Глава 20
— Начнем с этого мира. Софье Алексеевне лучше бы куда-нибудь уехать на пару недель, — участковый задумчиво жевал оладью. Уже восьмую по счету. — Чтобы все успокоилось и улеглось… шума много будет.
— Мне некуда… разве что к родителям? — задумалась Соня.
— Есть куда. На Рамиру, со мной. В качестве моей невесты, или сразу жены, если захочешь, — Евгений сразу решил расставить все точки над «i». — Я тебя люблю, и хочу, чтобы ты стала моей женой, а Марта — моей дочерью.
Соня вздохнула.
Еще пять лет назад она бы согласилась. А сейчас…
Ей было страшно.
Тут и недоброй памяти Сеня, и Марина с ее ребенком, и другой мир, и магия… дурой надо быть, чтобы не бояться.
— Я…
— Не отвечай сразу. Просто поехали ко мне в гости? На месяц, для начала? Посмотришь, что у нас и как, а потом решишь, чего хочешь.
— Съезди, пожалуйста, — про Марию Петровну все позабыли, а вот она все слушала очень внимательно. — Если хочешь, я тоже с тобой съезжу. Мне там кое-кто и кое-что обещал…
— Договорились, — Евгений тут же протянул ладонь через стол. — Едете вместе. Если Соня захочет уехать, я ее удерживать не стану. Да и вы не дадите.
Мария Петровна кивнула.
— Не дам. Наведаюсь к вашей ведьме, мне наследство надо.
Соня вздохнула.
— Ладно… Марта, поедем к дяде Жене?
— К папе! Да!
Соня сверкнула глазами на Евгения.
— А это откуда?
— А что я должен был сказать дочери? И вообще… Соня, если я официально удочерю Марту на алтаре, все, как положено, она и правда станет моей дочерью.
— К-как?
— Генетически. На клеточном уровне. Она изменится даже внешне. Нет, это не опасно, а в ее возрасте и вообще будет не слишком заметно.
Соня только головой помотала.
Как-то этого всего было ОЧЕНЬ много.
— Я… я помолчу пока. Мы пока просто в гости, на две недели.
Евгений закивал.
Да!
На две недели!
И прямо сейчас, хорошо?
— Надо же вещи собрать, — Соня не готова была отправляться в неизвестность. — И Марте кое-что…
Евгений промолчал. Тем более, Мария Петровна сказала то же самое. Вечером — так вечером.
А уж на Рамире он им купит все, что Сонина душа пожелает.
* * *
Евгения оставили беседовать с некромантом. Пусть обговаривают варианты и договариваются — Фелицию устраивало все. Если некромант войдет в род Отт, на правах младшего, их роды еще и связаны будут. Андреас уже согласился войти в род Рейнард, он это и сделает. Просто сразу будет литтом, так проще, и общество против не будет.
Если Евгений будет просто пробивать некроманту этот статус… да пусть! Оба варианта имеют свои плюсы и свои минусы. А сама Фелиция отправилась побеседовать с Соней.
Женщина собирала вещи, ну и попутно задавала вопросы, пытаясь разобраться в деталях общественного устройства.
— У вас король?
— У нас есть король. Не могу сказать, что он самый главный, скорее, его величество — последняя воля и право. Он судит и распоряжается, может воззвать к магии, и она ответит. Ему приносят присягу, если он сам того пожелает.
— Если?
— Магия — не игрушки. Откат за нарушение клятвы падает в обе стороны.
— Можешь привести пример? Я пока не осознаю в чем смысл.
— Хорошо. Есть известная тебе ситуация с Евгением. С моей бабушкой. В свое время бабушка Марины, Лариса, спасла моей бабушке жизнь. Это долг жизни. В оплату она попросила приглядеть за внучкой. Бабушка этого не выполнила, и получила откат. Ей стало плохо, она могла умереть, и тогда все перешло бы на семью. Чем это грозит? Болезнями. Ослаблением магии в роду, может, выкидышем или двумя — неприятно, правда? Жизнь забирается за жизнь, магия за магию.
— Сложно, но я понимаю.
— Марина сейчас тоже получает откат. Зелье плодородия — штука такая… у нас им пользоваться не любят. Если у тебя нет магии, ты обычный тилл — на здоровье. Вот в среде купцов, ремесленников побогаче, да, там оно применяется широко. Всякое бывает, когда нужен наследник. Но даром ничего не дается. Ребенок может родиться больным или бесплодным, может получить болезнь или умереть его мать. Об этом все знают.
— Есть эффект, но есть и побочки.
— Именно. А в среде аристократов это зелье используют только самые отчаявшиеся. По умолчанию, если у тебя нет детей, значит, магия их не дает. Да мы и не так плодовиты, может, два ребенка за всю жизнь, максимум — три. Дети у нас ценность.
— Евгений и эта Марина… — Соня замялась, не зная, как сформулировать вопрос, но Фелиция ее выручила.
— С его стороны это было просто желание поразвлечься ненадолго. Я это точно знаю. Я говорила с Мариной, Евгений с ней честно все обговорил. Сразу сказал, что не женится. Сразу предложил приятно и необременительно провести время. Думаешь, почему она Маркуса не бросала? Да именно поэтому! Понимала, что Евгений — ненадолго, и стремилась нахапать побольше ценного. И вернуться к Маркусу — потом.
— А зелье?
— А у вас нет таких дур? Которые идут к цели любыми путями?
Соня только фыркнула. Есть, имя им — Легион.
— И каждая думает, что ей-то все удастся, — покивала головой Фелиция. — Дело житейское…
— Как-то это все равно неправильно. У нас не так…
— Евгений о тебе даже не знал. Я знаю, до сорока лет он собирался гулять и развлекаться, потом женился бы на достойной девушке и принялся делать детей.
— Ему никто и не мешает. Я не девушка, и Марта у меня есть…
— Соня… в нашем мире слова имеют силу. Понимаешь, если ты тилл, ты можешь ляпать языком что угодно, это твое право. А если ты литт, за твоими словами следит магия. Скажешь — и будешь выполнять. Фактически, Евгений УЖЕ считает тебя своей женой, Марту — своей дочерью. Просто вы обряд еще не провели, а так-то он готов. И жизнью он за тебя рисковал. И за Марту.
— Я понимаю… мне просто страшно. Другой мир… все другое.
— Не-а. Миры могут быть разными, а люди всегда одинаковы. Они любят и ненавидят, дружат и враждуют, плачут и смеются. Именно поэтому Евгений смог прижиться у вас, даже енотом. И влюбился в тебя, и нужна ты ему, и важна… он врать не станет. Не в таком деле.
Про любовь Соня промолчала, спросила о другом. О чувствах она потом подумает, когда одна останется.
— И вот это… принятие в род. Неужели правда Марта не будет Сене родной?
— Не будет. Магия это может сделать, поменять ее кровь, ее отца. Но решать тебе, Евгений не будет настаивать. Если ты захочешь уйти, он отпустит.
— Да?
Фелиция хитро улыбнулась.
— Он говорил, что отправит тебя обратно, так?
— Да.
— А что сам явится сюда и поселится рядом? Не сказал? А ведь это чистая правда.
— Эммм…
— Так это и работает, Соня. Он же не обещал оставить тебя в покое, перестать добиваться, уйти из твоей жизни навсегда? Он просто обещал свозить тебя туда, и привезти обратно — если захочешь. Но насколько я знаю Евгения, он просто вернется вместе с тобой. Род Отт богат, на накопители ему хватит, на порталы тоже.
Соня схватилась за голову.
— Подобрала себе енота!
— Теперь смирись. Ты за него в ответе.
— Слов у меня нет! Никаких!
— И не надо. Воспринимай это все, как шикарное приключение!
Соня положила в чемодан любимую игрушку Марты и постаралась настроиться на позитив. Получалось плохо, ну да ладно! Может, потом получится?
* * *
— ПАПА!!!
Борис Михайлович вкушал омлет, когда в столовую влетела его дочурка.
В одной ночнушке, растрепанная, с большими круглыми глазами и телефоном в руке.
Горничная даже поднос выронила.
— Илона?
— ПАПА!!! СЕНЯ!!!
— Сеня⁈
— Папа, смотри!
Илона молча сунула папе смартфон, в котором в новостной ленте был подзаголовок: «Трагический случай в лесу».
Борис Михайлович принялся читать.
Хммм…
В статье журналист рассказывал о трагедии, которая постигла одного бизнесмена. Семена Кэ.
Оказывается, оный Семен, решил устроить пикник на природе. На двоих, с ОЧЕНЬ близким другом. Таким близким, что дальше и некуда, настоящая мужская дружба, как в римских легионах. Или как сейчас в европах модно.
Только-только друзья штаны сняли, как налетел на них хищный зверь. Одному нос отгрыз, а второму такое место, что и сказать-то страшно. Наверное, места рядом были.
Обоих госпитализировали, теперь колют вакцину от бешенства и ищут зверя. А то вдруг ему тоже вакцина нужна…
Статья была написана в максимально ехидном тоне. Участковый подсуетился, шепнул кому надо, вот и прилетела в больницу журналист-птица.
Конечно, в предполагаемую ориентацию Сени Борис Михайлович не поверил. А вот в несчастный случай?
Нет, тоже не поверил.
— Илона, от меня ты чего хочешь?
— Папа, ну я… это…
— Я тебе сказал расстаться с этим типом?
— Ну…
— Илона, я тебя сейчас даже ругать не буду. Ты мне просто ответь — он тебе с протезом на этом самом месте нужен? И детей у вас тоже теперь не будет, наверное?
Илона зависла.
С одной стороны Сеня, любовь и зимняя свадьба.
С другой… каким она посмешищем станет — это ни в сказке сказать, ни пером описать! У нее не жизнь будет, а кунсткамера.
— Н-не знаю…
— Вот и иди, подумай. А я, так и быть, узнаю, кто там и кого покусал.
Илона отправилась приводить себя в порядок, а Борис Михайлович взялся звонить знакомому журналисту. Потом еще паре знакомых…
К моменту, когда Илона пустилась вниз, он уже что-то знал, а об остальном догадался. Примерно.
— Поздравляю, дочка. Замечательный жених.
— Папа?
— Ты ж его обнадежила, верно?
Илона захлопала ресницами.
— Я… не так, чтобы…
— Во-от. Если б ты поступила, как я сказал, был бы Сеня цел. А так… мальчик решил, что если у него не будет жены…
— Бывшей!
— И ребенка — его, заметь, ребенка, то ты за него замуж пойдешь. А меня вы потом уломаете.
— Папа…
— И решил он на пару с родственничком вывезти Софью в лес и там зарыть. Только эти идиоты енота не учли. Я так понимаю, животное в машине спряталось, ну и напало, как смогло.
— Папа, ты… Сеня так не поступил бы! Никогда!!!
— А ты сама отправляйся в больницу, да и спроси, — коварно предложил отец.
— Но я…
— Ты-ты. Отправляйся, поговори с ним, полюбуйся. А потом мне и скажешь, что надумала.
Илона независимо хмыкнула и уселась за стол.
— После завтрака поеду!
— Как скажешь, дочка.
Борис Михайлович и Соне позвонил бы. Но… лучше, наверное, не сегодня. Или съездить вообще к ней? Вот не повезло бабе! Такого урода найти — постараться надо! Хорошо хоть Илонку от него отвело, спасибо тебе, Господи! И за енота — тоже.
Очень полезное животное оказалось, себе завести, что ли, парочку?
***
Рамира
Как проходит переход между мирами?
Буднично.
Положил некромант камешек на землю, рукой над ним провел — и квадрат развернулся. Не светящийся, не искрящий, словно неисправная проводка, а ровный такой, почему-то розовый. Фелиция вошла в него первой. Прошла — и исчезла. Потом еще из-за квадрата рука высунулась, помахала, мол, проходим, не задерживаем движение!
Мария Петровна, недолго думая, шагнула второй.
Евгений подхватил Марту на руки.
— Идем?
Соня потянула за ручку небольшой чемоданчик на колесах, и шагнула в другой мир.
Десять отличий найти не удалось, такая лужайка могла быть в любом мире. И небо голубое, и солнышко желтое, и деревья похожи…
Особняк, разве что?
Но на родной планете тоже самая разная архитектура встречается.
Соня просто не знала, а особняк Евгения был похож на усадьбу Елисеевых в Ленинградской области. Только на усадьбу после пожара смотреть было страшно, а у Евгения особняк был ухоженный, красивый, слуги так и бегали зайчиками.
Белый камень, цветная черепица, окна, отмытые до полной прозрачности… и мужчина, который спешил к Евгению.
— Литт!
— Петер, — улыбнулся ему Евгений. — Рад тебя видеть. Все в порядке?
— Усадьба в полном порядке, литт.
— Отлично. Полагаю, литту Фелицию и тилла Андреаса ты знаешь.
— Да, литт.
— Это литта Мария. Очень не советую ее злить, проклянет — не обрадуешься. Гостевые покои. Для дорогих и любимых гостей.
Мария Петровна расправила плечи, и выглядела откровенно помолодевшей.
— С ума сойти… сколько силы! Не надышаться!
— Да, литт.
— А это литта София. Моя невеста. И наша дочь Марта.
Вот теперь у дворецкого действительно отвисла челюсть.
— Н-но…
— Покои для хозяйки дома, для наследницы. Официального объявления пока не было, но я его вскорости дам.
Соня едва удержалась, чтобы не пнуть Евгения по ноге. Ничего себе заявочки? Она ему еще не сказала «да, милорд». Она ему вообще пока ничего не ответила, а тут уже — жена?
Слов у нее нет! Только рычание.
Вокруг уже шустрили слуги, тащили чемодан куда-то в сторону дома, Евгений подмигнул Соне. В своем мире он стал совершенно другим, более свободным. Все верно, там он гость, тут — хозяин. Да и насыщенность магией играла роль, и близость родового алтаря…
— Пойдем, любовь моя?
Соня махнула рукой, да и пошла. Раньше надо было… не подбирать на улицах подозрительных енотов! Марта попискивала от счастья, волчком крутясь на руках у Евгения.
Фелиция и некромант задерживаться не стали, Евгений лично проводил Соню в дом, и даже дверь покоев перед ней открыл.
— Соня, милая, прости, но я тебя оставлю ненадолго. Я скоро вернусь, обещаю, просто надо разобраться с делами.
Это Соня могла понять. Действительно, погуляй невесть где полгода? Даже больше, наверное…
Евгений наклонился, поцеловал ее в щеку, усадил Марту в роскошное кресло и умчался. А Соня отправилась осматривать покои для жены хозяина дома.
Покои и правда были роскошные.
Шесть комнат.
Прихожая, гостиная, спальня, в которой имелась дверь — и из нее был выход в другую спальню, явно хозяина дома, ванная, которую так и хотелось назвать «банным комплексом», там одна ванная напоминала небольшой бассейн, гардеробная, в которой жалобно потерялся Сонин чемоданчик, кабинет, комната для рукоделия, еще одна маленькая гостиная — и все это отделано в розоватых, золотистых и персиковых тонах.
Нет-нет, ни позолоты, ни лишней аляпости, все очень аккуратно, со вкусом и дорого. Соня даже поежилась.
Наверное, сложно здесь жить.
Хотя и Эрмитажем это место тоже не назовешь. Это не музей, видно, что все подобрано для удобства, что здесь жили и можно жить дальше.
Марта с мамой не ходила.
Она открыла дверь в детскую — и оттуда был слышен радостный визг.
ИГРУШКИ!!!
Маленькую избалованную принцессу семейства Кучеровых из нее вырастить не успели, по счастью, игрушки у нее были, но в ограниченном количестве. Не могла Соня покупать ей все, на что глаз упадет.
А тут — столько счастья! И все сразу!
И ей!
Сейчас она качалась на качелях, в обнимку с роскошной куклой. Дома бы Соня такую точно не купила, она выглядит совсем, как живая. Небось, бешеных денег стоит…
И это просто игрушка. В детской.
Громадная разница в положении. Соня только вздохнула.
Сказка про Золушку, конечно, прекрасна. Но кто-то вообще задумывался, что было потом? Есть вещи, которые впитываются с молоком матери, с пеленок. Знания, которые даже не передаются, потому что это и так всем известно. Тысяча разных мелочей, о которых не узнаешь, выгребая золу из камина. Никогда…
Если бы не было брака с Сеней, Соня могла бы себя утешать приятными сказками. Но он был, и обернулся кошмаром. И это Сеня… а тут какой уровень? И другой мир…
Соня невольно хлюпнула носом.
— Это — ты⁈ И что он в тебе нашел⁈
Голос был настолько неприятным, что хотелось шваброй в том направлении зарядить. Соня повернулась.
М-да.
Перед ней стояла глубоко беременная женщина. Может, месяц восьмой, или даже больше — не поймешь. Внешность — никакая. Вот самая обычная серая мышь, в меру костлявая, в меру незаметная. Такую можно в любой толпе оставить — она выделяться не будет. Волосы русые, глаза серые, не слишком большие, черты лица мелкие, смазанные, да и вся она какая-то серая…
— Это — я.
Марина скривилась.
— Кошмар какой-то! Эжена потянуло на коров?
И кто бы выдержал на Сонином месте?
— После коровниц? Запросто. Вы, любезнейшая, в каком хлеву воспитывались, что даже здороваться не умеете?
Марина покраснела пятнами. Красивее ее это не сделало.
— Ты… вцепилась, да⁈ Моя смерть и на тебя ляжет, поняла, гадина⁈
— Я тебя заставляла зелье плодородия пить? — язвительно парировала Соня. — Не переживай, и родишь, и мужа тебе еще найдем. К примеру, слепоглухонемого капитана дальнего плавания. Чтобы не задохнулся от избытка очарования!
— … !!!
— Иди отсюда подобру-поздорову, а то сейчас сама тебя выкину!
Церемониться Соня не собиралась. Да, Марина беременна, но это не повод спускать откровенно хамское поведение. А если еще Марта сейчас выйдет?
— Почему-то я так и думал, — голос Евгения не предвещал ничего хорошего.
Марина развернулась — и попробовала упасть к нему на грудь. Евгений ловко выставил руку, придерживая женщину на почтительном отдалении от себя.
— Эжен!
— Вон. Отсюда.
Сказано было так, что Соня едва вслед за Мариной не вышла.
Марина задохнулась, вылетела вон, и напоследок еще дверью об косяк треснула.
— ЕНЯ!!!
Марта сомнений не испытывала, взлетая Евгению на руки.
— Ты! Мой любимый рыб!
— Папа! Мне де-сь ньа-ви-ся!
— Вот и отлично! Я не просто так пришел. Соня, познакомься, пожалуйста, — Евгений открыл дверь, которую захлопнула Марина. — Это тилла Анна и тилла Лина. Тилла Лина еще мной занималась, и с радостью повозится с моей дочкой.
Тилла Лина, серьезная женщина лет шестидесяти, наклонила голову.
— Тилла Анна поможет тебе немного освоиться. Ей приказано отвечать на все вопросы, которые у тебя возникнут. Я буду у себя в кабинете, тилла заодно покажет тебе дом. Ты не возражаешь?
Соня покачала головой.
— Нет. Все в порядке, иди работай.
Евгений быстро наклонился и поцеловал ее в щеку.
— Ты — чудо! Марта, а ты уже видела кукольный театр?
— Нет!
— Пойдем, я тебе покажу!
Кукольный театр оказался обычным театром марионеток, только заводных. Или магических. Можно было повернуть ключ, выбрать пьесу, и куклы начинали двигаться, тихий голос озвучивал сказку.
Марта уселась перед театром — и выпала из жизни.
Тилла Лина покачала головой, и потихоньку поинтересовалась у Сони, что предпочитает кушать малышка.
Соня подумала пару минут, сообщила, что рыбу Марта не любит, а так ест все, и тилла пообещала накормить ребенка.
А Соня начала с самого главного.
— Анна, проводите меня, пожалуйста, в библиотеку. Мне хочется почитать что-то по мироустройству.
* * *
Евгений действительно занимался делами. Правда, не отчетами, о которых сказал Соне. Вместо этого, он отправился к Алтарю.
Как выглядит родовой алтарь?
Очень просто. Камень, полупрозрачный, в роду Отт он небесно-голубой, полупрозрачный, с разводами и переливами. Любоваться им можно вечно.
Евгений, надолго думая, коснулся алтаря рукой.
Острая кромка не подвела, и на алтарь потекла кровь. Не слишком много, но алтарь засиял, и принялся переливаться вдвое ярче.
Евгений погладил его рукой.
— Я скучал…
И ощутил в ответ…
Кто-то считает, что алтари неразумны — это ведь просто застывшая магия. Но Евгений думал иначе. У него было ощущение присутствия рядом чего-то большого и уютного, вроде здоровущей дружелюбной собаки. И вот она трется о твои ноги, и вам обоим хорошо рядом.
— Я хочу жениться, — тихонько сказал Евгений. — Я надеюсь, Соня тебе понравится. Я приведу ее завтра… можно было бы заключить светский брак, но я ее действительно люблю. И ее малышку в род приму обязательно, они обе — чудесные.
Тихий стон оборвал его откровения.
Евгений обернулся — и сдвинул брови. Воистину, у Марины Линдли сегодня был неудачный день.
Так бы она подождала до завтра, но раз явилась… Евгений поманил ее пальцем.
— Иди-ка сюда, дорогуша.
Марина сверкнула глазами, но подошла. Даже на отдалении от алтаря она себя чувствовала лучше, а уж вблизи… сил у нее хватило даже на обвинения.
— На мне ты жениться не хочешь. А чужого ребенка готов ввести в род.
Евгений молча приложил ее ладонь к алтарю. Марина вскрикнула, оцарапавшись, и Евгений разрешил ей убрать руку.
— Смотри.
Кровь Марины бессильно стекала по алтарю. И в том месте, где находился сток, алтарь даже потемнел. Словно ему было неприятно.
— И что⁈ Думаешь, она окажется лучше меня⁈
— Уверен. И давай проясним все вопросы. Я обещал, и обещание сдержу. Я подпитываю тебя до родов, я помогаю во время родов, я готов содержать тебя и ребенка, когда он родится. Но жениться на тебе я никогда не обещал. Да и не хочу.
— Ее ты любишь, — горько произнесла Марина. — А меня? Чем я хуже?
Евгений пожал плечами.
Любит.
Как-то постепенно, он и не задумывался об этом, а полюбил. Оказывается, оно и так бывает. Без каких-то бешеных страстей, без «взглянул и умер», без бабочек в животе, да и Магия с ними, с насекомыми. Сначала Соня ему казалась скучной и неинтересной. Некрасивой и старой.
А потом, шаг за шагом, день за днем Евгений видел, как она заботится и о нем, и о дочке, наблюдал, как Соня борется с обстоятельствами, как старается держаться, даже если очень тяжело — и начал восхищаться. А внешность?
Это такие мелочи, право же! Когда тебе на дороге встречается настоящая женщина, готовая не просто стоять за твоим плечом, но и прикрывать тебе спину, поддерживать в любой ситуации и разделять и радости, и беды, уже не смотришь на цвет волос и глаз, а бежишь благодарить магию.
Соня была именно такой.
Не оценил ее первый муж? Сам и дурак. А Евгений свое счастье не упустит.
Марина же?
— Ты меня не любишь, Марина, ты просто хочешь сытую и бестревожную жизнь. Почему я должен тебя любить? Потому что ты выпила зелье плодородия чтобы поймать меня ребенком?
Марина зло зашипела.
— Я тебя любила!
— Не меня. Ты не знаешь, какой я, ты знаешь, что у меня есть деньги, есть положение в обществе, что я могу тебе дать все запрошенное — и ты мигом бросила Маркуса. Даже не бросила, крутила с нами обоими. Тебе самой не гадко?
— Дело только в твоей обиде? Но Эжен, пойми, я ведь ношу твоего ребенка! Твоего, не чужого! Если ты позволишь…
— Не позволю. Наши отношения будут регламентированы. Я приказал подготовить контракт на материнство и воспитание малыша, и буду тебе платить соответственно. Подумай, в каком городе ты хочешь жить, присмотри небольшой дом, я тебе его куплю. До пяти лет я буду просто навещать ребенка, потом, как прописано в стандартном договоре, он будет проводить у меня два дня в неделю. В положенный срок я введу его в род.
— И все?
— Абсолютно.
— Твой родной ребенок. А чужой тебе дороже… почему так?
Евгений на миг растерялся. А вот Мария Петровна, которая отлично чуяла токи силы, и решила прогуляться к их источнику — нет.
— Пора бы уже знать, дамочка. Родня — это не по крови, это те, кто за тебя и горой, и стеной. И ты за них свою кровь до последней капли отдать готов. Вот Евгению повезло, он такое нашел, а ты на чужое не зарься. Ты лучше свое ищи, я-то знаю, что у каждого на земле есть шанс на счастье.
Марина развернулась.
Она бы закатила истерику, принялась кричать… да много чего можно было сделать. Остановила аура вокруг пожилой женщины, такая же, как у бабушки, даже ярче, сильнее.
Ведьма?
— Вы…
— Ты иди, милая, иди отсюда. Не скандаль попусту, нечего тебе тут ловить.
Евгений посмотрел вслед Марине. Равнодушие, вот и все. Нет ни чувств, ни эмоций… раньше — убил бы. Но слишком он Марине и ее интригам благодарен за Соню, за Марту, так что… пусть живет. Только подальше от него.
— Это ведьмина внучка?
— Да.
— Когда ты меня на место отвезешь? К дому ее бабки?
— Фелиция мне сказала, куда ехать. Хоть сейчас.
— Сможешь поехать?
— Соне скажу, и поедем, — согласился Евгений. Если есть возможность развязаться хоть с одним долгом, надо действовать. И прямо сейчас.
Соня не возражала. Она уже закопалась в библиотеку по уши. Читать ей нравилось, только времени никогда не было, а тут книги по мироустройству, да другой мир… да и времени вагон! Читай — не хочу!
Она хотела и читала. А Евгения поцеловали в щеку и пожелали удачи, чтобы ехал уже и не отвлекал от книг.
* * *
Портал перенес Евгения и Марию Петровну аккурат к домику ведьмы. Сам он заходить не хотел… вот не тянуло как-то. Чувствовалось здесь ведьмино влияние. Ее это место, и потоки здесь слабые, тоненькие… Мария Петровна таких сомнений не испытывала.
Подошла к домику, решительно положила руку на дверной косяк, ахнула, едва удержалась на ногах.
— Я…
Евгений бросился помогать, но ведьма выставила вторую руку вперед. Не трогать!
Мужчина и спорить не стал. Пусть ведьмы сами разбираются.
Мария Петровна достала из-под воротника платья что-то круглое, приложила к стене, зашептала… Евгений даже и прислушиваться не стал. Отвернулся и отошел подальше. Уселся на траву, посмотрел в небо.
Там вальяжно плыли пушистые белые облака. Мужчина откинулся на спину, в траву, и стал следить за ними, пока не услышал голос над головой.
— Можешь поворачиваться. Все я сделала.
— Что именно? — Поворачиваться Евгений не спешил.
— Наследство приняла. Ну и на себя его перенастроила, насколько смогла.
— Так… и что дальше?
— Дальше, — Мария Петровна поняла, что двигаться мужчине попросту не хочется, обошла его и встала перед лицом Евгения. — дальше я останусь тут. Ты же хочешь, чтобы Соня и Марта прижились в этом мире? Вот, и я тоже попробую. И им легче будет, когда кто-то свой рядом, и слух пустим, что мы родня… считай из одного мира, от Адама и Евы…
Библию Евгений читал. Коран, кстати, тоже, знакомился с религией мира, в который его занесло, так что шутку оценил. А вот предложение… своеобразное, но что он теряет?
— Мария Петровна, давайте договоримся так. На первых порах я помогу деньгами и людьми, ну и освоиться тоже. Если захотите вернуться — координаты у меня есть, портал открою, когда скажете.
Мария Петровна качнула головой.
— Не захочу. У вас тут насыщенность сил такая… я сразу лет двадцать с плеч скинула. Еще поживу, может, и помолодею. А там… там я бабка уже, если лет десять протяну, хорошо будет. А пожить хочется подольше, и другой мир посмотреть. Любопытно, понимаешь? Такое приключение под конец жизни!
Это Евгений понимал, потому и спорить не собирался.
— Хорошо. Мои слова остаются в силе.
— А я свидетельствую, что ты сдержал обещания, и более мне ничего не должен.
Евгений кивнул. Чувство было, словно на хвосте енота разжались цепкие ручки Марты. Приятное ощущение. Есть на нем еще обеты, но с ними он тоже разберется, только не сегодня.
— Благодарю. Вы сегодня тут останетесь, литта Мария?
— Да.
— Тогда завтра я пришлю людей, пусть помогут с уборкой, да и с деньгами, и закупки…
— Хорошо.
Евгений ушел в портал, а Мария Петровна огляделась.
Кое-что она не сказала мальчишке. Да-да, мальчишке, с ее-то возрастом для нее все, кто моложе полувека — дети. Не сказала, что сил уже не хватало, что на Земле она не прожила бы эти десять лет. Может, год или два, а жить хотелось.
Что достойной преемницы ей пока не было. А силу передавать абы кому — тоже неправильно, сила, она как крупная гадюка. Сумеешь обуздать — получишь полезный и ценный яд. Нет?
Тоже получишь яд, но внутривенно.
Внучка у нее хорошая, но силы у нее капли, врачом хорошим может стать, болячки видеть насквозь будет, а вот ведьмой… нет, тут другая основа нужна. А правнучку Мария и не дождется… плохо ей умирать будет.
Нет, такого не хотелось.
А тут она еще поживет, может, и домой иногда наведываться будет. Родных она предупредила, доверенность написала, пенсию за нее получат, квартиру сдадут — все! Будем обживаться.
Ее и дом-то, считай, легко принял. Не своя она по крови, но прах предыдущей ведьмы у нее есть, он ключом послужил к защите, сил хватает, и некромант помог. Так что обживется она тут, устроится…
Все у нее будет хорошо.
* * *
Спокойно вернуться домой и заняться своими делами?
Не про Евгения это сказано, нет, не про него! И не домой, а во дворец. И не своими делами, а отчетом перед королем.
Приняли Евгения незамедлительно, его величество пока еще не знал о возвращении Е. Н. Отта, Фелиция первым делом понеслась к бабушке, а Евгений сначала отвез ведьму, а потом и в столицу отправился. И сейчас низко кланялся королю.
— Ваше величество.
— Евгений. Рад тебя видеть живым и невредимым. Я смотрю, у литты Виран все получилось?
— Да, ваше величество.
— Располагайся. Надеюсь, у тебя найдется время побаловать меня рассказом о своих приключениях?
— Конечно, — Евгений с удовольствием опустился в кресло. Его величество приказал принести чай, ну и так, чего-нибудь выпить, и принялся слушать.
И про енота.
И про его приключения.
И про другой мир.
Понятно, что тема эта была не одного дня, но Евгений пообещал все рассказать подробно. И маяк они оставили, и вернуться обратно могут в любое время. Сил, конечно, понадобится много, но в том мире есть, что позаимствовать. Кулинария, к примеру.
Нет?
Тогда стали, сплавы, строительство, жаль, с оружием так не получится. В условиях сильной насыщенности магии оружие того мира начнет сбоить, да и вообще любая электроника тоже. Но кое-что для себя взять можно. Ту же химию, генетику, медицину… Евгений много чего почитал за это время, даже план для себя составил.
Его величество слушал, думал…
Конечно, никто тут не собирается бодренько открывать двери в другой мир и устанавливать контакт, никому такое и даром не надо! Вешать себе на шею чужие проблемы? Вот еще не хватало!
Лучше они аккуратно возьмут то, что им будет интересно, а может, и людей каких-то к себе вытащат, и…
— Ты понимаешь, что этим должны заниматься специально обученные люди?
— Корона, — согласился Евгений. — Но надеюсь, что и моему роду кое-что перепадет?
Самим Оттам этот кусок не сожрать. Но надкусить король позволит, и из зубов не вырвет. Мужчины это прекрасно понимали, а детали… будет у них еще время для деталей.
— Обещаю. Мы это еще обговорим… сейчас я могу тебе чем-то помочь?
— С родом я справлюсь, ваше величество. И с делами… благодарю вас за помощь, за опеку Казны, это было ОЧЕНЬ кстати!
— Понимаю.
— Вот, разве что… нельзя ли принять в мой род одного человека? На правах литта?
— Тот самый некромант?
Про тилла Рамоса Евгений тоже рассказал, хотя и не назвал имени. Но его величество и не настаивал.
— Да, ваше величество.
— Разрешаю. Принимай.
— А…
— Преследовать за нарушение закона я его не буду. Не пойман? Вот и пусть идет себе…
Евгений подумал, что эта новость Андреаса порадует, а зря. Его величество альтруизмом отродясь не отличался, монархи вообще такими извращениями не страдают. Так что отрабатывать бедняге придется по полной программе.
Встречаются такие гении в природе, и пользы от них может быть очень много, но и приглядывать за ними надо неустанно. Вот и будут. Втроем. И сам Евгений, и Анна, на которой тилл Рамос женится, и его величество в стороне не останется.
Некромантия без надзора вредна, но искоренить ее не получится. Так что ставим на службу обществу и радуемся. Не можешь предотвратить?
Возглавь!
Это Евгений и сделает!