Глава 19

Китти

Я просыпаюсь от ощущения тепла и безопасности. Тело расслаблено, как никогда раньше. Ужас ночного кошмара почти полностью рассеялся, оставив после себя лишь слабое, как эхо, воспоминание. Вместо него в груди разливается пьянящее, совершенно новое чувство.

Чувство, что я взрослая.

Я сплю в одной кровати с мужчиной. С моим мужчиной. Он обнимал меня всю ночь, защищая от кошмаров, и я засыпала в его руках, доверяя ему без остатка.

От этой мысли по телу разливается сладкая истома. Я улыбаюсь, не открывая глаз, и хочу прижаться к нему ещё теснее, снова почувствовать его сильные руки, его тепло…

Но его нет.

Место рядом со мной пустое. Объятий нет.

Страх ледяной иглой пронзает сонную негу.

Я резко распахиваюсь глаза, сажусь на кровати.

Я одна.

Да, всё так же, в платье. Он не тронул меня.

Но его нет! Подушка рядом со мной ещё хранит вмятину от его головы, простыня — слабый остаток его тепла, но самого мага нигде нет.

Сердце ухает куда-то вниз.

— РейТан? — зову я шёпотом, но в ответ — тишина, нарушаемая лишь треском углей в очаге.

Паника затапливает сознание.

Я вскакиваю с кровати, мечусь по комнате. Его нет. Выбегаю во двор, сердце колотится где-то в горле. Краем глаза замечаю огромное, сваленное им дерево, раскиданные дрова. Такой сильный… он не мог просто так исчезнуть.

Или мог?

Неужели он меня оставил? Ушёл? Вернулся в своё настоящее тело где-то далеко, в Западных Землях, а я… я осталась здесь одна?

Но он обещал вернуться!

Ноги подкашиваются. Меня накрывает новая, ещё более страшная мысль. А что если… что если он вообще растворился? Исчез?

Я же видела! Видела, как он мерцал, когда я засыпала. Его тело становилось почти прозрачным!

Нет. Нет, нет, нет!

Я подхватываю подол платья и бросаюсь бежать. Куда?

К морю. Туда, где мы были вчера.

Бегу, не разбирая дороги, спотыкаюсь о корень, больно ударяюсь коленом, но тут же вскакиваю и мчусь дальше. Слёзы застилают глаза, в горле стоит ком.

И вот я выбегаю на берег. Слава богам, вижу мага там.

Он сидит на плоском камне у самой воды, спиной ко мне.

Не исчез. Не растворился. Живой!

От облегчения у меня подкашиваются ноги.

Но почему он не двигается? Я подбегаю к нему, опускаюсь на колени. Он что, без сознания?

— РейТан?.. РейТан, очнись! Пожалуйста!

Я трясу его за плечи, и он медленно поворачивает голову. Его глаза открываются, и в них плещется такая усталость, что моё сердце сжимается.

Он что-то хрипло говорит о том, что просто заснул, что астральное тело требует много сил. Но я почти не слышу слов. Я вижу, как он смотрит на меня, как тянется ко мне, и всё внутри меня замирает.

Он просит поделиться силой. Просит… поцелуй.

Хотя, мог бы попросить что угодно. Мне кажется, что я на всё готова ради него. Когда это со мной случилось? Когда я влюбилась?

Может еще прошлой ночью, в замке инквизитора? Когда он просто появился из ниоткуда, из грозы.

И я, сгорая от смущения, наклоняюсь и касаюсь его губ. Неуверенно, робко.

Но РейТан отвечает с такой нежностью, с такой голодной жадностью, что у меня кружится голова. Сила возвращается к нему, холодные мужские пальцы теплеют на моей щеке.

Он углубляет поцелуй, и я тону, растворяюсь в нём, отдавая ему всё — своё тепло, свою магию, себя. Это так неправильно и так правильно одновременно.

Мужские руки обнимают меня за талию, прижимают к себе, и я отвечаю, обвивая его шею, желая быть ещё ближе.

Маг отрывается от моих губ, оставляет шлейф из коротких, обжигающих поцелуев на шее, на ключицах. Я запрокидываю голову, отдаваясь пьянящему чувству. Но он вдруг замирает и отстраняется.

— Спасибо, солнечная дева, — хрипло говорит он. — Мне уже лучше.

Я смотрю на него, ничего не понимая. Мои щёки пылают, губы горят, а он… он отстраняется и встаёт. Всматривается в морской горизонт.

Мне так неловко. Так стыдно за свою несдержанность.

— Я… я пойду в дом, — лепечу, вскакивая на ноги. — Там нужно… прибраться.

И я опять бегу.

Только теперь бегу от него, от этого странного, пугающего и такого желанного мужчины, от своих собственных чувств, которые грозят сжечь меня дотла.

Не останавливаюсь, пока не влетаю в спасительную прохладу дома.

Сердце колотится где-то в горле, щёки горят. Прислоняюсь спиной к тяжёлой деревянной двери и медленно сползаю на пол, пытаясь отдышаться.

Что это было? Что он со мной делает?

Прижимаю пальцы к губам. Они до сих пор горят от его поцелуев. Тело помнит его прикосновения, его жар, его тихий рык.

Я закрываю глаза, и картина снова встаёт перед глазами: его лицо совсем близко, тёмные глаза, в которых плещется желание…

Хватит!

Я резко встаю. Нужно чем-то заняться. Срочно. Уборка. Точно.

Оглядываю комнату. Пыль, паутина, разбросанное бельё.

Работы хватит.

Начну со шторок на окне.

Пытаюсь повторить то, как мы вчера с ним очищали простыни. Закрываю глаза, сжимаю в руках шторку, трясу изо всех сил. Ничего. Только облако пыли, от которого я начинаю чихать. Нет, без него магия не работает. Ну и ладно.

Тогда приберу пол.

Беру старую метлу и подметаю. Движения резкие, злые. Я выметаю не только мусор, но и свои глупые, несбыточные мысли о любви с магом.

Да, он говорит о том, что нам суждено быть вместе. И так горячо целует. Но, почему тогда он всё время останавливается, когда уже мог бы дойти со мной до конца?

И, он вовсе и не настоящий. Со мной лишь его проекция. А вот, действительно, ли он собирается вернуться за мной — это еще вопрос. Замуж за него выйти он мне не предлагал!

Когда пол становится чище, я замечаю, что в дальнем углу, за печкой, из-под прогнившей половицы торчит уголок холщового мешочка.

Любопытство берёт верх.

Подхожу, ковыряю доску пальцем. Она легко поддаётся.

Внутри, в маленьком пыльном тайнике, лежит кожаный кошель. Он тяжеловат для своего размера.

Развязываю тесёмку и вытряхиваю содержимое себе на ладонь. Несколько медных и пара тусклых серебряных монет. Заначка. Последние сбережения семьи, которая когда-то здесь жила. У меня сжимается сердце.

Внутри кошеля остаётся ещё что-то.

Я запускаю внутрь пальцы и вытаскиваю маленький, туго набитый холщовый мешочек. От него исходит слабый, но очень приятный аромат. Развязываю и его.

Внутри нахожу смесь высушенных трав. Я подношу травы к лицу.

Пахнет чем-то пряным, сладковатым, с нотками мяты и ещё чего-то незнакомого.

Неужели эти травы пролежали здесь десять лет и сохранили аромат?

Значит, в этом тайнике хранилось самое ценное, что было у этой семьи: деньги на чёрный день… и что это за травы? Какой-то лечебный сбор?

Нужно заварить чай.

Подбрасываю пару поленьев в очаг, вешаю над огнём котелок с водой. Пока вода греется, нахожу на полке маленький глиняный заварник и щедро засыпаю в него травы. Пусть настоится. Скоро по комнате плывёт просто умопомрачительный аромат.

Оглядываюсь.

Стало чище.

Но работы ещё много.

Ведро, тряпка, вода. Я хочу, чтобы он пришёл, а тут было чисто и уютно. Чтобы он увидел, что я… что я хорошая хозяйка? Глупости какие. Просто хочу сделать для него что-то приятное.

Чтобы не испачкать платье, я задираю подол высоко, до самых бёдер, и подтыкаю его под пояс. Становлюсь на колени и начинаю яростно тереть старые доски. Работа помогает не думать. Я ползаю по полу, отмывая въевшуюся грязь, и так увлекаюсь, что не сразу слышу скрип двери.

За спиной раздаётся сдавленный кашель.

Я замираю, а потом медленно поворачиваю голову через плечо. На пороге стоит РейТан. Он весь мокрый, с волос стекает вода. Тяжело дышит. Рыбалка далась ему нелегко?

Вдруг до меня доходит, что маг не смотрит на моё лицо. Его взгляд прикован ниже. К моим голым ногам. К задранной юбке.

Он шумно втягивает воздух сквозь сжатые зубы. Сглатывает, дёргая кадыком.

Его желание ударяет по мне горячей волной, и лицо вспыхивает огнём. Я резко одёргиваю подол. Боги! Раскорячилась. Как же стыдно.

— Я… я за дровами, — хрипло выдавливает РейТан, не отрывая от меня потемневшего взгляда, и делает шаг назад, за порог.

За дровами? Опять? Да сколько же ему нужно дров? Те, что он наколол вчера, так и навалены во дворе.

Через мгновение со двора доносится грохот ведра в колодце. А потом и плеск ледяной воды. Б-ррр… Знаю, что ледяная. Сама сегодня набирала, вон руки от холода покраснели, пока мыла пол.

Подсматриваю из окна.

Он набирает ещё одно ведро воды. И опрокидывает. На себя!

Отфыркивается, как дикий зверь.

Пар валит от его разгорячённого тела.

Боги. Это я его так довела?