Глава 22

– Стоик, что случилось во время представления? – задал вопрос принц Тэо в конце совета. – Что-то еще произошло? – заинтересовался король, переводя взгляд на телохранителя, сохраняющего молчание последнее время и не вмешивающегося в обсуждение. – Об основных инцидентах доложил начальник стражи, – вежливо склонился в поклоне Стоик. – Это все? Больше ничего не случилось? – настаивал принц, уловив недосказанность в ответе. Взгляды присутствующих скрестились на замолчавшем телохранителе. Его неподвижная фигура смотрелась непривычно среди роскоши королевского кабинета для совещаний. Черное одеяние хорошо для маскировки, но не на фоне ярких украшений. Богатая одежда присутствующих, вычурная с позолотой мебель, яркие светильники контрастировали с туманным образом Стоика. – Странный молодой человек сегодня присутствовал во дворце, – подняв голову, сообщил Стоик, глядя прямо в глаза короля. – В чем его странность? – озадачился государь, сведя брови к переносице. – Из-за него ты пропустил представление? – вторым задал вопрос принц, соотнеся отсутствие верного воина рядом с собой. – Он угрожал безопасности короля? – включился в разговор начальник стражи. – Его имя Есень, – ответил Стоик на все вопросы, но по выражениям лиц присутствующих, озадачивая присутствующих. – Это имя или фамилия? – зная лучше своего телохранителя, уточнил принц. – Имя. Его фамилия мне неизвестна. Наследники Лаэрт, Берл и господин Пакрин обращались к нему исключительно по имени. – Во время обучения в академии ученикам рекомендуется простое общение для построения отношений, – задумчиво пояснил король. – Что вам не понравилось в Есене? – спросил напрямую начальник стражи, оставив пояснения в стороне. – Он не увидел защитный контур в тронном зале и смог войти в служебные помещения, огражденные для приглашенных, – спокойно произнес Стоик. – Амулет? – помолчав, выдвинул предположение начальник стражи. – Возможно, – согласился с ним Стоик. – Однако я не заметил рядом с ним никаких магических искривлений. – Вошел случайно? На удачу? – предположил принц. – В случае с нападением на господина Пакрина Есень оказался тем, кто увидел наемника под прикрытием защитного заклинания и смог оттолкнуть Пакрина, что привело к ранению, а не смерти. – Что? Господин Пакрин и наследник Берл ни о чем подобном не говорили! – взволновался начальник стражи. – Господин Пакрин рассудил правильно, посчитав за лучшее промолчать о нападении и не поднимать шум во время представления. – Странно. Действительно, странный молодой человек, – произнес принц, внимательно выслушав объяснения. – Что ты предпринял? – Наблюдал за ним, стараясь выявить и понять его мотивы, – ответил телохранитель. – Есень вскоре ушел с наследником Берлом и господином Пакрином. Я отдал приказ разобраться с ним преподавателю Шторму. – Верное решение, – одобрил король. – Прямая обязанность Леона присматривать за учениками. Его природная склонность изучать и решать необычные явления поможет лучше разобраться со странностями Есеня. Некоторое время король молчал, покачивая головой, словно обдумывал мысли по этому поводу. – Стоик, если Есень вновь появится при дворе, присматриваешь за ним. Не нравится мне его появление, – покачал головой король. – Подозреваешь, что он шпион Симлы? – спросил принц, пристально глядя в глаза отцу. – Не исключено. Момент его визита выбран удачный. Рассказав о странном молодом человеке, Стоик вновь принял равнодушный вид. Он внимательно выслушал предположения короля, но воздержался от комментариев. Шторм вернулся из дворца после разговора с личным телохранителем принца Тэо. Его слова, сказанные в отношении новичка, за которого просила проблемная четверка, преподаватель воспринял как приказ. О прибытии к воротам академии повозки наследника Берла ему доложили сразу, отправив послание с хранителем правил и порядка. Одновременно прибывшим вручили письменный приказ преподавателя явиться в кабинет Шторма. Проблемная четверка вошла не в полном составе. Радовало одно – предмет предстоящего серьезного обсуждения присутствовал. Есень выглядел немного уставшим и неуверенным. – Проходите, устраивайтесь поудобнее. Нам предстоит долгий разговор, – вместо приветствия произнес преподаватель. – Что-то случилось? – весело поинтересовался наследник Берл. – Надеюсь, об этом услышать от вас, – пристально посмотрел на всех по очереди Шторм. – Меня интересует причина, по которой Есень присутствует в академии. Реакция у парней оказалась разная. Берл и Пакрин обменялись короткими взглядами, Есень испуганно расширил глаза и торопливо уткнулся взглядом в пол перед собой. – Мы объясняли. Эджин решил помочь дальнему родственнику, взяв его с собой в столицу. Разумеется, первым пустился в объяснения словоохотливый наследник Берл. – Есень, я бы хотел узнать от вас обстоятельства, – проигнорировал слова ученика Шторм. – Внимательно слушаю. Мальчишка замер, словно опасался сделать лишнее движение, потом вздохнул и выпрямился. – Господин преподаватель, я – сирота, – решительно начал рассказывать Есень, глядя прямо ему в глаза. – С малых лет работаю в руднике. Однажды в штольне случился обвал из-за прорыва грунтовых вод. Наследник Викард и Лаэрт вытащили меня из-под камней и принесли в академию, где лекарь вернул к жизни. – Не преувеличивай. Лекарь не умеет воскрешать умерших. Он всего лишь проделал необходимые процедуры при утоплении, – вступил в разговор наследник Берл. – Помолчите! – оборвал словоохотливого мага Шторм. – Есень, меня интересует, по какой причине наследники помогли вам? – Они оказались рядом, когда начался обвал, – спокойно ответил парень, честно глядя в глаза. Взгляд он не отводил. Говорил просто, без прикрас, как предпочитал это делать весельчак Берл, однако чувствовалась некая недоговоренность в его рассказе. – Почему наследник Лаэрт и Викард оказались рядом с рудником? – спросил преподаватель и пронаблюдал странную картину. Щеки парня медленно залил румянец. Он потупился и плотно сжал губы. Было видно, отвечать на поставленный вопрос он отказывается, чем внушил больше подозрений. Получается, Шторм задал правильный вопрос. – Наследник Берл, вам известна причина, по которой Лаэрт и Викард оказались у рудника с иринитом? – адресовал вопрос он, продемонстрировав хорошую память. – Иринит, – тихо проговорил себе под нос Пакрин и искоса взглянул на Есеня. Его замечание не осталось незамеченным преподавателем. – Господин Пакрин, объяснитесь, – потребовал Шторм. – Не могу ничего сказать. Меня проделки Эджина и Вирила мало волнуют, – спокойно отозвался Пакрин. – Лучше вам поговорить с ними. – Они сейчас заняты обольщением одной прелестной особы. Не до серьезных разговоров им, – весело хохотнул Берл. – Личная жизнь учеников меня не касается, – устало отмахнулся преподаватель. – Зря. Очень зря. Эджин старается угодить отцу, – веселая улыбка контрастировала с серьезностью тона. – В учебе, в военном мастерстве, или как сейчас, очаровывая миледи Бонин. – О чем вы? – нахмурился Шторм. – Всего лишь объясняю мотивы поступков Эджина. Есень тому наглядное подтверждение, – широким жестом Берл указал на паренька. – Наследник Лаэрт говорил, что его отец не в курсе покровительства над Есенем, – напомнил преподаватель, сбитый с толку объяснениями. – Большего не могу вам сказать, – развел руки в стороны Берл, демонстрируя добродушие и сожаление. – Остальное только Эджин может объяснить. Разумеется, если захочет. Есень Сидеть в комфортном кресле оказалось тревожно. Преподаватель задавал неудобные вопросы. По мне так я давно бы все чистосердечно рассказала и покаялась в любых прегрешениях, но странная связь с наследником Лаэртом не позволяла поступать по своему усмотрению. – Остальное только Эджин сможет объяснить. Разумеется, если захочет. Я знала, грозный брюнет не станет ни о чем рассказывать. Ночной разговор показал, насколько наследник Лаэрт тяготится зависимостью от меня, но ничего поделать не могла. – Значит, дождемся возвращения Лаэрта, – после продолжительно паузы, принял решение преподаватель. – Надеюсь, он не задержится. – Все возможно, – загадочно промурлыкал Игл. – Милашка Бонин очаровательна, а на ее внимание претендует Вирил. Соперничество за девушку может увлечь упрямца. – Не забывай, Есень уехал с нами, а значит … – многозначительно замолчал Гарольд. – Ты прав, дружище! – воскликнул с довольным видом Игл. – Бонин не станет задерживаться, оставшись без предмета воздыхания. Что взбесит Эджина и Вирила, и мы сможем их лицезреть в скором времени. Стук в дверь прервал обмен мнениями. После разрешения в кабинет вошли Лаэрт и Викард. – Что и требовалось доказать, – широко улыбнулся Гарольд. – Миледи Бонин отказала обоим? – сочувственно спросил Игл, поблескивая зелеными глазами. Он буквально лучился предстоящим весельем от поддразнивания над приятелями. Я с беспокойством всмотрелась в нахмуренные лица друзей, явно поссорившихся по дороге. – Разве она могла смотреть на них после Есеня? – поддержал Игла Гарольд. – Наш милый ребенок очаровал малышку Бонин. – Хватит! – оборвал учеников преподаватель. – Наследники, присаживайтесь! Лаэрт и Викард разошлись в разные стороны, подтвердив предположения о произошедшей ссоре. – Сегодня Есень привлек внимание телохранителя принца. Стоик заинтересовался его личностью, – преподаватель сделал паузу, медленно осматривая каждого из присутствующих. – Надеюсь, не требуется пояснять, чем именно занимается Стоик, а потому сразу переходим к главному. Наследник Лаэрт, какова причина нахождения Есеня в академии? Меня интересует истина, а не выдумка. Сейчас мы говорим о безопасности государства, а не о ваших развлечениях. В комнате повисла глубокая тишина. Казалось, упади волос на пол и можно его услышать. Я вообще забыла, как дышать. Безопасность королевства и я? Как мы связаны? – Телохранитель принца заинтересовался Есенем, – тихо пробормотал Гарольд себе под нос. Он посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом. Не могла понять его мыслей, но теплые и добрые глаза сейчас выражали странные эмоции, понять которые пока не получалось. – Слушаю, наследник Лаэрт, – подтолкнул к ответу преподаватель. – Эджин, – сочувственно произнес Викард. – Да уж. Задачка, – в кое-то веки Игл говорил серьезно, озадаченно потирая ладонью подбородок. Трое друзей и я смотрели на Лаэрта в ожидании его решения. – Эджин, думаю, пришло время попросить помощи у наставника, – после повисшей паузы произнес Гарольд. Лаэрт упрямо тряхнул головой, отчего длинные локоны взметнулись и упали на плечи. – Преподаватель Шторм, я потерял свою силу, – спокойно произнес наследник и поднял голову. – Опять? Не надоели шуточки, не пора ли говорить серьезно? – нахмурился Шторм. – Сейчас я более, чем серьезен, – гордо вскинул голову Лаэрт и упрямо сжал губы. – Мы решили последовать учению милорда Викарда по увеличению резерва, и в итоге я лишился всего. – Та-ак, – прищурившись, протянул мужчина. – Дальше. Причем здесь Есень? – В его присутствии мой резерв восполняется, – закончил признание Эджин. – Вот как?! Интересно, интересно, – озадачился преподаватель. – Надеюсь, вы не шутите? – Нисколько, – поддержал друга Викард. – Мы не ожидали подобного результата, но присутствие Есеня необходимо. Эджин рядом с ним полностью приходит в норму. – У вас есть объяснение? – спросил Шторм, озадачив учеников. – Мы надеялись, вы нам расскажите, почему так происходит, – в растерянности произнес Игл. – Есть у меня одно абсурдное предположение, – негромко произнес Гарольд, нарушив повисшую паузу в разговоре. – Но оно настолько невероятное, что боюсь, посчитаете меня сумасшедшим. – Пытливые умы всегда привлекали мое внимание. Слушаю, – сделав приглашающий жест, разрешил говорить преподаватель. – Есень – антимаг, – странные слова упали камнем в полнейшей тишине. А потом произошел эмоциональный взрыв. Наследники разразились громкими криками, а Игл ехидным смехом. Шторм смотрел на творящееся безумие с задумчивым видом. Когда молодые маги немного успокоились, он несильно хлопнул ладонью по столешнице, призывая к порядку. – Объяснитесь, господин Пакрин, – спокойно потребовал он. – Я не могу найти научную основу моему предположению, но факты наталкивают на такой вывод. – Гарольд, ты недавно говорил, что теория антимагии антинаучна, – напомнил Игл. – Я прекрасно помню, о чем говорил, но иного объяснения у меня просто нет. Возможно, я ошибаюсь, и преподаватель сможет нам предложить другую версию. – Для начала послушаем твою идею, – Шторм решил предоставить высказаться ученику. – Я не знаю теорию антимагии, – медленно начал говорить Гарольд. – Никогда не касался этих знаний. Я больше, чем уверен, антимагия в принципе существовать не может, но если бы не наблюдал собственными глазами … Точнее сказать, я до сих пор не могу поверить в то, что наблюдал своими глазами. – Ты о чем? – уточнил Игл, заметив сбивчивость рассказа друга. – Есень не видит магию, – решительно и громко произнес Гарольд. На мне скрестились взгляды присутствующих, а потом обрушился поток вопросов. – Что значит «не видит магию»? – В каком смысле «не видит»? – Что необычного, если Есень не одаренный? – Как ты это понял? – Есень, это правда? – последний вопрос прозвучал от Шторма. – Я не знаю, – невольно поежилась под пристальными взглядами. – А должен ее видеть? – Милый ребенок, – улыбнулся Игл. – Люди, родившиеся без силы, иногда видят ее проявления в активных заклинаниях. Маги, разумеется, всегда наблюдают потоки силы. Что видишь ты? – Э-э-э. Вас? – озадачилась окончательно я. – Хорошо, – глубоко вздохнул Гарольд. – Объясняю, чему я был свидетелем. Он подробно и обстоятельно, используя неизвестные мне термины, рассказал о покушении наемника, о моей помощи при извлечении стрелы. – Я утверждаю! Наемник скрывался защитным заклинанием, причем настолько сильным и искусным, что никто из присутствующих магов ничего не заподозрил. Коридор, закрытый для посторонних, перекрывала стена, созданная защитным периметром дворца. Есень не видит магию и прошел сквозь заклинание, – подвел итог Гарольд. – Получается, Есень смог рассмотреть невест принца в летнем домике, скрытых за защитным заклинанием, – мне достался задумчивый и изучающий взгляд Лаэрта. Наследники и преподаватель надолго замолчали в задумчивости. Я с беспокойством поглядывала на них. – Скажите, пожалуйста, а видеть телохранителя в виде черного тумана – это считается «видеть магию»? – робко задала вопрос, опасаясь дальнейшей реакции. Вдруг я не настолько необычная и не антинаучная, как назвал меня Пакрин? – Что? О чем ты? Какого тумана? – вопросы вновь посыпались со всех сторон. – Во дворце. Неплотный туман. Правда зеленые глазницы сияли, – спешила ответить на вопросы. – Тишина! – ворвался громкий приказ Шторма. – Тихо. Есень, объясни подробно, что ты имеешь ввиду. Пришлось рассказывать все, чему была свидетелем. По недоуменным выражениям лиц поняла, наследники ничего подобного не видели. Конечно, они замечали внезапное появление и исчезновение телохранителя, понимали, что для перемещения использовалась магия, но никто не наблюдал темный туман, растворяющийся в тенях. – Магия Симлы отличается от той, которой владеем мы, – задумчиво произнес Шторм, разглядывая меня. – Она даже не магия в привычном понимании. Скорее использование границы между пространством. Впервые слышу, чтобы кто-то, невладеющий этим мастерством, мог видеть ее проявления. Я сдулась окончательно. Кажется, все-таки особенная уродилась. – Надо проверить! – первым пришел в себя Игл. – Есень, смотри внимательно. Что я сейчас делаю? Его пальцы сложились в странную фигуру. Я пялилась на его руку, но ничего не видела. – Видишь? Порхающую бабочку видишь? – настаивал он. – Где? – глупо похлопала глазами, оглядываясь вокруг. – Ясно. Тогда так. – Он взмахнул рукой, словно запуская в меня невидимым объектом. Я добросовестно наблюдала за его действиями. – То есть кидающегося на тебя тигра тоже не увидел, – с мрачным удовлетворением произнес Игл. – Дальше! В его руках взорвался огненный шар, от яркого света которого невольно прикрыла глаза. Мало того, наследник швырнул его в мою сторону. Я взвизгнула от неожиданности и соскочила со стула, упав на пол. – Ага! – радостно возвестил результат эксперимента Игл. – Проняло! То-то же! – Не сожгите кабинет, – строго выговорил преподаватель. – Хм. Мебель пожалели! Тут такой экземпляр, а вы о пожаре беспокоитесь, – с довольным видом хмыкнул наследник, потирая руки. – Предлагаю для дальнейших опытов переместиться в тренировочный зал, – решительно поднялся Шторм, приказывая покинуть кабинет. – Ура! Есень, держись! Сейчас мы над тобой эксперименты ставить будем, – «обрадовал» вошедший в азарт молодой маг. – Я выживу? – гулко сглотнула. – Узнаем, но гарантировать не могу, – промурлыкал он, крепко обнимая меня за плечи, наверное, чтобы подопытный объект не сбежал раньше времени.