Глава 11

Есень Утром проснулась из-за неудобного положения. Голова завалилась назад, и шея болезненно затекла. С трудом разжала пальцы, цепко держащие теплое одеяло, и постаралась размять мышцы. Глаза открывать не хотелось. Неудобное положение напомнило мне о том, где сейчас нахожусь, и что произошло вчера. Осеннее солнце не торопилось начинать день, но привычка вставать рано пробудила, как обычно. Голодный живот привычно заурчал, требуя пищи. Открыла глаза и от неожиданности отпрянула назад, вжавшись в стену. Передо мной на корточках сидел наследник Лаэрт и не сводил пристального взгляда. – Простите, – пролепетала я. – Что вы здесь делаете? Почему не спите? – Не сбежал, – с какой-то затаенной обреченностью тихо произнес маг. Осторожно оглянулась по сторонам, надеясь найти лазейку и исполнить затаенное желание молодого господина. – Раз ты проснулся, иди за мной, – он поднялся на ноги и замер в ожидании. Затекла не только шея, но и все тело. Ноги плохо слушались после ночи, проведенной сидя. Покряхтывая и стискивая зубы, чтобы не показать свою слабость, поднялась на ноги и постаралась размяться. Молодой маг, убедившись, что окончательно проснулась, направился к дверям. Выданное одеяло накинула на спинку стула. Не знаю, кто позаботился обо мне, но была благодарна за проявленную теплоту. Сегодня высокая и угрюмая фигура пугала меньше, чем обычно. Возможно, потому что не проснулась или наследник по утрам в лучшем расположении духа. – Здесь купальня, – распахивая дверь в помещение, произнес Лаэрт. – Слуги не могут ею пользоваться, но сегодня можешь привести себя в порядок. Нам предстоит узаконить твое пребывание в академии. Он указал рукой на рукомойники и даже сделал движение подбородком, поторапливая. Я робко прошла мимо него и открыла кран. – А вы будете умываться? – спросила, опасаясь его присутствия поблизости. – Разумеется, – спокойно отозвался он. Лаэрт прошел к стене, где находились крючки для одежды. Неторопливыми движениями он стянул с себя одежду, обнажившись по пояс, и подошел к соседней со мной раковине. Едва он вытащил рубашку из пояса брюк, торопливо отвела глаза в сторону. Я хорошо рассмотрела его мускулистую фигуру во время встречи в лесу, и напоминания о его телосложении не требовалось. – Поторопись. Я не собираюсь дожидаться тебя, – искоса взглянул Лаэрт. Кивнула и решила не обращать внимания на раздетого молодого человека поблизости. Я терла глаза и щеки, ополоснула рот и потерла мокрой рукой шею. Свежесть приятно взбодрила. – Держи, – наследник протянул мне чистую холстину, второй принялся вытираться сам. Он натянул на тело белоснежную рубашку и, махнув рукой, позвал за собой. – Использованные полотенца оставляют здесь, – забрав из моих рук влажную тряпку, Лаэрт кинул холстины в плетеную корзину. Позволив привести себя в порядок, наследник привел меня в комнату. Идя за ним следом, чувствовала себя слегка осоловелой, и испуг немного ослабил свои тиски. Может быть, грозный брюнет не так и плох, как показалось сначала? – Кто мешает спать в несусветную рань? – проворчал наследник Игл и швырнул в Лаэрта подушкой. – Громыхай сапогами в тренировочном зале. Дай поспать! – Скоро подъем, – прокомментировал молодой господин и вернул метательный снаряд обратно. – Надо раньше ложиться, – сонно произнес наследник Гарольд с верхней кровати. Он потянулся и сел, потрясая головой из стороны в стороны. – Поднимайтесь. Сегодня нам надо решить много вопросов, – громко произнес Лаэрт. – Для утра ты отвратительно бодр, – проворчал Игл, садясь на кровати. Заметив меня, зеленоглазый маг широко улыбнулся. – Есень, тебе-то почему не спится? – Душевые свободны, – проходя к столу, сообщил Лаэрт. – Я первый! – воодушевленно воскликнул наследник Вирил и спрыгнул с верхней кровати. – Нет, я! – повторил его трюк наследник Гарольд. – Еще посмотрим! – не отставал от них Игл. Троица, весело переговариваясь, выбежала из комнаты и помчалась по коридору. Лаэрт проводил их взглядом, в котором отчетливо светилась улыбка и доброта. – По утрам очереди в душевые и умывальники, – пояснил он мне, когда я растерянно смотрела вслед убегающим парням. Лаэрт из шкафа достал принятую в академии черную одежду и привычными, размеренными движениями начал в нее облачаться. Я, не зная, как поступить, немного замешкалась, а потом решительно подошла к молодому хозяину. – Господин позволит помочь? – спросила, неуверенная в правильности своего поступка. – Что? – рассеянно обернулся ко мне он. – Вам помочь с одеждой и волосами? – без позволения касаться наследника опасалась, помня высказанное возмущение, когда дотронулась до его руки. – Господин Ниц велел заботиться о вас. Некоторое время Лаэрт смотрел на меня в задумчивости, а потом развел руки в стороны, позволяя подойти к нему поближе. Я, осторожно дотрагиваясь, запахнула полы одежды, чтобы белоснежный воротник рубашки симметрично выглядывал из выреза, обхватив руками стан молодого господина, обернула талию поясом. – Рукава, – подсказал Лаэрт, сгибая руку в локте и демонстрируя широкий крой. Ленты для завязок отличались по цвету. Перематывая их крест-накрест, обхватила рукавами предплечья молодого господина. Успела закончить как раз к приходу остальных наследников. – Есень, да ты сокровище! – восторженно воскликнул наследник Игл, обратив внимание на мою работу. – Мне поможешь? Гарольда не допросишься. Взглянула на Лаэрта, но не дождалась одобрения или строгого запрета. Наверное, ничего страшного не случится, если я помогу всегда веселому и неунывающему молодому магу? – Подходи ближе, – позвал наследник Игл. – Я не кусаюсь. Едва преодолела разделяющее нас расстояние, молодой человек радостно улыбнулся и быстро стянул с себя нательную рубашку, оставшись передо мной с обнаженным торсом. Тихо ахнула от неожиданности и резко развернулась к нему спиной. На меня смотрели равнодушные и немного колкие глаза Лаэрта. Надо успокоиться и вести себя, как парень. Иначе не избежать разоблачения! – Стесняешься? – весело хмыкнул наследник Игл. – Мое тело ничем не отличается от телес Эджина. Даже красивее. Смотри смело. Ты же не смутился, когда принимал душ вместе с ним? Тяжело и медленно выдохнула, опустив взгляд в пол. Если продолжу шарахаться от мужчин, могут возникнуть подозрения. – Оставь парня в покое, – вступился наследник Гарольд. – Завидуешь? – развеселился Игл. – Можешь обо мне позаботиться. – Обойдешься, – отрезал тот. На мое плечо легла широкая и теплая ладонь. – Не обращай внимания балагура. Игл любит смущать, – по-доброму произнес наследник Вирил. – На самом деле он добр и отзывчив. – И каждый пользуется моей добротой. Есень, станешь мне другом? – наследник Игл протянул ладонь для пожатия. Коротко взглянула на Вирила. Он молчаливо прикрыл глаза, давая одобрение. Осторожно вложила ладонь в огромную по сравнению с моей ручищу наследника. Он крепко сжал пальцы в приветствии, потом перевел взгляд на мою кисть и снова заглянул в мои глаза. Теперь в них была тревога и беспокойство. – Что с твоими руками, Есень? – воскликнул он и притянул, поднося мою руку ближе к себе. – Откуда шрамы, едва зажившие порезы и оттеки? – Даже в рукавицах руки сложно уберечь от травм, – спокойно пожала плечами, пытаясь освободить кисть из захвата. Где мне справиться с силой молодого мага? Он не выпускал. Наоборот, поймал вторую руку и внимательно рассматривал каждый палец. Красотой мои руки никогда не отличались. Ногти стричь не успевала, они сами обламывались, едва отрастая. В кожу навечно въелась каменная пыль. Мыльный раствор не справлялся с ней, сколько не терла. Раны, порезы и синяки обычное дело для рудокопа. Я давно перестала обращать на них внимания. – Я займусь твоими руками, – серьезно произнес наследник Игл. – Вылечу и сделаю их красивыми. Не дело симпатичному парню ходить с ранами. – Не надо, – вспыхнула от внимания, и в который раз попыталась отобрать кисти. – Игл, не стоит привязываться к моему слуге, – вмешался в разговор Лаэрт. – Боишься, уведу? – развеселился зеленоглазый маг, но руки из захвата отпустил. – Я решу проблему и избавлюсь от него, – спокойно пояснил тот. – Конечно, тебе решать, – задумчиво произнес Гарольд, подходя к зеркалу и закалывая волосы в высокую прическу. – Но я бы поторопился на твоем месте. Сдается мне, что ситуация с Есенем не столь однозначная, как может показаться на первый взгляд. – Я согласен с Гарольдом, – произнес наследник Вирил. – Есень в любом случае останется с нами. – Со мной, – жестко поправил Лаэрт. – С нами, – покачав головой, возразил блондин. – Мы команда, и происходящее с тобой имеет к нам отношение. А значит, за Есеня отвечаем все вместе. – Верно, – согласился Игл. – Именно так, – одновременно с ним произнес Гарольд. – Это моя проблема, – уперся Лаэрт. – Проблему мы решили. Теперь осталось во всем разобраться и поступить правильно, – возразил ему Гарольд. – Идете? – дверь распахнулась, и в комнату заглянул молодой человек с озорным взглядом. – Конечно, Торн! – Игл быстрыми движениями облачился в одежду, на ходу повязывая пояс. С рукавов свисали тонкие ленты. Я перехватила его руку и подвязала крест-накрест, как проделала это с Лаэртом. – Милый ребенок, я обязательно отблагодарю тебя за заботу, – наследник Игл поднял свободную руку, пока я занималась второй, и потрепал меня по волосам. – Торн, что слышно о невестах принца? Известны их имена? – Кто это, Игл? – молодой человек с интересом смотрел на меня, оценивая скромную одежду и явно обратив внимание на жест наследника. – Не невеста принца, если ты об этом, – рассмеялся зеленоглазый маг. – Идем! Подробности расскажешь по дороге. Следом за ним направился Гарольд, улыбнувшись мне на прощание. – Пора, Эджин, – поторопил друга наследник Вирил. – Я догоню, – отмахнулся Лаэрт. Он проводил взглядом товарища, помолчал, кашлянул и повернулся ко мне. Внимательный и цепкий взгляд пробежался по моей фигуре. А что? Мне одежду вчера выдали в его доме. Хоть и поношенная, но приличная. Главное, целая и теплая, что важно в преддверии зимы. – Есень, у нас сейчас завтрак, следом начнутся занятия. Мы будем отсутствовать практически до вечера. Из комнаты никуда не уходи. Уборные рядом с купальней. Дорогу запомнил? Ни с кем не вступай в разговоры. Пока я не определился, где тебя разместить, и как представить, поэтому будет лучше, если ты просто дождешься здесь. Ясно? – Хорошо, господин, – торопливо кивнула. – Голодным не останешься. Вечером накормлю. Слова, произнесенные грубоватым тоном, пролились бальзамом на душу. Наследник не привык ни о ком заботиться, потому выражает свои эмоции, как умеет. – Главное, никому не попадайся на глаза, – сурово свел брови Лаэрт. – Было бы лучше закрыть тебя в комнате, поставив щит от двустороннего проникновения, но не стоит проявлять жесткость. Надеюсь, ты разумный человек и оценишь мою щедрость. – Хорошо, господин, – снова кивнула в ответ. Брюнет некоторое время смотрел на меня, оценивая, насколько прониклась его советами, а потом покинул комнату. Пока наследник Игл рассматривал мои руки, молодой господин успел сделать высокую прическу без посторонней помощи. Блестящие, темные локоны рассыпались по плечам, завораживая естественной красотой. Восхищенно выдохнула, убедившись, что меня никто не услышит. Преподаватель Шторм не любил обычное академическое обучение. Ему привычней давать задачи в тренировочном зале, но без теории не бывает практики. Поэтому приходилось свое нежелание находиться в аудитории прятать подальше и рассказывать об основах. Сегодня он преподавал первые законы магии, известные любому наследнику с малолетства. Отпрысков знатных семей не отдавали в школы, как обычных детей. Им нанимали учителей и репетиторов, которые преподавали грамоту, математику, основы права и управления государством. Последнее, разумеется, в общих рамках, чтобы донести до наследников важность их предназначения. В академию они приходили подготовленными и обученными. Однако, король требовал от Шторма полного контроля над молодыми умами магов, а значит, приходилось вдалбливать в высокородные головы основы и постулаты. – Сила по своей сути безлика. Она подчиняется своему владельцу. С ней вы можете поступать по своему усмотрению, но и ответственность за поступки несете именно вы, а не магия. Никогда не говорите: «Заклинание сорвалось, не получилось». Именно вы не смогли его создать и правильно использовать. Зоркие глаза Шторма следили за учениками. Они старались делать вид, что заинтересованно слушают, но на самом деле предпочитали заниматься своими делами. Кто-то переписывался в тетрадях, отправляя сообщения зачарованным заклинанием, предварительно скрыв его невидимостью. Другие откровенно спали с открытыми глазами. Третьи разложили учебники и тетради к следующему уроку, а проблемная четверка что-то горячо обсуждала на задней парте. Поставить полог тишины они не могли. Ни один преподаватель не допустит откровенного игнорирования, что приведет к наказанию. Поэтому им приходилось переписываться, но порой они срывались на эмоции и переходили на придушенный шепот. Центром обсуждения, как и всегда в последнее время оказался наследник Лаэрт. Шторм ждал, когда команда дозреет и придет к нему. А пока он наблюдал за волнениями в их группе. – Модель мира такова, что каждое деяние имеет свои последствия. Причем не всегда можно их просчитать. Не зная всех переменных, можно допустить ошибку. Как незначительную, так и глобальную. Имея цель, необходимо продвигаться к ней настойчиво, но осторожно. Любое действие имеет свое противодействие. Четверка на задней парте напрочь забыла об уроке и преподавателе. Они увлеклись своими вычислениями. Шторма очень интересовала обсуждаемая тема. Она явно заманчивее для исследования, чем проговариваемые им постулаты. Однако, свой долг он должен выполнить до конца. Вздохнув, преподаватель продолжил говорить. – Противодействие также имеет последствия. Чтобы лучше понять, о чем я говорю, – грозный взгляд на магов, увлеченных одной идей, не возымел действие. Они по-прежнему не обращали на его слова внимания, – можно воспользоваться идеей антимагии. – О чем вы? – удивился прилежный ученик на первой парте. – Антимагия – недоказанный научный термин, используемый для оправдания необычных явлений, – пояснил Шторм. – Когда-то это понятие предложил милорд Одил Викард. Один из сильнейших магов за все время существование мироздания. Прозвучавшее имя вызвало любопытство. Ученики развернулись к парте, где сидел Вирил – потомок упомянутого Одила Викарда. Великий маг являлся дедом молодого наследника. Вызванное общее внимание словами преподавателя не осталось незамеченным четверкой на последней парте. Молодые маги оглянулись, пытаясь понять причину, потом встретились глазами с преподавателем. Шторм едва заметно улыбнулся и приподнял брови, предлагая им самим разобраться с ситуацией. – О чем речь? – не двигая губами, шепотом спросил Игл, впереди сидящего ученика. – Об Одиле Викарде. – получил такой же чревовещательный ответ. Теперь и Игл, Гарольд и Эджин смотрели на Вирила озадаченно. О чем мог говорить преподаватель, пока они вычисляли расстояние, на котором может находиться Есень от Лаэрта? Шторм с удовольствием наблюдал за движением мысли на лицах четверки. Кажется, он угадал основное направление создавшейся проблемы в команде. Что-то произошло с ними, и дед наследника Викарда имеет к этому отношение. Его разбирало нетерпение, но преподавательский опыт подсказывал, расспросы ни к чему не приведут. Необходимо стать для молодых магов особенным, чтобы они сами рассказали. А для этого он должен заинтересовать их знаниями, которые они могут у него получить. Имя милорда Одила Викарда открывало широкие перспективы. С его необычной теорией можно многие пытливые умы заинтересовать. – Антимагия не существует, – нарушил нить рассуждений Шторма прилежный ученик с первой парты. – Разумеется. Это всего лишь гипотеза одного из выдающихся магов современности. Она не подтверждена. Но и опровергнуть ее до сих пор никому не удалось. – Антимагия? – придушенно воскликнул наследник Лаэрт. – Антимагия, – задумчиво пробормотал Гарольд Пакрин. – Аха! Вот это новости! – тихо рассмеялся наследник Игл Берл. Вирил Викард потрясенно молчал, осмысливая услышанное.