Глава 9

Настойчивый писк прорвался сквозь плотную пелену сна; Рина открыла глаза, глянула в темное еще окно, и веки ее снова сомкнулись. Неделя для нее выдалась самая напряженная, и поэтому уставший мозг отказывался просыпаться. Едва Рина и капитан Янг вернулись из длительного межгалактического полета, к которому привлекли только их двоих, началась быстрая и безостановочная работа по перевозке доставленных на Тэфрию оборудования, материалов и сырья на три планеты звездной системы. Корабли из бригады Джереми Янга успевали только менять блоки питания, а пилоты пару часов передохнуть. Общими усилиями задача была решена, и земляне отправились на заслуженный выходной.

Однако Рине отоспаться не пришлось, потому что ее ожидал неприятнейший сюрприз в виде разведывательного полета под командованием самого генерала Леорсы. Он всяческими путями испытывал ее терпение, проверял ее умения и знания, вызывая приступы немого раздражения и ненависти. И всякий раз встречаясь глазами с генералом, Рина остро желала ему зубной боли, на что, словно читая ее, он отвечал ей своей самой невероятной и очаровательной улыбкой, наглым раздевающим взглядом и хищно раздувшимися ноздрями. Однако как ни старался противный лорд Торэ-Ин Леорса, ему не удалось дискредитировать ее как опытного пилота. Несмотря на постоянное напряжение, Рине удавалось сосредоточиться и успешно выполнять свое дело. Нервы ее были на пределе, и изумлению не было конца, когда она поняла, что ее успехи радуют генерала. Это еще что такое?! Как он ни пытался спрятать свою сияющую в прямом и переносном смысле физиономию от нее, к окончанию полета его глаза лучились теплом и восхищением. Рина трясла головой в надежде сбросить наваждение от одной только мысли, что ей приятна пусть и не озвученная вербально, похвала генерала.

Поэтому вернувшись поздним вечером накануне, Рина не помня себя от усталости и со слипающимися глазами доплелась до кровати и свалилась без сил.

Настойчивый и ставший крайне раздражающим непрекращающийся сигнал о множестве сообщений, поступивших на личный коммуникатор Рины, заставил ее недовольно сморщиться под простыней. Хриплым со сна голосом она скомандовала системе прочесть сообщения. Все они состояли из одного приказа — явиться на космодром.

— Какого черта, так рано?! — прошипела она и уже решила пожертвовать десятком баллов в качестве штрафа за ослушание, как в ее квартире зазвучал смеющийся голос генерала Торэ-Ина Леорсы, наполнив все существо девушки трепетом и гневом одновременно.

— Доброе утро, Рина. У тебя час, чтобы прибыть на стартовую площадку номер пятнадцать.

— Я в выходном, — возмущенно огрызнулась она.

— Уже пятьдесят девять минут, милочка, — ответствовал противный тэфриец и отключился.

Потянувшись, Рина с трудом выбралась из постели, взглянула на часы и заторопилась. Времени у нее оказалось в обрез.

— Блин! — горячо буркнула она. — Спасибо, генерал!

Изо всех сил стараясь делать все быстро, девушка приняла душ, пока варился кофе, привела в порядок постель, облачилась в летный костюм и наскоро позавтракала. Сушить волосы времени не было, и Рина выбежала из квартиры.

Заложив крутой вираж на своем глайдере, Рина лихо приземлилась аккурат по истечении часа у назначенной площадки. Там стоял маневренный военный звездолет с уже работающими двигателями. У открытой двери, прислонившись плечом к корпусу, стоял генерал Леорса; на его губах играла самодовольная ухмылка.

— Будем считать, что ты успела, — сказал он.

— Я и успела! — крикнула Рина тэфрийцу весело и непринужденно.

Он снисходительно приподнял бровь и кивком головы пригласил ее войти в корабль. Девушка наградила его уничтожающим взглядом, вздернула подбородок и ступила внутрь. Раздался звук закрывающей двери, а потом руки генерала опустились ей на плечи и отодвинули в сторону. Рина вздрогнула:

— Черт! Разве можно так людей пугать?

— Ты же встала посреди всего судна. Как прикажешь мне добраться до кабины пилотов? — смеющийся голос Торэ-Ина заставил ее покраснеть.

— Могли бы просочиться или, на крайний случай, протиснуться, — буркнула она и прикусила язык.

Тихий смех прямо над ухом и коварный шепот заставили ее съежиться:

— Я могу протиснуться в несколько иное место, если ты настаиваешь, — его широкая ладонь огладила ее ягодицу, прошлась по бедру и бесстыдно направилась к низу живота.

— Нахал! — Девушка дернулась и шлёпнула его по ладони, призывая к порядку.

— Давай-ка, усаживайся рядом, — самодовольно промурлыкал генерал.

На слабых от наплыва чувств ногах, Рина прошла за ним в отсек, где располагались два кресла для пилотов. Она, ломая голову над тем, что же понадобилось генералу в такое время и тем более от нее, устроилась в кресле слева. Хотя, что ему нужно стало и так понятно после его недвусмысленных намеков. От прикосновений генерала в животе поселилось странное напряжение, а между ног появилась ранее неведомая пульсация. Рине пришлось свести свои колени вместе и призвать всю силу воли, чтобы успокоить дыхание. Кажется, она едва не утонула в диком желании отдаться генералу. Проклятие!

Краем глаза она взглянула на тэфрийца и, сама того не замечая, залюбовалась как его проворные пальцы запорхали над панелью управления, нажимая на невидимые кнопки, отзывавшиеся на его прикосновения мягким сиянием.

Покосившись на сосредоточенного лорда Леорсу, Рина одернула себя и уставилась в лобовые иллюминаторы. Застыв в напряженном ожидании, девушка чувствовала, как внутри нее нарастает какая-то необъяснимая тревога. И она стократно усилилась, когда Рина поняла, что курс звездолета лежит прямо к Тэфрину.

— Но Тэфрин закрыт для посещений, — разинула она было рот.

— Но ведь с тобой — я, — самоуверенно отозвался генерал.

— И зачем было меня дергать в такую рань? Вы и так превосходно справляетесь сами.

— Только ради твоего ворчания, — Торэ-Ин сверкнул белозубой улыбкой, втайне наслаждаясь ее смущением.

— Это очень смахивает на похищение, — пробурчала Рина, насупившись и скрестив руки на груди. — Ни тебе объяснений, ни внятных распоряжений.

— Сейчас все будет, милая, — он скрыл свое восхищение проницательностью девушки, которая даже представить себе не могла, насколько близка к истине.

— Опять вы какую-то милую вспомнили, генерал! — кисло улыбнулась Рина.

— Я всегда о ней помню с тех самых пор, как познакомился с ней и даже попробовал на вкус ее губы, — нагло заявил генерал. — Сейчас она сидит слева от меня и забавно корчит из себя недотрогу.

Девушка выпрямилась, будто кол проглотила и, прищурившись, повернулась к самодовольному тэфрийцу. Вперившись в него взглядом, она долго молчала, а после резко отвела глаза. Генералу успешно удавалось выводить ее из себя, и процесс этот доставлял ему особую радость. Без вариантов.

— И это все?! — удивился он. — Даже не скажешь мне какую-нибудь гадость? И чтобы зубы болели, даже не пожелаешь? — И лукаво сверкнул глазами.

— Вы этого только и ждете, — широко и весело ухмыльнулась она, чем заставила лорда Леорсу понимающе улыбнуться.

— А теперь, когда автопилот включен, мы можем спокойно поговорить, — с этими словами генерал развернул свое кресло и внимательно взглянул на девушку.

— О чем? — насторожилась она.

— О твоих побегах. Почему ты хотела сбежать?

Рина нервно дернула плечом, предчувствуя, что разговор может обернуться длительным допросом. И было у нее всего два пути — либо говорить генералу правду об Арнасе либо врать о своих мнимых попытках побега. Почему же лорд Леорса так заинтересовался ее стремлением на эту планету?

— Я и сейчас хочу, — солгала она.

— Тебя что-то не устраивает? Кто-то обижает? Скажи, виновный будет наказан.

— Что за фантазии?! Ничего подобного, — она опасалась смотреть генералу в глаза, ибо понимала, что тот прочитает ее, как раскрытую книгу.

— Многим землянам нравится жить на Тэфрии, — нажимал тэфриец.

— Но я — не многие, — немного резко буркнула она.

Улыбка генерала заставила сердце девушки гулко забухать в груди и разогнать по венам жаркую волну.

— И все же? — настаивал он.

— Клетка остается клеткой, как ее ни назови, — неохотно прошептала она.

Торэ-Ин поддался немного вперед, прищурился и в упор посмотрел на нее.

— У тебя был миллион возможностей удрать. Вспомнить хотя бы тот межгалактический полет. Что мешало тебе совершить гиперпрыжок и уйти в другую галактику, а из той еще в одну? Почему не прыгнула сразу, как представился шанс?

— Не посчитала нужным, — она сморщилась, понимая, что генерал не верит ни в какие ее побеги.

Торэ-Ин будто смаковал ее ответ и не сводил с нее блестящих глаз. По его губам блуждала удовлетворенная улыбка. Да и молчание его будто приглашало говорить дальше.

— Что?! — задергалась Рина. — Другого ответа вы от меня не получите!

— То есть, более правдивого?

— Если угодно, генерал, — пробубнила она, отвернувшись.

Торэ-Ин придвинулся еще ближе, чем заставил ее чуть ли не вжаться в кресло.

— А если честно, Рина, чем тебя так манит Арнас? — спросил он прямо, но таким тоном, что первоначальное ее замешательство сменилось ярким румянцем смущения на щеках. Торэ-Ин поджал губы, в который раз понимая, что ему нравилось наблюдать, как кожа Рины становилась красной от нахлынувших чувств. Девушке плохо удавалось скрывать истинные эмоции, стоило ему задеть запретные темы. И как странно, что у них, тэфрийцев, красный цвет кожи всегда означал гнев и ярость, а у землян — нет.

Буря эмоций отразилась на ее лице, а он, затаив дыхание, ожидал ответа. Ему крайне важно было услышать, что же может почувствовать представительница земной расы. Каковы реальные знания тэфрийцев о землянах? Торэ-Ин знал — Рина тонко чувствует энергии, об этом говорило уже одно то, что Великая Энэрва открыла ей некоторые тайны.

— Но откуда вы знаете?! — потрясенно вырвалось у нее.

Генерал сделал рукой неопределенный жест и приготовился внимательно слушать. Рина вздохнула, взглянула тэфрийцу в лицо и, боясь быть осмеянной, глухо пробормотала:

— Арнас на пороге катастрофы.

— Но на нем уже катастрофа, — осторожно сказал он.

Она молчала некоторое время, будто собираясь с мыслями, и неотрывно следя за серьезным выражением лица Торэ-Ина, а потом сказала:

— Арнас зовет меня. То есть — его энергии. Когда в вашу систему ворвался метеорит, грозя гибелью не одной планете, силовое поле Арнаса предотвратило столкновение небесного убийцы с Тэфрином. Арнас, заслонив Тэфрин, сошел со своей орбиты и приблизился к Лиаде. После всего и после этого каким-то образом нарушилась циркуляция энергетических потоков, словно… Словом, обмен энергиями заблокировался. И если не нормализовать его движение, энергетические потоки очень скоро разорвут планету на куски.

Торэ-Ин едва сдержаться, чтобы не хлопнуть в ладоши. Он знал! Знал, что Арнас не погиб и не уставал убеждать в этом отца и своего наставника. Он верил, что с Арнасом что-то не так, что они двигаются в неправильном направлении. Рина, его половинка, назначенная ему Вселенной, подтвердила его слова и определила в чем проблема. Теперь не казалось странным, почему Энэрва именно этой землянке открыла загадку Арнаса.

Особого труда лорду Леорсе стоило не схватить Рину, не усадить к себе на колени и не зацеловать до беспамятства. Зрачки его глаз расширились, и кожа начала излучать сияние.

— Да что такого я сказала?! — девушка даже сгорбилась и втянула голову в плечи, опасаясь смотреть на сверкающего и улыбающегося генерала.

Торэ-Ин нежно прижал свою ладонь к горячей щеке девушки и сказал:

— Благодарю.

Подчинившись порыву, Рина накрыла его ладонь своей рукой и едва слышно выдохнула:

— За что?

Он приблизил свое лицо очень близко:

— Дело в том, моя дорогая, что я с тобой согласен насчет Арнаса.

Рука Рины безвольно повисла, в глазах снова вспыхнули искорки упрямства:

— Никакая я вам не дорогая, — проворчала она.

— Дорогая! И моя! Только моя, — промурлыкал он уверенно, смакуя каждое слово.

Опустив свою руку, генерал вернул кресло в прежнее положение, включил ускорители, и они продолжили полет на Тэфрин. Вскоре бортовые системы сообщили о том, что звездолет успешно приземлился на взлетно-посадочной площадке. Лорд Леорса покинул свое кресло, подошел к Рине и, склонившись над ней, положил ладонь ей на плечо.

— Полагаю, не стоит просить тебя оставаться в корабле, пока я не вернусь? Я могу надеяться на твое благоразумие, Рина?

Девушка подняла на него глаза, слыша серьезные и беспокойные нотки в его голосе.

— Я вас не подведу, — последовал твердый короткий ответ.

Пальцы тэфрийца с чувством сжали ее плечо, и он вышел из звездолета.

Почти прилипнув к боковым иллюминаторам, Рина наблюдала, как генерал быстро и уверенно прошагал к высокому зданию, сверкающему словно зеркала, и скрылся за его дверями. Захлебнувшись какими-то рваными потоками энергии Тэфрина и вспоминая, как выглядит с орбиты родная планета лорда Леорсы, Рина боялась ошибиться в своих ощущениях. Она понимала, что растеряна. Если величественная Тэфрия сверкала яркими красками, то цвета Тэфрина оказались блеклыми и слабыми. Источники, питающие энергией эту и другие планеты звездной системы, истощались, и потоки ее замедлялись. Рине это не понравилось; стоило представить себе последствия, и они вызвали лишь ужас. Отвернувшись от иллюминатора, она опустила глаза и с удивлением обнаружила, как горячие слезы капают на ее стиснутые ладони.

— А тут-то что творится? — скорее у себя, чем у кого-либо спросила девушка едва слышно.

— А что, интересно, по-твоему, тут происходит? Что ты чувствуешь? — неожиданно прозвучал голос лорда.

Рина вскинула изумленный взор на тэфрийца, осознав, что даже не заметила, как вернулся генерал. Он уже стянул с плеча тяжелую сумку, поставил ее в ячейку для небольшого груза и стоял, скрестив руки на широкой груди и внимательно глядя на нее. Девушка смущенно умолкла, понимая, что ее слова услышаны. Теперь расспросов не избежать.

— Не обращайте внимания, генерал, — Рина старалась говорить как можно беззаботнее, — просто мысли вслух. Ничего такого.

Генерал уселся в кресло и запустил двигатели. А потом его пронзительный взор заставил девушку съежиться.

— Мне известно о твоих способностях, так что выкладывай! — повторил он.

— Отчего такое разительное отличие Тэфрина от Тэфрии? — спросила она.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Торэ-Ин, понимая, что девчонка пытается уйти от ответа.

Рина на секунду задумалась. Кто она такая, чтобы высказывать свои предположения тэфрийцу, представителю расы, которая живет в гармонии со всеми энергиями. И все же что-то было не так. Ее дар говорил ей, что опасность надвигается на звездную систему, хотя только следующее поколение тэфрийцев ощутит последствия приближающейся катастрофы.

— Мне долго ждать? — насмешливо напомнил о себе генерал.

— Откуда вы знаете о моих якобы способностях? — снова спросила Рина.

Генерал прищурился, по его коже пробежала красная рябь, говоря о том, что он теряет терпение.

— Когда Энэрва не убила тебя, а даже наоборот поведала о некоторых наших тайнах, стало очевидно, что ты — особенная, — резко сказал он.

— Блин! — вырвалось у нее, на что генерал просто и открыто улыбнулся. Ничего не поделаешь, придется открывать свои секреты. — Тэфрин, он… в общем, потоки энергии на нем какие-то рваные и кривые. Замедленные. Не характерные для вас.

Торэ-Ин с довольным видом закивал головой. Более точно трудно определить. Рваные и медленные, энергии Тэфрина когда-нибудь иссякнут вовсе. Тогда их ничто не спасет.

— Что произойдет с вашим народом, если… — Рина на секунду замялась, понимая, что ее, как ни странно, волнует судьба тэфрийцев, — если Тэфрин перестанет делиться жизнью с Тэфрией и другими планетами?

— Ты сама это прекрасно понимаешь, — без тени насмешки сказал Торэ-Ин.

— И что же делать?

— Так уж сложилось, что нас и наши планеты питает древняя энергия, называемая нами Великая Энэрва. Она являет собой подобие жидких кристаллов, имеющих колоссальную память, хранящих знания и опыт тысяч поколений, накапливающих и передающих энергетические потоки повсюду. Именно ее генерирует Тэфрин, распределяя и на Тэфрию и когда-то на Арнас. Планеты системы обменивались энергией, и тем обеспечивалась на них жизнь. Энэрва для нас, тэфрийцев, покровитель, наставник и источник жизни.

— И если энергия Тэфрина иссякнет, то… — девушка ссутулилась и замолчала, не в силах продолжить.

— То Тэфрин, равно как и все живое в этой звездной системе ждет участь Арнаса, — грустно подтвердил ее предположения генерал. — А, возможно, что и нечто гораздо более страшное.

Рины шмыгнула носом и промычала что-то нечленораздельное. Торэ-Ин прищурился, чувствуя ее состояние, однако она не знала всего. Пора ей открыть глаза на некоторые вещи.

— Но, — сказал он с надеждой, — по другому непреложному закону лишь тэфрийцы, рожденные на Тэфрине, обладают способностью восполнять, направлять и распределять энергию между всем живым и всеми живущими. В этом им помогает материя Великой Энэрвы, делясь с ними древним знанием. Для восполнения потоков Тэфрина должен появиться новый мощный поток энергий, который слился бы с Энэрвой. Однако проблема в том, что таких тэфрийцев можно пересчитать по пальцам одной руки. Да и то, двое из мужчин, принадлежащих Тэфрину наполовину, совершили обряд единения не со своей истинной парой.

— И где ж его теперь найти, этот поток? — обозвалась Рина непроизвольно.

— Ну, — сверкнув хитрой улыбкой, протянул Торэ-Ин, — такой поток энергий может создать лишь пара, благословленная Великой Энэрвой. Только энергия любви истинной пары питает материю Энэрвы, а ребенок от такого союза является носителем древнего и ценнейшего знания об устройстве нашей цивилизации. Именно такие семьи представляют собой неиссякаемый колодец жизни. Правда, — он пожал плечами, — не имею понятия, как это у меня получится с землянкой.

Девушка порывалась нечто сказать, но когда смысл слов генерала дошел до нее, она закрыла рот. К удовольствию Торэ-Ина щеки ее залил румянец смущения.

Рина накрыла ладонью одну из пылающих щек и отвернулась. Определенно генерал решил продолжить свой род, а она, как выяснилось, и как он полагал, должна была ему в этом безоговорочно помочь. При другом раскладе, она без сомнений, возмутилась бы тем, что все решили за нее. Но тут… Судя по собственным ощущениям, Рина понимала, что и сама этого хочет. Воображение уже нарисовало ей картину, в которой ее и вредного генерала окружает целый выводок детишек.

— Но раз уж, Энэрва выбрала мне парой тебя и таковы правила, — Торэ-Ин был не в силах противостоять искушению и не поддразнить девушку, — нужно смириться.

Рина неопределенно цыкнула и сразу же ощетинилась:

— Зачем же так истязать себя? Куда проще…

— И чтобы больше не слышать твое нытье, быстро берись за штурвал, — бесцеремонно перебил ее генерал.

Грудь Рины бурно всколыхнулась от праведного гнева:

— Эй?! Когда это я ныла, уважаемый генерал?

— К штурвалу. И курс на Арнас, — улыбнулся он.

— Куда-куда?! — она поперхнулась возмущением.

— Я так и быть повторю для тебя лично. Курс — Арнас. Что неясно?

Рина ошеломленно вытаращилась на генерала, и почти шепотом прошипела:

— Вы это чего?

— Я вижу, с подчинением у тебя явные проблемы, — надменно констатировал генерал, нажимая какую-то комбинацию символов на панели, а после скрестил руки на груди и окаменел. — Я с удовольствием лично займусь твоим обучением.

В ту же секунду звездолет потерял управление. Рина злобно зыркнула на генерала, понимая, что тот просто принуждает ее к пилотированию судна. Мол, или штурвал в руки или они будут, кувыркаясь, лететь в тартарары.

Девушка фыркнула и охотно ухватилась за штурвал. Выровняв завалившийся на бок звездолет, она с выражением явного превосходства направила корабль к бледному шару Арнаса. От волнения у нее слегка дрожали руки, но удовольствие от того, как тэфрийское судно реагировало на ее команды, как легко и послушно выполняло маневры, заполнило все ее мысли, заставив забыть перепалку с генералом.

Едва открылась дверь, в лицо Рины ударил влажный промозглый холод. Девушка зябко поежилась, успев за считанные секунды осознать очередную для себя истину — существовать на почти безжизненной планете в лучах остывающего светила она не согласилась бы даже за все сокровища Вселенной. Неожиданно ей на плечи накинули куртку с капюшоном из материала, оберегающего от ветров и дождей и сохраняющего тепло тела.

— Так будет лучше, — прошептал ей в ухо Торэ-Ин и сошел по трапу.

— Спасибо, — Рина укуталась в куртку, застегнув магнитные застежки и нахлобучив капюшон.

Девушка вышла из корабля и посмотрела на генерала. Он медленно вышагивал, словно прислушивался к себе и окружающему пространству. На одном его плече крепился за широкий ремень тяжелый огнемет, на другом — лучевое оружие. Взгляд тэфрийца стал блуждающим, неотрывно сканирующим горизонт. Напряжение его передалось даже Рине, хотя она не понимала, что могло стать тому причиной.

Рина обогнала лорда Леорсу, чем вызвала его протестующее шипение. Она осмотрелась и не обнаружила даже намека на какие-либо строения. Поверхность Арнаса в точке их приземления выглядела ужасно измученной и оскудевшей, будто пустыня. Кое-где прокидывались хилые высокие деревца, с длинными тонкими голыми ветвями. Далеко-далеко, в густой сизой дымке виднелись верхушки горных цепей. А падающие с неба капли ледяного дождя не впитывались в землю, а собирались в узкие ручейки, бежавшие только в одном им ведомом направлении. Развернувшись, Рина присела на корточки и прижала свои ладони к холодной земле и на мгновение закрыла глаза.

Торэ-Ин сначала хотел было выругать девчонку, которая не ведала, насколько опасны здесь прогулки, но потом его заинтересовали ее действия. Он еще не видел, каким образом она бы использовала свои способности, и еще до того, как он успел сделать какие-либо выводы, Рина уверенно заявила:

— Нам не сюда.

— Покажи, как ты это понимаешь, — он присел рядом.

Девушка без раздумий схватила его руку, накрыла его ладонь своей и вжала в землю.

И он увидел, а скорее почувствовал. И поразился. Сила Рины остро отозвалась в нем самом, удваивая его собственную и позволяя рассмотреть то важное, что скрывалось от них. Или вернее то, что большинство из них не хотело рассмотреть, поставив крест на Арнасе. Торэ-Ин почувствовал, как слабая струйка энергии, едва коснувшись его кожи, оттолкнулась и растаяла. Зато оставила очень четкий след и указала направление. Туда, где бушевал настоящий вулкан, готовый прорваться гибельным взрывом. Торэ-Ину стало понятно, о какой катастрофе толковала Рина. Нечто заблокировало энергетические потоки Арнаса, и он, потеряв связь с Тэфрином, превратился в пульсирующий нарыв. Обезумевшая, переставшая нормально циркулировать, энергия, перестала питать планету, накапливаясь в недрах и грозя разорвать ее на куски.

Торэ-Ин с жадностью втянул воздух, наполняя им легкие. Энэрва оказалась права, подарив ему встречу с Риной, ибо дар ее был чудесен и невероятен, а сама девушка тем самым стала важной и ценной. От наполнившего ощущения радости, кожа его засверкала всеми цветами радуги.

— И чего я такого сделала, что вы снова затмеваете солнце? — спросила девушка.

Он зажмурился и, не скрывая расползающуюся по губам широкую улыбку, просто ответил:

— Появилась в моей жизни.

Девушка недовольно заворчала что-то о том, что с ним никогда не поймешь, говорит он правду или же издевается. Зато Торэ-Ин с удовольствием отметил, насколько ему, привыкшему долгое время тщательно скрывать свои чувства и жить в вакууме, приятно ощущать вкус жизни и полноту чувств. Девчонка даже не подозревала, какую бурю эмоций вызывали в нем ее прикосновения. От того чтобы послать все и всех к праотцам, не схватить Рину и не сорвать с нее одежду, его удерживало только невероятное усилие воли.

Всем своим новым ощущениям, струившимся в его теле энергетическим потокам, невероятному желанию жить и радоваться жизни он был обязан Рине — землянке и представительнице самой незрелой расы по Вселенной. Торэ-Ин сморщился. Что-то они, тэфрийцы, проглядели, когда после краткого и поверхностного изучения людей сделали неверные выводы о них. Как оказалось, среди землян скрывались такие редчайшие экземпляры, как Рина. Однако все же существовало нечто, волновавшее и тревожившее разум и сердце Торэ-Ина.

Генерал выпрямился, и Рина последовала его примеру. Шагнув было вперед, она ощутила на своем запястье крепкую руку тэфрийца, задержавшего ее рядом с собой. Рина с трудом сглотнула, когда ее бедро плотно прижалось к его бедру. На миг перед ее глазами рассыпался букет искр, словно сознание ее обратилось в стремительный яркий поток энергии, отчаянно пытающийся слиться воедино с сознанием генерала. Рина лихорадочно затрясла головой, призывая саму себя сосредоточиться на деле. Как-то очень странно и волнующе на нее влияет этот генерал.

Свободной рукой лорд Леорса указал в сторону, где виднелся огромный шар, казалось с трудом карабкающейся вверх, Лиады.

— Это там.

— Это там, — подтвердила Рина.

Они быстро вернулись в звездолет. Нетерпение съедало Рину до такой степени, что она хотела было остаться в кабине, но один взгляд генерала и она, сжав губы, уселась в кресло и взялась за штурвал. И пусть вредина лорд Леорса не думает, будто сумел усмирить ее! Однако напряжение ее возросло, когда тэфриец встал прямо за ее спиной, облокотившись одной рукой о верхушку спинки кресла. Едва уняв затрепыхавшееся сердце, Рина сфокусировалась на управлении, одновременно стараясь не упустить то направление, что показала ей тонкая ниточка энергии.

Летели они около часа, пока из завесы свинцовых облаков не выползли горбатые горы. Черные, будто уставшие, гряды их в некоторых местах просели. Когда широкая горная цепь осталась позади, впереди раскинулась долина с тускло поблескивающей узкой лентой реки. Громадные руины и крохотное треснутое плато, бывшее ранее вероятно взлетно-посадочной площадкой, на правом берегу прилепились к склону горы, вершина которой имела странную округлую форму. Раскиданные повсюду каменья и обломки рождали ощущение уныния и запустения. На левом берегу виднелась чахлая роща бледно-желтой растительности с урезанными верхушками крон.

Закрыв на секунду глаза, девушка вздохнула и направила левую руку с раскрытой ладонью в сторону долины. Едва пальцы ее задрожали, улавливая энергетические струи впереди, как они попали в ласковый плен большой теплой ладони генерала. Рина сглотнула и перевела взгляд на тэфрийца. Он понимающе кивнул головой:

— Мы на месте.

Рина внимательно осмотрела долину и посчитала, что плато с крупной трещиной посредине не внушает ей доверия, а потому посадила корабль у подножия пологой горы. Выключив двигатели, она встала и прошла вслед за генералом. Пока он передавал ей небольшой рюкзак с запасом провизии, а сам обвешивался оружием, улыбка не сходила с его губ. Его довольный вид заставил девушку занервничать. Желая отвлечься от невероятно притягательного тэфрийца, Рина поправила лямки рюкзака и вышла наружу. Множество вопросов роилось в ее голове, любопытство и предвкушение чего-то захватывающего просто сжигало все ее существо.

Торэ-Ин последовал за Риной, после чего дверца звездолета с легким шелестом за ними закрылась. Генерал находился под впечатлением от того, как им обоим удалось одновременно обнаружить центр скопления энергии. Особенно остро он это прочувствовал, когда девушка вытянула ладонь, а он, подчинившись внутреннему чутью, перехватил ее. Яркое и четкое видение словно прострелило все его сознание. Оставалось лишь понять, каким образом блокируется циркуляция потоков, тем самым лишая жизни планету.

Потом Рина выбрала самое удачное место для приземления, что тоже вызвало в нем восхищение. Он даже готов был признать свое мнение о неспособности женщин к пилотированию, ошибочным. Однако теперь они на Арнасе, кишащем ядовитыми тварями. Нужно быть наготове.

— Тебе следует идти позади меня, — коротко приказал он.

Девушка затормозилась, сморщила нос и прищурилась. Несмотря на предостережение, она пока что не ощущала опасности. Уж на что-что, а на агрессию ее сознание реагировало быстро.

— Генерал, а зачем столько оружия?

— Твари, что обитают тут, ядовиты и крайне опасны. Дать себя им покусать, значит, умереть, если не оказать помощь в течение пятнадцати минут, — Торэ-Ин зажмурился и внутренне вздрогнул. Перед его внутренним взором предстало жуткое видение, как живущее здесь существо ранит Рину, а он не в силах помочь ей. Мотнув головой, мужчина отогнал неприятные мысли.

— Тогда, может, огнеметом поделитесь?

Он остановился, внимательно всмотрелся в девушку, неопределенно ухмыльнулся и снова двинулся вперед. Путь их пролегал вдоль речки, мелкой и похожей скорее на ручей, прямо к примостившимся у горы руинам. Тяжелый песок проседал под ногами, а потому, несмотря на толстую тракторную подошву военных ботинок, идти было трудно. От холодного порывистого ветра перехватывало дыхание, влажная противная пелена намочила их лица. Облегчение наступило в тот момент, когда они, миновав разрушенную взлетно-посадочную площадку, поравнялись с горами и укрылись под небольшим нависшим карнизом.

Спустя некоторое время Торэ-Ин остановился, Рина поравнялась с ним.

Перед ними развернулась удручающая картина: портал входа некогда внушительного сооружения состоял раньше из двух массивных резных колонн, сложенных из монолитных блоков темно-зеленого цвета, а теперь одну колонну изрядно потрепало время и злые ветры с песками, а другая — обрушилась и наполовину завалила вход, обратившись в груду обломков. Даже издалека Торэ-Ин заметил знаки, сохранившиеся на одной из колонн, и понял, что это какое-то важное место, и сердце его скрывалось в горе́. Слева от входа виднелась едва заметная тропа вверх, ранее бывшая узкой каменной лестницей, ступеньки которой обветшали за века запустения.

— И как давно здесь… м-м, так? — спросила Рина, оглядываясь. Неприятное скребущее и гнетущее ощущение зашевелилось в душе. Неожиданно стало больно при одной только мысли, что и с Тэфрином, и с сияющей Тэфрией может случиться нечто подобное, а все живущие на планетах тэфрийцы и земляне погибнут.

Торэ-Ин помедлил с ответом:

— Более ста одиннадцати тысяч лет по вашему летоисчислению.

Девушка аж присвистнула. А когда генерал неловко кашлянул и покосился на нее, Рина насторожилась.

— Могу я узнать, за что тебя осудили на Земле? — спросил тэфриец, затаив дыхание.

Этот вопрос уже давно жег ему язык, а узнать что-либо из базы данных спасенного челнока не представилось возможным по техническим причинам. И не только. Сохраненная часть информации, особенно, что касалось Рины Стриж, оказалась почему-то засекреченной. Спрашивать у других людей Торэ-Ин тогда не посчитал нужным, презирая ее и свой к ней интерес. Но это было тогда.

— Вы слышали когда-нибудь от землян про анормов? — вопросом на вопрос ответила Рина.

Торэ-Ин прищурился. Слышал, правда краем уха, как говорится. И не вникал, что бы это могло означать.

— Только это слово.

— Мое преступление состоит в том, что я и есть анорм. Человек, обладающий особым даром, редкими среди современных людей способностями, на подобии чтения мыслей, передвижения предметов силой воли или, в моем случае, некоторое своего рода управление энергиями, — ответила она.

— И все?! — светлые брови генерала изумленно взлетели вверх.

— На Земле с некоторых пор, такие как я, вне закона, — цыкнула девушка. — Нас признали ненормальными, а значит — опасными для общества.

— Так, — протянул Торэ-Ин. — Ничего не понимаю.

— Центр Лета, который вы охраняли — конечный пункт моего назначения. Место отбывания… ээм, наказания. А вы разве не знаете, чем там занимались?

— В силу определенных обстоятельств, нам было запрещено вмешиваться в работу этой странной станции. Так что же там происходило?

— Помните знак у меня под ключицей? — спросила Рина и, получив утвердительный кивок головой, продолжила: — Это символ бесконечности. Мой приговор, равно как и всех, кто попал в центр — смерть, — жестко сказала она. — Вначале над приговоренными проводились опыты, ходят слухи, будто на них испытывали новые виды биологического и психотропного оружия. Когда нужда в них отпадала, если они, конечно, оставались еще живы, несчастных вводили в состояние неостазиса, после непродолжительного нахождения в котором, сознание человека вместе со всеми его способностями уничтожалось. Потом всего одна инъекция — и человека нет в физическом смысле этого слова.

Зрачки Торэ-Ина превратились в семь тонких иголок, по коже пробежалась огненно-красная рябь. Рина знала, что это признаки овладевшего генералом гнева.

На мгновение у него отлегло от сердца, однако после он представил, как в этом жутком центре приводят в исполнение приговор Рины, а он в этом время безропотно охраняет беспринципные действия работников этой станции. Ужас! Если бы не норги, он никогда бы и не встретил свою истинную половинку.

Скрипнув зубами, Торэ-Ин сузил глаза до щелок. В своей жестокости и стремлении уничтожить себе подобных земляне уступали лишь норгам. Но если последними двигал голод, то алчность и жажда наживы первых просто поражали. По прибытии на Тэфрию, он решил, что поручит Вальсату собрать, как можно больше сведений про центр Лета. Законными способами и не совсем.

— Что с вами, землянами, такое? — вырвался у тэфрийца уместный упрек.

Темные брови Рины понимающе вздрогнули, потом она откинула капюшон и взъерошила свою челку. Чем и отвлекла генерала от мрачных мыслей. Он пристально уставился на нее, и после некоторых раздумий спросил:

— Кстати, хотел узнать, тебе не нравится цвет твоих волос?

Девушка вопросительно на него посмотрела и непонимающе пожала плечами.

— Ну, когда мы спасли вас, у тебя были волосы огненно-рыжие, с черными кончиками. А теперь корни снова вычернила, что ли? И зачем такая короткая стрижка? — возмущение слышалось в его голосе.

Рина ухмыльнулась одним уголком рта:

— Просто иссиня-черный — это мой настоящий цвет. А что до длины, так волосы когда-то были до пояса.

У Торэ-Ина почти отвисла челюсть от удивления.

— Черный, — выдохнул он. — Иссиня-черный. До пояса, — стоило ему представить себе Рину в истинном ее облике, как его воспаленное воображение разыгралось не на шутку. Он с трудом сглотнул от того, что во рту стало сухо, а в брюках — тесно.

— А что, генерал, — девушка ослепила его ехидной улыбкой, — достаточный повод, чтобы отменить помолвку?

Тэфриец снова прищурился, глядя на девчонку с превеликим подозрением.

— Мечтай! — только и нашелся он самодовольно. — Ты — моя в любом облике.

Улыбка ее стала еще шире, а рассуждения продолжились:

— Так значит, по-вашему, теперь вы — мой муж, то есть вейн. А я, стало быть, ваша вейна?

— Нет, глупышка, — пожурил он ее. — Поскольку мы — пара, обрученная Энэрвой, и предполагается, что сознание наше едино, друг для друга мы — вейнари. Что означает, единые. Во всех смыслах, какие ты себе можешь только представить.

— Вейнари, — повторила Рина так, словно смаковала новое слово на вкус. И ей определенно понравилось, как это звучит. Вот только вредине генералу знать об этом ни к чему. Стоп! Щеки ее обожгло. Во всех смыслах?!

Он окинул ее цепким взглядом с ног до головы, но ничего не сказал, а только двинулся было к входу.

— Э… генерал, пока вы тут осмотритесь, позвольте мне походить там, — она указала на тропу, ведущую вверх.

— Нет, — отрезал он. — Одна не пойдешь.

Девушка прищурилась. Да чего он так трясется?! Даже подозрительно. Она подождала минуту, пока генерал взбирался по завалам, чтобы приблизиться к отверстию входа, а сама повернула влево. Достав из рюкзака перчатки и натянув их на руки, Рина подтянула лямки и уверенно ступила на тропу. И хотя дорожка не была крутой, остатки ступеней крошились под весом девушки. Рина на удивление резво и быстро преодолела половину пути, когда услышала внизу громогласный рев генерала. Она ухмыльнулась одним уголком рта — видимо, великий тэфриец обнаружил пропажу.

— Проклятие! Рина, тебе ведомо понятие покорности и послушания?! Если я говорю…

— Если вы… хм, как это, не хотите меня отпускать от себя, тогда вам придется последовать за мной. Я просто хочу осмотреть окрестности.

— Мы тут не для осмотра достопримечательной, — напомнил он ей.

— Думаю, это ненадолго, — отозвалась она, взобравшись на округлую вершину горы.

— Дай только до тебя добраться, и я свяжу тебя по рукам и ногам, перекину через плечо и с удовольствием научу тебя покорности. И, поверь, добрым и терпимым отнюдь не буду! — гаркнул генерал и полез следом за девушкой.

— Вы не посмеете! — выдохнула она, остановившись на мгновение.

— Хочешь проверить? — последовал насмешливый ответ.

Рина передернула плечами и осторожно прошла вперед, внимательно разглядывая купол над сооружением и смутно понимая, что очертания этой горы ей что-то напоминают. Походив немного туда-сюда, потоптавшись то там, то сям, она встала на одном месте и несколько раз стукнула каблуком ботинка по поверхности. Влажный песок охотно уступил попыткам стряхнуть его и пополз вниз. Рина поскользнулась, чертыхнулась и съехала на слое песка прямо к ногам генерала. Глаза тэфрийца превратились в узкие щелки и ноздри раздраженно раздулись, но он только протянул девушке руку. Когда та вложила свои пальцы в его ладонь, он рывком поднял ее на ноги.

— А теперь мы пойдем обратно.

Рина обернулась и пристально всмотрелась в дорожку, проделанную ею при падении. Она блестела в неярких бликах Лиады так, будто под слоем песка находилась вовсе не горная порода. Девушка присела на корточки и удивилась, обнаружив, что ее рука все еще зажата сильными пальцами тэфрийца. Свободной рукой Рина старательно смахнула песок под ногами и торжествующе хохотнула.

— Что там еще? — тень генерала наползла на Рину.

— Это, что металл какой-то? — спросила она.

Торэ-Ин присел рядом, но после резко поднялся. Не отпуская руку девушки, он уверенно поднялся на куполоподобную возвышенность, потоптался немного вокруг, расчищая поверхность под собой. Рина молча помогала ему до тех пор, пока пред их взором не появился люк. Девушка наклонилась, но не успела даже подумать, как тэфриец одним мощным рывком дернул за рукоятку. Дверца люка со скрежетом откинулась, открывая им темную узкую шахту.

Торэ-Ин достал небольшой фонарь и направил его луч вниз. Рина охнула, когда поняла, что напоминал ей этот странный купол, стоило трем линзам сооружения, очень похожего на земной телескоп, сверкнуть в пучке света.

— Я знаю что это, — сказал Торэ-Ин, захлопывая дверцу.

— Это очень похоже на обсерваторию, — пробормотала девушка.

— Самая настоящая обсерватория и есть, — подтвердил Торэ-Ин и слегка дернул ее за руку, заставляя посмотреть на себя. — И впредь, дорогая, от меня ни на шаг. А не то я буду вынужден привязать тебя. Понятно?

Привязать? Рина нахмурилась и предприняла попытку вырвать свои пальцы. Безуспешно, конечно.

— Блин! Зачем я здесь тогда, генерал, если мне нельзя и шагу ступить самостоятельно? Как бесполезный балласт? Я бы прекрасно выспалась, и мне не пришлось бы выслушивать ваши нотации.

Торэ-Ин грустно улыбнулся, вздохнул и повел ее за собой вниз. Неразумная вейнари! А случись с ней какая-нибудь беда, что она прикажет ему делать, когда он только-только обрел ее?! М-да, трудно ему придется с ней! Ведь девчонка умеет отстоять свое мнение. Но тем интереснее становилось лорду Леорсе общаться с землянкой. Постоянная борьба и незлобивые стычки удивительным образом возвращали его жизни, заставляли с жадностью дышать полной грудью.

Яркий луч фонаря выхватывал из древней темноты коридор, заваленный кусками обрушившихся стен. Идти было трудно, как и дышать спёртым неподвижным воздухом. Шаг за шагом Торэ-Ин и Рина продвигались вперед, опираясь руками за стену справа, несколько раз сворачивая то в одну, то в другую сторону, пока не вышли на небольшую площадку. От нее по разным направлениям расходились коридоры, и большинство из них заканчивались обрывом. Они в нерешительности замерли на этом пятаке и огляделись в поисках других путей.

Торэ-Ин передал Рине фонарь, чтобы она подсветила ему, и едва ступил в один из темных коридоров, показавшийся ему более-менее надежным, как под ногами его образовалась пустота. Свет фонаря вздрогнул, когда рука Рины обхватила запястье тэфрийца. Девушка упала на пол, а Торэ-Ин удивился, насколько крепкой оказалась рука его вейнари. Оружие с глухим звуком упало где-то в темноте.

— Что за шутки, генерал?! — Рина пыталась скрыть испуг, изо всех сил стараясь удержать мужчину, однако чувствовала, что долго не протянет.

— Отпусти меня, — сказал он, поднимая свое лицо к ней.

— Совсем свихнулся! — зло проронила она. — Лучше попытайтесь найти опору для ног у стены. — Или я за вами сигану, ясно?

Он прищурился и поджал губы. Свободной рукой ухватился за край торчащей из стены арматуры, чтобы облегчить нагрузку на девушку и последовал ее совету. К его радости, ему удалось стать носками ботинок на узкий выступ и крепче опереться свободной рукой о край пола; другая его рука по-прежнему была крепко зажата рукой землянки. Ему нужен был всего рывок, чтобы подняться наверх. Оттолкнувшись от стены, Торэ-Ин сделал этот рывок, тем самым сумев перекинуть верхнюю часть тела на пол. Подтянув ноги, он перевернулся. Только тогда Рина выпустила его запястье.

— Спасибо, — выдохнул он.

Не успела она что-либо ему ответить, как пол под ними задрожал и, отдаваясь гулким эхом, просел; вдвоем они полетели вниз.

— Какого черта?! — взвизгнула Рина, и голос ее растворился в шуме обрушившегося уровня.

Спустя несколько минут, когда пыль опала, девушка пришла в себя, дотянулась до отлетевшего в сторону фонаря и осветила пространство вокруг себя в поисках генерала. Лорд Леорса лежал недалеко. Рина рванулась к нему настолько быстро, насколько позволил ей ушибленный зад.

— Генерал? — позвала она и расстегнула застежку на его тугом воротнике.

Торэ-Ин закашлялся и открыл глаза.

— Как ты? — спросил он, ухватив ее за плечо и притянув к себе.

— Цела. А вы?

Торэ-Ин кивнул и встал на ноги, увлекая Рину за собой. Не поверив, однако, словам девушки и, несмотря на возмущенное ворчание, руки тэфрийца прошлись по ее стану от шеи вдоль груди до самых ягодиц. Отбросив его вездесущие ладони, девушка что-то недовольно забурчала сквозь зубы, и отправилась на поиски оружия. Откопав из-под обломков огнемет и накинув его ремень на свое плечо, она нахмурилась, узрев, как луч фонаря выхватил из темноты ухмыляющуюся физиономию генерала. Сунув фонарь ему в руки, она сердито развернула его спиной к себе и подтолкнула вперед. Весело хмыкнув, Торэ-Ин осторожно двинулся вдоль стены, Рина последовала за ним.

Через несколько минут коридор привел их к винтовой, хорошо сохранившейся лестнице с широкими ступенями. Они уже спустились на два уровня ниже, когда Торэ-Ин удовлетворенно поцокал языком. Выглянув из-за плеча генерала, Рина чуть не обалдела: перед ними раскинулось просторное помещение, которое не затронули повреждения, подобные тем, что разрушили вход и первые уровни сооружения. Рина все еще стояла с разинутым ртом, когда Торэ-Ин, будто уже бывавший здесь ранее, прошел влево, провел ладонью перед невидимой панелью и нажал кнопки на засветившемся табло.

— Вот так будет гораздо лучше, — сказал генерал, не оборачиваясь, уцепился за руку девушки и потянул ее за собой.

В то же мгновение помещение осветилось по всему периметру. В центре находился прямоугольный пьедестал с расположенной под углом консолью. Торэ-Ин едва коснулся пальцами ему только понятных знаков, как под потолком ожила объемная картинка звездной системы Тарива.

— Это зал наблюдения за Вселенной, — пояснил лорд Леорса. — Здесь место для сбора, хранения и анализа информации о ней.

«И не только», — захотелось добавить Рине, но она промолчала, решив проверить свои ощущения. У нее сложилось стойкое впечатление о том, что в этом месте находился какой-то громадный передатчик энергии и в данный момент он не работал. Вполне может быть, это как-то связано с грозящей Арнасу катастрофой.

Через секунду, подчиняясь генералу, в помещении засверкала карта звездного неба с вращающимися там планетами в их истинном виде, только гораздо меньшими по размеру. В них Рина узнала систему тэфрийцев, потом картинка изменилась. Девушка грустно улыбнулась, подхватила на ладонь интерактивный шарик и всмотрелась в очертания материков планеты.

— Земля, — выдохнула девушка.

Генерал прищурился, наблюдая за реакцией своей вейнари, а потом перевел взгляд на ее родную планету.

— Так она почти вся голубая! — произнес изумленно он. — Почему?

— Большая часть планеты покрыта водой.

— Понятно.

— Пока вы пялитесь на это чудесное приспособление, можно я осмотрюсь? — затаив дыхание, спросил она.

Торэ-Ин подозрительно рассматривал ее некоторое время, кивнул, с чувством сжал ее руку и отпустил. Потом неожиданно молниеносно обхватил ладонью ее затылок и приблизил ее лицо к своему.

— Только я прошу, Рина, без самодеятельности и сумасбродства.

Девушка обхватила затылок генерала таким же образом и, не отведя взгляда, ответила:

— Прошу заметить, многоуважаемый генерал, что мне уже не пять лет.

— Вредина, — рассмеялся бархатным смехом Торэ-Ин, едва сдерживая жгучее желание поцеловать девушку. Настанет время, когда ему не придется сдерживать свои порывы.

Рина будто прочла в его глазах озорные замыслы, насупившись, опустила свою руку и проворчала:

— А вы… вы тоже вредный! Пустите.

— Какая славная из нас получается пара — я вредный, ты — вредина… — мечтательно промычал Торэ-Ин.

Рина вывернулась из рук генерала, отошла на приличное расстояние и, уперев руки в бока, с назиданием, так похожим на его тон, сказала:

— На вашем месте, уважаемый генерал, лорд Леорса, я бы вспомнила истинную цель нашего с вами здесь пребывания.

Торэ-Ин ответил ей самой обворожительной и очаровательной улыбкой, на которую был способен. Когда на щеках девушки вспыхнула краска смущения, он удовлетворенно хмыкнул. Он не узнавал себя. За столь короткий срок он успел уже испытать значительный спектр эмоций: от необъяснимой радости до безумной тревоги, от восторга и трепета до гнева, от потребности защитить до дикого желания обладать. И все благодаря Рине. Девчонка с Земли заставляла его нервничать, легко разрушая воздвигнутый им защитный барьер, за коим он прятал свои истинные эмоции. Он настолько привык к презрению и унизительной жалости со стороны окружающих, что ему была непривычна простая, иногда дерзкая и прямолинейная манера общения девушки. Торэ-Ин чувствовал, что начинает привязываться к ней, и связь эта ни в коем случае не была предопределена тем, что она является его вейнари.

— Рина! — окликнул ее Торэ-Ин, и когда увидел настороженность на ее лице, совершенно серьезно сказал: — Советую оставаться в поле моего зрения, иначе ты вынудишь меня…

— Знаю-знаю, — бесцеремонно перебила она его, — вы меня отшлёпаете, свяжете и бросите в темный подвал.

Она закусила губу, узрев в его глазах плотоядное желание и обещание исполнить угрозу. Дернув плечом, она запустила пальцы в волосы и развернулась. Медленно вышагивая по периметру помещения, девушка изредка бросала косые взгляды на генерала. Он казался полностью поглощенным чтением данных с устройства, однако время от времени вскидывал голову и тот час находил ее глазами.