Глава 7

РейТан

Возвращение в плоть — это удар. Сотрясающий, выбивающий воздух из лёгких.

Мир наваливается на моё тело всей своей тяжестью: ледяной воздух горной ночи, запах мокрого камня и магии. Над головой — бездонное звёздное небо.

Рядом ревёт магический Источник нашего клана. Раз в год, около недели, он бьёт из сердца горы с невероятной силой, взмывая ввысь столпом жидкого света. Его первобытная мощь вибрирует в воздухе, в земле, в костях каждого из нас. Именно она питала наш ритуал.

Но сейчас эта мощь, эта свобода стихии кажется лишь жестоким напоминанием о ЕЁ неволе. О стенах темницы Китти.

Я снова в центре шаманского круга, начертанного прямо на камнях центральной площади.

Вокруг меня, на фоне сияющего Источника, чётко вырисовываются силуэты шаманов, рассматриваю их измождённые лица.

Они смотрят на меня… не так, как раньше. В их глазах шок, благоговение и толика суеверного страха.

— Получилось… — выдыхает один из старших шаманов чужого клана, качая головой. — Клянусь духами предков, получилось!

Шёпот пробегает по кругу. Они не верили. Никто до конца не верил, что можно вот так, силой воли, пробить Завесу и заглянуть в другой мир. Для них это — чудо. Для меня — лишь первый шаг. И он уже в прошлом.

— РейТан… — начинает КайРан, но замолкает на полуслове, рассматривая мою руку.

Я опускаю глаза. На моей коже, от запястья до локтя, расцвела серебристая вязь узоров — идеальное отражение той татуировки, что теперь горит на руке Китти. Моя метка. Наша метка.

— Печать Истинной… — благоговейный шепот снова шелестит по кругу.

Восторг и поздравления не имеют значения. Терпение сейчас для меня непозволительная роскошь. Я чувствую фантомный звон серебряных цепей и едва сдерживаю рык, рвущийся из груди.

— Спасибо всем за круг, — мой голос звучит хрипло и отрывисто. Слишком резко. Я поднимаюсь на ноги. Мир качается, но ярость придаёт сил. — Вы свободны.

Шаманы, шатаясь, поднимаются. Ритуал выпил их до дна. Они благодарят духов и расходятся, им нужен сон. Все разговоры отложим на потом. По моему грозному виду все понимают, что я не настроен говорить сейчас.

Остаётся только КайРан, один из сильнейших шаманов из клана Железного Когтя, равный по силе мне самому.

Мне тоже нужен отдых, но всё внутри меня воет от нетерпения.

ОНА там. Одна. С мерзким чудовищем.

Образ её испуганных глаз, когда я исчезал, вспыхивает перед внутренним взором.

Внезапный укол ледяного страха пронзает меня. И это её страх!

Это эмоциональное эхо, наша новая связь, и оно почти сводит меня с ума. Звериная орочья сущность внутри скребётся, рвётся наружу. Убить. Уничтожить. Вернуть.

Приходится приложить неимоверное усилие воли, чтобы сдержать боевую трансформацию. Клыки зудят. Заострившиеся когти впиваются в ладони, сжатые в кулаки.

Сзади к КайРану тихонечко подкрадывается ЛейРа. Его недавно обретённая истинная пара. Завидую ли я им?

Уже нет.

Там, за Завесой, меня ждёт своя. Истинная. Которую я так долго ждал.

Рука орчанки ложится шаману Железного Когтя на плечо, придавая сил. Он не оборачивается. Лишь накрывает её ладонь своей, и на мгновение мощные плечи расслабляются. Тихая гавань в бушующем море.

К ДарХану, стоящему рядом, подходит Алия.

— Я не смогла уснуть. Как прошёл ритуал?

Наш вождь, мой близкий друг, почти брат, тут же заключает её в защитный кокон своих рук, прижимая к мощной груди. Рассматриваю его сосредоточенное лицо поверх ярко-рыжей головы.

ДарХан же смотрит на меня, отражая мою тревогу, густую, как смола. Он не знает, как сказать своей истинной, что её сестра в плену у монстра в человеческом обличье.

На площади остаёмся только мы: две пары, скреплённые судьбой и я — одинокий вулкан, готовый к извержению.

Теперь и Алия смотрит на меня. С беспокойством.

Она чувствует исходящую от меня угрозу, которую я не могу скрыть. Она понимает, что что-то не так. Догадывается, что с её сестрой не всё хорошо, но боится спросить.

— Нам нужно поговорить, — говорит ДарХан, его голос — спокойный гранит. — Идём в мой дом

— Нет. — отрезаю я. Ярость делает меня неуправляемым, я не хочу идти, не хочу ждать. — Разговор. Сейчас же. Здесь. Никуда я не пойду.

Алия жмётся к ДарХану, и за одно биение сердца ураган воспоминаний проносится в моей голове.

Всего несколько дней назад духи оставили мне послание. Истинная. Моя. Ждёт. Наконец!

Окрылённый, я помчался к Завесе, и наш вождь ДарХан, мой верный друг, увязался за мной, бросив все приготовления к празднику Каменного Сердца.

Пока я, ослеплённый надеждой, осматривал границы в поисках знаков, вождь заметил пожар. Сам не понял как, но он шагнул сквозь Завесу, повинуясь инстинкту воина, и вытащил из огня хрупкую человеческую девушку. Алию.

Когда я нашёл их, я был уверен, что именно она и была послана мне судьбой. Мир орков и мир людей не пересекались уже несколько сотен лет. Сказания об истинных парах превратились в легенды. Верил один я. И ждал…

К тому же, Алия подтвердила, что видела у Завесы магический цветок, которой суждено видеть лишь истинным.

Я объявил её своей Истинной парой по воле духов… но моё сердце молчало. В нём не было того огня, о котором говорили легенды. Не сразу, но мне пришлось признать — она — не мой очаг.

Зато её магия, её пламя, неудержимо тянулось к камню нашего вождя, к силе ДарХана.

Какая жестокая насмешка духов! Мой лучший друг и моя… Истинная?

Горечь и разочарование едва не сожгли меня изнутри. Пока не выяснилось, что Алия видела совсем другой цветок. Не мой. Не тот, что предназначался мне.

И вот теперь…

Воспоминания тают, сменяясь ревущей реальностью. Алия стоит прямо передо мной, но смотрит уже не на меня, а на серебристую вязь на моей коже. Её пальцы тянутся к узору, но не решаются коснуться.

— Серебряный эдельвейс?.. — шепчет она, и её глаза расширяются от узнавания. — Я вспомнила! Вот что всё время ускользало от меня. Китти… она говорила… когда отыскала меня у Завесы… что она видела именно этот магический цветок.

Дыхание Алии сбивается. Она резко поднимает на меня взгляд, и в её глазах вспыхивает невероятная, отчаянная догадка.

— Это… это она? — её голос срывается. — Твоя Истинная… это моя сестра?!

Вопрос повисает воздухе, пронзительный и острый. Молча перевожу взгляд на ДарХана. Как ей сказать? Как объяснить весь тот ужас, что я увидел?

Мой друг лишь прижимает Алию чуть сильнее, давая опору и едва заметно кивает мне — мол, говори, она должна знать.

— Да, — одно это слово даётся мне с трудом, оно скребётся в горле, как песок.

Алия ахает, прижимая руку ко рту. Радость наполняет её глаза, но… она чувствует подвох. Невысказанное висит в воздухе, давит.

— Она жива… Она жива? Где она, РейТан? Что с ней? Ты видел её!

И тут плотина моего самообладания рушится.

Я был у Китти в комнате — роскошной клетке. Видел её серебряные цепи, блеск безумия в её глазах. От боли… и самодовольную ухмылку чужака.

Звериная ярость вновь затапливает меня. Я сжимаю кулаки так, что костяшки чернеют. С тихим рыком изо рта всё-таки выскальзывают кончики клыков.

— Она в плену, — выплёвываю я слова. — У человека. Он держит её в своей крепости, называет её Хворь болезнью, а сам… хочет питаться её силой.

РейТан

— Поймали… всё-таки поймали! — ахает Алия, отступая на шаг. Её лицо искажается ужасом. Она цепляется за руку ДарХана, будто ища спасения от моих слов. — Я знала! Чувствовала, что они рыщут у Завесы!

— Кто «они», Алия? — голос ДарХана твёрд, как гранит, но его большой палец нежно поглаживает её дрожащую руку, успокаивая.

— Его псы! — она почти срывается на крик. — Скажи, РейТан, как выглядел тот, у кого в плену Китти? Невысокий, в чёрных одеждах с серебряным солнцем на груди?

Киваю. Образ этого человека выжжен в моей памяти.

Меня пронзает тоненький укол ледяного страха. Чужого, ЕЁ страха! Едва удерживаюсь, чтобы не схватиться за голову. Моей маленькой там страшно без меня!

— Валериус… — выдыхает Алия. Имя звучит как проклятие. — Королевский инквизитор. И он хотел поймать меня. А ему попалась Китти! — она дёргается, пытаясь вырваться из хватки ДарХана. — Мне нужно домой! Немедленно! Это я ему нужна, а Китти просто… заложница!

ДарХан хмурится, его лицо каменеет. Он не выпускает Алию из объятий, лишь сжимает руку истинной сильнее, властно и непреклонно притягивая её к себе ближе.

Рядом вспыхивает ЛейРа. Как всегда, в своей непосредственной манере:

— Ты с ума сошла? Возвращаться в пасть к хищнику?

КайРан мягко обнимает её за плечи, успокаивая, но его глаза внимательно следят за мной. Он видит бурю, которую я едва сдерживаю.

— Это не самое страшное, — рычу я, и все взгляды вновь устремляются на меня. — У твоей сестры, Алия… у неё тоже есть дар. Такая же магия, как и у тебя. Очень сильная.

— Дар?! — взрывается человечка. — Ты называешь даром Жгучую Хворь?! РейТан, это проклятье!

— Но ты научилась с этим жить! — вмешивается ДарХан. — А когда научишься управлять своей магией, то станешь сильнее любого из нас!

— Но Китти никто не будет учить! — отчаянно восклицает Алия. — Если она в руках инквизитора… — её голос срывается, когда до неё доходит самая страшная мысль. — Что он с ней делает? Ты видел, РейТан? Что?!

Перед глазами вспыхивает лицо Китти, искажённое болью. И ненависть обжигает глотку.

— Алия, — голос ДарХана становится жёстче. Он мягко, но настойчиво встряхивает её, разворачивает и заставляет посмотреть на себя. — Вспомни. РейТан не мог к тебе прикоснуться. Твоя магия была против. Значит, и к Китти никто не прикоснётся без её разрешения. То, что у неё проснулся дар, это хорошо. Это её защита.

— Похоже, человеческие аристократы обманывают свой народ, — задумчиво произносит КайРан, глядя на ревущий столб Источника. — Называют их магию болезнью. А сами питаются ею. И, видимо, это возможно, только если обладатель силы даст согласие. Поэтому они и дурят людей? Чтобы те соглашались добровольно?

— Конечно, Китти даст согласие! — горько усмехается Алия. — Если альтернатива — печать, запирающая магию, которая заставляет сгорать изнутри! Это же пытка, бесконечная мука…

— Всё в порядке, — мой голос звучит как скрежет металла.

Протягиваю руку, демонстрируя серебряный узор на коже.

— Я закрепил с твоей сестрой связь. Так что мы с тобой тоже теперь породнились, Алия.

— Чему ты радуешься? — она непонимающе хмурится. — Причём здесь эта татуировка?

— Это Печать Судьбы, соединяющая истинные пары. Частичка моей магии теперь и в ней. Эдельвейс защитит её. Не даст никому прикоснуться к Китти, — шиплю я сквозь зубы, и в глазах темнеет от ярости. — …даже если она вдруг по какой-то причине разрешит.

Отголосок страха Китти, смешанный с моим гневом, заставляет воздух вокруг меня потрескивать от напряжения.

Алия резко вскидывает голову, её слёзы мгновенно высыхают, сменяясь острым, пронзительным подозрением.

— А ты откуда знаешь, что у неё Хворь? Ты видел, как она мучается? Что ты мне не договариваешь, РейТан?

Я молча протягиваю руку вперёд, разжимая ладонь.

Питаю своей волей и заставляю вспыхнуть маленький, трепещущий язычок огня — золотистый и тёплый, как волосы Китти.

— Я вытянул из неё пламя, — роняю я.

— Вытянул? — повторяет Алия, и её щеки заливает краска смущения и шока. — Ты… и Китти… Боги! Ты с ней был?

— Алия, возьми себя в руки, — тихо, но властно рокочет ДарХан. — Все здесь взрослые. Если у них что-то было, значит, твоя сестра была не против.

— Ей же только восемнадцать!

— Ей УЖЕ восемнадцать, — с нажимом отвечает вождь, его взгляд не допускает возражений. — Всё в порядке. Просто она всегда останется для тебя лишь младшей сестрой.

Алия прячет пылающее лицо на груди у ДарХана.

— Как… как Китти могла согласиться? — шепчет она так тихо, что я едва разбираю слова за рёвом Источника.

Я хмурюсь, искренне недоумевая.

Воспоминание о реакции Китти, моей истинной, обжигает меня сильнее её огня: хрупкое человеческое тело, изгибающееся мне навстречу, тихий стон, сорвавшийся с её губ, её отчаянное «пожалуйста»…

Она хотела этого не меньше, чем я. Я едва сдержался, заставил себя остановиться, потому что её безопасность была важнее. Потому что время уходило.

— А что не так? — в моём голосе звучит неподдельное замешательство. — Почему она могла не согласиться? Мы же Истинная пара.

— А ты ей об этом сказал? — тут же парирует Алия, отрываясь от груди вождя.

Вопрос бьёт наотмашь.

Сказал? Да как о таком говорить? Я не смог признаться даже в том, что я орк. Как я мог объяснить ей про священную связь, о которой она никогда не слышала?

— РейТан, — продолжает Алия, видя растерянность на моём лице. — Какие бы слова ты ни сказал, это не главное. «Истинная пара»… для нас, людей, это пустой звук.

— А что главное, Алия?

— Чувства. Поступки. И доверие, — твёрдо отвечает она. — Чтобы быть с мужчиной… нужно ему доверять. Безоговорочно. Нельзя просто… с первым встречным. — Она опускает глаза, её голос становится тише, смущённым. — Даже если тело предаёт и просит об этом. Потому что потом… Потом будет душа болеть.

Ловлю взгляд Алии. Смотрю ей прямо в глаза. Пусть видит, что я чувствую. И я клянусь:

— Я никогда не причиню вреда твоей сестре. Я спасу её. Любой ценой.

КайРан подходит ближе, внимательно рассматривает огонёк на моей ладони. Сверкающие брызги чистой магии от ревущего Источника оседают на его плечах.

— Магия человечки усилила твою проекцию, РейТан, — задумчиво произносит он. — Но… из-за этого маленькая частичка твоей души осталась за Завесой.

— Это плохо? — напрягается ДарХан.

— С одной стороны, это хорошо. Теперь РейТан может чувствовать отголоски её эмоций. Связь стала прочнее. И…

Я схлопываю огонёк, а КайРан переводит взгляд на моё лицо.

— И, похоже, ты сможешь совершить повторный ритуал и без поддержки большого круга. Магия твоей истинной поможет эху твоей души прыгнуть к ней.

— В чём «но»? — спрашивает ЛейРа, крепче обнимая КайРана за руку. Она всегда чувствует подвох.

— В том, — медленно продолжает шаман, — что с каждым таким путешествием твоей душе, РейТан, будет всё сложнее вернуться в физическое тело. Всё большая её часть будет оставаться за Завесой, не в силах преодолеть барьер.

Перед глазами вспыхивает улыбка Китти, робкая и неуверенная, когда её боль отступила. Плевать на мою душу, если её тело в клетке!

— Мне всё равно! — горячусь я. — Мне надо скорее за Завесу! В нормальном теле! Мы должны найти проход.

— Ярость — плохой советчик, РейТан, — КайРан делает шаг, вставая между мной и остальными. Его спокойствие, как ледяная вода, на миг гасит моё пламя.

— Рваться туда вслепую — значит погубить и себя, и её. Но ты прав. Медлить нельзя.

— Что вы от меня скрываете? — встревоженно спрашивает Алия.

ДарХан бросает на меня тяжёлый взгляд.

— Люди что-то замышляют. Зачем им столько магии? Той, что воровал для них ТарГон?

При упоминании старейшины клана, деда ЛейРы, орчанка вздрагивает, её лицо омрачается стыдом и гневом.

— Мой дед… ТарГон. Это же он связался с людьми, передавал им ворованную у нашего клана магию, — выпаливает она, глядя на вождя. Её голос дрожит, но она заставляет себя говорить. — Заставьте его раскрыть все детали! Он должен знать их планы!

— Просто люди жадные, — горько качает головой Алия. — Им всегда мало. Денег, магии, власти. Таким, как Валериус, особенно.

— А может, всё не просто так? — задумчиво произносит КайРан. — Если они такие жадные, они не остановятся на этом. Вы не думаете, что они захотят напасть на нас? Забрать вообще всё, что есть у орков?

Тишина, нарушаемая лишь рёвом Источника, становится гнетущей.

— Удачно получилось, что у нас сейчас в гостях главы других кланов, — наконец произносит ДарХан, и в его голосе звенят нотки вождя, принимающего решение. — На празднике Каменного Сердца, когда наш Источник на пике силы. Мы проведём большой совет. Немедленно. Пришло время кланам орков объединиться против общей угрозы. Разработаем схемы патрулирования границ. Подтянем элитные отряды к Завесе. Мы должны быть готовы.

— И мы должны выиграть время, — подхватывает КайРан. — Нельзя, чтобы люди заподозрили, что мы знаем об утечке. Нам нужно выяснить их планы.

Я слушаю, а во мне всё клокочет. Планы, советы, отряды… Это всё потом. А моя истинная в опасности сейчас.

— Мне надо за Завесу! — рычу я, настаивая на своём и прерывая их разговор. — И не просто частью души. Мне надо вернуться к Китти в своём нормальном теле. И забрать её.

— Да, я тоже пойду! — вскидывается Алия.

— Нет, — отрезает ДарХан, властно притягивая её к себе. Его слово — закон.

Небо на востоке начинает седеть. Как быстро пролетела ночь, и уже занялся рассвет.

Внезапно жгучая боль пронзает мою руку от кончиков пальцев до самого плеча. Печать на моей коже горит, пульсируя ярким серебром.

С Китти что-то не так! Прямо сейчас. Этот сигнал, словно её крик без звука.

Я оступаюсь, хватаясь за предплечье.

— КайРан! — мой голос срывается. — Ты сказал, я смогу вернуться к ней! Без круга! Помоги!

— Связь — твой путь, — шаман мгновенно оказывается рядом, его рука ложится на моё плечо, направляя поток магии. — Чем связь сильнее, тем проще тебе переместиться. Алия, дай ему свою силу! Сосредоточься на сестре!

Алия, забыв о спорах, подбегает и кладёт свою ладонь на мою. Магия человечки вливается в меня, смешиваясь с моей.

— Возвращайся скорее, РейТан, — шепчет КайРан мне на ухо, когда мир вокруг начинает таять. — Пока твоя душа ещё может преодолеть Завесу.

Я закрываю глаза, и ревущий столб Источника уносит меня прочь. К ней.

Я слышу мерзкий вопль инквизитора прежде, чем вижу картинку целиком.

— Кто посмел… поставить своё клеймо на тебе, Китти?! Тебя, Китти, пометили, как скот! — голос сочится ядом. — Поставили на тебе клеймо подчинения! Сделали чужой рабыней. И ты разрешила? Как ты могла?

Я сейчас разорву инквизитора. Собственными руками придушу! Ур-рррр-род.