Глава 26
Есть такое выражение в спектаклях или фильмах – «немая сцена», после которой все облегченно выдыхают, и далее или смех идиотский за кадром, или титры. Так вот, у нас тоже наступила эта самая сцена. Мы с девушкой, выжидающе, смотрели на Рикиши, а он, широко распахнув глаза и застыв, как будто увидел привидение – на девушку.
- Ситара? – прошептал он, отмерев спустя вечность.
- Ришабха?! Но это невозможно! – девушка, растерянно, посмотрела на меня, будто ожидая объяснений.
Нет, у меня они были…
Несмотря на то, что временная ветвь выбиралась одна из дальних, вероятность появления практически полных двойников все равно существовала, и вот моему Рики настолько не повезло… Или, наоборот, повезло? Судя по тому, как его поразила встреча с этой девушкой, и как она на него смотрит, – тут явно была не легкая романтическая влюбленность пажа и принцессы.
Сердце болезненно сжалось, внутри начала нарастать паника, вперемешку с тоской. Я не хотела терять Рикиши, но и становиться на пути его будущего… то есть прошлого… то есть… Со мной он будет одним из двоих, а тут – единственным.
Стараясь сохранить на лице благожелательно-спокойное выражение, я сделала пару шагов в сторону и подхватила под руку Бхинатара:
- Думаю, вам надо о многом поговорить!
После чего быстро, чтобы не передумать, практически выбежала вон и протащила мужа почти до середины огромного зала. Только после этого я остановилась, выдохнула, огляделась, увидела свободное пространство у стены и тут же рванула к нему, прячась и закрываясь от всего мира и от Тара, подозрительно странно смотрящего на меня, в первую очередь. Мне сейчас только его сочувствия не хватало! И так еле сдерживаюсь, чтобы не разревется.
Не успела я толком успокоиться, как из обеденноой комнаты появились принцесса и Рикиши. Девушка выглядела счастливой и грустной одновременно, а Рики – расстроенно-растерянным и кого-то ищущим взглядом в этой толпе. Найдя меня, он улыбнулся и, поцеловав руку принцессы, молниеносно оказался рядом.
- Леди, вы так быстро исчезли, почему?
- Не хотела вам мешать, - пробормотала я, отворачиваясь, чтобы он не видел моих слез. Правда, он все равно их почувствует, как бы я ни пыталась закрыться.
- Это не та Ситара, которую я любил, и я не тот Ришабха, которого она любит, леди. Ее возлюбленный пропал пару дней назад, и я даже догадываюсь, где он.
- И где же? – наверное, мне, и правда, должно было быть интересно, ведь раз Рики догадывается, значит, он и сам проделывал что-то похожее, но слушать, как он совершал глупости ради другой женщины, было… больно и неприятно. Даже не ожидала, что я настолько ревнива.
- Он уехал в уединенный монастырь, один из последних, в котором еще остались почитатели богини Кали. Кстати, здесь она тоже уже позабыта многими, и все молятся Упуауту, богу с головой волка.
Да что ж за засилье псоголовых вокруг нас?! Может, этот УпаАуТу-ту, на самом деле, Анубис, сменивший имя для маскировки? У него же зуб на Кали, значит, мог вернуться и отомстить.
Иех, не сильна я в египетской мифологии. Вот в греческой – пожалуйста, кто с кем спал, кто с кем дружил, кто от кого сына или дочь прижил. Мы своей исконной, славянской, почти не знаем: и в школах не проходим, и в книгах не прочитаешь. Финский эпос о богах есть – Калевалла, индийский есть – Махабхарата, с личной жизнью богов древних греков мы знакомы даже лучше, чем с жизнью знаменитостей. А вот славянских… забыли!
- И что же тебя в монастырь потянуло? Грехи замаливать отправился? – немного грубовато сострила я, поглядывая искоса на принцессу, которая тоже изредка посматривала в нашу сторону.
- Да, тогда мне это казалось хорошим решением, покаяться перед богиней и спросить ее совета, как поступить дальше. Ведь стать мужем принцессы, даже младшей, мне бы никто никогда не позволил. Ничего из себя не представляющий мальчишка, да еще и задержавшийся в пажах на лишних три года…
- Кандидатов на эту должность больше не было? – я очень старалась не злиться, но ехидство все равно вырывалось наружу. Ревность бесновалась во мне, неоправданная, бессмысленная… и беспощадная.
Рикиши понимающе улыбнулся, и медленно, не отрывая своего взгляда от моего лица, погладил мои пальцы своими. Потом, чуть склонившись, но так же пристально глядя мне в глаза, поднес мою руку к своим губам и поцеловал в запястье. Обжигая холодным прикосновением и заставляя кровь быстрее течь по венам.
Тут я заметила, что кожа моего любимого стала немного бледнее и начала отдавать легкой голубизной.
- Рики, давай где-то уединимся, и ты глотнешь немного моей крови! – занервничала я, почти сразу забыв о ревности.
- Вы даже не будете больше отыгрываться на мне за ваши переживания? – Рикиши улыбнулся, грустно и, одновременно, как-то обреченно.
Эта улыбка заставила меня задуматься о том, что, может, на самом-то деле, он бы с радостью остался с принцессой, но так как связан со мной…
- Только не начинайте сейчас придумывать всякие глупости, леди! – Рики внимательно проследил за моим взглядом и сделал правильные выводы. – Вы же помните, я никогда вам не лгал! Не договаривал – да, бывало, а вот обманывать не люблю и не буду. Не надо размышлять о моих романах пятисотлетней давности, пожалуйста! Лучше давайте, и правда, уединимся…
То, как он произнес последнюю фразу, сразу заставило мои мысли разбежаться в разные стороны и оставить только вопящие инстинкты. «Хочу! Сейчас, срочно, немедленно, прямо здесь…».
Легкая самодовольная полуулыбка промелькнула у моего нетыпыря на губах, и я почти мгновенно оказалась в небольшой уютной спальне. Кровать, стол, три стула, разбросанная по полу одежда, распахнутые дверцы шкафа. Кто-то или в спешке собирался, или что-то искал, очень настойчиво.
- Это моя комната. То есть не совсем моя, но вы поняли… - Рики прошептал мне это на ухо. Его возбуждение чувствовалось в каждом слове, каждом жесте, в дыхании, в том, как он торопился меня раздеть, и, одновременно, наслаждался процессом.
- Скорее бы уже вы снова начали носить платья, жду не дождусь. Леди, вам так идут платья. И прически… У вас такие чудесные волосы, леди, - на этих словах Рикиши, перебирающий мои длинные пряди, поднес одну из них к лицу и вдохнул запах. – Они удивительно пахнут, даже сейчас.
Подхватив на руки, Рики перенес меня на кровать, небрежным движением скинув оттуда на пол ворох тряпья.
- Я тогда очень ценил красивые вещи, - улыбнулся он мне и поцеловал в губы.
Затем, едва ощутимо, прикоснулся к скуле, шее… провел языком по соску левой груди, подул на влажную кожу. Грустная полуулыбка сменилась на хитрую, и мой сосок попал в плен его губ.
Одна его рука, обхватив сразу две моих за запястья, удерживала их над головой, а вторая медленно заскользила вниз, поглаживая и лаская тело на своем пути. Я начала тихо постанывать от удовольствия и едва заметно выгибаться, практически вымаливая, чтобы эти ласковые и нежные пальцы скорее достигли своей цели. Я уже хотела, уже желала, уже была готова принять в себя не только их, но и что-то более ощутимое, даже через ткань штанов.
- Моя леди… - Рики же продолжал распалять меня еще больше, получая удовольствие от того, как я постанываю и кручусь под ним. Наслаждаясь своей властью над моим телом. Заряжаясь этим чувством, впитывая его в себя как энергию.
- Люблю тебя, - прошептала я, едва слышно, не опуская освободившихся на время рук, пока Рикиши быстро избавлялся от своей одежды.
- Я знаю, - улыбнулся он мне и только потом добавил: - Я вас тоже очень люблю, леди!
С этими словами он вошел в меня…
Обхватив его ногами и руками, я уже привычно пыталась овладеть им, слиться, стать единым целым, запихнуть если не в себя, то в свое подпространство, укрыть и укутать своей аурой. Я витала где-то далеко и, одновременно, наслаждалась каждым мгновением, каждым прикосновением. Почему-то хотелось петь и рыдать одновременно, противоречивость ощущений разрывала меня на части…
Он зависел от меня и моей любви, и я зависела от него. Несмотря на наличие надежного, верного, по своему очень любимого Тара, несмотря на друзей, окружающих меня… Все, что мне необходимо для счастливой жизни, сейчас было здесь, со мной и во мне. Мужчина, ради которого я была бы готова на многое. Да я и так совершила для него столько всего, чего даже не ожидала от себя. Мужчина, чья жизнь зависит от моих чувств. Смысл моей жизни…
Почему-то мне вдруг, на секунды, стало страшно, я испугалась этой нашей зависимости друг от друга, но тут же забыла обо всем, потому что в моем теле, не знающим сомнений, загорелось сотня маленьких огоньков. Они разгорались все сильнее и сильнее, сливаясь друг с другом, и вот вспыхнул огромный костер… пожар… вулкан… лава… взрыв…
Я даже не заметила, что именно в этот момент Рики прокусил мне венку на шее, и поняла это, только когда пришла в себя от нежных поцелуев.
- Мое сердце бьется только благодаря вам и для вас, леди, помните об этом, - а вот мое сердце от этих слов почему-то тоскливо сжалось.
Любая женщина должна была бы быть счастлива от того, что ее мужчина так привязан к ней. Пусть он даже постоянно проявляет характер и требует равноправия и уважения в наших отношениях, все равно мы оба понимаем, что в любой момент я могу топнуть ногой, и все равноправие закончится.
Да, я не топну. Даже если он вдруг решит уйти от меня к своей принцессе – не топну. Я хочу, чтобы он был свободным, с правом выбора, хочу знать, что он со мной, потому что любит меня, а не потому, что… его сердце бьется благодаря моей любви к нему.
Но он не сможет полностью уйти, а я не смогу его полностью отпустить. Никогда.
Только в шестнадцать верят в вечную любовь, в тридцать уже понимают, что иногда она может и испариться, причем в самый неожиданный момент. А даже если и нет, даже если мы будем любить друг друга всю жизнь, всю мою жизнь… Нам придется стать той самой парой из сказки: «…и умерли в один и тот же день»?!
- Леди? – порозовевший Рикиши, нахмурившись, настороженно смотрел на меня. – Обычно после секса вы выглядите гораздо более… удовлетворенной, - констатировал он, нависнув надо мной на вытянутых руках.
- Все хорошо, - соврала я, даже не удосужившись добавить правдоподобия в голос, не то что в собственные эмоции.
- Вам с ним лучше? – и секунды не прошло, как Рики, уже одетый, стоял рядом с кроватью и протягивал мне штаны.
К этому невозможно привыкнуть! Не знаю, почему меня сейчас так раздражала эта его способность и, вообще все, что было связано… нет, не с ним самим, а с его вампиризмом. Хотя нет, на самом деле, я была бы готова принять все его способности, если бы не эта зависимость…
- Ты о Таре? С ним все по-другому. И…
- Не буду вам мешать, - выдал Рикиши мою же фразу и исчез, оставив меня одну.
Спустя минут десять я бежала по коридорам дворца в направлении нужного мне зала, совершенно непонимающая, что на меня нашло, и почему я так взъелась на своего любимого мужчину. На помутнение это не было похоже, скорее, на такое странное проявление ревности. Мне хватило ума не закатить сцену по поводу принцессы, но подсознание не обманешь – ему нужна была уверенность… А я до сих пор, где-то внутри, сомневалась. До сих пор сомневалась в том, что Рикиши меня любит! В Бхинатаре была уверена, а в Рики – нет. Глупость какая! И надо же было поругаться именно тогда, когда… Когда он так нуждался во мне!
Ему было плохо, его окружали воспоминания из прошлого, он понимал, что это не та Истейлия, не та… и все равно иррационально хотел верить. И ему нужна была моя поддержка, а я оттолкнула его. Да еще… Еще и…
Он ведь тоже ревнует, это очень заметно. И я не стала его разубеждать, не кинулась к нему на шею, не попыталась объяснить, что да, с Таром все иначе, но это ничего не значит! Хорошо может быть по-разному, с каждым по-своему.
В зале я, буквально сразу, столкнулась с мужем, стоящим в группе мужчин-дроу. Удивленно, замерла от неожиданности, но почти сразу собралась и спокойно спросила:
- Прости, что отвлекаю, но ты не видел Рики?
- Вы же вместе исчезли, госпожа. Я так понял, что у вас возникло какое-то очень неотложное дело, раз вы меня не предупредили.
В голосе Бхинатара звучала обида, пополам с укором. И здесь я не права, и тут ошиблась. Но с мужем все гораздо проще, надо всего лишь извиняюще улыбнуться, погладить по руке и пояснить ситуацию:
- Рики начал… эм… терять жизненную энергию. Ему понадобилось немного моей крови.
- Мне показалось, что кровью вы не ограничились, - ревниво буркнул Тар. – Неужели настолько быстро терял, что нельзя было поставить меня в известность?
- Прости, я испугалась!
Главное – это даже не искренние слова, а искренние эмоции. Я тогда, действительно, испугалась. И сейчас тоже волнуюсь, сильно. На этом инцидент можно было считать закрытым – муж меня простил и даже сам уже готов присоединиться к моим поискам.
- Кто твои новые знакомые? – поинтересовалась я, улыбнувшись пристально изучающим меня трем темным эльфам. – Представь нас…
- Верховная мать, Мируан Алеан Вал Тарнизо!
Мужчины почтительно склонили передо мной головы, но было в их позах что-то, подчеркнуто-независимое. Возможно, то, что я - не эльфийка?
- Местные илитиири почитают сына Ллос, Ваэрона, - пояснил Бхинатар.
Ясно. Вскоре произойдет семейное столкновение, если я не попытаюсь урегулировать как-то этот процесс со стороны богини-матери, доверив Тару все, что связано с богом-сыном. Вроде до свадьбы он как раз относился к его почитателям, если я ничего не путаю.
- Отлично, помнится, он обещал защиту нашему Дому, - почти не соврала я, не уточняя, что потом я выбрала другого покровителя. – Думаю, вам есть о чем пообщаться, а я пока продолжу поиски, - и, улыбнувшись всем дроу одновременно, я поцеловала мужа в щеку и оставила мужчин переваривать случившееся. Судя по их взглядам, они были немного шокированы, даже Бхинатар. Не так уж часто я проявляю свое хорошее отношение к нему при посторонних.
Рядом с принцессой Рикиши не было, Маласса тоже его не видела, на мои попытки с ним связаться он не реагировал…
Нашел время вставать в позу! В какой-то момент я перестала ругать себя и начала злиться на своего нетопыря, который вдруг начал вести себя, как мальчишка…
И тут меня осенило. Кажется, я поняла, куда он мог направиться. Только последовать сейчас за ним, наверное, была не самая умная идея, поэтому я вновь нашла Малассу, и, оторвав ее от довольно успешного соблазнения наследника престола, сначала повторила все свои подозрения насчет Анубиса и убедилась, что на этот раз меня услышали и поняли. Затем поделилась сведениями об Упуауту.
Немного подумав, драконица опровергла мою версию, что это один и тот же бог.
- Точно не помню, но вроде собакоголовых было двое. Они еще дружили, - задумчиво выдала она. – Когда вернемся, слетаю, посоветуюсь с братом. Ты права, как-то слишком много совпадений. Хотя мы уже и сами начали подозревать, что наш враг из далекого прошлого, а вступали мы тогда в конфликты с богами довольно часто. Но изгнанников, мечтающих отомстить именно Илату, было только трое. Мы подозревали другого, но Анубис больше подходит. Пожалуй, начнем с него. Да, и Кали – как божество Истейлии – мне нравится больше, чем Упаауту. Терпеть не могу собак! – и Маласса брезгливо передернула плечом. – А насчет твоего парня… Не волнуйся, до переноса осталось не так уж много времени. Потом отправишься в этот монастырь и найдешь его. Хотя, как по мне, бегать за мужчинами – последнее дело!
Я улыбнулась драконице и направилась обратно к Бхинатару. И тут в небе неожиданно резко потемнело.
- Перемещение придется немного ускорить, - спокойно предупредила Маласса.
Ее голос прозвучал очень громко и отчетливо, хотя она стояла в другом углу зала.
- Какие-то события ускорили катастрофу. Но у нас все готово для переноса, так что не волнуйтесь. Опуститесь все на колени и призовите своих истинных богов, тех, кому изначально молились ваши предки. Тех, кто был с вами в течение тысячелетий. Забудьте все наносное и пришлое, вспомните о своем прошлом. Задумайтесь об источнике своих страданий и сомнений, загляните вглубь себя и обратите свои молитвы к первородным, присутствующим при рождении первых истейлов. Кто покровительствует вам?
- Ты! – в один голос выдохнули все присутствующие. Мне показалось, что я слышу эхо этого «Ты» повсюду, и точно – волшебный королевский артефакт был включен, а, значит, слова Малассы сейчас гремят на всю Истейлию.
- А кто ваша богиня, готовая в любое время откликнуться на ваши молитвы, помочь и защитить вас?
- Богиня? У нас же бог. Мы же молимся богу… - послышались перешептывания, но тут король первым выкрикнул: - Каликамата Каларати! – и народ подхватил, сначала тихо, потом все громче и увереннее: - Каликамата. Кали. Каларати…
Пока все были заняты возвращением к божественным первоистокам, я, стоя на коленях у окна, смотрела на небо, во тьму.
Вдруг, неожиданно, яркий чуть зеленоватый свет хлынул в зал, и только слегка изменившийся пейзаж за стеклом подсказывал, что, только что тихо и незаметно, произошло наложение двух временных слоев друг на друга. Новая Истейлия, вместо полного уничтожения, заменила старую.
Жаль, что Рикиши не было рядом в этот важный для него момент. Все же, это его страна, его мир… Пусть не совсем тот, который он потерял, но очень похожий. И никакого ожидания в пару миллионов лет не понадобилось. И к драконам никаких претензий – ровно та же Истейлия, что была до войны. Даже принцесса та же…
Люди, толкаясь и пинаясь, бежали прочь из дворца, застывали в дверях, но их выталкивали бегущие следом, и вскоре весь двор был заполнен. Кое-кто рискнул выбежать за ворота, и оттуда слышались удивленные выкрики:
- Сад… Священный сад снова цветет!
Бхинатар, нашедший меня в этом дурдоме и схвативший за руку так крепко, чтобы я даже не сомневалась – вновь сбежать куда-то у меня не получится, - вдруг поднял голову вверх:
- Сохрэб, Ормид! Мы здесь!
С неба к нам спускались два брата-близнеца. Я соскучилась по ним так, что не удержалась и расцеловала обоих.
- А где остальные? – поинтересовалась я, повиснув на Сохрэбе и только не повизгивая от счастья. Странно, расстались вроде не так давно, но ощущение, будто не видела их вечность.
- Там же у храма, ждут вас. Кстати, а где Рикиши? – Ормид оглядел нас двоих и нахмурился.
- Не очень далеко от храма, - я достала из подпространства скрученную в рулон карту Истейлии, которую выпросила у кого-то из придворных, и ткнула пальцем в красную точку. – Вот в этом монастыре.
- Сначала летим за остальными! – Сохрэб подхватил Бхинатара и рванул вверх.
- Ормид, отнеси меня сразу в монастырь, так будет правильнее, - спокойно попросила я. – Заодно выясним, куда именно вам потом лететь.
Мужчина, понимающе, улыбнулся, и мы тоже поднялись вверх, причем едва успели увернуться, когда мимо нас, немного в другую сторону, промелькнула черная тень Малассы. Драконица полетела к своей родне, рассказывать о нашествии собакоголовых богов.
Монастырь, возле которого мы опустились, впечатление позаброшенного и позабытого не производил. Да и люди в нем были, – нам навстречу выбежало сразу пять монахов, вставших стеной и очень недобро сверлящих Ормида взглядом.
- Джин сюда не войдет! – объявил один из них.
- То есть спасать вас – джину можно, а в монастырь войти – нет? – разозлилась я. Точнее, я и так была злая, расстроенная, нервничающая… в поиске, с кем бы поделиться горой негатива. И вот, так удачно, подвернулись кандидаты.
- Это особенный джин, - проговорила неожиданно возникшая в воротах уже знакомая мне четырехрукая женщина. – И мы всегда будем рады и ему, и его брату, но вы зря пришли сюда. Здесь нет того, кого ты ищешь, но здесь есть его двойник. Хочешь познакомиться с ним?
- Даже не знаю, - сразу как-то растерялась я. – А с тем, кого я ищу, все в порядке?
- Да, - женщина улыбнулась мне. – Проходи, не стесняйся. И друг твой пусть проходит.
- Нет, Ормиду надо предупредить остальных, чтобы они не волновались. Вы же пропустите их потом? - я вопросительно посмотрела на богиню, и та кивнула:
- Конечно, разве я могу держать под дверью спасителей одного из моих миров?
Пока я шла по тропинкам, выложенным белым камнем, и любовалась на цветущие вокруг деревья, мы молчали. Но у самых дверей в здание меня осенило.
- Скажите, а почему я сначала не понимала вас, в храме, а теперь понимаю.
- Маласса наградила тебя знанием языка истейлов, - пояснила Кали. - Ты даже не замечаешь, что говоришь на нем, как и все твои друзья. Именно он теперь будет для вас родным, потому что иначе вы бы не перенеслись вместе со всеми остальными. Все чужаки, не принятые хоть одним из двух миров, погибли. Мало того, Маласса возвела щит вокруг мира, и теперь сюда сможет проникнуть только тот, кого пригласит житель Истейлии. Конечно, со временем эта защита ослабнет, но тогда уже я и мой пантеон войдем в полную мощь. Пока что остальные боги пребывают в анабиозе. Это очень похоже на сон драконов, только они будут готовы проснуться сами, как только у них появятся для этого силы.
Мы поднялись, вернее пролевитировали по винтовой лестнице два пролета и оказались в небольшом помещении, с зеркальными стенами и тремя огромными окнами. В центре, в позе лотоса, сидел Ришабха Риши. Я сразу поняла, что это не мой Рики, хотя они и были очень похожи. Сразу чувствовалось, что это совсем другой человек, еще слишком юный, почти мальчик. Он открыл глаза и посмотрел сначала на богиню, потом на меня, затем снова на богиню:
- Каликамата, я так рад, что вы откликнулись на мои молитвы! Пожалуйста, подскажите, как мне быть. Я запутался. Ситара любит меня, я люблю ее, но она ведь принцесса.
Счастливый ребенок! Целый мир был на краю гибели, а для него сейчас существует только одна проблема – как правильно поступить, когда твоя любимая – принцесса.
- Я всегда советовала тебе прислушиваться к голосу сердца. Что оно тебе говорит? – ласково и одновременно строго поинтересовалась Кали.
- Что мое место рядом с ней, и я должен довериться ей. Но я не могу! Она так долго выбирает… Это невыносимо – столько ждать. Вы же знаете, как я ненавижу ждать! Почему она до сих пор не поговорила о нас со своим отцом? Мне кажется, что я, как мужчина, должен сделать это сам.
- Слушай свое сердце, а не свое нетерпение. Всегда, когда ты действовал необдуманно, происходили ошибки. Вспомни!
- Да, - парень кивнул, соглашаясь, но потом упрямо поджал губы и встал: - Но я уже все решил.
После чего, поклонившись сначала Кали, потом мне, направился мимо нас к лестнице. Однако когда ему оставалось сделать последние пару шагов, нечто, неоднократно спасающее мою жизнь… Интуиция? Страх? Предчувствие? Что-то очень полезное, но необъяснимое, гаркнуло, практически, вместо меня:
- Ложись!
И мальчишка, вместо того чтобы оборачиваться и выяснять что происходит, тут же упал на землю и откатился в сторону. Нож, летевший прямо в него, упал у стены, и одно из зеркал треснуло. А Ришабха тут же вновь оказался на ногах, чтобы кинуться с мечом на мужчин, одетых в странные мешковатые серые балахоны и обритых налысо. Ему досталась первая тройка, я же взяла на себя остальных, скинув их с лестницы небольшим целенаправленным ураганом.
- Бхинатар! На помощь! – попробовала я, мысленно, связаться с мужем и с облегчением услышала его ответ:
- Мы уже здесь, держитесь, госпожа!
- Держусь, - успокоила я Тара и, почти не рассчитывая на удачу, попробовала вновь, уже неизвестно какой раз по счету, связаться с Рики: - Я в монастыре, на нас напали! Где ты?
- В монастыре возле храма? Держитесь, леди! Мне понадобится какое-то время, чтобы добежать до вас.