Глава 14

Есень В ответ на выпад, громко прокатившийся под сводом грота, наследник Игл резко и с силой толкнул меня в плечо, отчего не удержалась и неуклюже шлепнулась в источник. От неожиданности успела хлебнуть воды, но забарахталась и вынырнула над поверхностью. Мой полный негодования взгляд встретился с веселыми зелеными глазами. Он нисколько не смущался своего поступка, наоборот радостно улыбался в ответ на мое недовольное отфыркивание. – Игл, ты переходишь все границы, – угрожающе прорычал наследник Лаэрт. – И делаю это с удовольствием. Обожаю нарушать правила, – отозвался бедокур. – Есень, ты знаешь, что купаться в источнике могут только наследники? Слугам категорически запрещено погружаться в целебные воды. – Что? – охнула в ответ. Если бы под ногами была твердая земля, то подпрыгнула, а так только взбрыкнула ногами и поплыла к ступеням, на которых недавно получала знания от любителя красоты. – Давай руку, – протянул руку помощи наследник Игл. – С первого раза трудно на них взобраться. Отказавшись от предложенной помощи, нащупывала руками и ногами опору. Я точно знала, что она есть, но опасалась приближаться к весельчаку, ожидая от него новых подвохов. Потому не получалось взобраться самостоятельно. – Не старайся. Все равно не получится, – смеялся от всей души наследник Игл. – Хватайся! Осторожно вложила кисть в его ладонь, настороженно заглядывая в глаза молодого человека. – Поторопись, – произнес он, когда я нащупала ногой ступеньку и начала подниматься над водой. – Мы здесь все парни, почему должны стесняться, даже если полностью разденемся? – Что?! – ужаснулась и выдернула свою руку, второй раз шлепнувшись в воду. Мое погружение наследник Игл прокомментировал громким и заливистым смехом. Он указывал на меня рукой, привлекая внимание остальных купальщиков, и не мог произнести ни слова. – Игл, отстань от парня, – мягко пожурил его наследник Гарольд. – Не могу, – захлебываясь смехом, помотал головой насмешник. – Есень презабавно смотрится. – Есень, выходи, – мрачно приказал наследник Лаэрт. Я смотрела в темные глаза и понимала, что не могу выполнить его распоряжение. Зеленоглазый весельчак правильно сказал, мокрая ткань плотно облепит тело, просвечивая то, что под ней скрыто, едва выйду из воды. Ни у кого из присутствовавших молодых людей не останется сомнений в моей принадлежности к женскому полу, а как они поступят, узнав, кто я есть на самом деле, представляла яркими красками. Наследник Игл любит нарушать правила, но насколько далеко простирается его желание их игнорировать? – Судя по всему, Игл окончательно запугал Есеня, – со вздохом произнес наследник Викард. – Что ему сделается? – подмигнул мне весельчак. – Искупался в источнике, побыл в благородном обществе, получил ценные знания, которыми я делюсь с избранными. Кто из вас сделал для Есеня подобное? Эджин, скажи, ты бы предложил своему слуге разделить с тобой купание? Ответом ему было мрачное молчание молодого хозяина. И снова за несерьезным поступком шутника стояла забота, а не желание поднять на смех. Наследник Игл демонстративно вздохнул, отошел к одежде, которую с меня снял, поднял ее и вернулся к ступеням. Он распахнул широкое полотно, закрывая от взглядов. – Выходи. – протянул приглашающим жестом выданное им платье. – Оно намокнет, – разумно заметила ему. – Если не хочешь сушиться, как все, придется идти в этом, – спокойно пояснил он. – Вылезай. Долго буду здесь стоять? Я решилась. Со второго раза найти ступеньку удалось сразу. Быстро, насколько позволяло сопротивление воды, взлетела вверх, развернулась спиной к молодому человеку и просунула руки в рукава. Меня мгновенно обняли, повернули и сноровисто завязали пояс, приводя одежду в порядок. – Иди к теплым камням. Скоро высохнешь, – наследник Игл махнул рукой в сторону. С благодарностью смотрела на высокую и статную фигуру зеленоглазого красавчика. Не забывая забавляться, он придумал, как меня накормить и искупать без проблем. Снабдил подобающей одеждой и посоветовал, где можно обсохнуть. Наследники вскоре позабыли обо мне, пустившись в дискуссию. Их голоса в гроте хорошо прослушивались. Невольно я стала свидетелем странного разговора. – Антимагия антинаучна, – вещал Гарольд. – Теоретически можно предположить, что антимагия антипод магии, как например, свет и тень. – Вода и песок, – поддакнул ему наследник Викард. – Ночь и день, – продолжил аналогию Гарольд. – Но! Что такое магия? Это сила, физическая составляющая мира. Из ее энергетических волокон или волн состоит все сущее – живое и неживое. В таком случае, что из себя представляет антимагия? – То, что не состоит из магии, – после непродолжительного молчания произнес наследник Лаэрт. – Ты можешь себе представить нечто подобное? – поинтересовался Гарольд. Никто не ответил. Пригревшись на теплых камнях, под богатые переливами голоса я тихонечко нежилась, борясь с сонливостью. Покидать купальню без наследников не решалась. – Известный факт, что магия – основополагающий элемент любого предмета или явления, – продолжил Гарольд. – Из этого я делаю вывод: антимагия антинаучна. – Если предположить … – задумчиво протянул наследник Игл и замолчал. – Если предположить, что милорд Викард к концу жизни не стал выжившим из ума старикашкой … – Эй, попридержи язык! – возмутился наследник Вирил. – Я же говорю «не стал», – улыбнулся на выпад зеленоглазый весельчак, говоря своим видом, что именно так он и считает. – Если предположить, что за его теорией стоит что-то верное? – Что? – вступил в разговор наследник Лаэрт. От его голоса, раздавшегося громко и неожиданно, вздрогнула. Разомлев, немного позабыла, как меня бросает в дрожь от него. – Если не материальное? – выдвинул предположение наследник Игл. – Душа, аура? – скептически перечислил Лаэрт. – Мда. Как-то не складывается, – покачал головой Вирил. – Повторяю – бред, – подвел итог Гарольд. Снова повисло молчание. Я слышала тихий плеск воды о каменные уступы поблизости, шорохи от движения молодых людей, устроившихся недалеко. Сложные научные споры – есть ли антимагия или нет, меня не волновали. – Мы смотрим на проблему в глобальном масштабе. Что если взглянуть на антимагию проще? Сузить ее определение? – глубокий, красивый, как у барда, голос наследника Игла мог ввести в транс. – О чем ты говоришь? – заинтересовался Гарольд. – Например, одаренных людей рождается немного. Маги знают наверняка, из чего состоит живое и неживое. Обычным людям это не дано, – продолжил свою мысль Игл. – Неодаренные люди – антимаги? – с сомнением хмыкнул наследник Лаэрт. – Смешно, – поддержал его наследник Викард. – Обхохочешься, – хлопок ладони по плечу заставил распахнуть глаза. Два друга смеялись, похлопывая с двух сторон невозмутимого зеленоглазого наследника. – Как вариант, – отмахнулся от друзей он. – Не подходит, – немного подумав, произнес Гарольд. – Неодаренные люди также состоят из магии. – Я не об этом, – воодушевился Игл. – Если откинуть привычные, академические понятия, тогда можно обычных людей назвать антимагами. – Теория глупая, но имеет место быть, – хохотнул от души наследник Викард. – Пока ничего другого не приходит на ум, – проворчал Игл. – Вирил, покопайся в архивах деда, – посоветовал Гарольд. – Ты же считаешь, что антимагия антинаучна, – прищурился блондин. – И не отказываюсь от своего мнения. Но Игл меня заинтересовал. Возможно, милорд Викард ввел свою систему определений, отличную от привычной, и поэтому мы не можем понять, что он имел ввиду. – Гарольд помолчал, по очереди глядя на каждого. – Я не считаю обычных людей антимагами, но разобраться интересно. – Интересно? – переспросил Игл. – Разумеется. С нашим уровнем знаний мы можем строить гипотезы в доступном нам видении. В то время как милорд Викард имел намного больше опыта и знаний. Если нам удастся хотя бы приблизиться к его восприятию мироустройства, то сможем понять, о чем он говорил. – Верно, – восторженно посмотрел на друга Игл. – Парни, я говорил, насколько вами восхищаюсь? – И не раз, – недовольно мотнул головой наследник Лаэрт. – Как думаете, – привлек к себе внимание Вирил, – преподаватель Шторм хорошо знаком с теорией моего деда? – Он внимательно посмотрел на каждого. – Не зря он сегодня поднял тему антимагии на уроке. – Предлагаешь спросить у него? – заинтересовался Игл, отчего его зеленые глаза сверкнули предвкушением. – Получится быстрей, чем копаться в архиве, – пояснил наследник Викард. – Вот в чем дело! – развеселился Игл. – Не хочешь просиживать в пыльном кабинете деда. – Архив давно спустили в подвал, – сообщил Вирил. – Нет никакой системы. Записи и книги напиханы в стеллажи без всякой организации. Половину жизни проведу, прежде чем разберусь. – Ты жадный, – хохотнул Игл. – Милорд Викард потратил на архив всю жизнь, а тебе жалко половину. – Тогда составь мне компанию, – легко предложил Вирил. – Вдвоем потратим всего по четверти. – Неправильное меня использование, – замахал руками весельчак. – Я тонко чувствующая натура. Пригласи оценить красоту, и я первым поспешу выполнить просьбу. – Предлагаю оценить красоту подземелья, – чинно раскланялся блондин. – Позже. Для начала я бы все-таки обратился к Шторму, – тактично перевел тему Игл. – На уроке он ничего не сказал, – заметил Гарольд. – Бросил пару фраз, заинтриговал и не стал раскрывать теорию. – И не станет, – произнес наследник Лаэрт. – Антимагия не входит в учебный план. – Значит, побеседуем в частном порядке, – воодушевился неунывающий весельчак. – Завтра? – уточнил наследник Викард. – Завтра выходной в академии, – напомнил Гарольд. – К тому же завтра у нас планы напиться, – легко переключился Игл. – Научные теории оставим на будни. Вернулись в комнату почти перед отбоем. Едва хранители правил и порядка подали сигнал, как наследники принялись устраиваться ночевать. Я привычно уселась на пол за шкафом и расслабленно уперлась затылком в стену. Глаза закрылись сами собой. – Эджин, что будем делать с Есенем? – услышала вопрос от наследника Игла. – Что с ним надо делать? – в голосе молодого хозяина послышалось легкое раздражение. – Ночи становятся холоднее. На полу он промерзнет и заболеет. Обычный человек без магии подвержен любому насморку. Тебе проблемы нужны? – Что предлагаешь? – Пусть ложится со мной. Кровать широкая, двоим места хватит, – спокойно произнес наследник Игл. В комнате повисла напряженная тишина. Отчего я испуганно распахнула глаза и уставилась на наследников. – Есень, снимай форму и устраивайся, – широко улыбнувшись, похлопал по постели рядом с собой Игл. – Зачем? – испуганно вжалась в угол. – Собираешься снова спать, скрючившись на полу? – насмешливо вскинул бровь он. – Утром не сможешь вытянуть ни рук, ни ног. – Он призывно помахал рукой. – Иди сюда. Устраивайся. – Игл, что ты творишь? – недовольно покачал головой Гарольд. – Забочусь о парне, если никому из вас нет никакого дела до него, – пожал плечами в ответ Игл. Благодарно на него взглянула. Сегодня зеленоглазый наследник проявил столько заботы по отношению ко мне, но решиться лечь рядом с ним в одну кровать, было выше моих сил. – Эджин, Есень останется с нами. Необходимо придумать, как организовать его жизнь в академии, – серьезно произнес наследник Викард, поддерживая друга. – Теперь я должен заботиться о благополучии слуги, – недовольно пробурчал под нос брюнет. – Именно! Порой ты очень догадливый, – рассмеялся Игл. – Но я могу благородно взвалить на себя эту обязанность. – Не сомневаюсь, – сквозь зубы произнес наследник Лаэрт. – Есень, иди ко мне! – снова позвал Игл. – Устрою у стеночки, чтобы теплее было и спрячу от недовольного взгляда твоего хозяина. Ну, же! Смелей! Эджин не возражает. Верно? Взглянула в недовольное лицо молодого хозяина, сидящего на своей кровати. На меня он не смотрел, уставившись в пол перед собой. Оставалось решить: либо спать на холодном, хотя и чистом полу; либо принять предложение и устроиться под одним одеялом с мужчиной. Красивым мужчиной, призывно сверкающим зеленым взглядом. – Есень, не задерживай всех, – поторопил Игл. – Я постарался, искупал тебя, накормил. – Игл! – попытался его остановить Гарольд. – Не мешай, – отмахнулся тот. – Живо ко мне! От его строгого окрика вжалась в стену сильнее. Видя мою нерешительность, наследник Игл подошел ко мне и протянул руку. – Не съем я тебя, – со вздохом произнес он. Я лично в этом не была уверена, но теплота и понимание во взгляде заставили вложить ладонь в его руку. Молодой человек легко потянул, ненавязчиво принуждая подняться на ноги. – Одежду оставь, чтобы не помялась, – посоветовал зеленоглазый искуситель. Он развязал пояс и стянул черную форму с плеч. Потом одним движением откинул ее на спинку стула. – Идем! – он жестко ухватил мою ладонь и направился к кровати. Послушно поплелась следом. Какие еще испытания придется пережить в академии из-за моей половой принадлежности? – Стой, – тихий, но резкий голос наследника Лаэрта прозвучал отчетливо. Молодой хозяин ухватил меня за свободную руку и сильно дернул к себе. – Эджин, отстань! – недовольно поморщился Игл. – Есень сегодня не будет спать на полу. Идем! – он снова потянул. – Я сказал: стоять! – выдохнул Лаэрт. – Он не будет спать с тобой в одной кровати. – Да? А с кем? Не с тобой ли? – насмешливо и провокационно осмотрел его Игл. – Со мной. Есень, быстро ложись! Меня дернули и швырнули на кровать. Матрац оказался жестким. Не балуют комфортом наследников в академии. Бок заныл, но я испугано прижалась спиной к стене. Странный и непонятный дележ меня пугал не меньше, чем факт, что ближайшую ночь проведу в одной постели с мужчиной. Но спорить с наследниками, устроившими непонятную игру, где призом оказалась я, опасалась. – Есень, не сильно ушибся? – заглянул Игл через плечо друга, тревожно рассматривая мою скрюченную фигуру. – Не сильно, господин, – поспешно отозвалась в ответ. – Не покалечь ребенка, увалень! – выпрямившись, пригрозил Игл наследнику Лаэрту. – Помни о разнице в весе. – И снова ко мне. – Есень, если Эджин не даст спокойно спать, мигом ко мне! Понял? – Хорошо, господин, – вконец обмерев, пролепетала я. Что за наказание? Неужели это плата за сытую и теплую жизнь? За сегодняшний день меня покормили, позволили искупаться в термальном источнике и позаботились об израненных пальцах. Я была благодарна наследнику Иглу, но предстоящая ночь таила опасность. Наследник Лаэрт никак не прокомментировал провокационные слова, словно вспомнил напоминание наследника Гарольда о свойстве натуры зеленоглазого весельчака. Я прижалась спиной к стенке, во все глаза наблюдая за приготовлениями наследника Лаэрта. Молодой хозяин не смотрел в мою сторону. – Зачем цепляешься к Есеню? – тихо спросил Гарольд, но я все равно услышала. – Он хороший ребенок и ему нужна помощь, – спокойно пожал плечами Игл. Во время разговора наследник Гарольд обошел кровать, приблизившись к ступенькам, ведущим на второй ярус. Мое присутствие в кровати наследника Лаэрта не смутило. Он спокойно разделся, аккуратно развесив длиннополую одежду в шкафу, небрежно скинул сапоги и присел на край. Мимо него к ступеням на второй ярус прошел наследник Викард, они обменялись пожеланиями перед сном. Потом молодой хозяин спокойно улегся на спину. Его ничего не выражающий взгляд устремился вверх, словно он рассматривал не доски верхней кровати, а заглядывал куда-то дальше, где не было комнаты в общежитии и соседей по комнате. Причем казалось, что думы наследника одолевали тяжелые. В профиль я наблюдала, как он свел брови к переносице. Наверняка залегла складочка между ними. – Спи, – тихо приказал наследник Лаэрт и устало прикрыл глаза. Дикая, непонятная ситуация выбивала из колеи. Зачем-то я понадобилась молодому хозяину, он вытащил меня из-под завала и перенес в академию. Моим мнением и желанием никто не интересовался, поставив перед фактом, что теперь моя судьба зависит от грозного брюнета, от вида которого дрожат колени. С другой стороны я не жаловалась. Мне не нужно было тяжело махать кайлом и добывать руду, беспокоясь о каждом камне. Меня одели, накормили и согрели, а в дальнейшем обещали заплатить за работу. Нужно признать, новая и непонятная жизнь среди наследников завораживала. Я не чувствовала себя ее частью, но доброта, с какой ко мне отнеслись Игл, Викард и Гарольд, дарила надежду, что в будущем не случится ничего плохого. Наследник Лаэрт уснул. Его черты лица расслабились, потеряв жесткость и надменность. Я увидела уставшего молодого человека, немногим старше меня. На вид ему чуть больше двадцати, но днем, когда он грозно и предвзято смотрел в мою сторону, я старалась не встречаться с ним взглядом. Сейчас без опасений рассматривала его профиль. Красивый. Казалось бы, можно сказать одним словом, но оно не передает общее впечатление. Завораживающий в своей опасности – более подходило к нему. Длинные, черные локоны разметались по подушке, обрамляя идеальное по форме овальное лицо. Высокий лоб, темные дуги бровей, длинные ресницы. В полумраке он казался нереальным существом, пришедшим по воле богов в мир к обычным людям. Я хорошо помнила его мускулистую фигуру, которую пришлось наблюдать длительное время в термическом источнике. Но сейчас одежда из тонкого и дорого шелка скрывали прекрасное тело, предоставляя возможность полюбоваться на полноватые губы и остро очерченный подбородок. Первое впечатление оставалось верным – резкие черты, словно осколки складывались в потрясающей красоты лицо. Мой молодой хозяин. Я вздохнула и закрыла глаза, надеясь немного поспать. Неожиданно почувствовала, как чужая рука аккуратно натянула на меня одеяло, которое я опасалась тронуть. Тонкая, потертая рубашка не давала тепла, а прохлада в комнате давала о себе знать. Оставаясь на полу, не стала бы раздеваться, но наследник Игл разоблачил меня, оставив форму вне досягаемости. От неожиданной заботы широко распахнула глаза и встретилась с черным омутом глаз, внимательно меня рассматривающих. Он смотрел на спящую рядом с ним Есень. Понимание, что под мужской одеждой скрывается девчонка, пришло неожиданно. Первый раз возникло странное ощущение, когда она оговорилась, сказав: «помогла». Потом оценка Иглом ее внешности. И позже, умываясь над раковинами, озадачился ее смущением. Казалось бы, с чего парню отворачиваться и полыхать красными щеками при виде обнаженных по пояс товарищей? Сомнения закончились во время боя. Он прижал Есень к себе, почувствовав предплечьем мягкость женской груди. Он никогда ее не перепутает с твердостью мужских мускулов. Именно то, что Есень оказалась девчонкой, бесило его больше всего. Он не мог признаться друзьям в истинной причине, но отказаться от перспективного будущего из-за предвзятости не имел права. В образе рудокопа Есень выглядела жалко. Потемневшая от каменной пыли кожа, глаза с вечным голодным блеском и испугом. Торчащие во все стороны короткие волосы имели тусклый цвет. Переодетая парнем девчонка не вызывала в Эджине сочувствие, но не реагировать на поведение Игла он не мог. Известный весельчак имел успех у женщин всех возрастов. Он с легкостью кружил головы, как наивным молоденьким горожаночкам, так и респектабельным матронам. Его шуточки над друзьями порой переходили границы приличия, заставляя многих негодовать. Эджин не мог позволить опытному соблазнителю взять покровительство над Есень. Вопрос времени, когда он разобьет девчонке сердце, и в жизни Лаэрта наступят худшие времена. Он не знает, как избавиться от проблемы в лице рудокопа, а Игл может подбросить следующие.