Глава 23

Есень Ночь показалась долгой. Точнее бесконечной. За время, пока надо мной ставили эксперименты, как будто половина жизни прошла. Поначалу все шло тихо и спокойно, но постепенно наследники и преподаватель Шторм все больше распалялись. Меня подкидывали вверх и роняли с высоты, порой ловили, порой я проваливалась сквозь пол, состоящий, как мне объяснили, из магических волн. По какой причине то видела проявления силы, то нет, понятия не имела. Однако, наследникам и Шторму нравилось испытывать на прочность не только меня, но и самих себя. Когда стали одновременно атаковать пятеро мужчин, вооруженных огненными мечами, я попросту сбежала. Прямо через стену тренировочного зала, напрочь позабыв, где находился выход. Радостный ор позади прозвучал триумфом моих мучителей-экспериментаторов. Может быть, не стоит останавливаться и продолжить драпать дальше от безумных магов, вошедших в раж и готовых положить на алтарь антинауки одну скромную сироту, чудом попавшую к безумцам в академию? – Есень, вернись! – завывал среди снежного сада Игл, устремившись в погоню. – Эджин обещал нам головы оторвать, если продолжим! Пожалей несчастных! Как мы будем учиться без голов? – Ни за что! Вы меня убить хотели! – Выкрикнула я, не оборачиваясь. – Да когда такое было? – рассмеялся он. – Подумаешь, пару раз запустили огненными заклинаниями. – Вот-вот! – обиженно пробормотала, прибавляя скорости. – Иду на крайние меры! – предупредил весельчак. – Не покалечь ребенка! – раздался голос Гарольда вдалеке. – Эджин, лови его! Неожиданно мои ноги спутались, зацепились друг о друга, и я рухнула на расчищенную тропинку, успев выставить руки вперед. Именно это спасло мой нос. Приложилась знатно. Свезенные ладони саднило, колени от удара о землю ныли, а из груди вырывалось горячее дыхание. Рядом раздались тяжелые и торопливые шаги. – Есень, вставай! – над моей головой произнесли строгий приказ. – Не хочу. Лучше отправьте обратно на рудник, – потребовала, отплевывая грязный снег, попавший в рот. Меня жестко ухватили за ворот и резко встряхнули, поставив на ноги. Наследник Лаэрт смотрел строго, но с искренним беспокойством. – Не покалечился? – спросил он. – Ударился, – продемонстрировала ладони. Неловкими движениями, морщась от прикосновений, попыталась отряхнуть одежду от снега. Не выдержав моих мучений, Лаэрт принялся приводить меня в порядок. От неожиданности шарахнулась в сторону. – Стой смирно! – вновь приказали мне, продолжив сметать руками налипший снег. – Синяки и ссадины залечу, когда вернемся в общежитие. От проявленной заботы, выраженной грубым тоном, замерла на месте, не зная, как правильно реагировать. – На сегодня достаточно, – произнес преподаватель, когда мы вернулись к тренировочному залу. – Отправляетесь к себе, я обдумаю результаты испытаний. – Ночь почти закончилась, – сладко потянулся Игл, зевая и глядя на черное небо. – Не забудьте, утром на занятия, – напомнил Шторм. – И никаких опозданий! – Преподаватель! – возмутились наследники, но их мольбы проигнорировали. Парни насупленным взглядом проводили высокую фигуру в форменной одежде академии без украшений. – Надо отдохнуть в оставшееся время, – предложил Вирил, направившись к общежитию. – Идем, Есень, – обняв меня за плечи, Игл последовал за ним. Гарольд и Лаэрт замыкали шествие. Не на одной мне сказалась бессонная ночь. Наследники постепенно успокаивались, и усталость сказывалась на всех. – Вирил, дружище! Милашка Бонин продемонстрировала тебе внимание? – толкнув плечом Викарда в дверном проходе, спросил Игл, подмигнув. – Отстань, – устало огрызнулся блондин. – Или она очаровалась Эджином? – проигнорировал совет балагур. – Что скажешь, Лаэрт? Удалось завоевать ее расположение? Даже под утро, после второй бессонной ночи, он не мог удержаться от шуток и поддразниваний. – Тебе интересно? – мрачно взглянул на него Лаэрт. – Мне, кстати, тоже интересно, – вступил в разговор Гарольд. Они переглянулись с зеленоглазым весельчаком, предвкушая знатную перепалку. Наследник Берл прошел к шкафу и стал переодеваться ко сну. Гарольд, наоборот, устроился на стуле, ожидая дальнейших действий. Викард у второго шкафа развешивал одежду, старательно делая вид, будто его не заботит разговор. Лаэрт зло сверкнул глазами в сторону забавляющихся друзей и поманил меня к себе, предлагая помочь разоблачиться. Несмотря на сомнительную честь считаться антимагом, мои обязанности слуги никто не отменял. Я с готовностью приступила к исполнению. Первым делом занявшись завязками на рукавах. – Что между вами двумя произошло, когда мы оставили вас в надежных ручках милашки Бонин? – наседал Игл. Молодой маг распустил волосы, и они каштановым каскадом упали на плечи. – Или они оказались совсем не крепкими? В таком случае не советую ей выходить замуж. Как она будет вертеть мужем? Слова о предполагаемом замужестве на соперников произвели впечатление. Они резко развернулись к балагуру и невольно сжали кулаки. – Ого! Игл, а у них все серьезно! Как будете делить наследницу? – восхитился Гарольд. – Простите, господин, я не успел развязать пояс, – из-за неожиданного движения Лаэрта упустила завязки из рук. – Брось! – посоветовал Игл. – Эджин умеет разоблачаться. Не маленький. – Даже жениться собрался, – поддакнул ему Гарольд. – Посмотрим, кому достанется миледи Бонин! – рыкнул наследник Викард, шагнув вперед. Он успел снять верхнюю одежду и сейчас оставался в исподних шелковых штанах до колена. Перекатывающиеся под кожей мышцы производили внушительное впечатление. Я бы опасалась к нему подходить, но его угрожающий вид разозлил Лаэрта. – Не тебе! – выкрикнул он. – На кого ставишь? – оживился Игл. – У Эджина мотивация сильная, а у Вирила явно голову снесло от великой любви. Я на Вирила, – озвучил решение Гарольд. – Тогда Эджин мой! Парни, предлагаю начать бой! – хлопнув в ладоши, оповестил наследник Берл. Викард и Лаэрт переглянулись и синхронно двинулись на веселящихся друзей. – Кажется, сегодня будет славная драка, – сладко от предвкушения пропел Гарольд. – Мы принимаем бой! – подскочил на месте Игл. Парни расположились пара на пару. Я кинулась между ними, когда они ринулись друг на друга. Успела протиснуться и расставить руки: – Стоять! – заорала не своим голосом. – Прекратить! – Детка, не мешай, – Игл попытался отодвинуть меня в сторону, но Гарольд потянул в противоположном направлении. – Есень, сгинь! – рявкнул Лаэрт. – Ни за что! – сопротивлялась я, отпихивая парней. – Заняться нечем? Прекратите! – Есень, прочь! – солидарно потребовал Викард. – Стоять, божьи твари! – окончательно сорвалась я. – Себя не жалеете, на меня вам наплевать, но госпожа, чем перед вами провинилась? Подумайте о ней! По кроватям! Не знаю, как это произошло, но невидимая волна разметала в стороны наследников. Они разлетелись в стороны, с силой приложившись, кто о стойки мебели, кто об пол. – Что это было? – постанывая и потирая затылок, спросил Викард. – Не знаю, – в тон ему отозвался Игл, выглядывая из шкафа, куда его зашвырнуло. – Есень, у тебя точно магии нет? Дай-ка я посмотрю, – потянулся ко мне Гарольд, улетевший на небольшое расстояние от меня. – Надо его раздеть и ощупать. Вдруг, какой амулет под кожу вшит, а мы пропустили. – Хорошая идея! – позабыв об ушибах, оживился Игл. – Давно пора было это сделать! Не только ему любоваться на нас, я тоже хочу посмотреть на его фигуру. – Нет! Не смейте! – подпрыгнула на месте и начала пятиться, сжимая ткань одежды на груди. – Эджин, помогай! – позвал друга Викард. – Руки убрали! – рявкнул Лаэрт и одним рывком оказался рядом, загораживая собой. – Это я не сдержался. – Что значит, ты? – уточнил озадаченный Гарольд. – Слова Есеня прозвучали, как приказ. Не понимаю, почему подчинился, но по ощущениям, когда коснулся его, получил мощный заряд. Именно он раскидал нас, – продолжая меня загораживать, объяснил Лаэрт. – Хочешь сказать, что Есень может управлять твоей магией? – озадачился Викард. В ответ Эджин пожал плечами, предлагая друзьям самим сделать вывод. – Парни, а задачка сошлась с ответом! – потрясенно произнес Игл. – О чем ты говоришь? – спросил Гарольд. – Мы испытывали Есень на наличие магии, а у Эджина резерв восполняется только в присутствии мальчишки. Понимаете? – широко распахнутые, зеленые глаза блестели от восторга. – И о чем это говорит? – переспросил Викард. – Есень и Эджин стали единым целым! Они дополняют друг друга. Их резерв один на двоих! – Бред, – выдал закономерный вывод Гарольд. – Ага! Как и то, что Есень – антимаг! – радостно согласился с ним Игл. – Просто отступитесь от привычных знаний и допустите эту мысль, – он принялся возбужденно вышагивать по комнате. – Вспомните, Эджин и Есень находились в месте силы. Вероятно, когда магия стала прибывать, она действительно прибывала, но уходила к антимагу, поэтому уровень резерва у Эджина не увеличился, а возвращается к прежнему состоянию в присутствии Есеня. Неужели непонятно? – Как мы могли объединиться? – хмуро спросил Лаэрт. – Как две половинки противоположностей! – потрясенно продолжил Гарольд. – Очень вероятно, – согласился Викард. – Поток из места силы оказался столь мощным, что единственным для тебя спасением оказался антимаг, появившийся в нужный момент. Эджин! Есень не просто увеличил твой резерв, он фактически спас тебя, запитав на себя излишек! – Невозможно, – упрямо покачал головой Лаэрт. – Как раз именно такое объяснение и возможно, – возразил ему Викард. – Если знать о теории антимагии, то все произошедшее с тобой становится объяснимым. – Остается понять, почему Есень – антимаг? – спокойным тоном спросил Гарольд. Лаэрт отступил в сторону, и на мне скрестились взгляды присутствующих. – Я не знаю! – выкрикнула в ответ, чувствуя подступающую панику. – Я ничего не понимаю! – Иринит, – подсказал Пакрин. – Десять лет работы с антимагическим металлом. – Вряд ли, – возразил ему Игл. – Воздействие амулетов из иринита по времени ограниченно, а значит, если Есень носил в себе свойства руды, не смог бы стать для Эджина спасением. Обычный человек не в состоянии выдержать поток силы. Есень родился антимагом. Наследники потрясенно молчали. – Я знал, что этот ребенок преподнесет сюрпризы, но не ожидал, что настолько глобальные, – снова вернулся к веселому настроению Игл. – Повезло тебе, Эджин! – Надо рассказать о наших догадках Шторму, – задумчиво произнес Викард. – Думаю, к утру он придет к тем же выводам, – взглянув в сереющее окно, отозвался Гарольд. – Мы сегодня совсем спать не будем? – потянувшись и отчаянно зевнув во весь рот, спросил Игл. – Дайте хоть на какое-то время глаза прикрыть. Вчерашняя бессонная ночка и сегодняшний визит во дворец меня окончательно вымотали. – Я спать! – поддержал его Викард. – Я тоже, – согласился Гарольд. – Есень, ложись, – приказал Лаэрт, укладываясь на кровать. Он прав. Я последняя, кто остался в одежде. Освещение притушили хлопком ладоней, и в полумраке торопливо сняла с себя одежду. Подойдя к кровати, замерла в нерешительности. – Чего мнешься? – приоткрыв глаза, недовольно спросил Лаэрт. – А как мне … – застенчиво проговорила. – Эджин, позаботься о ребенке! – возмутился Игл. – Есеню сегодня досталось! – Успокойтесь вы, – простонал Вирил сверху. – Ложись. Лаэрт ухватил меня за руку и дернул, направляя на свободное пространство между собой и стеной. Второй рукой придержал и аккуратно опустил на кровать. Меня притиснули к себе и заботливо укрыли теплым одеялом. – Спать, – тихо прошелестело над ухом. Утро и, как следствие, подъем наступили быстро. Некоторое время испуганно слушала гулкие удары гонга, а потом наследник Лаэрт с силой тряхнул за плечо: – Просыпаемся. Опозданий никто не простит. – Мне обязательно идти? – сонно спросила, потирая не открывающиеся глаза. – Обязательно, Есень. Теперь ты в академии, – раздался оживленный голос Игла. – После второй бессонной ночи ты выглядишь чересчур бодрым, – возмутился Вирил. – Не терпится испытать новые предположения насчет Есеня и Эджина. Сдается мне, это будет весело! – Тебе бы только развлекаться, – недовольно буркнул Лаэрт и снял нательную рубашку, сидя на кровати. Именно в этот момент я собралась перебраться к краю кровати. От открывшегося вида обнаженного мужского торса замерла на месте. Дыхание перехватило, а щеки медленно залил румянец. – Есень, прекрати поедать взглядом Эджина! – заметив мою реакцию, наклонился к нам Игл. – Он, конечно, хорош, но для любования мужским телом нет времени. Живо в купальню! Наверняка там толпа собралась. Но ничего! Мы с тобой вдвоем можем душ принять. – Нет! – резко очнулась я. – Мне просто умыться! – Ребенок, какой ты скромный, – расцвел улыбкой Игл. – Есень, поторопись, – посоветовал Эджин. – Идем вместе. Прихвати сменную одежду. И для себя комплект возьми. Я послушно покивала, достала с полок две рубашки и поспешила следом за молодым господином, только по дороге догадавшись спросить, кому предназначается второй комплект. – Игл прав. Перед занятиями нужно принять душ. Вчера поздно вернулись, – получила спокойный ответ. – Господин, я не могу! Я не хочу! – забуксовала на месте. – Возражения не принимаются. Пока ты спишь в моей постели, будешь мыться два раза в день. Станешь отказываться, помою насильно! – получила категорический ответ. – Можно я сам? Позвольте! – в молящем жесте сложила руки. – Сам? – оглянулся на меня Лаэрт. – Отдельно, – пояснила я. Мне ничего не сказали. Понятно, что, если будет возможность, никто противиться не станет, но гонг поднял академию и вокруг царил ажиотаж. Кабинка душа освободилась прямо перед нами. Лаэрт втолкнул меня, и я умоляюще на него взглянула. – Купайся один, – проворчал недовольно он. – А можно меня прикрыть? – попросила его, находясь закрытой с трех сторон перегородками до плеча. Лаэрт поднял руку и задумчиво посмотрел на меня. – Интересно. Если Игл прав, то … Есень, сделай сам. – Что сделать? – озадачилась я. – Дотронься до меня и представь защитную пелену на входе, – в темных глазах наследника читалось искреннее любопытство и интерес. – Как дотрагиваться? – озвучила то, что больше всего поразило. – Нежно, – хмыкнул он. – За руку возьми, – поняв мое замешательство, посоветовал он. Я послушалась. Положила ладонь на предплечье и сжала пальцы, закрыла глаза и представила непрозрачную занавеску. – Хм, – донеслось до меня. – Странно. – Что? – распахнула глаза. Я продолжала держать руку Лаэрта, но нас отделяла непрозрачная пелена. – Получилось? – ошарашено прошептала я. – Поторопись, иначе опоздаем. Молодой господин освободил руку из захвата и оставил меня одну. Второй раз повторять не потребовалось. Вымылась я в рекордные сроки. Первым занятием оказалась военная подготовка. Парни спокойно прошли в раздевалку и сменили длиннополую одежду на более удобную – теплые куртки из плотной ткани и свободные штаны, которые заправили в высокие сапоги. Наследник Игл заботливо выдал комплект и коротким жестом указал укромный уголок, где могла переодеться. Мы остались последние, поэтому торопилась. – Помочь? – спросил Игл, стоя ко мне спиной. – Нет. Справлюсь, – отказалась я. – Долго возишься, – проворчал он. Увы, я запуталась в завязках и петельках. Веревочки упорно отказывались продеваться в нужное отверстие и ложиться ровно. Приходилось переделывать по несколько раз. – Давай я, – не выдержал Игл, разворачиваясь и дергая меня за ворот к себе. Разумеется, ткань не потерпела непочтительного обращения и съехала на бок. – Чертоги богов, – рыкнул недовольный наследник. – Ты вообще ничего не смог сделать? Надо начинать от этой петли. Я внимательно слушала и следила за его движениями. Проворные пальцы справлялись быстро, но неожиданно в какой-то момент молодой человек замер, пристально рассматривая дело рук своих. – Есень, сколько говоришь тебе лет? – глухо спросил Игл. – Восемнадцать, – ничего не понимая, отозвалась ему. – Самый возраст, – непонятно произнес он. – Для чего? – взглянула на него. – Для всего! Он ухватил пальцами мой подбородок и приподнял его, пристально вглядываясь в глаза. Потом его взгляд заскользил по щекам, спустился к губам, где и задержался. Он смотрел жадно, словно боролся с искушением, удерживая себя из последних сил. – Эй, вы скоро? – раздался голос от дверей. – Идем! – вздрогнул Игл, будто выныривая из своих мыслей. – Идем, – произнес он мне, гулко сглатывая. В погоне за объяснением разгадки странных способностей Есеня Игл позабыл об основной интриге, окружающей парня. В первую встречу ему показалась необычной его внешность, посеяв подозрения в его половой принадлежности. Что-то неуловимое в облике, манере держаться наталкивало на мысль, что вовсе не мальчишка перед ним, но докапываться до истины не торопился. В конце концов, раскрыв все тайны, станет скучно жить, а Игл предпочитал проводить время весело. Поддразнивания заставляли краснеть Есеня и злиться Эджина. Чем не прекрасное времяпрепровождение? Его все устраивало, а рудокоп неожиданно оказался ценным экземпляром. Надо же! Антимаг! Утро выдалось суетное, а вторая бессонная ночь путала мысли. По привычке он продолжал дергать Эджина и Есеня, но ничего коварного не задумывал, предпочитая расслабиться и восстановить свои силы. Предложив помощь с костюмом для тренировок, Игл без задней мысли обращался с телом Есеня, как с обычным мужским, и потому получил неожиданное потрясение. Он почувствовал под своими ладонями женские округлости в том месте, где у нормального парня их быть не должно! Сонный мозг отреагировал на потрясающее открытие не сразу, позволив ему несколько раз достоверно убедиться в открывшейся истине. Он ни за что не перепутает ощущение от женской груди с чем-то иным! Опыт, полученный им в общении с прекрасным полом, помог сделать вывод. Перед ним девушка! – Есень, сколько говоришь тебе лет? – Игл не мог оторвать взгляд от груди, скрытой под тканью. – Восемнадцать. – Самый возраст, – смутился он, рисуя в воображении изгибы женского тела под одеждой. – Для чего? – Для всего! – нагрубил Игл, злясь на себя и свою реакцию. Пальцами приподнял подбородок и всмотрелся в милое лицо. Глаза, нос, щеки, губы слишком нежные для парня, даже если ему восемнадцать лет. Она смотрела на него ничего непонимающим взглядом, полностью полагаясь, но сам Игл себе не доверял. Он хотел впиться жадным поцелуем, чтобы подтвердить или опровергнуть безумную догадку. Его пугала собственная сообразительность. Сколько раз за последнее время его бредовые идеи оказывались верными? – Эй, вы скоро? Их кто-то позвал, вырвав Игла из темного омута. – Идем! – крикнул в ответ, разрывая закруживший его вихрь. – Идем, – гулко сглотнув, приказал Есеню. Сомнений не оставалось.