Глава 10

Развернув плечи, Рина попыталась последовать заветам матери. Глубокий вдох и медленный выдох. Расслабиться и позволить окружающим энергиям проникнуть в себя. Дать им возможность слиться с твоими энергиями. Найти ниточку и… Тонюсенькая энергетическая струна натянулась и звякнула, и только Рина могла услышать этот звук. Перед внутренним взором появилось огромное дрожащее древо. Крона его звенела так, что Рине захотелось зажать уши, настолько мучительным был звон. Для нее. Для этого странного древа. По кроне, окутанной какой-то серой нездоровой оболочкой, бежали красные и белые всполохи, опускались вдоль ствола и не найдя выхода заставляли величественное древо вибрировать и вздрагивать. Рина мысленно сжалась, когда вместо корней, увидела тонкие почерневшие и скрутившиеся нити. Порванные нити. Очень похожие на те, что показало ей сознание генерала во время их поцелуя. Под звенящим стволом волновался идеально круглый водоем, поверхность которого бурлила, выстреливала тонкими всплесками вверх, словно тянулась к погибшим корням дерева, а затем замертво опадала и застывала. Сделав судорожный вдох и резко выдохнув, Рина сморщилась и сжала пальцами свои виски. Жуткая боль. Желание рассказать генералу о своих ощущениях грозило сорваться с губ, выжигая в подкорке важность видения. Опасаясь отвлечь лорда Леорсу, она не находила себе места. Звон, поселившийся в ее барабанных перепонках, был невыносимым.

Торэ-Ин не мог поверить своим глазам. Они отправляли столько разведывательных экспедиций в никуда, в то время как у них под носом Арнас хранил столь драгоценные секреты. И если бы не навязчивое желание землянки попасть на планету, они и дальше тешили себя тщетными надеждами, оставаясь сытыми запретом ни под каким предлогом не посещать погибшую планету. Углубившись в изучение карт, он наткнулся на ценнейшую информацию. Ученые древней обсерватории Арнаса скрупулезно собирали сведения о планетах с богатыми залежами серебра и платины — незаменимых металлов, являющихся основой материи Энэрвы. В базе данных хранились точные координаты галактик, звездных систем и особенных мест на планетах, где следовало развернуть добычу. Ликование распирало Торэ-Ина. Что скажет его наставник? Как отреагируют ученые мужи императорской академии на такую ошеломляющую новость?

Странное и болезненное жжение в области груди заставило генерала насторожиться. Рина! Он нашел взглядом свою вейнари, заранее готовясь дать ей нагоняй, если она исчезла из виду. Но девушка шла к нему немного неверной походкой, и лицо ее было бледным, а голова слегка склонена набок. Он не успел и рта раскрыть, как Рина подошла к нему вплотную.

— Что-нибудь случилось, милая? — он нахмурился, не услышав в ответ ставшего привычным ворчания от девушки.

— Не знаю, поможет это или нет, — начала Рина осторожно и медленно, будто слова давались ей с великим трудом, — но меня кое-что тревожит, генерал. Почему у меня ощущение каких-то порванных нитей?

Он наклонился, чтобы всмотреться в лицо девушки. Уж, не про нити ли его родового древа она говорит?!

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, — она сделала неопределенный жест руками вокруг себя, — здесь у меня ощущение порванных нитей и каких-то звенящих деревьев. Вернее, одного дерева.

Он пристально буравил ее взглядом. Звенящие деревья и нити, значит? Догадка мгновенно вспыхнула в его голове. Торэ-Ин дернул девчонку за запястье, отчего она натолкнулась на преграду в виде его груди, попала в плен его крепких рук и протестующе пискнула. Он не сумел сдержать дикий порыв, и на секунду прикоснулся губами к ее упрямо сжатым губам.

— Я знаю, в чем дело, — возбужденно выдохнул он ей в губы и разжал объятия, но, не выпустив из цепкой сильной ладони ее руку, потащил за собой.

— Очень за вас рада, — закатила Рина глаза вверх и прибавила шаг, иначе не поспеть за тэфрийцем.

Спускались вниз быстро. Также быстро в мозгу Торэ-Ина слова Рины наслоились на историческое знание. От древних прародителей их цивилизации было известно, что на Арнасе под одной из обсерваторий была спроектирована особая экспериментальная установка, названная учеными Колодцем Жизни. Ее создавали на случай, если все же энергия древних, питавшая их звездную систему, иссякнет. Установка была призвана аккумулировать энергию, делиться ею и обмениваться с другими планетами, в случае наступления кризисной ситуации. Запаса, накопившегося от установки, по расчетам должно было бы хватить на время поиска путей решения проблемы. Неужели их древние предки предполагали развитие ситуации, аналогичной складывающейся сейчас? Торэ-Ин невесело улыбнулся своим мыслям — Арнас был задуман прародителями всего живого, не только как центр науки всей их звездной системы, но и как дополнительный источник энергии, однако в момент опасности стал щитом, оборвав каналы передачи и обмена энергией с другими планетами.

Уходящий вниз коридор был узким, и генералу пришлось отпустить руку девушки. Через несколько шагов Рина врезалась в спину тэфрийца, который резко остановился и застыл, как вкопанный. Выглянув из-за спины, она увидела, что они очутились в овальном зале с высокими потолками и гладкими матовыми стенами, по которым змеились замысловатые орнаменты и рисунки, посередине размещался странный круглый диск, с возвышающейся в самом его центре стойкой с панелью управления. И все. Торэ-Ин замер в нерешительности. Затем медленно приблизился к консоли. Провел ладонью над ней, коснулся пальцами и ничего, кроме слабого свечения на проявилось. Слегка растерялся и оглянулся на Рину.

Девушка же держала ладонь у самого уха, пытаясь приглушить болезненный звон. Немного склонив голову набок, она будто хотела услышать нечто важное. Нахмурилась и резко выпрямилась. Ухватив запястье генерала, она устремилась прямо на диск и стала поодаль от стойки с консолью. Торэ-Ин выжидающе на нее посмотрел, а она словно приглашала его. Знать бы к чему?

С долей недоверия он глянул сначала влево, потом вправо. Потянул носом воздух, и когда начал медленно выдыхать необычная пульсация появилась в его голове. Встретившись глазами с Риной, Торэ-Ин неожиданно понял, почувствовал именно тот зов, который все это время слышала его вейнари. Вместе с Риной они опустились на корточки. Их руки потянулись к одной и той же точке на диске, ничем и никак не обозначенной, а лбы столкнулись. Рина довольно улыбнулась, будучи уверенной в том, что генерал почувствовал ту же вибрацию, какую и она.

Торэ-Ин закусил губу. Его кожа горела огнем и пульсировала. Где-то под ними бурлил незримый вулкан энергий, однако его вейнари ощущала что-то еще.

— Вибрация, — прошептал Торэ-Ин.

— Звон, — сказала Рина.

Он вскинул на нее глаза и прищурился. Если они в большинстве своем общались с энергиями через Энэрву, через родовые Древа, то удивительная землянка улавливала потоки из пространства. Как же ему повезло! Никому так не посчастливилось в их судьбе встретить такую, как Рина. И она принадлежала только ему.

— Вот незадача, генерал. Как же попасть вниз?

Голос Рины вырвал его из задумчивости. Торэ-Ин поднялся и снова подошел к едва светящейся консоли. Брови его удивленно поползли вверх, когда он заметил крошечный знак единения в самом углу экрана. Ну, конечно, доступ к Колодцу Жизни возможен только через истинную пару. Пальцем он поманил к себе девушку.

Подозрительно косясь на него, Рина приблизилась. Генерал осторожно взял ее ладонь, положил на консоль и накрыл сверху своей широкой ладонью. Их энергии вновь охотно соприкоснулись и жадно слились в один поток, посылая в каждую клеточку тела электрические разряды; соединённые руки слегка утопились в консоль, отозвавшуюся яркой вспышкой. Диск вздрогнул и, оказавшись чем-то вроде платформы, начал медленно опускаться вниз, слегка поворачиваясь по своей оси. Сделав последний разворот, платформа остановилась, заняв предназначенную ей в полу нишу.

Торэ-Ин осторожно ступил вперед, девушка последовала за ним. Генерал задрал голову вверх и обернулся вокруг себя, после чего уверенно заявил:

— Мы в самом сердце установки, аккумулирующей энергию. Древние ученые Арнаса соорудили ее прямо над Древом Жизни планеты и назвали Колодцем Жизни. Когда-то это древо было связано с другими родовыми древами нашей расы и обменивалось информацией с материей Энэрвы.

Рина также подняла голову — конусообразный потолок состоял из массивных выпуклых колец со странными желобками. Под ним на небольшом возвышении располагался похожий на круглый водоем бассейн с невысоким бортиком, кое-где поврежденным и пробитым насквозь. Над водоемом парило именно то измученное и звенящее дерево, которое Рине удалось увидеть и услышать не так давно. Почти все это необычное помещение выглядело изрядно потрепанным: по стенам рассыпались черные, словно рваные, дыры, повсюду разбросаны камни, обломки арматуры торчали из стен и пола. Рина медленно вышагивала вдоль бортика бассейна, пока не встретилась там с генералом. С этой стороны установки почти вся стена была провалена и зияла неприветливой темнотой. Рина зябко поежилась, ощущая необъяснимую тревогу и предчувствуя опасность.

У снесенного наполовину бортика водоема Рина присела на корточки и опустила глаза вниз. Бассейн с волнующейся энергией был похож на океан во время шторма — поверхность то бурно вздымалась вверх, словно тянулась к почерневшему стволу некогда величественного Древа, то опадала и замирала. Зыбкая рябь, похожая на дрожь, проходила по поверхности, вспыхивавшей то багровыми, то черными, то белыми цветами. А потом все снова повторялось. Рина коснулась мочки своего уха, ощутив что-то влажное на пальцах. Увидев кровь, она прищурилась, комок тошноты подкатил прямо к горлу. Она болела. Болела вместе с этим деревом. Хотелось бы ей знать, отчего она так остро чувствует энергии тэфрийцев? Уж не потому ли, что стала вейнари одного из них? Рина бросила внимательный взгляд на генерала — он выглядел удрученным, словно понял нечто ужасно непостижимое и принял это как необратимую истину. Неужели генерал ничего не слышал, если на лице его лежит такая скорбь?

Торэ-Ин готов был кричать от отчаяния. Столько времени упущено! Колодец Жизни вскоре действительно превратится в оружие смерти, способное разорвать планету на куски. И даже на Тэфрии и Тэфрине они почувствуют отголоски взрыва. И причиной тому энергия, накопленная и Древом и оболочкой планеты. О том, что Древо погибло, говорило отсутствие на стволе хотя бы одной живой ниточки, через которую происходил бы обмен, и серая аура, окутавшая крону. Катастрофа неминуемо приближалась. На сей раз Арнас ждет настоящая трагедия. Они опоздали.

— Пойдем, Рина, — голос его, наполненный горечью, сел. — Здесь уже ничем не поможешь. Нужно вернуться в зал наблюдения и как можно быстрее извлечь информацию. Труды наших предков не должны пропасть даром.

— Вы уверены? — спросила девушка, присев на колени.

— Да, идем.

Рина упрямо качнула головой, положила локти на бортик бассейна и вытянула ладонь над дрожащей материей энергии. Но едва к ее пальцам взметнулся поток, генерал глухо зарычал и перехватил ее руку.

— А вот сюда руки точно не следует опускать, глупая.

Рина вскинула на него удивленный взгляд. Поднялась, освободила свою руку и принялась нарезать круги вокруг дерева. Слушала нечто слышимое только ею, искоса поглядывала то на древо, то на водоем, где плескалась энергия, постоянно хмыкала, чем и раздражала генерала, ходящего за ней следом. Кожа его лица и шеи полыхала оранжевым, пока он следил, чтобы она не натворила каких-нибудь еще глупостей. Но потом лицо его и вовсе вспыхнуло алым, стоило узреть выражение, застывшее на физиономии землянки — она смотрела на него так, будто это он глуп, как пробка и не понимает очевидных вещей. Одновременный шок и гнев овладели генералом. Упрямая землянка, чего она добивалась?! Разозлить его? Торэ-Ин нахмурился и стиснул челюсть. У нее это получилось.

— Неужели не понимаете? — спросила она, дернув бровью.

— Изволь остановиться и не делай из меня идиота! — резко буркнул он и прищурился, когда Рина дернула плечом, неопределенно цыкнула, зашла к нему за спину и развернула лицом к дрожащему древу. — Что ты задумала?

— Вложите свои ладони в мои.

К своему удивлению он подчинился и развел рук в стороны. Как только тыльная сторона его ладоней толкнулась в ее теплые ладошки, звон, появившийся в ушах, заставил мужчину зажмуриться от боли. Потом ее кто-то словно оттянул, позволяя разлепить веки. Рина. Торэ-Ин вздрогнул, увидев Древо Жизни Арнаса совсем в ином свете.

— Что видите?

Внутри казавшегося мертвым ствола поблескивали ручейки энергетических потоков: тонкие и не очень, одинарные и двойные они сновали вверх и вниз, поперек и по диагонали. Ударяясь о самый низ ствола, они заставляли его набухать, пульсировать красным и белым светом. Всего одна ясная и явно принадлежавшая землянке мысль вспыхнула в голове тэфрийца.

— Оно все еще живо, — прошептал он изумленно.

— Все очень просто на мой взгляд. Это древо нужно снова соединить с источником, — сказала Рина.

Торэ-Ин развернулся и горько улыбнулся:

— Это совсем не просто.

— Почему? — искренне удивилась она. — Разве Древо это не энергия? И разве вы — не часть его энергии?

Тэфриец поджал губы. Так-то оно так, да только к чему она ведет?

— Ты внятно говорить в состоянии?

— К черту разговоры! — Рина метнулась к водоему, опасно перегнулась через бортик и подставила ладонь под ствол.

Идиотка! Торэ-Ин рванулся за ней. Любой неосторожный шаг или движение, и субстанция, что плещется сейчас в бассейне, обратится во взрыв. Не стоит беспокоить и без того беснующуюся материю. Но стоило ему приблизиться, как от удивления брови его полезли на лоб, а глаза расширились… Лицо девчонки прямо-таки просияло, а сама она блаженно улыбалась. В голове, словно током, пробивал ласковый призыв, с которым девушка приглашала корешки вниз. И словно послушавшись ее, две тоненькие слабые ниточки развернулись из кольца и устремились к ее пальцам. Все существо Торэ-Ина наполнилось трепетом и ликованием.

— Ай! — шикнула она, когда ее рука опустилась достаточно низко, чтобы соприкоснуться с живыми струйками внизу. Девушка отдернула ладонь. — Они кусают меня. Я им не нравлюсь.

Торэ-Ин широко улыбнулся. Великая Энэрва! До чего у Рины все просто и очевидно! Образ ее мышления просто поражал, а поступки выбивали из привычной колеи, вынуждая посмотреть на ситуацию с иной стороны. Может быть, именно этого им и не хватало давным-давно?

— Дело не в этом, милая. Ты ведь женщина. Помнишь, я говорил тебе?

Она на секунду задумалась, а потом кивнула. Ее бровь с легкой насмешкой выжидающе выгнулась вверх:

— И чего вы ждете, генерал? Призовите свою силу и помогите им снова возродиться.

Торэ-Ин хмыкнул — снова дразнит? Сегодня ей простительно. Генерал помог девчонке подняться, и сам опустился на корточки. Закрыв на мгновение глаза, он глубоко вздохнул. В этом и заключалось предназначение таких мужчин, как он. Только представителям древних родов, стоявших у истоков их цивилизации, была дана способность передавать знания, загружать их в материю Энэрвы, черпать энергию от своей половинки, делиться ею с окружающим миром, питать планеты и всё сущее на них.

Засучив рукава, он, как и Рина, подставил раскрытую ладонь под черный ствол древа; открыв свое сознание и думая только о девушке — ибо она с некоторых пор давала ему силы — он призвал корни. Стоило только парочке послушных ниточек опуститься к волнующейся в нетерпении внизу энергии, как с едва слышным треском расправилась третья, пятая и — он уже потерял счет — какая нить опустилась вниз. Древо задрожало, и крона его стала распространять изумрудно-золотистое сияние; вместо болезненного звона в ушах появился ненавязчивый гудящий звук, характеризующий передачу и обмен энергиями от древа к оболочке планеты и обратно.

Торэ-Ин выпрямился и отошел к Рине. Рука сама собой обвила ее талию и прижала к телу. К удивлению девушка не выказала свой протест ни словом, ни жестом, а, только, скрестив руки на груди, смотрела на Древо. Торэ-Ин даже вздрогнул, ощутив, как сознание девушки открылось, позволив ему почувствовать, какими удивительно теплыми и приятными, почти целебными потоками наполнялось пространство вокруг.

Неожиданно разошедшиеся от кроны Древа силовые волны заставили кольца сверху дернуться и прийти в движение. Рокот наполнил все помещение, словно пробуждал скрытый от посторонних глаз заржавевший механизм. Вверху, словно вспышки молнии, в желобки колец собиралась энергия, и спустя пару минут тонкий яркий поток устремился прямо в вершину конуса.

Торэ-Ин хлопнул себя по лбу. Судя по всему, они только что запустили установку на передачу энергии. Что теперь будет? Ведь пополнение энергетических запасов Тэфрия и тем более Тэфрин ощутят прямо сейчас. Только бы все живущие тэфрийцы не захлебнулись от столь неожиданного прилива сил! И как все объяснить императору, ученым мужам и его наставнику?! М-да, пришла пора представить Рину как его половинку, его истинную пару!

Кажется, он знал, что делать именно в данный момент. Нужно временно прекратить передачу потоков, чтобы вновь соединенная энергия была направлена на возрождение поверхности Арнаса. И возможно вскоре их цивилизация станет очевидцем расцвета этой удивительной планеты, хранившей в своих недрах столько тайн. Теперь им предстоит огромная работа по восстановлению здесь инфраструктуры, чтобы ученые могли вернуться и продолжить свое дело.

Генерал зажал пальцы девушки в своей руке и потянул ее к консоли на диске-платформе. Пальцы его свободной руки легко порхали по интерактивному экрану, нажимая ему одному ведомые кнопки. Рядом едва слышно ахнула Рина. Он поднял глаза и улыбнулся — прямо от бортика бассейна над древом и вокруг него вырос защитный барьер, сверкающий фиолетовыми бликами, и кольца сверху устройства остановились.

— Зачем? — только и спросила Рина.

— Чтобы ничто не могло повредить Колодец Жизни. Да и не время еще знать всем об этом, — отозвался он и до того, как углубиться в изучение информации на экране, коротко велел: — Стой рядом.

Освободив руку девушки, Торэ-Ин вошел в базу данных обсерватории. Некоторые сектора с информацией были повреждены, однако сохранились наиболее важные для них сведения. В первую очередь необходимо созвать на Тэфрине совет из военных и ученых и сообщить им о том, что Арнас жив. И жив благодаря его обретенной истинной паре. Он не мог представить себе выражение лиц всех представителей совета, когда выяснится, что она — землянка. Торэ-Ин мог предвидеть только шок. Особенно у родителей. Как бы там ни было им всем придется смириться с этим, а главное принять ее. Как принял ее он. Мысли о Рине согрели сердце, заставляя его стучать учащенно, с каждым толчком пульса по крови разбегался бурлящий огонь, пробуждая неистребимую потребность почувствовать свою вейнари до конца, познать всю ее полностью. Отогнав неприличные фантазии, генерал сосредоточился на деле.

Им предстоит организовать и подготовить не одну длительную экспедицию в новые галактики для добычи так необходимых им металлов. Потребуется провести множество расчетов, продумать каждый шаг для обеспечения безопасности их общего дела. Но прежде всего, чтобы ему поверили, нужно предъявить неоспоримые доказательства. Не теряя времени, Торэ-Ин вызвал схему обсерватории и запустил сканирование повреждений. Судя по всему, им с Риной не удастся выбраться там, где они вошли, учитывая обрушение уровня, а значит нужно искать альтернативный выход. Связавшись со звездолетом через встроенный в наручный браслет пульт управления, он открыл доступ к бортовому компьютеру и начал передачу данных. Голова его гудела от тысячи мыслей, подсовывающих один план безумнее другого. В предвкушении будущего успеха у него даже ладони вспотели.

Присутствие опасности прострелило все существо Рины. Она никак не могла понять, где ее источник, словно он был повсюду. Беспокойно оглядываясь на генерала, полностью погруженного в свою работу с глубоко задумчивым выражением на лице, девушка мысленно подгоняла его, чем бы он там ни занимался. С какой-то тоскливой обреченностью она внутренне уже понимала — им не успеть. Что-то ужасное приближалось к ним. Что-то ужасное и многочисленное. Прищурившись, Рина гипнотизировала стены вокруг водоема с парящим над ним величественным Древом. Что-то подталкивало ее найти хоть какое-нибудь оружие, и девушка опустилась на корточки у самого края диска. Рука сама собой потянулась к валяющемуся куску металлической арматуры и пальцы крепко обхватили холодный прут. Рина медленно попятилась, все также вглядываясь в дырявые стены. А потом увидела их, и сердце ее ушло в пятки…

Торэ-Ин не сразу обратил внимание на то, как Рина настойчиво дергала его за рукав. Сначала хотел отмахнуться, но ощутил изменения в пространстве. Посмотрев на девушку, он застыл в недоумении — лицо ее было бледным, глаза метались из стороны в стороны, губы сжаты в упрямую узкую линию. Страх. Именно его он ощутил отчетливо. Проследив за ее взглядом, он выпрямился, словно кол проглотил и проклял то мгновение, когда так беспечно забыл огнемет в зале наблюдения за Вселенной. Оружие пришлось бы теперь очень кстати.

Из дыр в стене медленно вылезали ядовитые твари, которых они называли киру. Генерала немного смутил их вид, потому что выглядели они не совсем обычно для своего вида. И только агрессивное поведение к своим сородичам подсказало ему ответ — они стали пожирать себе подобных. Крупные выгнутые тощие тела с выпирающими ребрами и втянутыми боками держались на костлявых лапах. Белая шерсть редкими клочками торчала на коричневой коже. Их глубоко посаженные глаза были лишены зрачков, плоские носы с широкими ноздрями, учуяв добычу, возбужденно дергались. Из оскалившейся пасти, обнажившей два ряда острых кривых зубов, стекала вязкая слюна. Утробное рычание наполнило весь зал.

Торэ-Ин медленно протянул руку вперед и крепко ухватил Рину за запястье.

— Не делай резких движений, — прошептал он.

— Это те существа, о которых вы говорили? — также шепотом спросила девушка.

— Да.

— Откуда они взялись?

— Вероятно, их привлекло движение установки.

— Но ведь вы можете выжечь им сознание, — с сумасшедшей надеждой предположила Рина.

— Их сознание замутнено. Они мутировали, пожирая себе подобных, и живут только на уровне инстинктов.

— Так значит сегодня в меню мы? — как-то отстраненно спросила девушка.

Твари кровожадно рыча, не спешили кидаться на аппетитный обед, принюхивались, поскуливали, огрызались на своих же. И становилось их все больше и больше.

— Нет, — ответил тэфриец, мазнув рукой по панели.

Защитный барьер над древом расширился, отсекая их от большинства существ. Попавшие под силовую сетку защиты, несколько тварей взвыли, разрубленные напополам, те, что попытались прорваться сквозь нее пали на месте, обратившись в пепел. Торэ-Ин с тоской осмотрел оставшихся с ними тварей, понимая, что теперь ему придется сразиться с почти десятком обезумевших киру. Торэ-Ин медленно встал перед Риной, полностью заслоняя ее своим телом.

— Запускай платформу, — твердо велел он.

— Что вы задумали, черт вас побери?! — прошипела девушка, не желая слышать ответ.

— Выполнять! — последовал короткий приказ.

Рина поджала губы и опустила глаза на панель. Дрожащими пальцами она нажимала комбинации кнопок в той последовательности, которую нашептывал ей генерал. Как только диск дернулся, поднимаясь из своей ниши, твари отреагировали мгновенно, будто кто-то внутри них одновременно нажал на спусковой крючок. Широко разинув темные пасти, они рванулись вперед.

Находясь на грани настоящего психоза, Рина проклинала платформу, поднимавшуюся по ее мнению ужасно медленно. Практически бесконечно. Девушка вздрогнула, когда неприятно царапая когтями, один из киру взобрался на диск, яростное рычание второго прозвучало за спиной. Дрожь пробежала по телу Рины, заставив ее натянуться струной. Нехорошее предзнаменование. Громко лязгая челюстями, животные бросились к ним, стоящим в центре, но тут же упали замертво.

Генерал сжал челюсть от кратковременной слепоты. Вспышка в сознании Рины убила одну из кровожадных тварей, так и не добравшуюся до них сзади. Вторая тварь захлебнулась собственной кровью, когда всего один удар тэфрийца вырвал ей глотку. Однако когда еще один киру оказался на платформе, после второй такой вспышки Рина упала на колени одновременно с тварью. Торэ-Ин оглянулся и сжал ее плечо, рывком поднимая на ноги.

Рина судорожно хватала ртом воздух. Нет, такой способ умерщвления этих тварей быстро ее саму выжмет досуха. Слишком опасная опция. Нужно попытаться по-другому. Однако взорвать кровь киру оказалось куда сложнее, чем думалось сначала. Стойкое ощущение, будто она продиралась ногтями через каменную стену, медленно, трудно, а главное бесполезно, сопровождало ее на протяжении всех попыток управлять животными; от напряжения нутро ее просто выворачивалось наизнанку. Всего парочка тварей всхрапнула и опрокинулась обратно за борт диска, зато во рту у девушки появился металлический привкус крови, перед глазами поплыли круги. Сил придавала только крепкая рука мужчины, что стоял рядом.

— Простите, что-то я не форме сегодня, — прохрипела она.

— Смеешься? — его обманчиво спокойный голос заставил ее съежиться.

Он не успел сказать что-то еще, только толкнул Рину в сторону, встав между ней и тремя прыгнувшими киру. Не нужно ей было быть семи пядей во лбу, чтобы понять одну важную истину — тэфриец готов ценой собственной жизни спасти ее, никчемную землянку. Однако загружаться в раздумья ей не дало глухое ворчание справа. Словно в замедленной съемке, Рина повернула голову. Отвратительное существо, захлебываясь слюной, вращало казавшимися пустыми глазами, ноздри его резко расширялись и сужались. Еще попытка воздействовать на кровь твари провалилась, лишь разъярив ее и распалив голод, когда из носа девушки поползла кровавая струйка. Рука Рины лихорадочно искала тонкий прут. Зверь метнулся на нее. В самый последний миг она нащупала арматуру и инстинктивно выставила ее вперед. Существо глухо взвыло, напоровшись на острый штырь. Предсмертная судорога выгнула тощее и, тем не менее, сильное тело; киру обмяк. С трудом выдохнув, Рина перевалила его набок и с отвращением отдернула руки от арматуры. Зажмурившись от боли, обжигающей бок, она с обидным запозданием сообразила, что ранена вовсе не она, а тэфриец. Нашла взглядом генерала и поняла, что весь воздух ушел из ее легких, вмиг сгорев от страха за него.

Заслонить ее любой ценой! Только эта мысль билась в подкорке лорда Леорсы, пока тело на уровне отработанных годами тренировок сделало свое дело. Тварь, взметнувшуюся вверх с намерением напасть, он ухватил рукой за горло и стиснул пальцы. Яростный рев перерос в хрип и вовсе затих. Второй зверь отлетел к стенкам шахты после сильного и четкого удара ногой в голову. Грохнувшись о твёрдую поверхность, киру беззвучно свалился за борт диска. Не успел Торэ-Ин отбросить неживое существо, которое все еще сжимала его рука, как третий зверь извернулся и оказался быстрее — выпустив когти, он полоснул по открытому боку и незащищенной спине тэфрийца. Генерал злобно сощурился, чувствуя, как яд уверенно начал свое дело, огнем расползаясь от глубоких ран, вгрызаясь в мышцы. Игнорируя боль, Торэ-Ин сгруппировался для защиты от следующего маневра зверя, отпрыгнувшего в сторону. Скаля зубастую пасть, тварь снова рванулась вперед. За доли секунды генерал заметил движение снизу и слева от себя, после которого тварь вздрогнула всем телом и завалилась навзничь, проткнутая насквозь арматурой. Торэ-Ин оглянулся — вытирая кровь, показавшуюся из носа, Рина вставала на ноги в полный рост. Генерал нахмурился, заметив в отдалении еще одно не дышавшее животное в луже крови.

— Ты… с ума сошла?! Если бы с тобой что-либо случилось, я бы загнулся раньше времени! — взревел он. — Почему не позвала на помощь?

— Простого «спасибо» было бы достаточно, генерал, — быстро буркнула Рина, глядя, как серый полетный китель лорда Леорсы обильно пропитался ярко-алой кровью под мышкой и на спине, там, где когти зверя располосовали ткань и кожу. — Если верить вашим словам, у нас пятнадцать минут, чтобы добраться до звездолета. Надеюсь, там еще есть запас противоядия?

Он сморщился, понимая, что его рев не возымел должного действия на его неразумную и упертую вейнари. Но в том, что им нужно к кораблю, она была права.

— Есть в рюкзаке, что остался в зале наблюдения за Вселенной, — хрипло отозвался он.

— Тогда время еще терпит, — отозвалась Рина, осторожно подошла к краю платформы и при последнем витке успела разглядеть, как подвывали мечущиеся внизу твари, поедая своих погибших собратьев. От отвращения она передернула плечами.

В ту же секунду сильные пальцы генерала, овившись вокруг ее запястья, дернули прямо к нему.

— Будь рядом. Рядом будь, я сказал! — рявкнул недружелюбно он.

Она смирилась только на то время, пока они поднимались вверх. А потом сорвалась с места, завидев желанный предмет.

— Стоять!

— Ага, слушаюсь и повинуюсь! — яростно цыкнула она и дрожащими пальцами открыла рюкзак, достала сильно помятый контейнер, и сердце ее упало — внутри не осталось ни одной целой ампулы. Жгучие слезы навернулись на глаза. Этого не может быть! Еще как может, гаденько вещал внутренний голос, напомнив о падении вместе с обрушившимся уровнем. Именно тогда она грохнулась всей своей массой на рюкзак. Какое космическое свинство!

— Рина, — позвал ее Торэ-Ин, чувствуя, что должен поблагодарить ее на случай, если все же ему не повезет. — Спасибо.

— Нам нужно на корабль, срочно! — взвизгнула она в истерике, ощущая, как плывет все перед глазами от безумной тревоги и страха. Его голос… он будто прощался с нею. Черта с два!

Слабая улыбка осветила посеревшее лицо генерала. Все-таки она волновалась за него и это приятно. Система вывела на экран результат сканирования, выстроив кратчайший маршрут выхода из обсерватории. Проведя ладонью над наручным браслетом, Торэ-Ин вызвал их звездолет в заданные координаты, отличавшиеся от места их первоначального приземления.

Рина всмотрелась в маршрут и покачала головой, ни черта не понимая. А тут еще генерал с этой идиотской ухмылкой от уха до уха.

— Ведите, генерал, скорее!

— Еще не вся информация в базе, — сказал он бесцветным голосом, наблюдая за процессом копирования.

— Да наплевать! Бежим.

— Это важно…

— Догрузится, пока будем идти. Вперед. Нам еще до корабля дойти нужно!

— Он уже в пути. А ты… ты волнуешься за меня? — несмотря на браваду, он тяжело оперся ладонями о консоль. Тэфриец тряхнул головой, прогоняя мутные от воздействия яда мысли, с горечью сознавая, насколько мало остается у него сил и времени. Однако, если добраться до противоядия — все еще может быть хорошо.

Рина испугалась не на шутку, видя, как замедлились движения генерала. Ну уж нет! Только не в ее вахту! Она уверенно завела его руку себе на плечо, позволив навалиться на себя. Он ошарашенно глянул на нее, и даже сумел выдавить еще одну довольную улыбку.

— Ты не ответила.

— Если мы сей же час не сдвинемся с места, я вам лично пересчитаю все ребра! — каркнула она в ярости. — Куда?

Брови Торэ-Ина разгладились. Кажется, такой близкий контакт с Риной даже приглушил его страдания. Опираясь на предложенное плечо, он старался идти как можно быстрее. Миновав зал, они нырнули в тускло освещенный коридор. Спотыкаясь о камни, пролезая через завалы, они упорно шли вперед. Генерал готов был поклясться, что шумное сопение девушки и редкое шмыганье носом говорили сами за себя — она переживала за него, искренне хотела ему помочь и прилагала для этого все усилия.

Впереди показалась массивная дверь. Панель рядом никак не отреагировала на прикосновения, чем заставила Рину зашипеть сквозь зубы от напряжения. Оставалось разблокировать его вручную. Поднатужившись, вдвоем они крутанули большое запорное устройство в виде плоского колеса.

Наружу вывалились уже в кромешную тьму, а спустя секунду прожекторы приземляющего звездолета осветили местность. Невзирая на осыпающуюся породу под ногами, перешагивая через узкие трещины в земле, Рина тащила генерала прямо в приветливо раскрывшуюся дверь судна.

Торэ-Ин держался только благодаря уверенному плечу Рины. Едва очутились в звездолете, он быстро отыскал ампулы с противоядием и совсем не удивился, когда девушка тут же предложила ему пистолет. Зарядив его препаратом, Торэ-Ин попытался прицелиться к шее, однако заметно дрожащие руки подводили. Сказывалось действие яда. Заметив какой-то странный и дикий взгляд Рины, он насторожился. В то же мгновение она буквально вырвала пистолет из его рук, бережно приложила его к коже и нажала на кнопку, помогая сделать инъекцию.

— Раз здесь не предусмотрена медикапса, займемся вашими ранами, — с деловым видом девушка достала контейнер с медикаментами.

— Я сам! — резко вырвалось у него. Совсем непривычным оказалось для него от кого-то зависеть. Он не мог позволить себе проявить слабость, особенно в присутствии его вейнари.

Но ее по ходу это вообще не волновало, ибо в глазах девушки снова вспыхнул огонек озорства.

— Как быстро действует противоядие? — спросила она, пряча улыбку.

Он нахмурился, не понимая причин ее веселья.

— Уже действует, — проворчал он и дернулся от нее в сторону, стоило ей начать разбираться с застежками на его кителе.

— Бросьте, генерал, и признайтесь, — Рину раздирало раздражение. Прямо как маленький! Сам да сам. Гордость что ли не позволяла принять помощь от землянки? Ладно, сначала проведем обманный маневр, а там видно будет.

— В чем? — по лицу его пробежала оранжевая рябь, однако заметив лукавство на ее физиономии, он непонимающе приподнял брови.

— Не упускайте возможность, лорд Леорса. Ведь вы давно мечтали, чтобы мои руки вас… э-э, потрогали, — улыбка ее была похожа на оскал.

Торэ-Ин прищурился и хищно раздул ноздри. Но ничего не успел придумать, как она уже расправилась с кителем и стянула его с плеч, не церемонясь, содрала с него тунику и принялась за работу. Обработав свои руки, она распылила на раны на его спине и под рукой обеззараживающий аэрозоль и бережно стерла кровь с кожи. Ему осталось только подчиниться, потому что действовала девушка уверенно и осторожно. Ее ласковые пальчики порхали по его телу, заставляя забыть болезненные ощущения, зато даря ни с чем несравнимое удовольствие. На царапину на спине она наклеила индивидуальный пластырь, который стягивал края раны и заживлял ткани. Глубокую рану под мышкой и на боку покрыла вязким гелем и закрыла их таким же пластырем. Погладив кожу вокруг ран теплыми пальцами, она разогнулась и удовлетворенно оглядела результаты своей работы.

— Так-то лучше, — улыбнулась она и осеклась, заметив пристальный и пронизывающий взгляд генерала.

И только теперь до Рины дошло — тэфриец стоял перед ней наполовину обнаженным. Сумев сделать всего один шаг назад, она ощутила, как во рту сразу стало сухо, словно в пустыне в знойный день. Отвести глаз она не могла, откровенно любуясь торсом мужчины. Под светлой, слегка переливающейся перламутром, кожей бугрились жгуты мышц, вместо живота — рельефные кубики. Девушка сглотнула и зажмурилась, чтобы перед глазами предстала его широкая массивная спина, при каждом движении плеч по которой перекатывались мускулы. Господи, да она пялилась на него, как на какое-то чудо света! И отчего это у нее так пульс участился, и кровь прилила к щекам?

Подняв глаза, она нарвалась на взгляд Торэ-Ина и сглотнула — в них плескалось нечто такое, что заставило дрожь, пробежавшую по телу, теплом разлиться по каждой клеточке и что-то волнующее зашевелилось в душе. Рина провела кончиком языка по пересохшим губам. И это заметил генерал, ноздри его раздулись, от кожи пошло мягкое золотистое мерцание с крошечными, похожими на электрические разряды, искорками.

Неведомая сила толкнула их друг к другу, взвившиеся внутри земной женщины и тэфрийского мужчины энергии забурлили, с бешеной скоростью сливаясь в единый искрящийся и пульсирующий поток.

Крепкие руки генерала обхватили талию девушки, вжали в твердое тело. Горячие требовательные губы захватили губы Рины в жаркий плен. Жадный язык беспощадно ворвался в ее теплый рот, захватив в сумасшедшем танце ее робкий язык. Когда Рина судорожно и коротко вдохнула, обняла его за шею, у него совсем снесло крышу и все тормоза. Прикусывая ее податливые губы, Торэ-Ин возвращался к ее осмелевшему, ставшему дерзким, языку, пока она не начала рвано дышать. Стоило ее пальцам расслабить шнурок, крепивший его косу, чтобы с неожиданной лаской проникнуть в волосы, глухое грудное рычание вырвалось из его горла. Неимоверным усилием воли он сдерживался, чтобы не испугать девушку, толкнул ее к стене, руки потянули молнию на куртке, проникли под майку, под короткий топ. Торэ-Ин с наслаждением коснулся бархатистой кожи ее спины, пробежался пальцами по позвоночнику вверх, огладил лопатки.

Рина задохнулась от острого удовольствия, когда вездесущие руки генерала коварно очутились прямо на ее груди, нежно сжали упругий округлый холмик. Когда мужчина принялся перекатывать между пальцами ее неожиданно заострившийся сосок, нежно играть с ним, Рина выгнулась навстречу его прикосновениям, роняя хриплые стоны, которые тут же заглушали его настойчивые горячие губы. Живот внизу свело сладкой мучительной судорогой. Боже, что с ней творит этот тэфриец?! Так недолго и разума лишиться. Но так хотелось сойти с ума в его руках. Вместе с ним!

Торэ-Ин все также держал ее одной рукой и слегка откинул назад, нетерпеливо задрал майку и топ чуть ли не к самой шее, сгорая от желания разодрать мешавшую одежду в клочья. Припав губами к ее груди, он безжалостно втянул в горячий рот вершинку, бесстыдно обласкал его жадным языком, заставил сморщиться и удовлетворенно улыбнулся, сорвав с губ девушки очередной хриплый стон, слыша ее частое прерывистое дыхание. Нехотя оставив в покое ее грудь, поцеловал бившуюся жилку на шее и снова напал на ее губы, лаская их языком, властно прикусывая, захватывая в свой рот, чувствуя, как вязнет в ней, сгорая от желания пробовать ее всю мучительно мелкими глотками. Опалив короткими поцелуями кожу Рины под ключицей, он прижался губами к шее и едва сдержал стон, жадно вдохнув аромат своей женщины. Поток его энергий охотно нырнул в чудесные энергии Рины, сливаясь, обвивая своей силой и напором. Еще чуть-чуть и вслед за разумом сольются в единое целое и их тела. Руки тэфрийца опустились на ягодицы девушки и слегка приподняли над полом. Когда невыносимо острая боль прострелила его бок, Торэ-Ин с яростной досадой зашипел. Энергетические ниточки ослабились, разъединились и словно озерные волны отхлынули от берегов.

Рина пришла в себя и забыла, как дышать. Утонув в пучине такой неожиданной безумной ласки Торэ-Ина, она ощутила всю мощь его нетерпеливого желания. Посмотрела, что сотворила с его волосами, на горящие глаза и напряженное лицо, смущенно ахнула и покраснела. Мужчина с трудом отстранился от нее, держась за раненый, и еще не совсем заживший бок. Трясущимися руками она поправляла свою одежду под его немигающим взором, и уже затягивая молнию летной куртки до самого подбородка, едва слышно промямлила:

— Простите, генерал. Простите, я не хотела.

— Хотела-хотела, — протянул он и рассеянно, по-доброму улыбнулся. Глядя на ее припухшие губы и лихорадочный блеск в глазах, добавил: — И я хотел.

— Вечно вы! — она насупилась, пытаясь привести мысли в порядок, и рванулась в кабину пилотов.

Усевшись, принялась запускать двигатели звездолета, и руки ее заметно дрожали. Кончики пальцев покалывало, будто она собрала ими все электрические разряды с кожи генерала, грудь с напряженными сосками ныла, а низ живот скрутило тугой пружиной неутоленного желания. Рина едва удерживала равновесие между доводами разума и порывами сердца и тела. Сглотнув вязкую слюну, она только и мечтала, как бы это снова прижаться к сильному телу генерала.

Торэ-Ин подошел ближе. Понимающая, немного самодовольная улыбка, играла на его полных губах, помнящих вкус и мягкость губ девушки. Такого потрясающего заряда энергии ему никогда не приходилось получать, и хватить его должно надолго. Или нет, наоборот он выжжет его, пока будет тренироваться в воспитании своей силы воли, чтобы не наброситься на свою вейнари. Такую чудесную, такую манящую, такую отзывчивую, такую… вкусную.

— Если вы сей же час, не сотрете эту ухмылку со своей физиономии, — прошипела Рина вне себя, заметив, что он получал истинное удовольствие от ее смущения, — то это сделаю я.

— Как, интересно знать?

Она смерила его негодующим взглядом, улучила подходящий момент и вывернула штурвал влево. От этого коварного маневра тэфриец мягко шлепнулся в соседнее кресло, рассмеялся и пристегнулся, бурча притворные проклятия. Теперь торжествующая улыбка поселилась на ее губах. В расчете!

— Я гляжу, дразнить — ты мастер, — генерал выглядел на редкость довольным и сытым.

Словно кот, нализавшийся сливок, подумала Рина и фыркнула. Веселость ее смыло в тот же миг, когда генерал развернул свое кресло к ней, скрестил руки на груди и молча уставился на нее.

На протяжении всего полета обратно к Тэфрии, Торэ-Ин задумчиво глядел на Рину, чем заставлял ее заметно нервничать. Не обращая внимания на ее косые взгляды, он полностью погрузился в себя. Генерал думал о своей судьбе, сделавшей ему, проклятому, подарок в образе Рины. Когда к нему пришло знание, что парой ему избрана землянка, он возненавидел себя и ее заодно. Тогда он, забыв о своем долге, мечтал, чтобы безумие как можно быстрее поглотило его разум. Рина же не была жестоким испытанием его самолюбию и гордости, как он думал он ней на первых порах. Ведь к жалости и презрению добавилась бы метка бесчестья. Землянка и тэфриец?! Позор ему, как проклятому, и всей их расе. Союз с представительницей этой жестокой и неразвитой расы просто обнулил бы его самого, несмотря на решение Великой Энервы.

Теперь же… теперь, познакомившись с ней ближе, чувствуя ее силу, ощущая ее чистые энергии и незамутненный разум, он считал ее исцелением. Прежде всего, для себя самого. А уж потом, для всего их мира. Впервые глубоко в подсознании шевелилась эгоистичная ревнивая мысль о том, что он не хотел делиться ею ни с каким миром, а хотел ее только для себя. С каким невероятным восторгом и ликованием он вспоминал, как легко, быстро и беспрепятственно сегодня их энергии стали единым потоком. Жарким, ослепительно ярким и сильным. Именно такое единение способно излечить его родовое Древо жизни и наполнить новой силой другие. Именно после такого единения истинной пары в их мире появлялись новые семьи и дети. Жаль только, что у них с Риной будет всего один ребенок, равно как и у всех семей на Тэфрине. Лишь семьи Тэфрии могли гордиться парой детишек. И после того, как сегодня установка Арнаса успела обменяться энергиями с другими планетами системы, можно ожидать по второму малышу в тех семьях, где был один.

Торэ-Ин привычным жестом откинул челку с глаз и прищурился. Их совместный полет с Риной на многое открыл ему глаза. Оказывается, не все земляне жестоки, алчны, себялюбивы, самонадеянны и безответственны. Некоторые земляне — и он склонялся к мнению, что таких много — тоже способны бороться за тех, кто им небезразличен и не допускают вероятности оставить их в беде. Обладают достаточным упорством и способностью отстоять свою точку зрения. Не опускают руки в, казалось бы, безвыходных ситуациях, продолжая сражаться. Не мыслят зла и не желают его себе подобным. А главное — способны любить.

А еще есть такие как Рина. Особенные. И в том, что они вместе — это грело больше всего — восстановили энергии Арнаса, уберегли его от реальной катастрофы, заслуга его вейнари. Если бы не она, не найти им столь драгоценной информации о металлах. Торэ-Ин чувствовал — вскоре наступит время, и они больше не будут зависеть от правительства землян и от его воли.

Но… Но сейчас возникнет множество вопросов и недоверия. Все обитатели их звездной системы уже получили достаточный прилив энергий. И основной вопрос — откуда? Откуда вброс, если Арнас, с которым обменивались Тэфрин и Тэфрия, погиб? Первым делом, решил генерал, нужно лично посетить ученых в Императорской академии, пригласить наставника и поведать им важную информацию о Колодце Жизни, о Рине и ее не до конца познанной силе. Сведения эти столь ценны, что загружать их в материю Энэрвы еще рано. Торэ-Ин сморщился, представив сколько будет сомнения, неприятия и, возможно, презрения. Однако все это отойдет на второй план, когда последний из древнего рода мужчина, которого все считают проклятым, предъявит им свою вейнари — землянку Рину. Доказательством тому послужат проявленные браслеты на запястьях обоих супругов еще до того, как они посетили место силы рода.