Глава 31

Утром преподаватель Шторм с хмурым видом слушал доклад хранителя правил и порядка. Проблемная четверка вновь отличилась. Казалось бы, он смог решить проблему наследника Лаэрта, Есень восстановился и выписался из лазарета, но прошедшей ночью трое учеников покидали территорию академии. Причем уходили они в разное время и возвращались порознь. Что у них опять случилось? Куда успели влезть? Необходимо с ними побеседовать. Словно подслушав его мысли, наследники, испросив разрешение, вошли в кабинет. Выглядели они уставшими и не отдохнувшими. Неужели кутили всю ночь, пренебрегая учебой и распорядком? – Преподаватель Шторм, хочу обратиться к вам с просьбой. Выслушайте, – первым начал разговор Пакрин. – Присаживайтесь, – произнес Шторм, внимательно разглядывая молодых магов. По выражению их лиц не угадаешь о предмете предстоящего разговора, но кажется, он очень важен для них. – Есень ваш приемный сын, – заговорил Пакрин. – Вы могли бы забрать его жить в вашу квартиру? – О чем ты говоришь?! – негодующе воскликнул наследник Лаэрт и вскочил на ноги. – Присоединяюсь к просьбе, – проигнорировав замечание друга, сказал Берл. – С ума сошли? – развернувшись к нему, в негодовании прошипел Эджин. – Возникли проблемы? – заинтересовался Шторм, отмечая разногласие в команде. Раньше парни поддерживали друг друга и старались выгородить любые поступки, а сейчас явно почувствовался разлад. – Они решатся, когда Есень будет жить со своим приемным отцом, – спокойным тоном произнес Пакрин. – Могу узнать, почему возникла необходимость удалить члена команды из общей комнаты? – преподаватель переводил внимательный взгляд по очереди на каждого наследника, ожидая правдивого ответа. – Эджин и Есень теперь могут находиться на расстоянии друг от друга, – пожал плечами Игл. – К тому же Есеню необходимо подтвердить свой статус в академии. Пока его не считают равным остальным ученикам, – добавил Пакрин. Шторм некоторое время молчал, оценивая сказанные слова и пытаясь сопоставить их с ночными вылазками в столицу. Что у них произошло, если наследники решили отправить Есеня к нему? – Допустим, – задумчиво произнес преподаватель. – Что об этом думает сам Есень? Поддерживает решение команды удалить его из общежития? – Говори, – Вирил толкнул локтем молчащего парнишку, не поднимающего взгляд от пола. – Я согласен с командой, – глухо произнес Есень. – Почему? – уточнил Шторм. – Раньше наследник Лаэрт нуждался в моем присутствии. Сейчас мы не зависим друг от друга. Наши тренировки продолжатся, но у наследника Лаэрта будет возможность нормально отдохнуть. – Значит, заботитесь о его отдыхе? И все? Больше вас ничего не беспокоит? – продолжал настаивать преподаватель. – Думаю, будет лучше, если мы начнем жить нормальной жизнью, независимо друг от друга. Я не смогу находиться поблизости от наследника Лаэрта всю жизнь. Необходимо привыкать к самостоятельности, – Есень говорил медленно и обстоятельно. – Разумно, – согласился с ним Шторм. – В моей квартире достаточно места. Не возражаю против переселения приемного сына. Но вы учли все обстоятельства? Не усложнит ли ситуацию проживание Есеня со мной? Не станут ли другие наследники считать, что он пользуется родством? Вы об этом подумали? Молодые маги переглянулись. Им явно не приходила такая мысль. – Наоборот, – заговорил Вирил. – Ират и его подпевалы поостерегутся нападать на Есеня, зная о его месте проживания. Мальчишка из провинции вызывает у многих наследников недовольство. – Значит, решили, – кивнув, согласился преподаватель. – Сегодня после тренировок Есень переходит жить ко мне. Парни облегченно выдохнули. Только наследник Лаэрт молча выражал свое недовольство, сжимая и разжимая кулаки. Словно он пытался возразить и не находил аргументов. – Теперь поговорим о ваших нарушениях и об ожидающем наказании, – перешел к делу Шторм, вызвав неудовольствие у команды. – Сегодня ночью покидали академию наследники Лаэрт и Берл, а также Есень. – Эджин! – негодующе воскликнул Вирил, но его остановил предупреждающий взгляд Пакрина. – Наследник Лаэрт и Есень отработают внеплановую тренировку, а наследник Берл сегодняшней ночью направляется на дежурство к хранителям правил и порядка, – сообщил преподаватель. – Мне сторожить академию? – опешил Игл. – Нельзя все время нарушать правила. Надо когда-нибудь посмотреть на порядок с другой стороны. Будете ловить нарушителей, – широко улыбнулся Шторм. – А печать дадут? – оживился наследник Берл и его зеленые глаза сверкнули предвкушением. – Печать хранителей отбывающим наказание нарушителям не положена, – отрезал мужчина. – Хм. Всегда возможны варианты, – азартный блеск в глазах у Игла не убавился. Есень Предложение Гарольда для меня оказалось неожиданным. Утром наследники после подъема практически не разговаривали, перекидываясь короткими фразами. Поспав несколько часов на кровати Берла, я не отдохнула, а потому не горела желанием поддерживать беседу. В то время, как Эджин, старался в любое мгновение оказаться рядом. Он внимательно наблюдал за моими действиями, пытаясь предугадать. Однако я предпочитала сохранять дистанцию. Боль от предательства не прошла, хотя ночью почувствовала отголоски его чувств и открылась навстречу. Утром поступок Эджина показался еще ужаснее. Все-таки вставать на пути наследников опасно. Играя в свои игры, они могут растоптать простого человека. Нельзя забывать об этом! – Наследники Викард, Берл и господин Пакрин, отправляйтесь на занятия, – приказал преподаватель, когда разговор был закончен. – С наследником Лаэртом и Есенем проведем штрафную тренировку. Вечером пройдет командное обучение. Пора остальным участникам присоединяться. Молодые маги беспрекословно выполнили распоряжение и поспешили к учебному корпусу. Мы с Эджином поплелись в сторону тренажерного зала, сохраняя дистанцию на расстоянии вытянутой руки. Я видела, что Лаэрт пытается начать разговор, но старательно делала вид, будто ничего не замечаю. Мне не хотелось слышать оправдания. Представить не могла, что он мог сказать, чтобы я его простила и отпустила вину. – Начнем с простого, – войдя следом за нами, громко произнес преподаватель. – Вновь вернемся к тому, с чего начинали. Встали в стойку и приготовились объединить усилия. Мы расположились спина к спине. Сквозь слои одежды ощущала горячее тепло Эджина. Отголоски волнения и раскаяния окатили мощной волной. – Не отвлекаемся и работаем слажено, – тем временем продолжал Шторм. – Нам необходимо отработать согласованную работу обоих. Есень концентрируется на защите, Лаэрт берет на себя атаку. Начали! Силовые волны вокруг пришли в движение. Стерлись границы, а показавшаяся реальность заставила испуганно замереть. Мы находились в гнезде с полупрозрачными яйцами, размером с человека среднего роста. Темные силуэты внутри не внушали оптимизма. Черные лапы касались скорлупы и по размерам превосходили размер ладони. – Что это? – ужаснулась я, оглядываясь вокруг. – Скорее, кто, – осторожно поправил Лаэрт. – Здесь большая кладка абаку. – Кто это? – Ядовитые пауки, способные генерировать смертельные заряды с помощью магии. Я невольно ахнула, рассмотрев сквозь светящуюся пелену в ближайшем яйце овальную голову со множеством глаз. – Как нам от них защищаться? – гулко сглотнула, чувствуя подкатывающую тошноту. – Преподаватель Шторм выдал нам указания. Будем им следовать, – не видя наследника, я поняла, что он равнодушно пожал плечами. – Есень, я прикрою тебя. – Спасибо, – потрясенно прошептала я. – Помни. Твое дело – защита. Берешь силу по максимуму и держишь удар. – Поняла, – торопливо кивнула и отдала мысленный приказ о плетении заклинания. Вокруг нас засветилась дымка, обволакивающая коконом на расстоянии. На короткое мгновение почувствовала себя пауком и потрясла головой, отгоняя наваждение. – Просто поддерживай в заклинании необходимое количество силы, – продолжил Эджин. – С атаками я разберусь. Неподалеку раздался тихий свист, словно кто-то пытался привлечь внимание. – Началось, – коротко обронил Лаэрт и за плечи притянул меня к себе. – Что? – настороженно оглядывалась по сторонам. – Вылупляются. При каждом расколе скорлупы освобождается сила, заключенная внутри, и происходит магический взрыв. – Боги, – потрясенно прошептала я, заметив темную змейку, пробежавшую по округлому боку ближайшего яйца. – Держись, – предупредил Эджин и накрыл мою голову рукой. Первый взрыв оглушил и ослепил. Нас снесло ударной волной и прижало к земле. Устоять против силы не могло никакое защитное заклинание. Кроме нашего. Объединение резервов и возможностей позволило остаться в живых. Однако нас изрядно помяло. Ушибы и ссадины покрыли все тело. Кажется, я прикусила губу и из уголка потекла струйка крови. – Вытирай немедленно! – выкрикнул Лаэрт, заметив мою ранку. – Пауки плотоядные. Если почувствую запах крови … Договорить он не успел. Ударная волна от первого взрыва затронула соседние яйца. Скорлупа лопалась, высвобождая силу. Мы с Эджином прижались друг другу, намертво сцепив объятия. Нас кидало и швыряло из стороны в сторону, безжалостно ударяя о каменистую землю и стены пещеры, где находилось гнездо. Оглушающие звуки, ослепляющие вспышки, как оказалось, не самое страшное, что нас ожидало. В какой-то момент нас бросило в кучу копошащихся лап. Новорожденный паук пока плохо управлялся с конечностями, именно это нас спасло. Мы успели отскочить в сторону, а на месте, где только что находились, сомкнулись клешни с острыми иглами. – Есень, осторожно! – прокричал мне на ухо Эджин. – Они ядовитые. – Ясно, – прошипела сквозь зубы. Последние яйцо взорвалось, обдав все вокруг светящейся слизью. Надеюсь, хоть она не ядовитая, но уверенности в этом не было. – Они приходят в себя, – предупредил Эджин и разомкнул сцепленные руки. – Приготовься. Сейчас они будут искать, что поесть. – Нас? – с ужасом взглянула в темные глаза. – Я не вкусный, – подмигнул он. – А тебя я им не отдам. Коротко кивнула, проверяя защитное заклинание. Эджин активировал светящийся меч, а свободной рукой приготовил атакующее заклинание. Я решила использовать плеть. В прошлый раз против воинов она помогла, возможно, и сейчас пригодится. В любом случае другого оружия у меня не было и не у кого им разжиться. – Знаю, что вопрос глупый, но я на всякий случай спрошу, – встала спиной к спине наследника. – Они настоящие? – Да, – получила короткий ответ. Пауки опознали в нас добычу и массой двинулись в нашу сторону. Шевелящееся море из ног и панцирных тел приближалось быстро. Небольшое пространство до нас оставалось незанятым недолго. Эджин запустил круговую волну льда, замораживая первый ряд. На их место торопились следующие, заползая на своих собратьев. Я взмахнула плетью, сметая сразу несколько особей и подкидывая их вверх. Замороженные и живые пауки смешались и падали вниз, погребая под собой шевелящуюся массу. Я махала и махала кожаной плетью, но задерживала ненадолго. Эджин выкидывал заклинание за заклинанием, давя и уничтожая арахнид. – Помни о ядовитых лапах! – выкрикнул Лаэрт и отрубил мечом конечности паука, подобравшегося к нам. Копошащееся месиво становилось активнее. Кажется, едва появившиеся на свет членистоногие взрослели с каждым мгновением. Они начали запускать паутину и с их помощью взлетали над нашими головами. Команды Эджина: «Пригнись!» следовали одна за другой. Моя плеть почти не справлялась. Порой ее кожаные хвосты перехватывали клешни и отрезали клочки. С помощью магии восстанавливала свое оружие. – Такое ощущение, что их не становится меньше, – прокричала я. – Наверное, из соседних пещер ползут, – согласился со мной наследник. – Идем в атаку. Держи защиту и атакуй одновременно. – Как? – озадачилась я поставленными задачами. – Резко! Рассуждать и сетовать, что не справлюсь, некогда. Вновь актировала защиту и отдала команду на круговую атаку огнем. Длинная волна пламени прошлась по плотным рядам арахнид. Они горели, трещали, лопались, обливая пространство вокруг внутренностями, но выжившие продолжали маниакально наступать. – Отлично! – похвалил Эджин и запустил вторую смертоносную волну. Его примеру последовала я, сжигая членистоногих противников, намеревающихся закусить нами. За пламенем запустили замораживающее заклинание. В пещере стало чуть легче дышать после смрада гари. – Еще, Есень! – приказал Эджин. По очереди мы запускали заклинания, уничтожая пауков. Я отирала вспотевший лоб, а Лаэрт добивал тех, кто еще копошился. – Мы справились? – не веря своим глазам, спросила, разглядывая черное пепелище, скованное льдом. – Видимо, нет, – опустив меч, сказал Эджин. – Мы не вернулись в тренировочный зал. Настороженно оглядываясь, медленно, чтобы не поскользнуться, передвигались к выходу. Завернув за выступ, мы поняли, что нам еще предстоит испытать. На нас наступала самка абаку. По ее тяжелой поступи становилось понятно, паучиха шла откладывать новые яйца. – Чертоги богов! – выругался Эджин. – Ее панцирь не может пробить мой меч. – Почему? – взволновано взглянула на него. – Вырастая, абаку накапливают в себе магию, используя ее для защиты и нападения. Единственный для нас шанс – отрубить ей голову. Он замолчал и за руку потянул меня обратно в пещеру. – В чем проблема? Почему мы уходим? – Не знаю, сколько ей лет, но судя по размерам, прожила самка долго, а значит, накопила в своем теле много силы. – Поняла. Нам грозит сильный взрыв, – закончила его мысль. – Верно. Нам необходимо подготовиться, прежде чем атаковать. И не забывай о ее ядовитых клешнях. – Боги, зачем вы сотворили подобное существо? – судорожно сглотнула, старясь справиться с охватившей меня паникой. Первым делом мы нашли выступ в неровной стене пещеры, за которым смогли укрыться. В крохотном пространстве поместится разве что ребенок, но какая-никакая, а защита. Эджин впихнул меня в укромный угол и занялся плетением заклинания. – Мы спутаем ее лапы, опрокинем и я отрублю ей голову. – Почему ты? – Потому что меч у меня, – отрезал он. Пришлось смириться, но подключилась к активации заклинания. Когда паучиха показалась у входа в пещеру, мы успели подготовиться. Однако, абаку остановилась, увидев последствия устроенного нами побоища. Резкий скрежет оглушил. Звук больно ударил по ушам, многократно отражаясь от каменных стен. Стиснула ладонями голову, стараясь хоть немного приглушить звук. – Приготовились! – перекрывая какофонию, выкрикнул Эджин. – Атака! Воздух в пещере наполнился смердящим газом. Кажется, абаку последовала нашему приказу и решила напасть первой. Я опомнилась почти сразу, всего пару раз глотнув яда, обжегшего легкие. Защитные заклинания затянули наши лица, предохраняя от зараженного воздуха. Эджин не отвлекался и строго следовал плану. Он спутал лапы паучихе и взмахнул плетью, опрокинув ее на спину. В несколько шагов преодолел расстояние и точным ударом светового меча отсек голову. Взрыв прогремел мгновенно. Силуэт Лаэрта поглотила раскаленная масса силы, вырвавшейся из опасного существа. Стиснула зубы и закрыла глаза, ориентируясь на свои ощущения. Я держала защиту, вновь и вновь активируя ее. По щекам текли слезы. Неужели я не смогу и не спасу его? Невозможно! Только не потерять его! Держаться, и тогда у Лаэрта будет шанс выжить! Сильные руки схватили за плечи и ощутимо тряхнули, заставляя опомниться. – Есень! Есень! Мы справились! – меня стиснули в крепких объятиях, выбив воздух из груди. Но я не жаловалась. Главное, мы выжили. Мы справились! – Хорошая работа, – похвалил нас преподаватель. Я распахнула глаза и посмотрела на Шторма, уверенно шагающего по скользкому льду. Он подошел к откатившейся голове с множеством застывших глаз и отпихнул ее в сторону носком сапога. Из разрубленной шеи толчками вытекала зеленая жидкость. – Вы знали, что кровь абаку ценится лекарями? Если вы принесете стаканчик господину Броу, он будет вам благодарен до конца своей жизни, – остановившись перед тушей, возвышавшейся выше его головы, спокойно сообщил преподаватель. – Правда жидкость надо собирать, пока она не свернулась. Не поторопитесь? – оглянувшись на нас, спросил Шторм. Я отрицательно замотала головой, а почувствовав подступившую тошноту, спрятала лицо на груди Эджина, не в силах смотреть на мерзкую тушу. – Пожалуй, мы воздержимся, – твердо ответил Лаэрт, поглаживая меня по спине. Его ладони успокаивали и отгоняли дурноту. – А я, воспользуюсь случаем. Не пропадать же добру. Идите! – разрешили нам. Я отодвинулась от наследника только тогда, когда почувствовала нормальный воздух. В носу свербело от гари, но сладковатый запах чистоты заметно взбодрил. – Неужели необходимо все время подвергать нас опасности? – устало вздохнула я, рассматривая вышивку на форменной одежде Лаэрта. – У Шторма нет других методов преподавания, – погладил меня по плечу Эджин. – Предлагаю идти в душ и смыть с себя гарь и слизь. Вечером нас ожидает командная тренировка. – Опять? – ужаснулась я. – Предполагаю, нам придумают новую задачу. Фантазия преподавателя не знает границ. Они вышли из тренировочного зала, а Шторм улыбнулся последним словам наследника. Они даже не представляют, что он приготовил для них на вечер. Ему понравилось, как Лаэрт и Есень работают в паре. Теперь необходимо обучить команду действовать сообща. Для этого придется усложнить задачу, чтобы сплотить их. Если наследники имели опыт совместного боя, то Есень до сих пор является слабым звеном. Оно и понятно. Паренек прибыл из провинции и к военному делу не имел отношения. Ему приходится не только привыкать к новому положению, но и преодолевать себя во время стычек. Однако показывал себя мальчишка неплохо, совершая ошибки, обычные для новичков. Ничего, со временем он привыкнет и станет равным наследниками. Его особенность увеличивает возможности команды, а это главное. Шторм решил проблему с объединением и теперь обучение должно стать проще и сложнее одновременно. Проще, потому что пара правильно соединена, а сложнее, потому что нет опыта в использовании способностей антимага. Придется опытным путем нащупывать направление тренировок. Ученики для преподавателя тяжелая ноша. Всегда надо прикидывать и рассчитывать с какой стороны к ним подойти, чтобы научить и указать правильный путь. На перемене Гарольд отвел в сторону Игла и тихо спросил: – Когда поговоришь с Эджином? Ты видишь, что он творит? – Не знаю, – печально вздохнул Берл. – Я не доверяю ему и опасаюсь за Есеня. Как поступит Лаэрт, если поймет, что мы знаем? Они долго смотрели друг на друга, представляя дальнейшие действия товарища. Возникающие картины не радовали. Эджин может взорваться, когда узнает правду. И скорей всего он не станет жалеть Есень. – В какой-то мере Есень сейчас защищен, пока Эджин колеблется, – пришлось признаться Гарольду. – У Шторма ему будет спокойней, – произнес Игл. – Наш друг слишком категоричен. Необходимо дать возможность Есеню вырасти, привыкнуть к нам и нашим порядкам. Он слишком ценен, чтобы из-за эмоций Эджина им рисковать. – Наверное, ты прав. Друзья понимающе похлопали друг друга по плечу и, не спеша, направились в следующую аудиторию на занятия. Наследник Волис выглянул из-за угла оконной ниши, проследив взглядом за высокими фигурами. Он слышал все: от первого слова до последнего, и разговор между Пакрином и Берлом его чрезвычайно заинтересовал. – Есень очень ценен? Интересно, чем? – пробормотал он под нос. – Пока я заметил лишь, что провинциал не образован и не одарен. Что в нем особенного? Стоит разузнать о нем подробнее.