Глава 25

Есень – Мне необходимо выяснить, какими способностями, кроме воздействия на резерв наследника Лаэрта, обладает антимаг, – началось мое первое занятие с преподавателем Штормом. Я стояла перед ним, сцепив руки перед собой. Мои слова, что не захватила с собой тетради для записей, проигнорировали, сообщив, что теорией антимагии никто не владеет. Остается практиковаться и выяснять все опытным путем. – Недавно мы случайно узнали, что с наследником Лаэртом можем пользоваться общим резервом для создания заклинаний, – робко произнесла, видя задумчивое выражение лица мужчины. Кажется, он размышлял с чего начать опыты надо мной. – Вот как! – искренне заинтересовался Шторм. – Интересный факт. Значит, обучать будем обоих. Вызвать наследника Лаэрта! – подойдя к дверям, он отдал приказ хранителю правил и порядка. Наследник Лаэрт вошел и первым делом внимательно осмотрел меня, потом вопросительно взглянул на преподавателя. – Есень сказал, что вы можете совмещать резервы, – отвлекшись от раздумий, пояснил Шторм цель вызова. – Начнем совместное обучение. Темные глаза Лаэрта блеснули на меня недобрым взглядом. Не знаю, чем он остался недоволен. Преподаватель все равно со временем узнает, поэтому не понимаю, какой смысл скрывать. – Преподаватель, на дополнительные занятия у меня нет времени, – сложив руки на груди, объявил Лаэрт. – Об этом не беспокойся. Ваше с Есенем обучение приоритетное. Остальные дисциплины будешь посещать в свободное время. Хотя, нам предстоит огромная работа, скорей всего академические знания будешь изучать самостоятельно, – пояснил Шторм. – У меня есть выбор? – спросил наследник. – Нет, – просто ответил преподаватель. Брюнет кивнул с недовольным видом и остался стоять на месте. – Приступим, – пошел к нам Шторм. – Показывайте, что удалось узнать. Мы переглянулись, протянули друг другу руки и переплели пальцы. – Любое касание дает возможность использовать мой резерв, – пояснил Лаэрт. – Есень не видит магию и не может плести заклинания, но моя сила слушается его приказов. – Интересно, – заинтересовался преподаватель. – Продемонстрируйте что-нибудь. – Что покажем? – спросила Эджина. – Начнем с видимого, – немного подумав, предложил он. – Достань мой меч. Озадаченно потерла указательным пальцем переносицу. Раньше ничего подобного не делала, но некоторые совместные действия, которые у нас случайно получались, запомнились. Я прикрыла глаза и вспомнила светящееся оружие, появляющееся из правой руки наследника. – Аккуратнее! – возмутился Лаэрт, и я испугано распахнула глаза. Светящийся меч легко выскользнул из ладони мага и вонзился острием рядом с его сапогом. – Ой, простите, – смутилась я. – Вы точно уверены, что именно Есень приказала активироваться мечу? – темные глаза преподавателя азартно заблестели. – Абсолютно, – твердо ответил Эджин. – Сам бы я ногу не попытался проткнуть! – Я не хотел, – жалобно проблеяла в ответ. – Ладно, – примирительно пожал он мою руку. – В следующий раз глаза не закрывай. – А убрать сможете? – спросил Шторм. – Попробую. Глаза закрывать не стала, наоборот, внимательно смотрела на исчезновение оружия в ладони наследника. – Прекрасно! Есть с чем работать! – воодушевился преподаватель. – Приступим. Если бы я знала, что энтузиазм ученого, нашедшего интересную идею, бесконечен, наверное, под страхом смерти не рассказала о возможности действовать сообща. Шторм ставил на нас эксперименты, изводя усложнением задач. Мы выяснили, лучший результат появляется при непосредственном контакте. Однако, на расстоянии я также могла воздействовать на силу мага. Разумеется, преподаватель пытался свой резерв предложить мне, но увы, ему пришлось разочароваться. Я была связана исключительно с наследником Лаэртом. По огорченному выражению лица Шторма догадалась, он очень надеялся на сотрудничество со мной. Студеным вечером, больше походившим на ночь, мы плелись в столовую, где нам обещали поздний ужин. Я задрала голову к звездному небу и полной грудью вдыхала жгучий холод. – Тиран, – буркнул наследник Лаэрт, обратив внимание на мои вздохи. – Он старается сделать как лучше, – приподняла и опустила плечи. – Спрашивается, оно нам надо? – он тоже закинул голову вверх. – Знаете, я все равно рад, что оказался здесь, – перевела взгляд на него. – Никогда не думал, что отличаюсь от простых людей. А сейчас, каждый день узнаю что-то новое. Моя жизнь стала насыщенная и интересная. Что я видел? Рудник, старый городок с покосившимися домами, бедность и голод. Вечная борьба за выживание. – Здесь тоже идет борьба за выживание, – не согласился со мной он. – Наверное, вы правы, – немного подумав, отозвалась я. Некоторое время мы шли молча, не говоря ни слова. – Можно у вас спросить? – Робко взглянула на него. – Давай. – Вы больше не ненавидите меня? Неожиданно наследник Лаэрт остановился. Я последовала его примеру. – Ненавижу? – переспросил он. – Ты меня бесишь, возмущаешь, не даешь спокойно жить, но могу сказать точно – я не ненавижу тебя. В конце концов, ты поступил так, как немногие решились бы, придя на помощь незнакомцу. Помешать магу себе дороже. Можно проклятье заработать или жизни лишиться. Но ты не остался в стороне. Когда я это понял, то смог смириться и впустить в свою жизнь. – Вы хотите сказать … – от неожиданной догадки сердце отчаянно застучало, – хотите сказать, что относитесь ко мне как … как к другу? – Чертоги богов, – сквозь зубы выругался Лаэрт. – Не говори ерунды! – Нет. Не буду. – Послушно согласилась с ним. Мы зашагали дальше, спеша оказаться в теплом помещении. Едва вошли в нашу комнату, как стали объектом пристального внимания. Первым, разумеется, накинулся с вопросами Игл: – Где вы были? Мы не могли вас найти! – Я слышал, Шторм позвал Есень, – Гарольд выступил вперед. – Начались занятия? – Эджин, ты, где был? – спросил наследник Викард. Мы переглянулись и улыбнулись на явную обеспокоенность и заботу, прозвучавшую в словах товарищей. – Шторм решил нас обучать вместе, – ответил Лаэрт на все вопросы. – Вместе? Почему? Зачем? – Игл никак не мог успокоиться и приставал с вопросами, пока мы снимали верхнюю одежду. Чтобы поторопить, он решительно взялся мне помогать, подтолкнув Вирила к Эджину. – Мы голодные, – отказался говорить Лаэрт. – У меня есть печенья, – с готовностью предложил Викард. – Для нас приказали приготовить ужин, – пояснила я, молчаливо наблюдая за суетой вокруг. – Мы идем с вами! – Игл был категоричен. – Промедление смерти подобно. Если я умру от любопытства, гибель наследника славного рода Берла ляжет проклятьем на вас! – Сколько пафоса, – фыркнул Гарольд. – Не говори, что тебе не интересно, – обиделся Игл. – Я тоже умираю от любопытства. Нас похоронят вместе, – пошутил тот. – Не вздумай умирать! Я не переживу твою смерть. Восстану, а потом снова умру от горя. Вроде наследник Берл шутил, но в его зеленых глазах читалось предупреждение. Словно ему претила мысль о смерти кого-либо из друзей. – Есень, идем! – позвал Лаэрт, не обративший внимания на разговоры друзей. В столовой нас ожидал сытный ужин. Хорошо, нас двое, и мы могли отвечать по очереди. Иначе любопытные наследники не дали бы возможности нормально поесть. Пока один отвечал на вопросы, второй наворачивал ложкой. – Знаете, в этом есть что-то странное. Вы не находите? – Задумчиво спросил Гарольд, повернувшись к нам боком и разглядывая сверкающие бока огромных кастрюль, находящихся в темноте кухни. – Что ты подразумеваешь? – озадачился Викард. – Ничего странного. Они стали единым целым … – начал говорить Игл, но Гарольд его перебил. – Я говорю о преподавателе Шторме. – Его интерес, как раз объясним, – пожал плечами Лаэрт. – Он известен азартным отношением ко всему неизведанному. А тут мы – уникальные экземпляры. – Я не об этом, – досадливо отмахнулся Гарольд. – Вы про усыновление? – спросила я, потому что сей факт меня до сих пор смущал. – Поступок вписывается в характер азартного ученого. Шторм нашел законное основание обучать антимага в академии магии, – ответил Гарольд. – Вспомните, чему он вас учит? – Обычным вещам, – спокойно отозвался Эджин. – Концентрация на своих силах, управление магией, создание заклинаний. Все с этого начинают, едва входят в возраст для обучения. – Разумеется, – согласился Пакрин. – Но вспомни. Нас начинали обучать с простого – поднять карандаш или лист. Создать бабочку или заставить распуститься бутон. Неожиданная тень набежала на лицо Лаэрта. – Ты прав. Как-то не подумал. Привык, что мы сейчас обучаемся военному делу, изучаем право и систему государства. – Именно! Возможно, Шторм исходит из того, что начальные знания тебе известны, но не проще учить Есеня простым заклинаниям, чем тренировать его на создание защитного купола или шаровой атаки? Наследники потрясенно замолчали, осознавая услышанное. – А что не так с шаровой атакой? – осторожно поинтересовалась я. По мне лучше с полезных вещей начинать, чем с бабочек. Постоянные нападки со стороны наследника Ирата и его команды торопили освоить новые возможности. Поэтому я была не против знаний, которые давал преподаватель. – Парни, нас готовят к чему-то серьезному, – потрясенно прошептал Викард. – В академии стали больше отводить занятий для практики, сократив теорию. – Но во дворце все спокойно, – озадачился Игл. – Никаких слухов не ходит. – Все заняты отбором и предстоящей свадьбой принца, – пояснил Лаэрт. – Очень удобно скрывать настоящие намерения. – Общество взбудоражено и ничего не замечает, – подвел итог Гарольд. – Вы сейчас о чем говорите? – взмолилась я. – Война. С Симлой. Нам предстоит воевать, – повернувшись ко мне, сказал Эджин. – И мы с тобой должны как можно скорее научиться использовать свои возможности. – Я?! Я не могу! Я могу добывать руду, но воевать …! – от волнения вскочила на ноги. – Сядь, – дернул меня за руку Лаэрт. – Никто не говорит, что это случится завтра. Ни одна война не начинается без подготовки. Это просто предположение, а неопровержимый факт. – Эджин верно говорит, – согласился Викард. – Гарольд, расспроси отца. Он сейчас близок к королю, наверняка ему известны подробности. – В ближайшие выходные навещу, – согласился тот. Лежа в постели, я не могла уснуть. Не согревало теплое одеяло и присутствие Лаэрта. Обычно рядом с ним я засыпала мгновенно. В последнее время ощущение безопасности всегда возникало, едва соприкасалась с ним. – Что тебя тревожит? – едва слышно спросил Лаэрт, поворачиваясь на бок ко мне лицом. Я поспешно закрыла глаза, но скрыть беспокойство не получилось. – Испугался разговора о войне? – продолжил допытываться он. Медленно открыла глаза и встретилась с темным взглядом. – Да. – Наследники рождаются для того, чтобы управлять государством, – немного помолчав, заговорил Эджин. – Нас учат с рождения верности долгу и преданности королю. Если государь прикажет, мы будем воевать. Именно для этого создана наша академия. Здесь обучают не только закону, экономике и политике, но и военному делу. Он замолчал, а я во все глаза рассматривала его серьезное лицо. Почти никогда не приходилось разговаривать с ним в непосредственной близости. – Симла – постоянная угроза нашему государству. Любой житель страны желает независимости и страдает от уплаты дани. Высокие налоги покрывают часть средств, необходимых для передачи в Симлу, но остальное ложится бременем на граждан. – Значит, война будет? – спросила его, широко распахнув глаза. – Обязательно, – твердо произнес он. – Но не сегодня и не завтра. Чтобы начать ее, государство должно подготовиться. Наверняка свадьба принца необходима для укрепления экономики и единения политики страны. – Принц не может выбрать понравившуюся девушку? – ахнула я. – Игл прав, – тепло улыбнулся Эджин. – Ты – милый и наивный ребенок. Он протянул руку и погладил меня по волосам. Локоны после нескольких месяцев пребывания в академии отросли и теперь не просто заворачивались на концах, а свивались в колечки, в которых запутались пальцы наследника. – Разве может принц выбирать сердцем, если его брак – это политика? – Лаэрт хмыкнул, прочесав мои локоны. – Наследники по примеру государя выбирают выгодную невесту. – И вы? – сердце болезненно сжалось. – И я, – подтвердил он. – Мне жаль, – опечалилась я. – Чего именно? – Вас. Мне искренне вас жаль. – Себя пожалей, – уголок его рта насмешливо дернулся. – Все. Спи. Завтра Шторм вновь примется за наше обучение. Можешь поверить, сегодняшний день нам покажется легкой разминкой по сравнению с тем, что он приготовил. Лаэрт положил ладонь на мой затылок и притянул голову к своей груди. Я уткнулась лбом в него и испуганно замерла. Никогда прежде молодой человек не проявлял столько теплоты и заботы. Дыхание сбилось, а сердечко испуганно затрепетало. – Жаль ему, – расслышала шепот я. Его дыхание вскоре выровнялось, а я ощущала, как оно шевелит волосы на макушке. Руку он не отпустил, прижимая мою голову к своей груди. После завтрака мы отправились на занятия к Шторму, который встретил нас предвкушающей улыбкой. Предположение Эджина оказалось верным – преподаватель приготовил для нас повтор вчерашнего урока и новые задания. До глубокого вечера мы тренировались, едва уговорив азартного ученого сделать перерыв на обед. Парни за ужином в столовой сочувствовали, видя наш ошалелый вид. – Объявление! – раздался громкий голос хранителя правил и порядка в академии, перекрывая громкие разговоры в столовой. – Его величество своей милостью сообщает! Среди наследников воцарилась тишина. – Торжественная церемония бракосочетания нашего возлюбленного сына принца Тэо состоится в скором времени. Чтобы достойно отметить столько значимое для государства событие, ученикам Академии наследников надлежит устроить театрализованное представление. – Нам? Театр? – голоса раздались одновременно и со всех сторон. – Что за шутки, наследникам играть на подмостках? – Нашли актеров! – Тишина! – прогремел голос преподавателя Шторма. Наследники неохотно замолкали, осматриваясь по сторонам и ища поддержки. – Забыли о дисциплине и верноподданнических чувствах? Приказы короля не обсуждаются, а выполняются! – пресек волну возмущения Шторм. – К утру жду от вас предложения по тематике пьесы и желающих проявить себя. Мужчина развернулся и вышел, не дожидаясь реакции. И она последовала. Возмущаться стали активнее, позабыв о напоминании быть верноподданными. – Кто играть будет? Кто, я спрашиваю? – особенно возмущался наследник из команды Ирата. Наверняка, Пакрин дал ему указание устроить протест. – Опасаешься, что тебе достанется женская роль? – насмешливо спросил Игл, как всегда, не оставшийся в стороне. – К примеру! Мужские персонажи любой из нас сможет сыграть, но кто согласиться жеманиться на сцене? Разве среди наследников найдется сумасшедший? – вещал возмутитель спокойствия. – У нас есть один достойный кандидат, – поднялся на ноги Игл. – Кто? Назови! – вопил прилипала Ирата. Наверняка, он ожидал нападок на Пакрина и заранее приготовился жечь острым словом. – Есень! – меня резко дернули за ворот и поставили на ноги. – Есень может сыграть любую женскую роль. – Я?! – от неожиданности закачалась на месте, а ноги подкосились, но обратно опуститься на стул мне не дали. – Ты! – торжествующе произнес Игл и медленным взглядом обвел присутствующих. – Возражений нет? – Есть! – выкрикнула я. – Я! Я возражаю! Я не актриса. Чертоги богов! – выругалась, потому что проговорилась. – Не актер! Не актер и не актриса! – Значит, возражений нет, – радостно подвел итог Игл. – Есень будет играть женскую роль. Осталась главная мужская роль. Есть желающие? Ответом было молчание в относительной тишине. Наследники тихо переговаривались, порой кое-где раздавались смешки. – Гарольд, возьмешься? – обратился к другу Игл. – Почему сам не хочешь? – спросил кто-то за соседним столом. – Я бы с радостью, – шутливо раскланялся он. – Но боюсь разрушить репутацию непутевого повесы. Вдруг гениальной игрой и прекрасным лицом настолько приглянусь какой-нибудь прелестной госпоже, что она решит положить к моим ногам свое состояние и закует в кандалы законного брака? Громовой хохот сотряс стены. – Есть желание испробовать силу своего обаяния и покорить сердца очаровательных наследниц? Эджин, Вирил, подумайте. Прекрасный шанс произвести впечатление на одну известную нам особу! – Игл, я возьмусь, – поднял руку кто-то из наследников. Я с ним знакома не была. Однако его инициатива всколыхнула присутствующих. Заливистый свист и громкие аплодисменты одобрили кандидатуру. – Кто это? – оглоушенная произошедшим, спросила сидящего рядом Гарольда. – Наследник Волис, брат одной из невест принца. Известная личность, – ответил он.