей скользнула взглядом по очертаниям кобылы Листик, сквозь туман кажущуюся эфемерной, и покачала головой.

— Не будем терять время, — ответила она. — Езжай, тебе предстоит еще один долгий вечер среди бумаг.

Вэрд неожиданно серьезно кивнул.

— Хорошо выглядишь, Джей, — бросил он, и пока она пыталась осознать, что именно он только что сказал, скрылся в густеющем тумане.