Глава 15

— Привет, Сьюзан! — радости Рины не было предела и, забывшись, она замахала руками изображению подруги по ту сторону экрана.

Она ужасно соскучилась, хотя не была в городке землян считанные дни. А впечатление сложилось, будто целая вечность прошла, так много всего произошло. Неунывающая физиономия Брукс отразила неподдельное счастье.

— Ринка! Как я рада тебя видеть! Жаль обнять не могу.

— Как семейная жизнь?

— Не представляю, как раньше жила без своего зайчика, — дурацкое выражение поселилось на лице подруги.

Рина поперхнулась. Зайчика? Серьезно?

— Понятно. А как там все остальные?

— Работают. Немного рутины, немного счастья. Кто-то тоскует по прежней жизни, кто-то вообще забыл, что было до нашего спасения.

— Все мы в большинстве своем начали жизнь с нового листа. Шанс дали всем, — сдержанно отозвалась Рина.

— Это правда. Ой, Ринка, как же без тебя скучно. А ты как там? Исчезла в неизвестном направлении и тишина, — интерес так и сверкал в глазах Сьюзан.

— Отлично.

— Слушай, Рина! — Сьюзан всплеснула руками и возбужденно затараторила. — Тут такие новости у нас. Одна необычнее другой.

— Что стряслось?

— Все тэфрийцы только и гудят об этом. Во-первых, этот их генерал, который нас тогда спас, якобы нашел свою избранную или что-то в этом роде. Они тут все чуть ли не порхали несколько дней назад, да так блистали, что в глазах слепило. Во-вторых, и это самое интригующее, они все говорят о тебе и генерале. О том, вы… что ты и он…

— Я и он — что? — нетерпеливо спросила Рина, закусив губу.

— Говорят, вы — пара. Утверждают, что ты и есть та самая, которая чего-то там в нем пробудила, — хихикнула Сьюзан. — Так вы — пара?

— И даже больше, — на одном дыхании выпалила Рина, улыбаясь от уха до уха.

Брукс притихла и внимательно рассматривала подругу. А после открыто и искренне улыбнулась в ответ.

— Ты изменилась. И ты счастлива. Я рада за тебя безмерно.

— Спасибо, Сью.

— Расскажешь?

— Давай при личной встрече.

Сьюзан наморщила лоб и скептически глянула на Рину. Та непонимающе приподняла брови.

— Если такая встреча состоится.

— Почему это она не должна состояться? — удивилась Рина.

— Поговаривают, теперь проклятый никому не отдаст свое сокровище, — хмыкнула с глупым выражением на лице Сьюзан.

— Никакой он не проклятый! — вспылила Рина. — Он просто особенный.

— Да ты втрескалась не меньше моего, подруга! — весело и беззлобно хохотнула Сьюзан.

— Я обещаю, мы обязательно встретимся и посекретничаем, — Рина заговорщицки подмигнула подруге.

— Ловлю тебя на слове. Пока.

— Всем привет.

Сьюзан кивнула и отключилась.

Рина посмотрела на часы и вышла из комнаты. Пора бы проведать генерала и занести ему чего-нибудь перекусить, а то спустя трое суток после возвращение с Тэфрина, он настолько погрузился в работу, что времени ему хватало лишь на сон. Понимая важность миссии, Рина не беспокоила его по мелочам, хотя ужасно скучала в течение дня. Ночью же было не до тоски — несмотря на усталость, Торэ-Ин крепко прижимал ее к себе, его горячие ладони и требовательные губы снова заставляли ее терять голову. Рина улыбнулась своим мыслям — она неизменно засыпала в его объятиях и так же неизменно просыпалась в них по утрам. Завтракали вместе, а затем Рина умирала от безделья.

Пытаясь занять себя, она надоедала Лазату с Дизой, вновь предлагая себя в помощники. Те по своему обыкновению отмахивались от нее, как могли. Девушка заходилась в недовольном бурчании не тему до ужаса скучной жизни леди. То нельзя, это не положено! Тоска зеленая. Прислуга загадочно улыбалась и намекала, мол, когда появится ребенок, забот прибавится. «Скорей бы уж!» — неожиданно для себя думала девушка, не в силах представить, каким будет их с Торэ-Ином малыш. Но каким бы он ни получился, мысли о настоящей семье, где бы царили любовь, уважение, взаимная поддержка и понимание, приятно согрели душу.

Неожиданно девушка нахмурилась. От неприятно ослепившей ее догадки даже сердце ушло в пятки. От страха и неприятия. Как же она раньше не сообразила?! Ведь генерал ни словом не обмолвился о том, чтобы она тоже готовилась к полету. Это означало лишь одно — она останется здесь. Одна. И уже через каких-то четыре дня. Ее всю проморозило до костей. Она уже не могла без него, некогда самовлюблённого генерала, прожигавшего ее душу одним взглядом, причинявшего боль всего одним пренебрежительным жестом. Он нужен был ей любой. Как воздух, как вода. Что, едва обретя его, она должна смириться с долгим расставанием?! Непорядок. С этим нужно что-то делать! И срочно.

Собрав на поднос нехитрый и питательный обед, Рина решительно вошла в кабинет генерала с твердым намерением поговорить с ним о предстоящей экспедиции и спросить кое о чем, что тревожило ее и не давало покоя.

Торэ-Ин сидел в кресле за столом и пристально вглядывался то в один экран, то в другой, словно выискивал там нечто важное. На приход Рины он как всегда отреагировал лучезарной улыбкой и более интенсивным сиянием оболочки.

— Как успехи, мой генерал? — спросила девушка и поставила поднос на стол.

— Пока все по плану, любовь моя, — довольно промурлыкал он.

— А я есть в этом плане? — поинтересовалась она и отошла на безопасное расстояние, предчувствуя, каким цветом может вспыхнуть его кожа после ее слов.

— О чем ты? — выглядел генерал немного обескураженным.

— Я прошу тебя взять меня с собой в экспедицию, — сказала Рина и скрестила руки на груди.

Светлые широкие брови тэфрийца сошлись на переносице, легкая оранжевая рябь заволновалась на лице.

— Нет, милая.

— Почему? Я в курсе, что на борту будут и другие женщины — ваши медики, ученые. Корпус их служащих обширен. Они же ведь не прогуляться летят, а работать. Я тоже могла бы заняться тем, что умею лучше всего — пилотировать, — предложила Рина.

Генерал отрицательно покачал головой.

— Ты нужна мне здесь, Рина, в безопасности.

— Понимаешь, какое дело — в безопасности я буду чувствовать себя только рядом с тобой, — уверенно сообщила она.

— Это не обсуждается, милая, — вздохнул он.

— Тогда позволь мне вернуться к работе, — уголки ее губ на секунду дернулись вниз, и девушка воинственно приподняла подбородок. — Что делать мне, если моего непосредственного начальника не будет на месте? Сам назначил меня своим личным пилотом, а теперь…

Торэ-Ин грустно улыбнулся. Упрямая и непонятливая землянка!

— Нет, ведь теперь… Теперь у тебя иное предназначение, Рина. Хочешь, напомню какое?

Девушка на миг прищурилась. Торэ-Ин бросил на нее подозрительный взгляд и насторожился. Готовность и способность Рины отстоять свое мнение отчетливо читались на ее лице. И все в генерале вопило о том, что вот сейчас он подчиниться воле своей вейнари без лишних слов. Что интересно, задумала неугомонная девчонка?!

Рина решила действовать по-другому. Она расправила плечи и приосанилась. Ступая медленно и бесшумно как кошка, она обошла генерала, застывшего в недоумении. Пришла его очередь сузить глаза до щелок и напрячься. Рина приблизилась сзади, обняла своего мужчину за шею двумя руками, легонько коснулась губами его щеки и коварно зашептала в ухо:

— Сам подумай, Торэ-Ин. Я все время буду находиться у тебя на глазах, под твоим чутким руководством. А главное, буду под боком.

Он шумно выпустил воздух из легких, освободился из ее тёплых и таких родных объятий лишь для того, чтобы самому схватить в охапку непокорную соблазнительницу и усадить к себе на колени. Рина пискнула, не стесняясь ни своей радости, ни своего восторга. Зелёные, полыхающие огнем, глазищи с расширившимися черными зрачками сказали ему о многом. И как ни хотелось ему сжать девчонку в руках и довести ее до срыва голоса, дело он вынужден поставить на первый план. Вот только наступи ночь — и мало Рине не покажется. А то привыкнет таким методом вить из него веревки.

— А, знаешь, мне больше всего понравился пункт, где ты у меня под боком, милая.

— Ура! Значит, я лечу! — девушка хлопнула в ладоши, а потом обвила руками его шею и уткнулась в нее носом. — Благодарю, Торэ-Ин. Мне важно быть полезной, особенно я хочу тебе помочь. Ты смело можешь доверить мне прокладку курса. Посмотрим, что получилось у тебя и что получится у меня. Идет?

Отказать чертовке невозможно! С другой стороны — еще один проверенный боем пилот никогда не помешает. И да, она опять оказалась права, безопасность он мог ей гарантироваться только рядом с собой. Конечно, оставь он ее здесь, охрана была бы тут как тут. И боль от одной мысли о расставании ледяными иглами вонзалась в сердце. Правда, теперь нужно трястись над тем, чтобы девчонка не выкинула что-нибудь в своем репертуаре. Как тогда, бесстрашно ринулась ему в помощь на Арнасе, и тогда, когда проигнорировала его грубость перед приступом. Плутовка хитростью пробралась в комнату и отважилась на то, на что отважилась. Но где бы он тогда был, если бы не она?! Вполне возможно — на самом дне черного безумия. А где он сейчас? В эпицентре ее тепла, ласки и любви. Полон нежности к этой землянке с удивительными глазами, удивительным даром, отзывчивым сердцем и… язвительным языком. Рина собрала его воедино еще до того, как он сам это осознал.

— Идет. Что с тобой поделаешь? — наигранно вздохнул он. — Лучше проблема рядом, чем проблема далеко.

Она убрала руки с его шеи и возмущенно уперла их в бока.

— Ты меня проблемой считаешь, Торэ-Ин?

— Я, — начал он назидательно, не в силах сдержаться от искушения поддразнить Рину, — от своей вейнари ожидал покорности, а мне досталось самое беспокойное существо во Вселенной.

Она не подумала обидеться, зато лукаво усмехнулась и провокационно вздернула брови:

— Вселенной виднее, кого кому… эмм, дарить. Тебе, самодовольному и временами — уж прости — напыщенному тэфрийскому генералу, полезна была колоссальная встряска.

Он удовлетворенно фыркнул. Как же с Риной потрясающе легко. Ну и трудно, одновременно. Торэ-Ин хмыкнул, и его широкая ладонь обхватила шею девушки. И в этом, она права.

— И я ее получил, милая. Так что, Рина, дар Вселенной, как ты говоришь, я оценил по достоинству, и им вполне доволен. Да и ты я вижу тоже. Правда?

— И откуда тебе всё известно? — всплеснула она руками, улыбаясь самой бесподобной улыбкой, какую он видел в своей жизни — искренней, чистой и предназначавшейся только ему.

— Потому, дерзкая девчонка, что я люблю тебя! — выдохнул ей Торэ-Ин прямо в губы, прижимаясь к ним своими губами.

Рина охотно отозвалась на поцелуй, прижавшись к его груди, позволяя подчинить себя его воле, властвовать над своим ртом в его полное удовольствие. Их языки самозабвенно встретились в обжигающе страстном столкновении, сплетаясь, даря наслаждение, сжигая остатки воздуха и срывая дыхание.

С трудом отстранившись от Рины, Торэ-Ин невесомо коснулся ее губ подушечками пальцев, завел за ушко выбившуюся прядь волос и пристально всмотрелся в ее глаза. М-да, пожалуй, таким живым он не чувствовал себя за все годы своего сознательного существования.

— Можно я спрошу? — нерешительно пробормотала девушка.

Торэ-Ин обратился во внимание, ощущая внезапно навалившееся на нее беспокойство.

— Что тебя тревожит, милая?

— Ты ведь знаешь, моя семья погибла вся, — она отвела взгляд, однако Торэ-Ин подцепил пальцами ее подбородок, принуждая посмотреть в свои глаза. — Почему в материи Чаши, когда я в первый раз опустила в нее руку, отразилась моя мама?

— Считала твои воспоминания, — нахмурился генерал.

— Тогда почему я там сестру не видела? И… твое родовое Древо показало мне маму. Она была как наяву — руку протяни и коснешься. Что это может означать? — Рина закусила губу, напряженно ожидая ответа.

Торэ-Ин призадумался. Образы ушедших предков бережно хранились в Энэрве. Но только предков их расы. Общение же землянки с их Высшим разумом — это вообще на грани понимания.

— Если бы Энэрва просто считала с тебя информацию, то, несомненно, показала бы не только твою маму, но и всех кто был тебе дорог. Остается второй вариант — твоя мама вполне может оказаться жива. Иного объяснения я пока не вижу.

— Жива?! Но как такое может быть, Торэ-Ин? — Рина едва не задохнулась от нахлынувших на нее надежды, неверия и страха, что все это лишь ее глупые фантазии.

— Рина, — он обхватил ее личико своими ладонями, — я прошу не питать пока никаких иллюзий и отпустить ситуацию. Я же попытаюсь выяснить все возможное.

— Но ведь центр уничтожен и…

— Методы тебя не должны волновать. Главное — цель. Наберись терпения и будь готова к любому результату. Ты справишься?

Она кивнула, ощущая ростки истерики в душе. Второй раз узнать о гибели матери? Нет, кажется, она не справится. Предательская слезинка выкатилась из уголка глаза. И была тут же собрана тёплыми ласковыми губами генерала. Голова ее оказалась прижата к его груди, сильные руки успокаивающе поглаживали ее спину. И Рина действительно сумела взять под контроль свои беспокойные мысли. Нужно сосредоточиться на деле. Генералу нужны стойкие люди, способные в экстремальных ситуациях преодолевать панику, а не мямли. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, Рина подняла голову и смело взглянула в Торэ-Ина.

— Прости и спасибо. Теперь можно вводить меня в суть дела, — улыбнулась она.

— Вот и славно, любовь моя. Но только завтра с самого утра, Рина. Сегодня отдохни, — и, предвосхищая ее возражения, добавил: — Верь мне. Тем более, мне нужно внести коррективы по добавлению нового члена экипажа.

Глаза девушки вспыхнули неподдельной радостью, и она быстро соскочила с его колен.

— Я говорила, что обожаю тебя?

— Сегодня еще — нет, — наигранно надулся он.

— Так вот знай — я тебя обожаю, Торэ-Ин.

Рина уже в приподнятом настроении приблизилась к двери, когда ее догнал ехидный, полный торжества голос:

— Лучше ты мне ночью продемонстрируешь, как обожаешь меня.

Она застыла; щеки ее расцвели жестоким смущением. Под смех генерала она стремглав выскочила из кабинета, а он только и успел услышать приглушенное бормотание о том, какой он бесстыдный тип.

Покачав головой, Торэ-Ин углубился в расчеты. Когда поднялся с кресла, потирая шею и разминая плечи, подошел к окнам, и заметил в озере Рину. С чувством особого трепета наблюдал, как она уверенно рассекала водную гладь, ныряла и снова всплывала. Генералу остро захотелось оказаться вместе с ней, но он пока не мог отвлечь свои мысли. Будто услышав его отчаянное желание, Рина оглянулась, нашла глазами его фигуру и помахала рукой.

За оставшиеся дни до полета Торэ-Ин уже привык к тому, что Рина неизменно находилась при нем в кабинете и наравне с ним работала. А еще привык к тому, как девушка незаметно исчезала из кабинета и также незаметно появлялась в самый нужный момент то с подносом, на котором стояли чашки с дымящимся ароматным бодрящим чаем и ажурной корзинкой с выпечкой, то с блюдом маленьких бутербродов и стаканом сока. Ее искренняя забота согревала его душу.

Сам генерал корпел над расчетами, прогнозами и маршрутами. От обилия информации в базе данных из обсерватории голова шла кругом. Древние ученые накопили такой пласт знаний, что работы Императорской Академии хватит не на один год. Карты далеких галактик и неизвестных звездных систем с залежами металлов радовали и пугали одновременно. Так много их было.

Ближайшие несколько таких систем находились приблизительно в месяце полета, неделя обычно уходит на разведку и изучение планет, анализ климата и вероятности переносить его. Основными и обязательными условиями развертывания добычи являлись стабильность поверхности планеты и ее необитаемость. Никому не нужен был конфликт с местными обитателями, особенно если они были разумны. Еще одним условием, которому следовали тэфрийцы, было максимальное сохранение экосистемы планеты в процессе добычи. Необратимый урон был просто недопустим.

Оборудование, необходимое на первых порах, уже загружено в отсеки, платформы, механизмы и летательные аппараты проходят последнюю диагностику и вскоре займут в них же свои места. Экипаж, подобранный тщательнейшим образом, прошел инструктаж и готовился к предстартовому медосмотру. Такой же ожидал генерала и Рину.

Торэ-Ин снова поднял глаза на девушку. Ему нравилось наблюдать, как она работала. Ее усидчивости могли позавидовать многие тэфрийцы. Рина вдумчиво и скрупулезно изучала карты звездного неба, строение звездных систем, на планетах которых обнаружены залежи металлов, просчитывала возможность межпространственного прыжка в незнакомое пространство, сверяла координаты, вносила информацию в свой планшет. И если чего-то не понимала, не стеснялась спрашивать у генерала, и всегда внимательно слушала все его пояснения, вникая в суть дела. Она не интересовалась проложенным им курсом, но и свою версию держала в секрете. Пока, как сказала она как-то. Иногда она хмурилась, рассеянно водила стилусом по своим бровям, забывалась, забавно закладывая его за ухо. Вскакивала с кресла и, заложив руки за спину, медленно прохаживалась по периметру кабинета. От его предложений отдохнуть тактично отказывалась. На родном личике застывала глубокая задумчивость, когда Рина погружалась в расчеты. Когда же ей удавалось найти решение задачи, лицо ее светлело, и пальцы яростно порхали по поверхности планшета.

Специальная программа построения безопасных маршрутов выручала ее не раз. Исходя из полученных данных обсерватории, Рина проложила курс к самой близкорасположенной звездной системе — крошечной по своим размерам. И хотя на двух ее необитаемых планетах имелись достаточные залежи платины, а на третьей — серебра, девушка посчитала развертывание там добычи опасным. Конечно, не ее дело было заниматься сейсмологией, но… На всякий случай Рина просчитала альтернативный курс к другой системе, расположенной несколько отдаленно. Пусть они потеряют пару недель времени, зато добыча не сорвется из-за непредвиденных ситуаций, грозящих вероятными авариями.

За двое суток до старта генерал намекнул, что пора бы ей поделиться своими мыслями и изысканиями. И Рина охотно согласилась, правда, вынудив его спуститься в кои-то веки к столу и нормально пообедать. Широкая довольная усмешка блуждала по его губам на протяжении всего обеда, и к своей радости он осознал, насколько благодарен Рине за настойчивость. Девчонка умела стимулировать его.

В кабинете Торэ-Ин попытался усадить Рину к себе на колени, однако она извернулась и устроилась в кресле. Сохраняя самое серьезное выражение на лице, она прижала к себе планшет и нервно закусила губу, будто уже заранее собралась спорить.

— Показывай, что получилось.

Рина передала ему планшет, и Торэ-Ин с удивлением обнаружил курс, аналогичный выстроенному им самим, но с некоторыми поправками. Генерал хмыкнул. Девушка не зря так мучительно ломала голову, обнаружив просчеты в его курсе, и в некоторых моментах весьма критичные. Однозначно, они будут лететь ее маршрутом, более продуманным и более безопасным. Ожидая увидеть на ее лице выражение превосходства, он увидел только отблески беспокойства. Знать, не все она ему рассказала.

— Торэ-Ин, а мы можем потерпеть пару недель и не высаживаться на планетах именно этой звездной системы?

— Зачем, милая? Эта система ближе, а время для нас — крайне важно.

— Всё верно, только смотри, — девушка перегнулась через столик и открыла перед глазами генерала новый файл. — Планеты, где можно добывать металлы, да и не только, судя по сканеру обсерватории, обладают повышенной сейсмоактивностью. Не помешает ли это добыче?

Он всмотрелся в подробный и обстоятельный отчет девушки и глубоко задумался. Она подметила то, на что обратили его внимание ученые. Они правы, как и Рина. Риск имелся. Но их технологии позволили бы осуществить добычу в самых сложных условиях. Он был уверен в своих людях и оборудовании. И если придираться, то да — самая опасная и сложная задача первое бурение. Их случай. Конечно, сам бы он не рисковал. Да и императору об этом докладывалось. Но правителя не переубедить. Причин он не объяснял, но Торэ-Ин ощущал на подсознательном уровне, что чего-то он не знает.

Затем он увидел альтернативный курс, проложенный к другой звездной системе, идеально подходящей им. Рина времени даром не теряла, подошла ответственно к поставленной задаче. Но время играло против них. Правитель не желал ни секундой больше зависеть от землян. Все же, может, стоило попробовать еще раз убедить Императора? Торэ-Ин направил свою ладонь к Чаше и застыл, формируя свою мысль. Ответ пришел ему незамедлительно. Теперь стала понятна причина спешки — появились новые обстоятельства. Правительство Земли снова выдвигает вопиюще непростительные требования.

— Нет, милая, Императора уже не переубедить. Ему надоела постоянная зависимость от вашего правительства, — сказал Торэ-Ин.

— Или он не доверят моему мнению, — Рина понуро опустила плечи.

— Ты тут ни при чем, девочка. Тут другое. Очередное дикое требование землян вызвало шквал возмущений у всей Академии.

— Что еще они придумали? — сжала в волнении руки, понимая, что не желает слышать ответ.

— Они выстроили новый центр на какой-то малой планете в соседней с вами звездной системе.

— К-какой еще центр? — Рина подскочила и нервно заметалась по кабинету.

— Наряду с оговоренной охраной ваших границ, они теперь требуют охранять новый экспериментальный центр, но, зная о наших способностях влияния на сознание, и принять участие в варварских опытах, — Торэ-Ин старался говорить ровно и бесстрастно, только чтобы не расстроить Рину. Она же, будучи догадливой девушкой, поняла всё.

— Над такими как я? — сипло спросила она.

— И не только, — он встал и подошел к Рине. Обхватил ее плечи, заставляя остановиться, и обнял.

— Быстро же они очухались… — пробормотала она растерянно. — Как должно быть ужасно ты себя чувствовал, узнав, кто предназначен тебе в вейнари.

Торэ-Ин развернул ее лицом к себе и коснулся ее щеки. Она накрыла его ладонь своей и спрятала расстроенное лицо.

— Молчи. Большинство землян не несут ответственности за деяния вашего правительства.

— Зато как нельзя лучше оно характеризуют сущность представителей моей расы, — горько отозвалась она и посмотрела генералу в глаза. — Так вы расторгаете договора на охрану?

— Нет, но условия нам никто диктовать уже не будет, милая. Нам требуется преимущество.

— И чем раньше, тем лучше, — закончила она его мысль, чем вызвала легкую улыбку на губах генерала. — Торэ-Ин, могу я перед отлетом кое-что подарить Дизе и Лазату?

— А мне? — ревниво спросил он, запуская пальцы в волосы девушки, слегка сжимая кулак и принуждая ее приподнять голову. — Мне тебе нечего подарить?

— У тебя уже есть подарок в виде меня, — улыбнулась она одним уголком губ. — Тут другое.

Но, не вняв ее словами, глаза генерала опасно прищурились; жадные губы прикусили нежную кожу на подбородке. Сладкая ласка рассыпала по клеточкам девушки жар желания. И ее мужчина знал, как пробудить его. За столь короткое время, он успел изучить ее слабые места и без зазрения совести пользовался этим. Сейчас не время отвлекаться от работы, а потому Рина уперла ладони в плечи генерала и с трудом отстранилась. Просящим взглядом уставилась в его глаза.

— Ладно. Какой именно подарок?

— Узнать из Чаши, что с их родными и рассказать им об этом?

Светлые брови Торэ-Ина удивленно выгнулись вверх. Необычно. Генерал хмыкнул.

— Можешь, но не сделаешь ли ты им хуже? Они уже привыкли, и им станет только больнее. Разве нет?

Рина отошла к окну и задумалась всего на миг. Оперлась плечом о стену и устремила взор куда-то вдаль.

— Невозможно привыкнуть жить без важной части себя самого. Но я, конечно же, спрошу их мнение. Может вполне оказаться так, что им это не нужно.

— Хорошо, Рина, — кивнул генерал.

— Торэ-Ин, а бывает так, что связь вейнари разрывается, когда теряется пара? — неожиданно для самой себя спросила девушка и повернула голову.

Торэ-Ин нервно дернул плечом.

— Бывает, Рина. Такую утрату ощущают все — от мала до велика. Приток энергии от такой пары, как ты понимаешь, прекращается. Мой наставник, Сао-Ирс, потерял на Арнасе свою вейнари и сына очень давно. Они работали там и погибли во время землетрясения. Их завалило на глубине в трещине. Их нашли быстро, но даже медикапса не справилась. С тех пор он не жалует эту планету. На Тэфрине он стал почти отшельником. Редко посещает двор при Императоре, участвуя только в мероприятиях особой важности.

Рина молчала.

— Чего притихла?

— Знаешь, Диза тоже потеряла свою пару и пыталась наложить на себя руки.

Торэ-Ин подошел к ней и притянул к своей груди ее спину. Шумно вдохнул ее непередаваемый аромат, уткнув нос прямо в шею. Странно, но он больше не ощущал неприязни к своей прислуге. С появлением Рины, эти двое не выглядели так, словно их собирались испепелить на месте, не вжимали головы в плечи, говорили более четко и иногда лица их светлели. Рина как целебный бальзам, готова всем помочь. И какое счастье, что она есть только у него.

— А что с Лазатом произошло? — неожиданно совершенно искренне спросил он.

— У него погибла дочь по вине какого-то молодого и очень амбициозного ученого, с которым они вместе работали. Энэрва наказала виновника, но… но ведь сердце отца невозможно успокоить, когда отнявший у него любимое чадо продолжал дышать. В этом, пожалуй, некоторые тэфрийцы от землян мало чем отличаются. Дети для большинства обычных нормальных людей — это святое и неприкасаемое. Любой родитель бросится защищать свое дитя, потому что оно — его будущее. Как у нас говорят, дети — цветы жизни.

Торэ-Ин коснулся губами макушки Рины и добавил:

— И бессмертие, моя девочка.

Рина развернулась, чмокнула генерала в щеку и вновь выскользнула из его объятий, пытаясь скрыть свою дрожь. С трудом подавляла в себе неприличное желание сорвать с мужчины и с себя всю одежду, пустить свои ладони в путешествие по его гибкому телу, ощутить сильные и одновременно нежные руки на своем теле. Рина тряхнула головой, прогоняя морок. Тут у них вагон работы, а она мечтает любовью заняться прямо тут и сейчас. Из нее получилась какая-то распутная девка! Отошла от тэфрийца на безопасное расстояние, лишь бы не чувствовать жар его тела.

— А бывает, чтобы после утраты пары, кто-то пытался соединить свою жизнь с другим?

— Скорее нет, чем да. Но чего не случается во Вселенной, — вздохнул Торэ-Ин.

— Например, великий потомок тэфрийской цивилизации и ненормальная землянка? — брякнула и застыла, понимая, что нечаянно спровоцировала генерала.

И едва плотоядное, хищное выражение поселилось на его лице, а губы растянулись в опасной улыбке, она уже знала — сегодня, сейчас она не в силах сопротивляться себе самой. Предвкушение затуманило ее разум, взбудоражило ее нервы.

— Помнишь, что я говорил о твоём языке? — одна его бровь высоко взлетела вверх.

Он остро почуял ее возбуждение и раздул ноздри. Однако девушка не подумала смутиться, выгнула свою черную бровь в его же манере и провокационно провела своим сладким язычком по нижней губе.

— Ну давай, Торэ-Ин, доберись до моего языка, — сощурившись, Рина отметила, как живо заиграла его оболочка, как вновь голубые миниатюрные молнии засновали по ней. Это было обещанием того, чего она добивалась.

— Дерзкая девчонка! Я сейчас доберусь не только до твоего языка, — прохрипел он, в мгновение ока очутившись рядом с Риной.

Она звонко и довольно взвизгнула, когда он подхватил ее под ягодицы и приподнял над полом. Ноги коварной соблазнительницы обвились вокруг его талии, и он уселся на диван. Великая Энэрва! Он никогда не думал, что окажется таким ненасытным. А Риной насытиться просто невозможно. Она наполняла его светом и теплом, какой-то исцеляющей искрящейся энергией, которую хотелось пить снова и снова. Каждая их ночь сопровождалась таким невероятным всплеском силы и сумасшедшим вбросом ее в материю Энэрвы, что он едва мог удерживать ее стабильным ровным потоком. Как и говорил Максар, такими темпами на Тэфрии вскоре может ожидаться пик рождаемости.

Нетерпеливо рыча, содрал с нее майку. Слегка отклонил девушку назад, вынуждая ее схватить его за плечи. Впившись губами в ее рот, он уже ощущал, как руки Рины освобождают его от верхней части одежды. Оторвался от ее мягких губ лишь для того чтобы напасть на ее грудь. Прикусывал то один набухший сосок, то второй и тут же языком зализывал места укусов. Рина отчаянно застонала, погрузив пальцы в его волосы и притягивая голову на себя. Когда место коварного жадного языка заняли его теплые большие ладони, нежно сжимающие упругие холмики груди, а большие пальцы производили круговые движения по ареоле соска, дыхание Рины участилось. На шее вздулась венка, привлекая внимание неутомимых ласковых губ. Оставив в покое ее грудь, Торэ-Ин обвил руками ее за талию и уложил на спину. Помог ей избавиться от обтягивающих легинсов и торжествующе засмеялся, когда Рина завозилась с его брюками. Он облегчил ей задачу и устроился рядом, нависая над ней. Лицо ее разрумянилось, глаза затянуло поволокой, и призывно приоткрылись губы. Жарким поцелуем вжался в них, одновременно ведя ладонью от самой шеи вдоль холмика груди. На миг, задержавшись на животе, пальцы скользнули в уже горячее и влажное лоно.

Рина думала, что сойдет с ума. Торэ-Ин мучил ее, доводя до исступления и острого наслаждения. Он уверено подводил ее к самому пику, но лишал настоящей жизненно нужной разрядки. Горело все тело, обласканное его губами, языком и руками. Между ног бушевал настоящий жестокий вулкан. А когда она, распаленная до предела, направила свою ладонь вдоль его живота вниз, Торэ-Ин гортанно рассмеялся у самых ее губ, остановив ее проказливую нетерпеливую руку.

— Проси, — потребовал он, глядя в глаза Рины.

— Пощады, Торэ-Ин, — едва вытолкала с распухших губ мольбу.

— Не то, — хищный оскал обнажил белые зубы.

— Любви.

— Уже теплее, — испепеляющая дорожка мелких поцелуев от уха по шее, вдоль ключицы прямо к груди, беспощадное пленение губами соска и легкий захват его зубами заставили девушку под ним выгнуться дугой, прижаться разгоряченным телом к его телу.

— Тебя! Тебя хочу, Торэ-Ин! — рваное дыхание Рины пробудило в нем бурю.

И он дал Рине то, о чем она молила. В это поздний вечер работу была успешно отодвинута на второй план и забыта. Ибо двое, потеряв ощущение времени и пространства, щедро одаривали друг друга взаимными ласками. Утонув друг в друге, они слились в единое целое, узнавая границы своей энергии любви и не находя их.