Глава 19

…Её руки были скованны за спиной. Обожжённое плечо, сверкающее своей краснотой через поврежденный рукав. Бледное лицо с дорожками слез по щекам. Огромные зеленые глаза и дрожащие губы. Жуткий ошейник на шее.

Черные пятна, перемежаясь с ослепительно-белыми, выткались в пелену, павшую на зрение Торэ-Ина. Болезненная судорога сжала его сердце. Гнев и желание убить клокотал в нем с такой силой, которая могла бы успешно потягаться с мощью той планеты, что тогда чуть не погубила их экспедицию. Никогда еще Торэ-Ин не чувствовал себя таким раздавленным. Ярость раздавила в нем все светлое, что прививалось с детства, впитывалось с молоком матери и внедрялось вместе энергиями Энэрвы. Все запреты не причинять любому живому разумному существу зла слетели вмиг, стоило увидеть, что похититель сделал с его Риной. Стоило разок заглянуть в его прогнившее нутро и понять, что он намеревался с ней сотворить еще. Это существо не заслужило прощения. И никто не ведал, чего стоило генералу пересилить себя и попытаться сохранить ему жизнь. У этого землянина будет всего одна попытка. Ибо если сейчас он сорвется, его драгоценная вейнари, его любимая землянка погибнет. Он должен действовать быстро и осторожно.

— Тим, — обратился к нему Торэ-Ин, — ты ведь хочешь жить?

Человек презрительно дернул бровью.

— Хочу, но не с твоей подачи. Всего одно неверное движение — и я убью ее.

Генерал выставил вперед руки с раскрытыми ладонями, демонстрируя свою безоружность. И только незнающие, могли подумать, что он неопасен. Именно сейчас он балансировал на краю и был готов испепелить каждого, кто посмеет вмешаться.

— Отпусти девушку, — мягко сказал генерал.

— Всем отойти, — Тим прикрылся Риной, заставив ноздри тэфрийца затрепетать, стоило дернуть голову девчонки назад.

— Не делай глупостей, — глухо прохрипела она. — У тебя еще есть шанс…

— Остаться в живых, — окончил за нее Торэ-Ин. — Отпусти ее, и уйдешь целым.

— Не губи себя, — вмешался человек за спиной тэфрийца.

— Подчинись, Тим, — увещевал его Болтов.

На мгновение Тим прижал руку, державшую оружие к своему горящему лбу, а потом направил дуло на стоящих впереди людей, опираясь на плечо девчонки. Вызвать огонь в своих руках не было возможности. Да и силы его были на пределе. Сопротивление воле этого тэфрийца и создание вокруг себя купола защиты, истощили его.

— Заткнитесь все!

— Отпусти ее, Тим, или…

— Или что? — в неверной руке Тима точка прицела дергано плясала по широкой груди инопланетянина. Рина вжала голову в плечи, а Тим буквально кожей ощутил ее мимолетный страх.

— Или я выжгу тебе сознание, — последовал короткий ответ тэфрийца, чеканящего каждое слова.

— Попробуй! — он не понимал, отчего до сих пор не расстрелял тут всех, пока до него не дошло — этот инопланетянин реально давал ему шанс одуматься. Именно он рассеивал его внимание, отвлекал от единственно правильной мысли. Тим презрительно фыркнул — путь подавится своим шансом! Очевидно, прочитав выражение его лица, тэфриец сделал свои выводы, потому что слабость в руке отняла последнюю возможность держать оружие навесу. Проклятие!

Когда Тим отбросил оружие, кажется, Болтов облегченно перевел дыхание. Рано, мстительно подумал Тим и с ненавистью прошипел:

— Всем отойти, или я перережу ей глотку.

Глаза Рины расширились еще больше, когда раздался щелчок и острое тонкое лезвие застыло под самым ее подбородком. Тим с силой надавил на ее плечо, принуждая опуститься на колени. Болтов и команда вообще стояли, словно молнией пораженные. И только переводили обалдевшие взгляды с Тима, у которого нервно дергался мускул под глазом, на тэфрийца, внешне казавшегося невозмутимым. И обратно. Они не смели проронить ни звука, будто любое слово, сказанное ими, заставит мир рассыпаться на мелкие кусочки. Напряжение, витавшее в воздухе, заставляло каждый нерв искрить, и каждую мышцу леденеть.

— И ты отойди! — крикнул Тим тэфрийцу, безумно сверкнув белками глаз, заметив как у того поджались губы и вздулись мышцы на руках.

— Пока я еще не передумал, Тим… — покачал головой генерал. Этот человек даже не сознавал, что собственными руками сокращает себе жизнь.

— Три шага назад или я… — Тим нажал на лезвие, глядя прямо в фиолетовые глаза тэфрийца.

Во рту появился густой металлический привкус, что-то горячее и липкое полилось из носа, что-то такое же горячее и почему-то красное замутило его зрение. Пульс бешено стучал в висках, ощущение, словно в его голове и во всем теле постепенно нарастала температура, раскаляющая кровь, выжигающая внутренности и мышцы, заставило его не на шутку испугаться. Но он не успел. Перед глазами рассыпался букет огненных искр, за ним возникло видение расколотого надвое арбуза, и темнота поглотила его сознание.

Этот человек не достоин ни прощения, ни тем более жизни. Чтобы принять молниеносное, пусть и безжалостное решение, генералу хватило всего раз увидеть, как тоненькая алая струйка крови поползла по коже Рины. Это видение итак будет перед его глазами до конца дней. Да простит его Великая Энэрва, он не мог поступить иначе. Оставь Торэ-Ин Тима в живых, это ничего бы не изменило. Но тянуть дальше было некуда. В опасности была его вейнари и их дитя.

Нож с глухим звуком упал на пол, а следом рядом соскользнул и Тим. Совсем тихо, без единого стона. Просто упал и будто заснул. Рина медленно повернула голову в его сторону и только сейчас поняла, что все это время не дышала. Она боялась, что Тим выстрелит в ее генерала. Но Торэ-Ин не дрогнул. Он до последнего пытался внушить Тиму здравую мысль и действительно хотел пощадить его. Ненависть и жажда мести затмили голову этого несчастного человека, не дав ему ни единого шанса.

С трудом поднявшись с колен, Рина с жалобным стоном рванулась к генералу. Ноги подвели ее, но сильные и такие знакомые руки Торэ-Ина не дали упасть; он в один миг подхватил ее и прижал к родной груди.

— Прости меня, Рина. Я едва не потерял вас обоих, — едва слышно зашептал он, осыпая поцелуями ее лицо.

— Тебе пришлось поступиться принципами вашей цивилизации, — горестно бормотала она в ответ, — я причина тому и я сожалею. Тебя теперь накажут?

— Не нужно сожалеть. Он выбрал свой путь, а я не мог позволить ему причинить тебе вред. Ради твоего спасения, я готов на всё. Не важно, чего бы мне это стоило, слышишь? — он крепко держал ее в своих объятиях, ощущая нервную дрожь, бившую ее теперь. Его вейнари искренне волновалась за его судьбу, считая себя виноватой. Глупая. Он ведь спасал свое сердце, которым она стала с тех самых пор, когда он понял, что любит ее, свою чудесную невероятную землянку. А спасение будущего всей расы в данном случае прилагалось как само собой разумеющееся.

— Я верила, ты придешь. Спасибо, Торэ-Ин.

— Я тебя больше никогда в жизни одну не оставлю, — шептал он у самого ее виска, невесомо касаясь губами волос. — Как ты себя чувствуешь, любовь моя?

— Наручники. Ошейник. И мне бы в медикапсу. Переживаю из-за малыша, — негромко сказала она.

— Ключи у Тима в карманах были, — быстро среагировал Болтов на слова Рины и склонился над неподвижным телом. Быстро обшарил карманы и извлек магнитный чип от ошейника и похожий от наручников.

Торэ-Ин нехотя отстранился от Рины, но только ради того, чтобы снять мерзкий ошейник и освободить руки девушки. Рина всего секунду терла запястья, а потом обвила его шею. И все в нем, казалось, каждая клеточка ожила, хотя и разлука была совсем краткой. Торэ-Ин жарко поцеловал девушку в губы и посмотрел прямо в глаза. Увидев нечто такое, о чем имел понятие только он сам, генерал на мгновение прикрыл свои глаза и облегченно выдохнул:

— С нашим ребенком все хорошо. Правда, энергетика у него странная. Плотная какая-то. Как и у тебя в тот миг, когда ты сообщала мне о беременности, милая.

Рина настороженно нахмурила брови и дрожащим голосом спросила:

— Это плохо?

— Думаю, нет. Когда вернемся, сразу пойдем к Максару. Он проведет более глубокое обследование.

Девушка прижалась щекой к щеке генерала и шмыгнула носом. А когда он подхватил ее на руки, словно пушинку, положила голову ему на грудь:

— Мне было так страшно, Торэ-Ин. За тебя, за нас…

— Все уже позади, — приговаривал он, быстро шагая в медотсек. Бережно опустив ее в медикапсу, он хотел было закрыть купол, как Рина схватила его за руку и прижала его ладонь к своей щеке.

Генерал присел на корточки, заметив неподдельное беспокойство в глазах Рины. Он отобрал свою руку для того, чтобы погладить ее по голове.

— Верь мне, все хорошо. Пока будет идти сканирование, расскажи мне о своих… хм, я так понимаю, друзьях.

Она кивнула и послушно откинулась на спину.

— Торэ-Ин, это капитан погибшего судна сопровождения «Маяк» Максим Болтов и моя прежняя команда. Макс, ребята, это мой вейнари, то есть муж, — сказала Рина и улыбнулась.

На секунду оторвав взгляд от экрана, куда выводились результаты обследования, Торэ-Ин благодарно кивнул в сторону расположившегося экипажа.

— Ваше неподчинение Тиму пошло нам на руку. Благодарю всех вас.

— Но как вы вообще попали на это судно? — искренне поразилась Рина.

Старпом горько хмыкнул, а Макс почесал затылок и заговорил:

— После твоего ареста, нас всех допросили. Сама понимаешь, выжали все, что могли. Тебя этапировали, нашу команду посчитали ненадежной и, предварительно взяв подписку о неразглашении, расформировали. Каждый из нас лишился средств к существованию. Первое время перебивались кто, как мог. Потом пришла весть о том, что станция Лета уничтожена. Не зная подробностей, мы решили, что погибла и ты. Через какое-то время нас всех снова собрали и назначили на судно, командовал которым Тим. Он предупредил нас о своих способностях и для нашего успокоения показал браслет подчинения. Как оказалось, он уже давно разобрался с ним. Мы должны были доставить его и правительственного агента с охраной в планетарную систему тэфрийцев. Задача была поставлена четкая — вернуть очень опасного анорма, выжившего при нападении на судно-транспортировщик и по ошибке попавшего к тэфрийцам. Нас уверили, что все в рамках закона.

— Каково же было наше удивление, — добавил старпом Мэтью Сандерс, — когда Тим и Коллинз притащили на судно тебя — скованную, бесчувственную, с этим проклятым ошейником на шее. Мерзость какая!

— Решение созрело у меня в одну секунду, — задумчиво разглядывая то капитана Янга, то генерала, сказал Макс, — я не мог допустить гибели той, кто спас всех нас от участи стать обедом норгов.

— И мы поддержали, — отозвалась Лина. — Времени на план не было. Импровизировали.

Джереми Янг сглотнул. Вот когда-то и ему пришлось довериться анорму. Сегодня, сейчас Янг не жалел о своем поступке, когда освободил Рину от ошейника и позволил ей управлять челноком. Тогда она также спасла остатки его экипажа и часть заключенных, хотя могла уничтожить их всех буквально по щелчку пальца. И вместо трибунала и приговора каждый из спасенных получил бесценный дар — шанс жить. Жить рядом с загадочной, гордой и местами такой понятной расой тэфрийцев, проникаться их мудростью и впитывать знания.

— Вы, ребята, рискуете попасть под гнев правительства, — приглушенно сказала Рина.

— Что нас там ждет, Рина? — спросил Мэтью. — Очередной допрос? Приговор? И жалкое существование…

— Капитана вон лицензии сразу лишили, — мотнула головой Лина. — Так что терять каждому из нас особо нечего.

— А как же твоя семья, Макс? — Рина даже приподнялась на локтях. — Что же будет с ними?

— Я давно уже перевез их. Спрятал. На планете Сату, — невесело улыбнулся Болтов.

— Спрятал? — купол медикапсы поднялся, и Рина села. К ней тут же подсел генерал и накинул на плечи свой китель. Девушка укуталась в него до самого подбородка и, вцепившись в плечо генерала, прижалась к нему.

Макс нервно потер ладонью о ладонь, покосился на ребят и как на духу выложил:

— Я ведь знал о тебе, Рина. Знал о твоих способностях.

— Что?! — несколько голосов одномоментно разрезали воздух.

— Моя жена такой же анорм, — только и выдавил он, опуская глаза.

Янг негромко хмыкнул.

— И вы не заявили, куда надо? — не удержался он от вопроса.

— С ума сошли?! Да как бы я мог? Моя Светланка от стольких передряг меня спасла, что не счесть. Я живой-то несколько раз только благодаря ей. Если не считать того полета Риной.

— Обалдеть! — выдохнула Рина.

— Капитан Янг, думаю, нам пора возвращаться. И сообщите, что у нас все хорошо, — скомандовал генерал Янгу.

Тот кивнул и отправился в кабину пилотов. А Торэ-Ин, обвел пронзительным взглядом присутствующих и обратился непосредственно к Болтову.

— Если вы не имеете ничего против, можете забрать свою семью и устроиться на Тэфрии. Это же предложение касается и остальных. В случае необходимости, мы поможем доставить ваших родных сюда.

У Макса отвисла челюсть, остальные члены экипажа словно окаменели.

— Но почему? — сумел проблеять Макс.

— Это всего лишь мизерная плата за вашу помощь, — коротко отозвался генерал.

— Это просто здорово! — вскричала Лина, хлопнув в ладоши.

— Не то слово, — выдохнул Мэтью.

Еще до того, как с губ Рины сорвалась просьба оставить их с генералом для разговора, из пилотного отсека раздался голос Янга:

— Ребята, идемте ко мне. Я вам расскажу об этой системе и как тут у нас все устроено.

— Вам есть о чем спросить капитана, — согласно кивнула Рина, втайне улыбаясь своим мыслям.

— Поворкуйте, — хихикнула Лина и бросила завистливый взгляд на парочку, которая не в силах была отлепиться друг от друга.

Макс с Мэтью ушли вперед и утянули с собой Лину. Рина же подняла лицо к генералу и, проглотив горький ком, обеспокоенно спросила:

— Как там… наш дом? Как там все…

Торэ-Ин обхватил ладонями лицо Рины и вытер подушечками больших пальцев покатившиеся слезы. Коснувшись своими губами дрожащих губ Рины, он обнял девушку и прижал к своей груди.

— Дома, увы, нет, милая. Я выстрою тебе новый, если пожелаешь. Капитан Янг вместе с твоими друзьями весьма вовремя решил навестить тебя, потому и успел с помощью. Диза жива, Лазат и Вальсат пострадали более серьезно. Но не волнуйся, с ними все будет в порядке, — уверенно сказал Торэ-Ин.

— А что… с правительственным агентом? И как вообще та ситуация разрешилась?

Генерал приподнял уголок своих губ и негромко начал рассказывать:

— Он остался жив только благодаря Императору. Наш правитель вышел на связь с вашим правительством и пригрозил им межгалактической войной. А он может быть очень убедителен. Он предупредил их, что если опыты над необычными людьми продолжаться, то договор на охрану ваших границ от норгов будет аннулирован. Если они хотят защиты от голодных кровожадных тварей, сами должны вернуть себе человечность. Должны научиться слышать каждого своего гражданина и понимать его нужды, пусть даже этот человек обладает рядом уникальных способностей. Он внушил им, что отныне они находятся под зорким наблюдением и не менее жестким контролем. А что до металлов… Как только земляне посмели шантажировать Императора, тот сообщил им, что в поставках металлов с Земли мы более не нуждаемся. Так что ваше правительство взяло время на принятие решения. Хотя оно итак очевидно. В случае нарушения любого из пунктов нового соглашения, могут быть применены самые жестокие меры.

— Понятно, — выдохнула она с чувством некоторого облегчения. — Им придется потрудиться и перестроить образ своего мышления. Это ломка сознания, Торэ-Ин. Люди не всегда с достоинством могут выдержать такие испытания.

— Мы будем рядом. Если понадобится — поможем.

— А помнится, один самодовольный тэфрийский генерал уверял меня, что мы, земляне, всё должны сделать сами, — лукаво сказала Рина.

— Ты… Великая Энэрва! Как же мне было без тебя плохо, Рина!

— Ты не видел меня всего пару часов.

— Если бы не твое положение, я бы показал тебе, что чувствовал, милая. Это невыносимая пытка.

Рина услышала неподдельную боль и горечь в голосе Торэ-Ина, увидела настоящую му́ку в глазах. Ладонь девушки легла на горячую щеку генерала, отчего мягкое золотистое сияние снова разлилось рядом.

— Я верю. И больше не хочу, чтобы ты страдал, Торэ-Ин. Я люблю тебя, мой вейнари, — просто сказала она.

Брови генерала разгладились; он обвил рукой талию Рины и усадил к себе на колени. Как мало, оказывается ему нужно для счастья — простое признание девушки, которую он когда-то считал недостойной себя. А сейчас не видел себя без нее. Широкая ладонь скользнула Рине на живот, и Торэ-Ин удовлетворенно прикрыл веки. Сплошная радость сжимать в своих руках любимую женщину, которая вскоре подарит им малыша. Однако, все же генерала немного настораживала плотность энергетической оболочки Рины и ребенка. Надо будет разузнать все у отца и у Максара, что бы это могло значить.

— И все же ты какая-то другая, Рина, — прошептал ей в ухо Торэ-Ин. — Летим домой.

— Домой? — она вопросительно глянула на него.

— Ты ведь знаешь, где твой настоящий дом? — вкрадчиво спросил он.

От его пронзительного шепота по коже Рины побежала дрожь. Перед внутренним взором появился большой светлый дом, а за ним — ажурная пагода с Древом Жизни и источником силы всего их народа.

— Знаю.

За короткое время, что они летели к Тэфрии, слова генерала об ее энергетике не выходили из головы Рины. Как-то совсем неосознанно она терла большим пальцем свое запястье с венчальным браслетом, а потом нечто заставило ее опустить глаза вниз. На секунду зажмурившись, Рина глубоко и спокойно вздохнула. Да, всё так, как и должно быть. Мгновение неверия длились недолго, когда память напомнила ей слова генерала о детях в тех семьях, к которым он принадлежал. Стоило заглянуть в себя и направить энергетическую ниточку глубоко внутрь, как она поняла причину, по которой генерал считал ее другой. Как только это знание пришло, бутон на ее запястье раздвоился. Переливаясь драгоценным перламутром тугие искрящиеся бутоны казались настолько живыми и упругими, как будто через пару секунд раскроются, выпустив нежные цветки. Рина едва сдерживалась, чтобы широкая довольная улыбка от накатившей радости и счастья не разодрала ей губы. Такую новость тэфрийцы вряд ли примут на веру без доказательств, а потому Рина решила поведать ее в присутствии медика после тщательного осмотра, чтобы не быть голословной.

Прилетев на Тэфрию, генерал распорядился привести в чувство оставшихся в живых наемников и присоединить их правительственному агенту с его охраной. А после отправить восвояси с целой петицией требований и претензий. Янгу же поручалось устроить Болтова с его командой в городке, где жили земляне после проведения медицинского осмотра. А затем организовать доставку их родных и близких на Тэфрию.

Спустя всего час, Рина уже находилась под покровительством Максара в медицинском корпусе Императорской Академии. Там девушку ожидали Иро-Иту и Тайри-Ану. Выглядели они весьма обеспокоенными. Тревога сошла с их лиц лишь в тот момент, когда Торэ-Ин, крепко обнимая Рину за плечи, ввел ее в светлое просторное помещение. В передней части его располагались диван с креслами и низкий столик. За белоснежной ширмой стояла огромная медикапса с развернувшимся в воздухе интерактивным экраном. Устройство находилось в режиме ожидания. Рядом на крутящемся стуле с круглым сидением и спинкой сидел Максар.

— Наконец-то! — воскликнул он. — Я не мог найти себе места, когда ты сообщил об обследовании подобного рода.

— Подождите немного, — вмешалась Тайри-Ану, вскакивая с дивана и бросаясь к Рине. — Как ты девочка? То, что произошло — просто верх цинизма и подлости.

— Все хорошо. Торэ-Ин обещал найти и вернуть меня, он свое слово сдержал. Я — в надежных руках, — улыбнулась Рина, обнимая женщину.

— Чем раньше мы убедимся, что с Риной и малышом всё хорошо, тем лучше, — вставил свое веское слово Иро-Иту, хотя пальцы самого нервно барабанили по подлокотнику кресла.

— И даже больше, — загадочно сказала Рина, блаженно улыбаясь и ощущая, как пружинила в ней новая энергия.

— Вот именно, — сказал Максар, подводя ее к медикапсе и усаживая на нее. Он посветил ей лучом крошечного фонарика в оба глаза, пощупал за ушами и только потом перевел удивленный взгляд на нее. — То есть — больше? Что ты имеешь в виду?

Генерал подозрительно прищурился, глядя, как лицо его вейнари так и сияло счастьем. И какой-то одной ведомой ей тайной.

— Что с тобой, любовь моя? — он оттеснил Максара и взял ее за обе руки.

— Их двое, — ответила она, глядя прямо в глаза генерала.

— Кого, милая? — он склонил голову набок, не совсем понимая смысл ее слов.

— У нас будет не один ребенок, Торэ-Ин, а двое. Судя по всему, близнецы, — сказала и застыла.

Генерал нахмурился, пытаясь понять, шутит она или нет. Тайри-Ану перехватила руку мужа так сильно, что тот заскрипел зубами. Вдвоем они приблизились к медикапсе.

— Этого не может быть! — засуетился Максар, нажимая какие-то значки на экране и запуская устройство. — Рина, таким не шутят, — строго выговорил медик. — У тэфрийцев не может родиться одномоментно двое детей — это раз. И у представителей таких родов как Леорса и Варт может родиться только один ребенок в принципе — это два.

— Но ведь я не тэфрийка, правда? — слегка приподняла брови девушка, не отводя глаз с лица генерала.

— Как ты это поняла, милая? — спросил он.

Рина освободила свою руку и вывернула напоказ свое запястье. Четверо тэфрийцев вытаращились на ее браслет, где все также поблескивали два крупных бутона. Торэ-Ин вслед на ней задрал рукав своего кителя и приставил свое запястье к ее. На его широком запястье красовались такие же полные бутоны.

— Великая… Энэрва! — выдохнула Тайри-Ану.

Когда тэфрийцы осознали случившееся, кожа их заискрилась. Причем даже, казалось бы, сторонний Максар сверкал, так что ночью не потребовалось бы освещения.

— Ну, всё! Что вы, что вы! Засверкали они, засияли! — расхохоталась Рина, всплеснув руками, одну из которых с трудом вырвала из пальцев генерала.

Торэ-Ин довольно зажмурился, осторожно дернул Рину на себя и заключил в сильные объятия.

— Ты — мое чудо, Рина, — выдохнул ей прямо в губы.

— Сразу две ниточки! Две! — вскричала вне себя от радости Тайри-Ану, приплясывая рядом с мужем.

Тот не мог больше сдерживаться, а уже улыбался от уха до уха.

— Почему, Рина? — горячо шептал генерал, прижимаясь лбом ко лбу девушки. — Ведь такого никогда не было.

— Ну, так и отсталой землянки, назначенной в вейнари великому тэфрийскому и неотразимому лорду, тоже никогда не было, — ответила она и трепетно коснулась своей щекой щеки генерала.

Рядом весело хмыкнул Максар, Иро-Иту пофыркивал, сдерживая смех. Зато мама генерала застыла от ее слов и удивленно выгнула брови. Смущенно кашлянула, очевидно, приняв часть ее слов на свой счет.

— Надоело бороться с твоим языком, Рина, — прошипел Торэ-Ин и впился губами в ее рот. Уж лучше зацеловать ее до беспамятства и овладеть вредным злым языком. Где-то справа захихикала мама, и Торэ-Ин не узнал своей ранее истеричной матери. С трудом оторвавшись от Рины, Торэ-Ин все же помог ей улечься в медикапсу и держал за руку, крепко переплетя свои пальцы с ее пальцами.

— И все же, Рина, почему двое? — спросил ее Иро-Иту.

— А разве у землян, которые тут живут, двоен никогда не рождалось? — сорвался у нее вопрос.

Максар почесал затылок и виновато улыбнулся, и девушка поняла, что тэфрийцы особо не интересовались, какие дети рождались у землян. Ладно, это уже в прошлом, пронеслось в ее мыслях.

— Итак? — спросил медик, в котором вспыхнул азарт ученого.

По команде его пальцев над Риной выдвинулась сканирующая планка и до того, как она начала свое движение, Максар подсоединил датчики к запястьям Рины, ее щиколоткам, груди и животу. Незаметное крошечное устройство быстро произвело укол, чтобы взять на анализ кровь.

— У земных женщин такое явление — не редкость. А еще, наверно, потому что моя мама из близнецов. Жаль, мамина сестра погибла в раннем возрасте, почти девочкой, — на секунду вертикальная складочка пролегла между бровями Рины. — А может потому, что на данном этапе тэфрийской цивилизации и истории — двое нужнее одного. Ведь тогда связь рода с Энэрвой окажется намного сильнее, верно?

— Оказывается, отсталые землянки могут быть мудрыми, — задумчиво подначил ее генерал, озорно сверкая глазами.

Рина прищурилась и не осталась в долгу:

— Главное, чтобы вы, лорд Леорса, нашли в себе силы вложить ценное знание не в одну голову, а в две.

Торэ-Ин расплылся в коварной многообещающей улыбке и погрозил Рине пальцем, обещая проучить ее за толику сомнения в его способностях. Девушка наигранно возмущенно запыхтела и надула губы.

Родители наблюдали столь беззлобную перепалку и улыбались. Максар же закатил глаза к потолку. А затем, когда генерал помог ей сесть, озвучил результаты обследования:

— Рина, ты немного переутомлена, виной тому пережитый стресс. И совершенно здорова, равно как и два малыша, которых ты носишь. Два! — с особым удовольствием повторил медик. — Твой организм отлично справляется с беременностью. Генерал, вам следует обеспечить леди Леорсе отдых, прогулки на свежем воздухе и занятие по душе. Зная Рину, можно сделать вывод, что безделье ее задушит. Но! Я бы хотел, что бы тот факт, что твоя вейнари носит, как это, двойню, остался пока в тайне. До поры до времени.

Торэ-Ин понимающе кивнул головой.

— М-да, психику тэфрийцев нужно сохранить в целости, — отозвался Иро-Иту. — К такому они явно готовы не будут.

— Да и занятия по душе, я леди найду, — сверкнул генерал белозубой улыбкой. — Уж это я гарантирую.

Рина уставилась на генерала и попыталась заглянуть в его мысли. Но вредный тэфриец держал интригу, закрыв от нее нужную информацию, оставив лишь ощущение полного счастье и ликования. От его переживаний по коже Рины побежали мурашки, а по крови — ток, заставляя ее щеки покраснеть от удовольствия. Остро захотелось укутаться в эмоциях генерала, как в пушистый теплый плед и никогда не терять этого ощущения. Пожав плечами, девушка встала на ноги. А в доказательство искренности своих чувств, Торэ-Ин крепко обнял ее за талию и привлек к своему телу.

— Это хорошая идея, — сказал Иро-Иту, поглядывая на Рину не менее загадочно, чем его сын. — Сао-Ирсу это пришлось по душе. Обидно, что не мы до такого додумались.

— О чём вы? — спросила Рина и лукаво улыбнулась. — Плетёте интриги за моей спиной?

— Нет, дорогая. Как можно? — всплеснула руками Тайри-Ану и наградила сыном укоризненным взором. Мол, говори и не тяни.

— Тебя назначили куратором одного важного дела, — неопределенно хмыкнул генерал.

— Кем-кем меня назначили?! — брови Рины поползли вверх. — К… каким еще куратором?

Максар, внося какие-то пометки в личную базу данных, весело хохотнул. Иро-Иту скрестил руки на широкой груди и с совершенно серьезным видом сообщил:

— Совет во главе с Сао-Ирсом приняли решение, что твое предложение относительно объединения потерянных тэфрийцев и землян вполне жизнеспособно. И может оказаться весьма полезным. А ты назначена куратором процесса слияния и организации всех моментов, касающихся их жизнедеятельности в общем пространстве.

Девушка некоторое время молча переваривала информацию, словно уже погрузилась в разработку будущих планов.

— А почему именно я?

— Ты придумала, тебе и в жизнь воплощать, — ответил Торэ-И с довольной улыбкой.

— Меня не было всего каких-то несколько часов, а я уже и куратор, — Рина рассеянно провела ладонью по волосам. — Это весьма ответственное дело — наладить контакт между нами. А что, если не справлюсь?

— Справишься, — поддержала Тайри-Ану. — Ты человек, а значит помочь им в твоих силах.

— Причём необычный человек, — губы генерала коснулись ее щеки. — Ты остро ощущаешь энергии представителей своей расы и расы тэфрийцев, что утеряли связь с Энэрвой. Они, как ты и говорила, имеют право на второй шанс.

— Вот именно, Торэ-Ин! Допустим, что мы дали ход проекту, не будут ли и те, и другие думать, будто я оказываю на них влияние? Людям трудно вытравить из своего сознания стереотипы, заложенные в них с самого детства, — не менее серьезно отозвалась девушка.

— Об этом не волнуйся, милая. Тебе помогут твои товарищи. Те, которые знают тебя настоящую, — сказал генерал.

— Янг, Сьюзан, Свенсон, — начала перечислять Рина. — Макс.

— Да, твой бывший командир и его жена. Чем не пример того, как такие разные люди могут быть счастливы вместе? — слегка приподняв брови, спросил генерал.

— Ты прав, Торэ-Ин, — она согласно закивала головой. — Только позвольте мне не торопиться. Все должно идти своим чередом. Естественно.

— Это даже не обсуждается, Рина, — произнес Иро-Иту. — Только взвешенные решения и обдуманные действия.

— Хм, — хмыкнула Рина, дернув бровью, — будьте готовы к дракам. И к воплям. Земляне весьма эмоционально могут выражать свою точку зрения и агрессивно ее отстаивать.

Тайри-Ану удивленно прижала руки к груди и переглянулась со своим мужем.

— Всё будет хорошо, милая, — шепнул генерал, зарывшись носом в волосы своей вейнари.

— Особенно, — встрял в разговор Максар, — если вы, лорд Леорса, соизволите доставлять свою драгоценную супругу на медицинские осмотры раз в неделю. Я должен быть уверен, что и с ней, и с вашим ребенком… детьми… Великая Энэрва, никак не могу поверить в такое! Что с ним все в порядке. Это, надеюсь, понятно?

— Безусловно! — в один голос отозвались генерал и его родители, чем заставили Рину слегка сморщить нос.

— Я ведь не больна, — попыталась слабо сопротивляться она, но на уста ее была наложена печать молчания горячими требовательными губами Торэ-Ина.

— Это не обсуждается, Рина. Ты будешь сообщать Максару о любом недомогании днем и ночью, — серьезно сказал генерал, и по его коже побежала чуть оранжевая рябь.

— Я не до такой степени глупа, чтобы пренебрегать своим здоровьем, Торэ-Ин, — в сердцах буркнула она. — И как будущая мать, понимаю всю свою ответственность. Но и излишняя опека будет угнетать меня.

— Знаю. Ты самое беспокойное существо из всех, что я когда-либо встречал. И именно за это я тебя люблю, Рина. И не собираюсь запирать тебя в четырех стенах. Сама же видишь, у тебя будет весьма необычное занятие, — улыбнулся генерал. — С соблюдением всех мер безопасности, милая, для тебя и наших малышей.

— Весьма необычное занятие, — повторила она с полной серьезностью. — Куратором мне еще быть не приходилось.

— В добрый путь, моя отважная землянка, — Торэ-Ин крепче прижал ее к себе.